Соцветие

      Кацуки пришёл в свою комнату и пнул стул со злостью. Да как эта чёртова Деку посмела?! Наорала на него, ещё и отпинала! Он с размаху упал на кровать и уставился в потолок. Слепая ярость понемногу утихала. На её место постепенно приходило ранее неведомое ему чувство стыда.       До конца занятий оставалось минут десять, значит, остальные скоро придут. У него было время незаметно проскочить на женскую часть общежития. Бакугоу перевёл взгляд на ноутбук.

***

      Мидория занималась подготовкой домашнего задания. Хоть Исцеляющая Леди и велела ей отдыхать, она не могла упускать ни единой свободной минуты, раз уж в её положении придётся выкручиваться и выкладываться больше остальных.       Её занятие прервал стук в дверь. Изуку открыла. Неожиданный гость грубо отпихнул её от дверного проёма и бесцеремонно прошёл внутрь, неся в руках ноутбук. — Каччан?! — выпалила зеленоволосая, как только он закрыл дверь за собой, отрезая все пути к отступлению. — Да, собственной персоной! — он уселся на стул, нагло скинул со стола её тетради, поставил на их место принесённый компьютер и начал деловито стучать по клавишам. — Ну, знаешь ли! Ты зачем сюда припёрся?!       Он молчал, заставляя Мидорию хаотично рассуждать, что ему здесь понадобилось. Месть? По-тихому придушит и скинет на несчастный случай? Или тюкнет ноутбуком по башке и спрячет где-нибудь труп? Ответа не последовало. А ей теперь думать, что на уме у этого эмоционально нестабильного маньяка.       Пауза явно затягивалась. Тишину нарушал лишь монотонный звук нажатия на клавиши. И спасительный стук. — Изуку! Это мы! — возвестил голос Очако. — Можно войти?       Кацуки взял с полки полимерную фигурку Всемогущего и приставил острый угол железного транспортира к его лакированной поверхности, отрицательно покачав головой. — У меня небольшой беспорядок! Я сейчас выйду! — крикнула девушка, с трудом отбирая у Каччана статуэтку.       Она выскочила в коридор и быстро закрыла дверь, молясь всем богам, чтобы подруги не увидели в её комнате опасного одноклассника, а то подумают невесть что! — Как ты себя чувствуешь? — Тсу спросила первой. — Этот придурок Кацуки тебя не сильно покалечил? — Я в полном порядке! Не стоило волноваться за меня! — она улыбнулась и тут же помрачнела, — простите, я не смогу сходить с вами на фильм. — Да, мы понимаем… — Урарака поникла. — Тогда мы тоже не пойдём! — Нет! — выпалила Изуку. — Вы просто обязаны сходить на него, мы ведь целый месяц ждали премьеру! Да и билеты куплены. Я просто отдам свой, а вы уж решите, кого с собой позвать. А ещё, — она сделала серьёзное лицо, — вы должны посмотреть его, а потом пересказать мне всё!       Подруги поклялись святыми ежами, что запомнят все детали или даже запишут звук на диктофон, и отправились искать жертву для всучения билета на мелодраму. Мидория вернулась в комнату. — Вот что ты за человек такой, Каччан? — она села на кровать и уткнулась лицом в свои колени. — Из-за тебя я не пошла гулять! Весь день мне испортил! — Ты ещё скажи, что всю жизнь. — А вот и скажу! И вообще, убирайся прочь! — Может, оно и к лучшему, что шишак тебе набил, — он взял ноутбук и поставил его на прикроватную тумбочку, сел к ней, накрывая их пледом с головой. — Не будешь себе мозги забивать тупой девчачьей болтовнёй и сопливыми фильмами. Хоть посмотришь что-нибудь нормальное.       Изуку посмотрела на него ошарашенным взглядом, а потом вспомнила. Так они часто смотрели мультики, когда она была в гостях у Кацуки. От этого было тепло и уютно.

***

      Деку была увлечена боевиком, а Кацуки поглядывал на неё. Растрёпанные волосы. Бесячие и одновременно милые веснушки на щеках. Он смотрел и не мог понять: ненавидит ли он её или что-то противоположное. Эту глупую Изуку, спутавшую мечты с реальностью. Деку, которая смогла добиться своей цели, совершив почти невозможное. Деку, которая смогла получить признание Всемогущего. Деку, которая смогла. Она вызывала желание ударить, и в то же время обнять так крепко, так сильно, почувствовать, как трещат её рёбра. И никогда не отпускать.       Бакугоу заметил, что она уже около минуты не смотрит фильм, а разглядывает его самого. От этого его мгновенно захлестнуло смущение и он уткнулся взглядом, чувствуя, как горят щёки и уши. — Скажи, Каччан, что всё это было? — Изуку задала вопрос, словно вспоминая рассказ медсестры и наконец-то понимая, что та хотела сказать.       Он запустил руку в блондинистый затылок и ответил, перебарывая смущение и стараясь произнести наиболее небрежным голосом: — Нравишься ты мне сильно.