На счет три я открываю глаза

      В комнате было полутемно, перед глазами мелькал приглушённый свет от волшебного шара, в котором, свернувшись кольцами, лежала змея. Тёмный Лорд стоял у стола из тёмного дуба в небрежной позе. Бледная рука с длинными пальцами нервно постукивала по столу, что выдавало волнение хозяина змеи.       Они стояли друг напротив друга в молчании на протяжении десяти минут. Каждый думал об одном… Война. Пока они стояли и молчали, погибали люди, которых Снейп учил или просто видел не раз. Он не из сентиментальных, поэтому не испытывал особой жалости к ним, но каждый из этих людей был полон каких-то надежд, у них были планы на будущее. А тут явилась та, которая с начала появления цивилизованного общества на Земле забирала жизни, одну за другой. Люди часто воевали по, казалось бы, банальным поводам: расширение территории, больше власти, ресурсы. У соседей всегда трава зеленее, это верно. Однако все эти мотивы могли породить маггловскую войну. Здесь же иной случай.       Снейп представлял по какому поводу его призвали, поэтому не стал медлить и первым нарушил тишину, которая преследовала его на протяжении почти всей жизни: — Повелитель, их сопротивление сломлено… — Без твоей помощи, — отозвался Волан-де-Морт высоким, ясным голосом.- Ты, Северус, искусный волшебник, но не думаю, что сейчас ты нам особо нужен… Мы почти у цели…почти. — Позвольте, я найду вам мальчишку. Позвольте мне доставить вам Гарри Поттера. Я знаю, как его найти. Прошу вас, — Снейп продолжал играть свою роль, умело изображая страх.       Он решил отойти от светящейся сферы и сделал несколько шагов в клубящуюся темноту. Северус всегда так делал, когда пытался что-то скрыть. В лице, находящимся в тени, тяжелее распознать ложь, так было и будет всегда. Хотя на счет этого слова «будет» стоит задуматься: вдруг вскоре уже ничего и не будет.       Заметив, что Снейп отодвинулся от него, Волан-де-Морт двинулся за ним, как в зеркале отражая каждый его шаг. Змеиное лицо не выражало почти никаких эмоций. Только на несколько мгновений проступили неприкрытое раздражение и едва заметная злоба. Красные глаза вонзились жалящим взглядом в темные глаза своего слуги. Матовая бледность лица и этот взгляд испугали бы любого, но не того, кто часто находился рядом с ним. — Я в затруднении, Северус, — мягко и даже с ироничной заботой сказал Волан-де-Морт. — В чем дело, повелитель? — откликнулся Снейп, пытаясь показать свою заинтересованность. Он давно уже не боялся смерти. В этом мире только придуманные им самим обязательства и держали его, так что он был готов расстаться с жизнью хоть прямо сейчас, без этих разговоров.       Тёмный Лорд задал какой-то вопрос, но смысл его дошел до Северуса не сразу. Мысли его текли в совершенно другом направлении. Только посмотрев на то, что повелитель легко и изящно взмахнул палочкой, он понял смысл вопроса. Он сомневался в том, что палочка принадлежит и слушается тоже его. — Повелитель? — недоуменно спросил Снейп. — Я не понимаю. Вы совершали этой палочкой непревзойденные чудеса волшебства. — Нет, — ответил Волан-де-Морт. — Я совершал этой палочкой обычное для меня волшебство. Я — непревзойденный волшебник, но эта палочка … нет, я её не ощущаю.       Темный Лорд говорил с напускным спокойствием, но интуиция, которая развита у всех волшебников, говорила, что он в гневе. Повелитель продолжил: — Я не заметил разницы между этой палочкой и той, которую приобрел много лет назад у Олливандера. Никакой разницы.       Снейп молчал. Он проигрывал в голове возможные варианты ответа Лорду. Выбор пал на то, что у него всегда неплохо получалось — молчание.       Волан-де-Морт стал спокойно вышагивать всю комнату. Движения были скользкими, змеиными. Чувствовалось родство с одним из основателей Хогвартса — Салазаром Слизерином. Ноздри-прорези расширялись от каждого гневного вздоха. — Я думал долго и напряженно, Северус… Ты знаешь, почему я отозвал тебя из битвы?       «Догадываюсь» — подумал его слуга, но не решился озвучить. Он молча перевел взгляд на змею в сфере, которая, так же как и её хозяин смотрела неотрывно на Снейпа. Что ж если играть роль, так до конца. — Нет, повелитель, не знаю, но умоляю вас: позвольте мне туда вернуться. Позвольте мне отыскать Поттера. — Ты говоришь совсем как Люциус. Вы оба не понимаете Поттера — в отличие от меня. Его не нужно искать. Поттер сам придет ко мне. Я знаю его слабость, его, так сказать, врожденный дефект. Он не сможет смотреть, как другие сражаются и гибнут, зная, что всё это из-за него. Он захочет прекратить это любой ценой. Он придет. — Но, повелитель, его может случайно убить кто-нибудь другой… — Я дал Пожирателям смерти совершенно ясные указания. Схватить Поттера. Убивать его друзей — чем больше, тем лучше, — но только не его самого. Однако я хотел поговорить о тебе, а не о мальчишке. Ты был мне очень полезен. Очень.       Волан-де-Морт повернулся спиной к Северусу, пока говорил все это. От этого вкрадчивого холодного голоса, похожего на шипение, могла бы замерзнуть кровь в жилах. Мог бы страх взять сердце в свои ледяные пальцы. Могли бы ноги подкоситься. Но ничего из этого со Снейпом не произошло. Но стоило отойти подальше от той темы, о которой говорил Темный Лорд. — Повелитель знает, что услужить ему — мое единственное стремление. Но позвольте мне пойти и отыскать мальчишку, повелитель. Я уверен, что сумею… — Я уже сказал: нет! — не сдержав своего гнева, выкрикнул Волан-де-Морт повернувшись на пятках и разметав края своего черного бесформенного балахона, полы которого тихо шуршали при ходьбе. Его раздражение чувствовалось так сильно, что его можно будет скоро ножом резать. — Сейчас меня волнует другое, Северус: что произойдет, когда я наконец-то встречусь с Гарри Поттером? — Но какие тут могут быть сомнения, повелитель, ведь вы… — Тут есть вопрос, Северус. Есть.       Волан-де-Морт остановился и начал поигрывать бузинной палочкой, находящейся в его руках. Длинные белые пальцы ловко крутили её в различных направлениях. Он неотрывно глядел глазами — щелочками на своего слугу. — Почему обе палочки, которые у меня были, отказались служить, когда я направил их на Гарри Поттера? — Я не знаю ответа на этот вопрос, повелитель. — Правда? — яростно глядя на Снейпа, который неотрывно смотрел на змею, спросил Лорд. — Моя тисовая палочка, Северус, исполняла все мои приказы, кроме одного, — убить Гарри Поттера. Она дважды не смогла этого сделать. Под пытками Олливандер мне сказал об одной сердцевине, сказал, чтобы я взял другую палочку. Я так и сделал, но палочка Люциуса раскололась при встрече с Гарри Поттером. — Я не знаю, как это объяснить, повелитель, — переводя глаза на Волан-де-Морта, сказал Снейп. — Я нашел третью палочку, — продолжил почти шепотом Темный Лорд. — Бузинную палочку, Смертоносную палочку, Жезл Смерти. Я забрал её у прежнего хозяина. Я забрал её из гробницы Альбуса Дамблдора. Я просидел здесь всю эту ночь размышляя о том, почему Бузинная палочка отказывается выполнять то, для чего она предназначена, отказывается сделать то, что она должна, по легенде, сделать для своего законного владельца… и мне кажется, я нашел ответ.       Снейп молчал. — Может быть, ты уже догадался? Ты вообще-то очень умный человек, Северус. Ты был мне хорошим и верным слугой, и я сожалею о том, что сейчас произойдет. — Повелитель… — Бузинная палочка не повинуется мне по-настоящему, Северус, потому что я незаконный её владелец. Бузинная палочка принадлежит тому волшебнику, который убил её предыдущего хозяина. Ты убил Альбуса Дамблдора. Пока ты жив, палочка не может полностью принадлежать мне. Иначе быть не может. — Повелитель! — воскликнул Снейп, проклиная то, что даже накануне своей смерти не может остановиться играть свою роль. — Иначе быть не может. Я должен получить власть над этой палочкой, Северус. Власть над палочкой — а значит, и власть над Гарри Поттером.       Волан-де-Морт уже не смотря на него, лениво взмахнул палочкой, что могло показаться жестом пренебрежения. Он развернулся и начал двигаться в сторону выхода. В тот момент, когда Лорд повернулся спиной, шар со змеёй материализовался на плечах Снейпа.       Северус ожидал обычной Авады, но не такой смерти. Его глаза расширились от ужала и в легких спёрло дыхание. Он начал поднимать палочку, в панике пытаясь разбить шар заклятиями, но это было глупо. — Убей! — холодно сказал на парселтанге Темный Лорд.       Змея почти с интересом наблюдала за попытками жертвы избавиться от сферы. А потом резко вонзилась в шею Северуса, из глотки которого вырвался страшный и ни на что не похожий крик. От ужасной боли слезы хлынули из его глаз.  — Жаль, — холодно сказал Лорд.       И исчез. Просто трансгрессировал вместе со змеёй. Волан-де-Морт не испытывал ни раскаяния, ни печали.       Северус сразу же рухнул на пол. Ноги просто перестали держать. Из раны алой струей хлестала кровь. Снейп пытался зажать рану рукой, хотя и не знал зачем, смысла-то не было. Звуки битвы, слышавшиеся на протяжении всего разговора, постепенно утихали. На него постепенно начала нападать абсолютная тишина.       И тут перед ним появились зеленые миндалевидные глаза. Затем взгляд выхватил патлатые волосы и круглые очки. Снейп в бреду смотрел на него и понял что пришло время выполнить последнее поручение старика. И пусть Поттер увидит то, что ему не положено, пусть. Хоть кто-то будет знать о его переживаниях и жизненном пути.  — Собери… собери… -схватив Гарри за одежду сказал он. Северусу сейчас трудно даются слова. Горло как-то сразу же пересыхало, и судорога сводила грудную клетку. Он всегда надеялся, что умрет легко, а не в мучениях. Надежды не оправдались. Яд распространялся по крови и агония потекла по всему телу. Было трудно даже думать, даже просто смотреть.       Мальчишка нагнулся и наполнил флакон до краев воспоминаниями, которые лились из Снейпа, смешиваясь с кровью.       Дикое желание посетило перед смертью Северуса. Он попытался остановить мальчишку, который уже начал отстраняться, но хватка уже ослабела настолько, что рука бесчувственно упала на пол. Видимо Поттер понял, что Снейп ещё хочет что-то сказать, и нагнулся ниже, почти к самому лицу.  — Взгляни… на... меня… — еле слышно прохрипел он.       В душе Северус улыбнулся и увидел жалость и даже какую-то толику заботы в глазах, которые достались парню от Лили. Его дорогой Лили. Веки стали свинцовые и этот взгляд стал уплывать куда-то в небытие. С осознанием того, что он уже умирает, пришло счастье. Счастье, что в скором времени он увидит Лили.       Через секунду взгляд стал пустым и неподвижным.