Чувства, вырезанные на коже.

Придерживаясь отстраненности, Тэхен выстраивает стену между собой и Чонгуком. Борется с сильным чувством ревности с помощью общения в сети с Богомом, буквально выплескивая на старшего товарища свою боль. Ведь Ким отчетливо понимает сложившуюся ситуацию и чувствует, как отношения с Чонгуком разваливаются, даже несмотря на его безумную любовь, в которой Тэ, собственно, и погряз, перестав мыслить здраво. Он чаще срывается на грубость и язвит с ухмылкой в присутствии Чонгука, а после трусливо сбегает. Чонгук же становится прежним, так кажется Киму, который тихо злится, видя улыбку младшего в общении с мемберами. Вот только в реальности все обстоит совсем иначе. Каждый день для золотого макнэ словно испытание. Видя любимого хена, Гук не может к нему прикоснуться, получить прежнее внимание и уж тем более не решается заговорить с ТэТэ. И от этого в груди парня все неприятно сжимается, а фальшивая наигранность веселья, маской застывает на его лице. В компании с ребятами Чонгук становится внимательней и осторожней, ведь теперь ему есть что скрывать. И пусть ежедневные повязки с заживляющей мазью затянули рану, последствие “игры” все же оставило свой след светлой полоской на смуглой коже запястья. В очередной раз, пребывая не в лучшем расположении духа, Тэхен заваливается на кухню, чтобы в одиночестве выпить крепкого чая, но все планы меняются, стоит ему заприметить сидящего за столом Пака. Усмехнувшись, Ким молча проходит в кухню и так же молча достает с полки пачку крекеров, наливает в чашку чай, а после плюхается на стул напротив.       — В молчанку играть собрался? — нарушив давящую тишину, интересуется Чимин, не отводя глаз от прожигающего напротив взгляда друга.       — Не думаю, что нам есть о чем говорить, — непринужденно отвечает Тэ, вскрывая пачку и откусывая половину печенья.       — Тэхен, прекрати вести себя по-свински по отношению к Чонгуку. Он не заслуживает подобного обращения, — просит Пак как можно спокойней.       — А ты в заступники записался или, может, на мое место метишь? Вот только учти, перейдешь черту, и я не посмотрю на долгую дружбу…       — Ким Тэхен, ты вообще слышишь, что несешь? Посмотри на себя – ты ослеплен ревностью и не видишь, как страдает от этого Гуки, — пытается вразумить вокалиста Чимин, сжимая ручку кружки сильнее.       — А ты думаешь, что твоей вины здесь нет? — проскальзывают горькие нотки в голосе Тэ. — Ваш пейринг нужен был только на сцене, но ты, кажется, забылся и решил перевести его в реальность! — с грохотом ставит он чашку на стол.       — Если ты снова про тот вечер, то я вытащил Чонгука на прогулку, чтобы он хоть немного смог вздохнуть. Просил его набраться терпения и дать тебе шанс исправиться, — сознается Пак, отставляя кружку в сторону. — Но ты сам раз за разом все портишь! Ты ведь даже не оценил того, что Гук специально встал раньше, чтобы приготовить тебе завтрак, вместо этого ты взъелся на него за прогулку со мной.       — Будь добр, добивайся популярности другими способами, а Чонгука не трогай, он мой! — рычит Ким, в мгновение нависнув над сидящим Паком.       — Очнись, ТэТэ! — вскрикивает Чимин, подскочив с места. — Чонгук, наш макнэ, и мы все переживаем за него, видя, как сильно он изменился. Когда ты последний раз видел его искреннюю, а не натянутую улыбку, а слышал звонкий смех?       — Я все сказал! — стоит на своем Ким, сжимая кулаки. — Держись от Чонгука подальше!       — Не втягивай в ссору других, Тэхен, — заявляет Гук, появившись в дверях. Не собираясь отступать, Ви хмуря брови развернувшись внимательно смотрит в темные глаза младшего, которые глядят с обидой и вызовом. Сократив расстояние, Чонгук обеими руками берется за края кимовой рубашки, надетой поверх футболки и, кипя от злости, шипит тому в лицо:       — Когда же до тебя дойдет наконец, что это лишь игра на публику, а настоящие чувства принадлежат только тебе!       — Месяц назад, я верил в это, но не сейчас! — выкрикивает Тэхен, сбрасывая руки Чона. — И если это игра – значит, ты заигрался, Чонгук! Мне больно… — добавляет низким голосом и стремительно уносится из кухни.       — Чонгук-ши? — робко зовет Чимин притихшего макнэ, ощущая свою вину в ссоре друзей, и тут же вздрагивает от громкого хлопка двери комнаты Кима.       — Мне тоже, хен… — сжав кулаки, совсем тихо произносит Чони, скрывая влажные глаза за челкой.       — Все будет хорошо, Гуки, я сейчас же поговорю с ТэТэ, — волнуется Пак, подходя к поникшей фигуре младшего.       — Не стоит, — шепчет Чонгук, не поднимая головы. — Все именно так, как должно быть, — и развернувшись, следует примеру Тэхена. После инцидента на кухне, оба парня закрылись в своих комнатах, решительно отказавшись от ужина и любых контактов со старшими мемберами. А ночью, когда все спят, Тэхен тихо всхлипывает, стараясь задушить подступающую истерику. Он отчетливо понимает, что теряет любовь Чонгука, которая, казалось, была сильнее всего на свете. Его руки с силой сжимают простынь до побеления костяшек на пальцах, а сердце норовит выскочить из груди. Чимин прав, Тэхен сам всё портит, но остановиться он уже не в силах, эмоции слишком сильны… Утром, несмотря на разногласия и поникшее настроение, мемберы в полном составе едут в компанию. Где из-за плотного расписания много работают, всецело погружаясь в репетиции без привычной обстановки веселья. Потому в течении всего дня менеджер следит за парнями слишком внимательно и, возможно, даже несколько осуждающе, но продолжает молчать. И только вечером, после трудовых подвигов, завалившись в общежитие, парни расслабляются. Сплоченно разогревают ужин, накрывают на стол и вместе едят, не отвлекаясь на разговоры. А после, шустро убрав за собой, по уже сложившейся традиции, собираются в зале перед телевизором. Сегодня все сильно устали, поэтому обычных споров по поводу выбора фильма не происходит. Они просто включают случайный канал, оставляя какое-то шоу, и переключаются на свои дела. Сидящие на одном диване Намджун, Чимин и Хосок заинтересованно обсуждают какие-то действия, происходящие на экране. Тэхен, забравшись с ногами в кресло, залипает в смартфоне, где пересматривает старые выступления, с легкой улыбкой следит за единственной фигурой из шести других. Чонгук, устроившись на противоположном диване в компании Шуги и Джина, охотно поддерживает разговор, отвечая на вопросы хенов, пока их не прерывает гудящий мобильник Юнги.       — Всем тихо, это менеджер, — оповещает Шуга и принимает звонок. — Да, все в норме. Хорошо, передам.       — Что случилось? — интересуется Намджун.       — Мы сегодня хорошо поработали, поэтому заслужили внеплановые три дня выходных. Велено отдохнуть как следует.       — Здорово-то как, — мечтательно тянет Джин. — У кого какие планы или займемся чем-нибудь совместно? — обращается старший ко всем сразу, смотря выжидающе.       — Лично я начну с того, что наконец-то высплюсь, — отзывается первым Юнги.       — Хочется повеселиться, — одновременно заявляют Хосок с Чимином и смеются схожести своих мыслей.       — Я пока не решил, особых планов нет, — подает голос Чонгук, когда до него доходит очередь, и переводит взгляд на Тэхена.       — У меня встреча с Хваранами, а дальше не знаю, — отвечает Тэ, не отрывая взгляда от смартфона. И тут же пять мемберов не сговариваясь, синхронно переводят взгляд на Чонгука, на что тот улыбается легко, как ни в чем не бывало, всем своим видом отчетливо давая понять, что с ним все хорошо. Вот только Хосок не верит фальшивой улыбке макнэ, взгляд которого на мгновение стал обреченным, а следом неожиданно решительным, словно Гук вел сам с собой какой-то диалог.       — Мы с Моней собираемся по магазинам, — тараторит Сокджин, переводя внимание на себя, бросая при этом взгляд в сторону лидера. — Давай с нами, Чонгук-и, устроим небольшой шоппинг?       — Прости, Джин-хен, — пожимает плечами Гук. — Но вначале я поддержу идею Шуги-хена, а вот потом посещу любимое кафе, где, по слухам, появились новые мясные блюда. И, кажется, на этот раз парни всё же верят планам Чона, потому что хорошо знают о большой любви младшего к мясу, а раз тот вспомнил о еде — они могут вздохнуть с облегчением. Все, кроме подозрительного Хоупа, наблюдения которого дают свои результаты, когда он замечает светлую полоску на запястье макнэ. А следом, Чонгук едва заметным движением перемещает левую руку ближе к себе и, как бы случайно, поправляет рукав, натягивая его до костяшек. Отчего в голове Хоби, словно по заказу, всплывает картинка недельной встречи с Чонгуком ночью в ванной. Нахмурившись, танцор припоминает варианты образов Гуки, которые как раз в последнее время упорно состоят из водолазок и кофт с длинными рукавами на манжетах. Не желая даже мысленно озвучивать свою догадку, Джей-Хоуп решается, что обязан поговорить обо всем с ещё одним странно ведущим себя младшим. Достав из кармана спортивных штанов мобильник, он быстро печатает текст сообщения: «Нужно срочно поговорить. Кажется, Гук затеял опасную игру! Ждать больше нельзя». И тут же получает ответ: «Давай после отбоя у меня». Осознавая, что отношения с Тэхеном не восстановить, Чонгук улыбается, сидя в зале с ребятами на диване, а в голове появляется лишь одна мысль: «Хочу снова ощутить то чувство». Потому высидев время, он, как и все, идет в свою комнату, вот только сон сегодня не входит в его планы. Включив компьютер, Гук надевает наушники и, загрузив игру, погружается в нее с головой. Макнэ пытается сосредоточиться на игре, но сегодня ему слишком плохо, слова Тэхена о встречи с Хваранами жгучей болью отдают во всем теле. Он давно забыл, что значит быть счастливым. Все видят его улыбку, но никто не видит его боль. Никто не знает о слезах в подушку, о том, насколько он на самом деле слаб. И причина одна — Гук сам не хочет, чтобы кто-то это знал, особенно Тэхён. Поэтому, даже если он испытывает вселенскую боль и сердце его разрывается на миллионы кусочков, Чонгук никогда не покажет этого другим, продолжая держать все в себе. Тэхен понимает, что больше не может молчать, ему просто необходимо поговорить с кем-нибудь, вот только с кем? Мемберы молчат и даже взбучку устроить не могут, только смотрят на него недовольно, а решать проблему нужно срочно, пока Ким совсем не съехал с катушек от самокопания. Вот только, как вернуть доверие и любовь того, кому постоянно делаешь больно, Тэ не знает. После отбоя, как и договаривались, Хосок идет в комнату Тэхена, стараясь издавать как можно меньше шума. Остановившись около двери красноволосый танцор оглядывается по сторонам и открыв ту, проскальзывает в чужую обитель.       — Я хочу вернуть, Гуки, — заявляет Тэ, как только старший оказывается на пороге его комнаты.       — Уверен? — хмурится Хоби, подходя к кровати и садясь рядом с парнем. — Тогда зачем ты упомянул «Хваранов» перед ним? Забыл прошлые ссоры и вспышки ревности Чонгука?       — Нет, сейчас повод другой, — тихо сознается Ким, опустив взгляд. — В этот раз я слишком виноват, и простого извинения будет уже недостаточно, а желание вернуть отношения с Чонгуком настолько сильное, что в голове каша, и страх одолевает от мысли, что я могу снова ошибиться и сделать что-то не так. Поэтому собрался спросить совета у старших хенов, — заламывает он свои дрожащие в волнении пальцы.       — С ними о нашем Гуки? — поражается Хоуп, вздернув бровь. — Ты серьезно?       — Да, — твердо произносит ТэТэ, резко вскинув голову. — Я бы, конечно, обратился к вам, но вы волком на меня смотрите. Намджун — морду набьет, а потом возможно отчитает, Сокджин — молчит обиженно, взглядом желая шкуру с меня снять, Шуга — пошлет сразу, даже дверь открывать не станет. С Чимином у нас вряд ли вообще выйдет спокойный разговор, а с тобой... Хен, даже ты ничего не предпринимаешь, просто молча хмуришься и всё! Что мне остается делать? — не выдержав Ви утыкается лбом в плечо Хоби, и всхлипывает от безысходности.       — Боже, какие же вы всё-таки ещё дети, — качает головой Джей-Хоуп, прижимая дрожащую тушку младшего к себе, успокаивая.

***

Взглянув на часы, показывающие пол двенадцатого ночи, макнэ с усмешкой выключает компьютер, просто выдернув все шнуры из розетки разом. Сказать честно, ему плевать, что будет с железным устройством, ибо сейчас он окончательно решился избавить себя от душевной боли, ночами разъедающей его внутренности. Покинув комнату, Чонгук осторожно прикрывает дверь и на ватных ногах бредет по пустому коридору туда, где сможет «поиграть» с нервами. Щелчок замка, и в дрожащих руках само собой появляется лезвие. Первый порез – нет того ощущения, лишь тянущая боль, второй – липкая жидкость стекает по коже вниз к локтю, третий, более глубокий – и в голове сами собой всплывают воспоминания школьного выпускного… «Чонгук улыбается, искренне радуясь окончанию школы, и с блеском в глазах смотрит на любимого хена с букетом цветов. Тэхён улыбается в ответ широкой улыбкой, лезет обниматься и, даря цветы, шепчет на ухо: «Поздравляю, крольчонок». Чонгук очень счастлив и скрыть это не в силах, поэтому, когда активный и такой же счастливый Чимин тянется к нему с обнимашками и просьбами сделать кучу фотографий, Чонгук соглашается. Из-за банальной нехватки времени, уделяя внимание всем мемберам сразу, Гук не замечает поникшую улыбку любимого. Потому и не понимает причину молчаливости Тэхена, который в одиночестве сидит в углу дивана, наблюдая за всем со стороны. Но стоит Гуку перехватить недовольный взгляд Ви, направленный на Пака, как младший все понимает. Отмахнувшись от прогулки с ребятами, которые решили продолжить веселье вне стен общежития, Чонгук с улыбкой потопал к любимому хену.       — Я соскучился, ты весь вечер так далеко от меня был, — с широкой улыбкой сообщает Гук и, не разрывая зрительного контакта, плюхается Ви на колени, тут же обвивая руками его шею. — А я так сильно тебя люблю.       — Ага, и поэтому ты так много фотографировался с Чимином?       — Но весь день я смотрел только на тебя, поэтому ты не должен ревновать меня к нему и ребятам, — качает головой младший и, подавшись вперёд, оставляет на губах замершего Тэхёна лёгкий поцелуй. На что Ким молчит с минуту, а после, рвано выдыхая, отводит смущенный взгляд, отчего Чонгук становится только смелее, вновь целуя любимые губы, обнимает за шею. Младший слишком податливый, тёплый и приятный, из-за чего Ви не может сопротивляться, и обнимает Гука за пояс, притягивая ближе к себе. Нежный поцелуй становится более глубоким и сбивает дыхание обоих, заставляя на время отстраниться друг от друга.       — Тэхен-и, ты же не забыл своё обещание? — смущённо шепчет Чонгук, и Ви улыбается широко отбросив все обиды.       — Я помню, крольчонок, — довольно тянет Тэ, чмокая младшего в нос. — Пора сделать моего Чонгук-и совсем взрослым, — мурлычет старший и рывком поднявшись с места крепче прижимает любимого малыша, направляется в свою комнату». Память болью сжимает сердце, не позволяя свободно дышать. Слезы ручьем льются из глаз, и ноги едва держат. Тело младшего знобит, но всё, что отчетливо чувствует Гук — это давно забытое прикосновение теплых рук Тэхена…

***

      — Я рад слышать, что ты, наконец, осознал свои ошибки. Теперь шансы избежать неприятностей значительно возросли.       — Хен, что ты имеешь в виду? И вообще, о какой игре говорил? — спрашивает Ким, вытирая слезы и все ещё изредка всхлипывая.       — Когда ты неделю назад ходил на прогулку, я так понимаю, с Богомом? — уточняет Хоуп и, дождавшись кивка, продолжил мысль. — Чонгук сразу же закрылся в своей студии, потому что понял, с кем ты. Он просидел там весь день, напрочь отказавшись выходить и даже есть. Той же ночью я застал его в ванной, он был каким-то дерганным, словно… — Хосок замолкает и смотрит взволнованно.       — К чему ты клонишь, Хоби-хен? Скажи прямо, я не в том состоянии, чтобы разгадывать намеки, — злится Ви, хватая старшего за плечи и заглядывая Хоби в глаза.       — В общем, сегодня я заметил светлую полоску на его запястье и сразу вспомнил тот случай.       — Думаешь, он…? — начинает ТэТэ, выпуская плечи хена из рук и замолкает не решаясь продолжить мысль.       — Не знаю, но есть вероятность, что Гуки играет в опасную игру с лезвием. И ещё, он был слишком улыбчив сегодня, а вот взгляд, наоборот, решительный.       — Я должен увидеть его прямо сейчас! — вскочив на ноги Ким пулей вылетает из собственной комнаты.       — Не перебудили бы вы всех своим примирением, — посмеивается Чон в надежде, что теперь у младших все будет хорошо и, последовав примеру хозяина комнаты, выходит в коридор, прикрыв за собой дверь. Вот только уйти далеко старший не успевает из-за влетевшего в него тонсена. Он с диким взглядом безмолвно открывает рот, пытаясь жестами объяснить что-то непонятное. — Рассказывай.       — Его там нет, — еле слышно сипит Тэ. — Даже кровать для сна не разобрана.       — Тогда проверим в студии и… — мысль Чона обрывается с глухим звуком падения.       — Надеюсь это не то, о чем я подумал? – произносит Тэ мертвым голосом.       — Это из ванной, — подтверждает Хосок, холодея внутри.       — Чонгук-и, — шепчет пересохшими бледными губами Ви, и срывается с места. Оба парня стремительно несутся в ванну, на повороте практически влетая лицом в ее двери. Тэхен дергает ручку, но дверь оказывается заперта.       — Гуки! Открой немедленно, или я вышибу эту чертову дверь! — барабанит в панике Ким, будя все общежитие своими действиями, но открывать ему никто не спешит.