Daemonium mediis semitis

      Увы, юноша и мужчина вынуждены были ретироваться из самого знаменитого города. Когда они окончательно проснулись, поняли, что нужно было бежать обратно в замок Люцифера, ведь собрание было назначено на утро, что, конечно, вылетело из голов влюблённых. Так или иначе, а к полудню они уже были на месте. Сайфер сказал Пайнсу, чтобы тот шёл прогуляться, ведь дела семейные — не то, чем сейчас нужно было забивать вихрастую голову. Повозмущавшись, парень всё же пошёл в комнату своего супруга и, конечно, в его глазах уже блестели искорки мести за такую выходку.       Пока князь сидел в большом зале со своими братьями и отцом, что только с нескрываемой скукой следил за собранием, Мейсон обставлял комнату высокими и низкими парафиновыми свечами разных цветов. Шторы были плотно закрыты, ни лучика света не проникало сквозь плотный чёрный атлас. На полу то и дело вспыхивали яркие огоньки с подачи тонких пальчиков, играющих с магией. Жёлтые глаза становились всё более тёмными с каждой минутой пребывания в кругу родственников, ведь некоторые представители семейства Сайфера были, мягко говоря, лишены гуманности. То есть, один из его братьев на собрание заявился прямо с рабом у ног и на широком кожаном поводке. То есть, предложение Уильяма никто всерьёз не воспринимал. Никто, кроме Люцифера.       На тонкую кожу упала пара капель мятного масла. Капельки скатились вниз по переплетениям голубоватых вен, смазались горячими подушечками пальцев. Подросток вычитывал заклинания из подаренной книги, накладывал лёгкую магию на двери и окна: теперь никто не мог видеть или слышать происходящее в комнате. Замок на двери в ванную щёлкнул, алые и чёрные розы поползли по стенам и полкам, оплетая гибкими шипастыми стеблями всё, что только можно было заключить в свои опасные объятия. Чёрные штаны оказались на спинке стула у письменного стола, туфли встали на своё место у стены. Парафин стекал по разноцветным стержням, скапливался у подножий подсвечников. Лиловые глаза наблюдали за искорками, скачущими по пальцам, тёмные реснички отбрасывали тени на бледные щёки. Только тишина окружала молодого демонёнка.       В это время собрание уже подходило к концу. Всем нужно было остыть от бушующих эмоций. Избежать грызни не удалось и в этот раз. Пусть не было драки, не было открытых стычек, но сарказм и злоба друг к другу так и летали в воздухе. Нужно было снова переносить общую встречу на другой день, ибо продолжать дискуссию не представлялось возможным. Пока всё стояло на месте.       Голубые ниточки сорвались с ладоней, упали прямо под ноги Мейсону, скользнули по ковру, задев все ворсинки, и остановились лишь у дверного косяка. Ручка на двери дёрнулась, внутрь вошёл Сайфер. Всё словно тонуло во мраке, пока яркие нити заклинаний не оплелись вокруг его лодыжек. Он будто провалился вниз, чтобы оказаться где-то в другом месте. В месте, наиболее знакомом ему. Чёрные простыни были идеально заправлены, а мягкое пуховое одеяло открывало вид на манящую постель. Совсем рядом послышался тихий шорох, усмешка легла на розоватые губы. — Как всё прошло? — с улыбкой спросил юноша, проводя ладонью по щеке князя и спускаясь прикосновениями ниже и ниже. Мужчина чувствовал коварный взгляд своими лопатками, приятная дрожь бродила по его телу. — Отвратительно, знаешь ли. У меня не самые лучшие родственники. — Вокруг горели разноцветные свечи, розы продолжали ползти по стенам. — Выучил без меня новое заклинание, Диппер? — усмехнулся князь. Он не мог видеть, как кивнул Пайнс, но он всё равно знал об этом.       Юноша отстранился от демона, отошёл от него на пару шагов, позволив мерцающему взгляду задержаться на обнажённой коже. Парень обнял руками бутон набухающего цветка, склонился к нему и вдохнул полной грудью чарующий аромат. Запах мяты лежал на его ключицах, запястьях и тазовых косточках, воск стекал вниз в расплавленную лужицу парафина. Сайфер с явным голодом в глазах разглядывал представшую перед ним картину: его супруг, будучи полностью обнажённым, явно дразнил демона. Местами гладкая кожа краснела, а местами была всё такой же бледной. Свечи не спасали, ведь внутри жидкого золота всё вокруг начало темнеть. Всё, кроме ровной линии позвоночника, что кончалась у ямочек на пояснице, кроме чуть сведенных вместе выпирающих лопаток, меж которых явно не хватало чёрных крыльев, кроме ровных бёдер и манящих к себе коленей. Розовые облака застилали собой омуты с расширенными зрачками, но Пайнс продолжал смотреть ровно перед собой. — Знаешь, возможно, я и выучил что-то новенькое, — с лёгкой хрипотцой ответил Мейсон спустя некоторое время. Атлас штор собирал на себя все блики, как и тёмное постельное бельё. Подросток снова улыбнулся, глянул через островатое плечо на демона, а потом опустил ресницы. — А ты?       Мужчина уже через секунду оказался рядом с возлюбленным. Его руки легли на тазовые косточки, запах мяты ударил в нос. Тонкие губы сдвинули каштановую прядку с шеи, оставили на бархате кожи сладкий, но голодный поцелуй, и опустились ниже. Порывистый вдох послышался со стороны Пайнса. Кислород оказался втянутым сквозь зубы, ведь клыки демона прикусили мочку покрасневшего ушка. Мейсон задрал голову, откинул её на плечо Сайферу, позволяя тому дальше терзать тонкую шею. Плотью князь прижался к обнажённой пояснице, вызывающе потерся о ложбинку, а затем переместил ладони на внутреннюю часть бёдер, чтобы осторожно развести их в стороны. — Если ты будешь каждый раз меня так встречать, клянусь, я буду готов по десять раз на дню куда-то уходить, — горячо выдохнул на пунцовое ушко мужчина. — Ты с ума меня сведешь, глупый. — Сам ты глупый, — засмеялся парень. Бутон остался без внимания, когда тонкие пальчики оказались заведенными за спину, а ширинка чёрных брюк расстёгнутой. — Покажешь мне, кто тут настоящий хозяин? — томно шепнул подросток, краем глаза замечая расползающуюся вишню. Утробный рык послал табун мурашек по телу шатена, сильные руки сжали бёдра до белых полос.       Дважды Сайферу намекать не пришлось: он толкнулся вперед, сокращая расстояние меж ними до минимума. Пайнс довольно улыбнулся, но улыбка сразу же пропала с его лица и заменилась глубоким вдохом. Он судорожно рванул чёрную рубашку, заставив нитки потрескаться и осыпать пуговицы на пол. Князь без остановки целовал подставленную шею, его дыхание грело воздух вокруг. Юноша вцепился в рубашку за своей спиной, его губы не прикрывались ни на секунду. Розы цвели ярче, источали прекрасный аромат. Розовый цвет менялся на алые всполохи, каштановые вихры упали на длинные трепещущие ресницы. Демон вплотную прижался грудью к изогнутой спине, войдя в податливую тесноту до упора и сорвав новый сдавленный стон с влажных уст. Стенка оказалась слишком близко, а искры перекрывали расширенные до невозможного размера вселенной зрачки. — Диппер… Диппер… — через сбитое дыхание шептал мужчина, пока его ладони поднимались выше по тазовым косточкам и гладили подтянутый живот, чтобы позднее остановиться на груди, внутри которой бешено стучало сердце. — Сильнее… — только и смог прошептать в ответ парень. Рубашка под его пальцами начала превращаться в лоскуты ткани, колени сами собой подгибались, а по позвоночнику вверх и вниз бегал ток, беря своё начало чуть ниже поясницы.       Мейсон почувствовал короткие жаркие поцелуи на своей скуле, чуть повернул голову к демону, и тот моментально вовлёк его в новое сплетение губ. Запах мяты перешёл на кожу князя, въелся в голубые выпирающие от напряжения вены. Сайфер сходил с ума от стонов любимого мальчика, его омуты и сами были похожи на огонь. И вот последнее движение выбило весь кислород из кипящих лёгких. Листья осыпались с роз, свечи расплавились. По тонким бёдрам вниз стекали белые густые струйки, стена напротив собрала на себя пряные мятные капли. Князь глубже и глубже целовал возлюбленного, а тот был и не против, сместив ладони выше и обняв ими демона за затылок. — Извини… — сорвавшимся голосом произнёс Сайфер. — Когда-нибудь я вырву тебе рёбра и сделаю из них букет, — выдохнул Пайнс. Он чувствовал горячее семя внутри себя, твёрдость опадающей плоти. Без капли раздумий он подался назад, глянул из-под ресниц на мужчину и коварно улыбнулся. — Какие шансы, предателя кусок? — Сто процентов? — как-то неуверенно ответил князь. — Поверь, всеми фибрами души я хочу сейчас сломать тебе нос, — томно сказал юноша, кончиками пальцев ведя от переносицы ниже. — Но не буду. Если я всё же сейчас залетел, я не хочу оставлять ребёнка без отца. — Сайфер широко улыбнулся, снова поцеловал податливые губы. — Ты одержим тем, чтобы у нас кто-то появился? — Я знаю, что ты в бешенстве. И я пойму, если ты брызнешь в меня святой водой. Но… Да, мне нужна твоя маленькая копия. — Сколько мы вместе уже? Какого лешего, Билл?! Ты меня спросить не мог?! — повысил тон Мейсон. — Я не хочу никого вынашивать. Я не хочу детей. Не хочу вообще в это ввязываться. — Он вывернулся из объятий, быстрыми шагами пошёл в сторону расстеленной кровати. — Да я вообще ещё слишком молод для такого! — Если ничего не получится, обещаю, что не буду пытаться более, — спокойно произнёс демон, оказываясь рядом с супругом. Он опустился перед ним на колени, заглянул в рассерженные глаза. — Ты даже сможешь меня убить, — улыбнулся мужчина. — Но дай нам шанс. Я люблю тебя. — Посмотри на мою жизнь, Сайфер: жизнь в интернате, унижения со всех сторон, кошмары, попытки изнасилования, заключение контракта с демоном, становление сначала щенком, потом бессмертным, затем супругом, а после и… матерью? отцом? Какого чёрта, Билл? За что ты так со мной? — Юноша закрыл лицо руками, зажмурился и закусил губы. — Почему сейчас? — Я смотрю на твою жизнь, Диппер. Я смотрю на твой страх внутри себя, — мужчина положил ладонь на свою грудь. — Ты счастлив. У тебя есть я. Теперь я — твоя семья. И мы создадим большую семью. Да, я поиздевался над тобой, каюсь, прости за это, но… — Сайфер отнял ладони от родного личика, прижался губами к каждому пальчику и потёрся щекой о вкусно пахнущие запястья. — Какой ты стал слащавый. Аж тошнит, — улыбнулся Пайнс. — Я тебя ненавижу, предатель. Ненавижу… — Парень потянул князя на себя, крепко его обнял. — Прекрати так себя вести. — А что, мне тебя снова на цепь посадить? — засмеялся мужчина. На шее подростка блеснул маленький треугольничек, прикрепленный к невесть откуда взявшейся цепочке. — Ты ведь знаешь, что теперь это не получится. Скорее я тебя на цепь посажу. У меня есть поддержка, — шепнул Мейсон, посмеиваясь. — Уверен, твой папа захочет вправить тебе мозг. — Так… Что мы решили? — осторожно спросил князь, обняв юношу в ответ. Лиловые глаза пристально его разглядывали, последовал глубокий вдох. — Если во мне что-то будет жить, я постараюсь не пугаться этого. Даже знать не желаю, через что рождаются души… Ещё и демоны… Вы жуткие, — ответил Пайнс. Он щёлкнул пальцами, заставляя штаны и рубашку пропасть с разгорячённого тела, а затем раздвинул ноги, опускаясь спиной на простыни. — Так что, Сайфер, уже сдулся?       Князь утробно засмеялся, накрыл розоватые губы своими губами, и сжал маленькие руки в своих руках.