Идеал

Снова я один в своей маленькой и уютной каморке. В моих перепачканных чернилами руках находится новый блокнот. Он небольшой, красивый, в бумажном переплете, такой же, как и многие до него. Через пару минут я возьму ручку, открою его и начну писать. А вот и она, идея, и я не могу остановиться, и буквы, одна за другой, и слова, и предложения появляются на странице. Затем, постепенно, я разглядываю тебя там, между строк, и моё сердце больше не может биться… Ты стоишь рядом, буквально в паре шагов от меня, но я не могу подойти, мои ноги меня не слушаются. Пытаюсь протянуть к тебе руки, чтобы дотронуться, но не достаю. Хочу увидеть твоё лицо, но не могу, яркий свет этого места ослепляет меня. Позвать? Как? Я ведь не знаю твоего имени. У тебе ведь есть имя, правда? Должно быть, и наверняка оно такое же волшебное, как и ты. Но какое же? Анна? Мария или София? Нет… Это не твои имена. Тогда как на счет Елены? Стоит мне произнести его, как ты немного вздрагиваешь и неуверенно оборачиваешься в мою сторону. Значит, я угадал. Ах… Елена. Наконец ты появилась, мой идеал, и я могу полюбоваться твоей красотой. Ты безумно прекрасна, добра, светла. Ты — сама нежность. Мне нравится в тебе все. Длинные волосы сверкают точно белое золото. Несколько волнистых прядей упали на твоё лицо, остальные же касаются твоих плеч, спины, ниспадают до поясницы, а может и ниже. Идеальных бровей почти не видно оттого, что те слишком светлые. Голубые глаза сверкают добрым огнем. Твоё верхнее веко чуть приподнято, напоминая изгиб волны, а нижнее идет ровной линией. Ресницы не такие уж и длинные, густые, да и заметны лишь потому, что они теплого шоколадного оттенка. У тебя средних размеров носик со слегка вздернутым концом, а ещё пухлые губки, верхняя чуть больше нижней. На щеках лёгкий розовый румянец. Пара родинок на лице: одна над правой бровью, другая у губ. Плавные линии фигуры мерещатся мне под невесомой тканью: легкая полнота, высокая грудь, средний рост. Но больше всего мне нравятся твои руки. Длинные тонкие пальчики, аккуратная форма ногтей, кожа кажется шелковой. Ты смотришь на меня и улыбаешься ещё шире, чем до этого. На лице появляются милые ямочки. Я поражен, ошарашен и, кажется, совершенно не дышу. Мне от чего-то становится душно, неловко от твоего пристального взгляда, руки вспотели. Ты, вдруг, начинаешь смеяться, прикрывая ротик ладошкой, а я смущаюсь ёще сильнее. «Я что-то не так сделал?» — спрашиваю у тебя. Ты не отвечаешь, лишь машешь головкой в разные стороны, и мне чудится, что говоришь: «Нет, что ты». Странно, да? Ты молчишь, а я будто слышу твой голос в своих мыслях. Однако думаю, что именно это ты бы и сказала. Ты встаешь, поправляешь свой длинный белый халатик, потуже завязываешь пояс. Затем неуверенными шагами приближаешься ко мне. Твои ручки обхватывают мою талию, обнимая, пальчики сжимают грубую ткань моей рубашки. Щекой ложишься на мою грудь, прикрываешь веки. Я обнимаю тебя в ответ, стараясь не причинить неудобств своими мозолистыми ладонями. От тебя исходит тепло, ты пахнешь ягодами и свежей выпечкой, мне нравится этот аромат. Ты чуть сильнее сжимаешь меня, даря какое-то доброе тепло. Хоть мы и молчим, да и вообще, только знакомы, но я чувствую твою поддержку, и мне все равно, что ты всего лишь плод моих фантазий. Мне хорошо. Только с тобой, Елена, я могу общаться, не произнося ни слова. Даже сейчас, ты будто сказала: «Ты такой теплый». А я отвечаю: «А от тебя пахнет булочками. Так и хочется съесть». «Поверь, я совсем не вкусная, но булочки я и в правду люблю» — ты снова смеёшься. Моё настроение стало гораздо лучше, и мир на мгновенье стал таким ярким и в тоже время ничтожным. Моя реальность приняла форму этой прекрасной девушки, и даже если бы сейчас произошел взрыв, уверен, что не обратил бы на это внимания. Мой воздух, мой свет, моя радость, моё все — Елена. Кто-то грубо трясет меня за плечо. «Эй, проснись, пора ужинать. Ты у меня с утра ничего не ел» — говорит моя мама. Я открываю глаза. Похоже, уснул во время работы. На столе лежат исписанные черновики, черно-белые наброски чьих-то лиц, похоже, что твоих, Елена. Я пытался тебя нарисовать. Но у меня ничего не вышло, я не художник и не в силах перенести твой лик на холст, но зато могу сокрыть его на страницах своих блокнотов. Да… моя Елена. Никому не отдам. «Давай, вставай, пошли. Все стынет. — недовольно ворчит старая женщина — Или ты опять где-то в облаках летаешь?» «Почему же? — я убираю испорченные листки и достаю из пачки новые — Я уже закончил на сегодня» Остаток дня проходит обыденно скучно. В конце концов, что может происходить в жизни писателя? Необычные вещи происходят с ним только в его рассказах и снах, а сейчас самое время ложится. Я закрываю глаза. Белый свет снова окутывает меня пеленой. Ты пришла. Это сиянье повсюду следует за тобой. На душе спокойно. Твои губы касаются моего лба: «Спокойной ночи». Ты приглаживаешь мои волосы. Привстаёшь с постели чтобы уйти. Я хватаю тебя за рукав платья и шепчу: «Не уходи. Останься. Я тебя очень прошу». -«Хорошо». Ты неуверенно опускаешься на перину. Твоя головка покоится на моём плече. Через некоторое время ты засыпаешь. Ручки сжаты в кулачок на мой груди. Я перебираю твои локоны, поглаживаю оголенное плечо, чувствую, как ты дышишь. Моё счастье не описать словами. Наконец-таки у меня появился свой личный ангел.