Найди, если любишь.

Хорошо, что у меня есть несколько дней отдыха. Приступаю к работе я только в начале нового месяца, и до этого времени нужно во всём разобраться. Я не собираюсь давить на любимого человека, но готов на коленях стоять, если это поможет. Конечно, сейчас у меня есть что ему предложить, но Бим не из тех, кто ведётся на деньги или подарки. Пусть только он выслушает меня, пожалуйста! Заехав к Киту за письмом, я увидел малоприятную картину. Скула рыжего опухла и посинела, но, видимо, он не признался Мингу. В противном случае, я бы уже столкнулся с гневом младшего. Кит смотрел на меня неуверенно, долго мялся, но всё же пожелал удачи. Хотелось побольше узнать, но выглядевшего подавленным доктора уже вызвали в приёмную. Я веду своё авто к самой окраине города, туда, где начинаются частные посёлки, дома отдыха и курортная зона. Проезжая мимо некоторых зданий, я с тоской вспоминаю наши с Бимом вылазки. Мне нравилось пробовать новое, поэтому мы были и на картинге, и на скалодроме. Бим как-то раз водил меня в анатомический музей, но я запомнил только огромную модель мужского детородного органа. Как же мой любимый тогда злился… Дорога должна была занять примерно четыре часа, но, выехав из города, я превысил допустимые нормы скорости и добрался за два с половиной. Припарковавшись на специальной площадке, я делаю глубокий вдох. Он сейчас совсем рядом. Невысокое светлое здание, рядом с которым я остановился, напоминает скорее частный дом, но никак не клинику. Пробив адрес в интернете, я узнал, что тут что-то вроде психбольницы для богатеньких. Может Кит решил поиздеваться надо мной? Неужели Бим и правда устроился сюда? Он ведь так любит выходить в люди. Работая в богом забытой местности, он бы не смог часто выезжать в город. Уж я-то знаю, что бары и ночные клубы для этого парня важная часть жизни. Человек не может так сильно измениться, правда? Хотя… Учитывая, что Бим пропал на несколько месяцев… Достаю из бардачка письмо, которое Кит просил отдать, и иду к воротам. А с охраной у них так себе... Сотрудник проверяет мои документы и пропускает, объясняя, как мне попасть в крыло персонала. Как-то тут слишком тихо. Мурашки по коже. В фильмах такие заведения обычно наполнены криками санитаров, воем пациентов и звуками электроприборов. Здесь же я слышу только нескольких птичек, щебечущих на клумбе и едва различимые звуки классической музыки, льющиеся из открытых окон первого этажа. Дверь, к которой я как раз направляюсь, открывается, и я вижу мужчину средних лет, одетого в довольно дорогой костюм. Он смутно мне кого-то напоминает, но я слишком взволнован сейчас, чтобы присматриваться. Может тоже посетитель? Я уже планирую пройти мимо, когда он мягко останавливает меня рукой и улыбается уголками губ… — Полагаю, вы ко мне? Я немного удивлён. Неужели это главный врач? Он не выглядит как медик, но с другой стороны, сними с Фа белый халат, и он тоже ничем не выдаст свою профессию. Я бросаю взгляд на конверт, вспоминая фамилию. — Вы вероятно господин Виратай? — дожидаюсь кивка и протягиваю конверт. — Я приехал чтобы встретиться с одним человеком, а вот это меня просили вам передать. Мужчина с интересом разглядывает меня, но затем отвлекается на письмо. Думаю, было бы удобнее зайти внутрь, но, видимо, этот врач абсолютно не смущён, что мы стоим буквально у порога. Он внимательно вчитывается в строки послания и хмурится, но потом в его взгляде появляется теплота, и, когда он поднимает на меня глаза, я смущаюсь. — Форт значит… Не думал, что ты приедешь, — таким именем меня называют только друзья и хорошие знакомые. Почему этот человек использует его? И что такого рыжий там написал? Я наивно полагал, что Кит, будучи доктором, попросил передать меня часть деловой переписки своему коллеге. Но теперь я уверен, что письмо личного характера и явно касается меня. Вот нахрена все лезут в наши отношения? Да, я обидел Бима, но я и исправить всё хочу сам. — Простите, я только хочу увидеть доктора Барами. — Доктора? Так мой племянник ничего не объяснил? Кит умеет убегать от проблем. Идёмте. Бим наверно опять в библиотеке.       Честно говоря, меня уже всё напрягает. Значит, господин Виратай дядя Кита? Он и помог Биму устроиться? Получается, мой парень всё это время жил здесь, никуда не уезжал и общался только с Китом? Еще меня раздражает то, как этот доктор произносит имя моего любимого, с излишней заботой, на мой взгляд. Мы приближаемся к крылу, где, похоже, живут пациенты. Я даже замечаю некоторых, в сопровождении медсестёр, но эти люди выглядят абсолютно нормально. — Удивлены? — голос сопровождающего меня доктора выводит из раздумий, — полагаю, вы тоже любите смотреть зарубежные фильмы ужасов о страшных психиатрах и клетках, в которых пациентов чуть ли не пытают. Смею вас разочаровать. Клеток у нас нет. Странное у него чувство юмора. Интересно, тут все такие? Мужчина открывает дверь, и мы следуем по светлому внутреннему коридору, абсолютно чистому и совсем не душному, как обычно принято в городских больницах. Останавливаемся у большой двустворчатой двери, и я снова ловлю на себе заинтересованный взгляд. — Думаю, будет лучше, если я всё же скажу это вам, перед тем как вы сами всё увидите, — доктор словно собирается с мыслями, — Бим здесь не работает. — Не работает? — у меня отвратительное предчувствие. Это же психбольница! Блядь, да этого не может быть! — Вы уже поняли, что я имею ввиду. Всё ещё хотите войти туда? Чёрт… Кит, ты должен был мне сказать…