Daemonium mediis semitis

      Сайфер потирал переносицу, смотря на своих заместителей. Большой кабинет в высоком здании, что выделялось только гербом правителя, был забит множеством министров. Демону было откровенно скучно разбирать насущные вопросы. Рабство он отменил совсем, как и плату кровью. Небо поменяло цвет с алого на фиолетовый, а затем и вовсе украсилось звёздами. Даже деревья покрылись листвой, фонари стали гореть в разы ярче. Потоки провинившихся душ отправлялись на истязания в тюрьму, а не к злым аристократам. — Правитель, мы предлагаем всё же ограничить обучение для несостоявшихся демонов. Велик риск восстания среди населения, — бормотал один староватый на вид министр, постоянно касаясь своих чёрных усов и жмуря и без того узкие глаза. — Пусть учатся. Отныне обучение для всех будет равным. Разделим его на несколько этапов: наиболее упорные способные смогут пробиться в верхушку. Нельзя жить прошлым, — ответил Сайфер, пока кучка демонов кивала головами. — Я не хочу быть жестоким и несправедливым. Среди тех, кто сейчас побирается по улицам, есть хорошие ребята, в которых плещется потенциал. Кстати, вопрос с детскими домами решён? — Да, Господин. Их больше нет, как Вы и приказали, — ответил другой низкорослый демон, что чем-то напоминал подростка лет Пайнса. Он накручивал на короткие пальцы зеленоватые волосы, чуть хмурился. — Извините, но почему Вы решили так поступить? — Это личное, — улыбнулся князь. Его жёлтые глаза остановились на раскидистых ветвях за окном; по улице ходили граждане. — Мне нужен отчёт о приёмных семьях и о законах, касающихся их. Нужны какие-то правки?       В кабинете снова поднялся галдёж, министры принялись переговариваться и обсуждать нововведения. Светила новая эра на территориях Сайфера.

***

      Юный Мейсон с улыбкой широко раздвинул шторы в спальне, а затем потянулся. Лучики падали на его персиковую кожу, лиловые глаза щурились от яркого света. Шёлковый халатик был расстёгнут на его теле, мягкая ткань собирала на себя блики. Животик у него уже успел округлиться и стать заметным, но пока организм вёл себя спокойно. У Билла же можно было скрывать беременность рубашками и жилетами. Пайнс предпочитал почаще гулять и дышать свежим воздухом. Весь мир вокруг него напитался счастьем князя. Парень сбросил халат на кровать, быстро натянул на себя брюки, свободную футболку и принялся собирать вещи, раскиданные по комнате. Мужчина оставался всё таким же неопрятным барсуком, который предпочитал зарываться с головой в ворох одеяла, предварительно стянув одежду и бросив её на пол. Юноша сам себе напоминал домохозяйку, верно ждущую мужа дома холодными вечерами, хоть большую часть своего времени Сайфер проводил именно рядом с любимым, взяв работу с документами на дом. Мейсон забрал рубашку со спинки кресла, упал спиной на кровать и глубоко вдохнул запах демона, прислонив сорочку воротником к носу. Каштановые ресницы были прикрыты, в груди сладко плескалось тепло. Князь ушёл на работу всего четыре часа назад, а Пайнс уже скучал по нему, хоть и иррационально злился на своего мужа. Парня подбешивала постоянная занятость мужчины, но разговор с ним он заводить на эту тему не собирался. Таким образом, в свободные минуты он жался к возлюбленному и тихо мурчал, а в одиночестве заедал обиды пирогами с лимоном, на чём и набрал один килограмм. Когда Билл впервые заметил попухлевшие щёчки, он сразу же бросился их тискать пальцами и целовать.       Так вот парень и оказался снова в столовой. Он ковырялся вилкой в лимонном пироге и тяжело вздыхал, пока Борис с сочувствием смотрел на своего второго хозяина. Пайнс затолкал в рот кусочек, запил сдобу чаем, а затем снова вздохнул. Терпение дворецкого иссякло, поэтому он размеренным голосом заговорил: — Господин, что Вас так печалит? Может, я чем-то смогу Вам помочь?       Добрый хрипловатый голос старика заставил юношу перевести потускневший взгляд в сторону, приподнять каштановые брови в вопросе. Наконец шатен встряхнул головой, проглотил всё, что было за щеками, и улыбнулся: — Это не так важно, Борис. Думаю, просто гормоны в голову бьют, вот и хандрю временами. — Только вот эти слова не вызвали доверия со стороны дворецкого. — Увы, врать Вы так и не научились, — по-доброму улыбнулся старик, склонив голову вперед. — Хотите, я приготовлю еще пирога? — И добавь шоколада, пожалуйста, — кивнул Пайнс, пока в его голове роились мысли.       Он думал, чем занимается его любимый, о чём говорит сейчас с другими, что ест или пьёт. Возможно, это и правда были чёртовы гормоны, ведь раньше Мейсон спокойно обходился без демона целыми днями, а тут… Наверно, так и сходили с ума со временем. Лиловые омуты наткнулись на раскрытые створки окна, в голове пробежал новый поток мыслей. Когда дворецкий отлучился на кухню, Пайнс быстро выскользнул через окно на улицу и голубым дымом растворился в воздухе.

***

      Шатен раскрыл глаза, оглянулся по сторонам. С момента его прошлого посещения столицы прошло уже много недель. Он поправил на себе пальто, в которое мгновенно облачился перед выходом, пошёл дальше по улице. Теперь народа было в разы больше, всё окружение раскрасилось новыми цветами. Мимо пробежала собака с лоснящейся шерстью, а за ней и маленький демонёнок. Ребёнок остановился рядом с Мейсоном, посмотрел на него огромными красными глазами и улыбнулся ртом, полным островатых зубов. На голове у мальчика красовались закрученные внутрь рожки, а огненно-рыжие волосы трепал тёплый ветер. Пайнс с щемящей нежностью обнял свой живот, улыбнулся демонёнку в ответ. Тот звонко рассмеялся и побежал дальше за своим любимцем. Вероятно, беременность и дети — это не так уж и страшно…       Так юноша гулял по вымощенным брусчаткой улицам, вдыхал свежий воздух. Недалеко показался цветочный магазин. Первый, который видел парень за всё время пребывания в Аду. В небе мерцали звёздочки. Это даже не было похоже на место, что описывал Данте. — Извините, сколько стоят эти прекрасные розы? — Мягким голосом спросил Пайнс, указав на огромные чёрные бутоны. — Пять серебряников за каждую, — пожала плечами высокая девушка-продавец, бордовое платье которой колыхали порывы воздуха. — А разве здесь платят не кровью? — удивился шатен, хлопнув пару раз ресничками. — Слава нашему Правителю, теперь — нет. Он время зря не теряет, судя по всему. Просто посмотрите вокруг. — Девушка мечтательно посмотрела на свои товары, погладила каждый цветочек. — Так у Вас есть деньги?       Мейсон замялся, закусил нижнюю губу и уже приготовился качнуть головой, но тут за спиной послышались шаги, а на его талию легла рука, облачённая в красную перчатку. Незнакомая аура ударила по нервам, Пайнс готов был обороняться, как услышал смешок прямо над ухом. — Я заплачу, не беспокойтесь. — Голос с лёгкой хрипотцой бил током по барабанным перепонкам. Продавец приняла деньги за пятнадцать роз, собранных в красивый букет, её губы стали алее. Парень поднял глаза на незнакомца, а затем выдохнул с облегчением. Незнакомцем оказался Люцифер.       Они прошли в сторону сквера, не проронив ни слова. Шатен смотрел себе под ноги, прижимая букет к груди, а Владыка просто наслаждался видами, поддерживая своего зятя под локоть. Они дошли до кованых скамеек, опустились на одну из них. Где-то на ветках пели птицы. — Зачем Вы здесь? — Сразу перешёл к делу Пайнс. — Я пришёл посмотреть на творения своего сына. Я ошибочно считал, что если он самый младший, то и взрослеть должен медленнее. Он удивил меня. Его страна и правда процветает. И добился он этого за столь короткий срок. — Люцифер усмехнулся, глянул на Мейсона. — Ты зря вышел на улицу в одиночку. Нельзя быть уверенным, что тут не осталось кого-то опасного. К примеру, те же братья Уильяма. — За что они меня не любят? — приподнял брови парень. — Я им ничего пока не сделал. — Мой милый мальчик, ты просто избран Уильямом. И, если они тебя увидят, они поймут, что ты ещё и ждёшь ребенка. А это следующий претендент на трон Ада, знаешь ли. И после этого тебе не страшно? — Владыка прищурился, выгнул одну чёрную бровь. — Лучше гуляй на территории своего дома. Я не всегда смогу подоспеть вовремя. — Спасибо, я постараюсь, — пробормотал Мейсон. — Я пойду. И ты иди. — Люцифер пригладил торчащие пряди на каштановой макушке, подмигнул юноше и растворился в воздухе.       Пайнс пожевал нижнюю губу, отложил розы на скамью, а затем пошёл по скверу к центральной улице, где располагалась администрация. Он без проблем поднялся на нужный этаж, нервно пригладил волосы и только потом толкнул массивную белую дверь в кабинет, где шло совещание. Гул голосов затих, лиловые омуты смотрели прямо на сильные плечи, облачённые в чёрную строгую рубашку. Сайфер стоял к нему спиной и смотрел в высокое окно, выделив себе время на отдых. Министры с недоумением разглядывали вошедшего. Демон устало обернулся, сердце в груди громко ударилось о рёбра. — Закончим со всем завтра, — быстро выпалил князь, удивившись появлению супруга. — Через неделю, — поправил Мейсон, пока его щёки покрывались краснотой. — Да… Через неделю… — легко согласился Билл, смягчившись. Министры и сами были рады покинуть кабинет, в котором провели многие часы. И вот помещение совсем опустело, замок на двери щёлкнул, а юноша оказался рядом с мужчиной. — Я скучал, — прошептал Пайнс, когда ладонь Сайфера накрыла его скулу. — Диппер, нельзя просто так являться ко мне на работу посреди рабочего дня. Во-первых, с тобой могло что-то случиться, а во-вторых, ты нам помешал. Прости, но это так. — Ты не хочешь, чтобы я здесь появлялся? — переспросил парень. В его груди что-то похолодело. — Очень хочу. Но я пока по уши в делах, ты ведь видишь. — Князь опустил глаза, переместил вторую руку на талию шатена. — Я открою тебе разрыв из особняка сюда, но ты сможешь приходить лишь во время обеда. Или, если хочешь, я могу переместить всё это в наш дом, там ты сможешь заходить тогда, когда захочешь. Но не мешай пока работать, ладно? Это очень важно для Ада.       Мейсон фыркнул, но притянул демона за шею к себе, скрипнув зубами. Как же его бесила вся эта важность чёртового Сайфера. Но он терпел… Это и правда было важнее его гормонов. — Милый, я постараюсь закончить с этим побыстрее. Еще два-три собрания, и я буду только дома и только с тобой. Я ведь специально всё сгружаю на один день с целого месяца. — Мужчина тяжело выдохнул, обнял ладонями островатые плечи возлюбленного и отстранил того от себя, чтобы заглянуть в глаза. — Ты потерпишь? — Учитывая то, что мы уже целую неделю просто так засыпаем? Или что ты валишься с ног к вечеру? Ах да, всё в порядке, ведь перегрузки стали для тебя нормой. — Шатен накрыл живот Билла руками, приподнял брови. — Не забывай, что ты теперь не один. У нас, как минимум, двое детей. У тебя есть я. Не нужно изматывать себя. Ты меня бесишь… — Дай мне два дня, я всё быстро улажу. Ты будешь рад. — Промурлыкал демон, притянув Пайнса назад в объятия. Тот что-то невнятно прошипел, но согласился, пока за окном темнело от туч.