Твои мысли

«Старая, вонючая, скрюченная, противная…» — перечислял в мыслях Мин. Сегодня утром ему нужно было заехать в магазин и купить новые струны, потому что недавно порвал одну из них. Поэтому ехал в универ он чуть ли не полчаса на разваливающемся автобусе, вместо того, чтобы дойти за пять минут из квартиры. В городском автобусе, наполненном людьми, где на соседнем сидении сидит бабушка и сверлит Юнги взглядом. «Отведи от меня эти жуткие глаза цвета болотной жижи! Ну вот что я тебе сделал? Хорош пялиться на меняяя!» Чимин стоит у ворот и верно ждёт своего суженого, что должен вскоре прибыть в ужасном настроении. «О-о, нет. Нет, не смей. Не делай этого!» Пак немного дёрнул головой, заинтересовавшись. «Я вижу, как ты собираешься открыть его. Молчи!» Юнги ненавидит незнакомцев. Особенно разговорчивых незнакомцев. Знаете, есть такие люди, которые считают, что если пересеклись с кем-то взглядом, то обязаны пересказать ему на словах недавно прочитанную книгу, любимый сериал, ход второй мировой войны, историю спившегося мужа троюродной сестры их двоюродного дяди или же просто всю свою биографию. Вообще, мало кто таких людей любит. Особенно часто встречаются разговорчивые бабушки, они почему-то болтливее дедушек, но, в целом, почти 90% таких людей составляют старики. Они прожили очень долгую жизнь и считают своим долгом научить подрастающее поколение тому, как правильно жить. Ну, собственно, никто не спорит, это важно. Но не приставать же с нравоучениями к каждому встречному! — Молодой человек, а чего вы такой грустный? — произносит скрипучим голосом бабушка, и Юнги готов взвыть от безысходности, — Что, учиться надоело? Понимаю, я в вашем возрасте тоже учиться не хотела. Все мечтала: «Вот, закончу, наконец, институт и не придется вставать каждое утро так рано». Вы, вот, на кого учитесь? Я заканчивала медицинский. Я туда, конечно, идти не хотела, но родители заставили. Я потом им была очень благодарна. Родителей надо слушать, понимаешь? Они старше, знают больше, направят по правильному пути, а то, вы, молодежь, все гонитесь за звездами, ослепленные этими дурацкими фильмами, думаете все так же радужно будет. А в жизни оно на самом деле как? Совсем не так, как вы считаете. Нужно учиться, всю жизнь учиться, работать, мужчинам особенно. Тебе же потом семью кормить! Нужно найти хорошо оплачиваемую работу и закрепиться там хорошенько, а дальше по карьерной лестнице… — Бабушка затуманенным взором смотрела куда-то в окно и продолжала свой монолог. Казалось, что ей вовсе не нужны какие-то ответы, лишь бы кто слушал. Мин, правда, не особо вникал во все, что она говорит, но был несказанно рад, что ответов от него не требуют. Да и чего вникать? Послушал пару предложений и уже ясно, что ничего нового ты не услышишь. Стоит ли ждать от стариков, обиженных жизнью, разговоры о мечтах и о том как важно не изменять себе, не потерять себя в серой массе? А ведь такие, разговорчивые старики, разве могут быть не обижены жизнью? Разве будут счастливые люди искать слушателей среди незнакомцев? — Вы меня слушаете, молодой человек? Юнги дернулся и коротко кивнул, делая вид, что безумно заинтересован. — Так как вас зовут? Мин моргнул пару раз и обреченно посмотрел в окно, выискивая глазами нужную остановку. «Осталось всего пять минут, чего ж ты болтать перестала?» — Оу, вы не хотите отвечать? Знаете, очень не воспитано вы себя ведете. Когда старшие спрашивают, нужно отвечать. Что за молодежь пошла, вы посмотрите… «Ну да! Я еще не воспитанный! Я хоть не лезу ко всем с нравоучениями!» Чимин напрягся и начал нарезать круги вокруг фонарного столба, стараясь вникнуть в происходящую ситуацию. Юнги, тем временем, усердно старался объяснить жестами нежелательной собеседнице, что не может ей ответить, но каждая его попытка заканчивалась новым потоком нравоучений от старушки. Вскоре, Мин просто встал со своего места и отошел к дверям, заставляя старушку подавиться возмущениями. — Нет, вы посмотрите на него! — крикнула она чуть ли не на весь автобус. Ее речь и до этого привлекала много внимания, а теперь уж точно все взгляды были обращены на нее и на «невоспитанного» парня, заставившего старую женщину повышать голос. Юнги ненавидит незнакомцев. Незнакомцев, которые ничего о тебе не знают, но любят напридумывать себе глупостей. Вот такие незнакомцы будут смотреть на тебя укоризненно, молча будут высказывать свою неприязнь и испортят настроение на весь грядущий день. Даже если ты ничего не делал. Любая мелочь может заставить незнакомца думать о тебе плохо и именно это Юнги в них ненавидит. Мин выходит на нужной остановке, игнорируя оскорбленный крик сзади и парочку тихих комментариев. Он услышал, как автобус сзади уезжает, но так и не двинулся с места, рассматривая поношенные кеды. Обидно. Наверное, нужно быть совершенно бесчувственным, чтобы не обижаться на такие несправедливые ситуации. Юнги очень старается не задумываться о таких вещах, сразу отводя мысли в сторону. Хоть такие стычки и происходят не часто, но все же жить в этом мире молодому парню, без возможности говорить, очень неудобно, и недопонимание между людьми все равно возникает. В такие моменты Юнги всегда пишет лучшему другу, говорит, что хочет развеяться, и Хосок, не задавая лишних вопросов, тащит в кино, или в парк, или еще куда-нибудь, главное подальше от Миновых мыслей. Но сейчас друг сидит в аудитории у одного из профессоров, на чью пару вчера не явился. Тот и так его недолюбливает, а вчера еще и Намджун почему-то на учебу не пришел, так что даже прикрыть было некому. А Мин теперь стоит один и ждет спасения из своей пучины грустных мыслей. Юнги отрывает, наконец, взгляд от обуви и осматривается, тут же замечая неподалеку рыжую макушку знакомого парня. Чимин стоит всего в нескольких метрах от брюнета, разглядывая того странным, сожалеющим взглядом. Мину этот взгляд не нравится. Но общество Пака, странного гитариста, с открытым характером, вполне устраивает. «Ну чего встал-то? Спасай, давай!» — Хён! — Чимин, опомнившись, двинулся в сторону остановки. — Привет, Хён. Одна из особенностей связи соулмейтов в этом мире — это то, что никто не сможет утаить мысли от своей пары. Мы ведь не контролируем, когда, встретившись взглядом с незнакомкой, думаем: «Красивая» или что-то в этом духе. Эта мысль настолько мимолётна, никто не будет за нее цепляться, но она была, и соулмейт услышал. Наверное, поэтому связь ещё крепче, ведь чтец влюбляется в самые настоящие мысли и суждения, не прикрытые фальшью. Этой мыслью не обязательно будет комментарий чьей-то внешности, это могут быть самые искренние рассуждения о красоте полей, о величии звёзд и о бесконечности океана, которые мы, смущаясь, будем держать в себе. Юнги бы ни за что не рассказал, что ему больно. Юнги бы ни за что не показал друзьям свои слезы. И Юнги не показывает. Ему стоит лишь подумать о том, что ему нужна помощь и хорошее настроение, и его соулмейт, его пара, сразу поведет его прочь от учебного заведения и вручит ему молочный коктейль с банановым вкусом, ярко улыбаясь. Чтобы быть счастливым, в общем-то, не так уж много нужно. Например, понимающий тебя человек рядом и молочный коктейль. Чтобы быть счастливым, нужно лишь делиться своими мыслями с родными и близкими. Самыми искренними и настоящими мыслями с самыми родными и близкими. — Мы пойдем на учебу? — спрашивает Пак, когда они идут по аллее недалеко от вуза. Мин издает смешные звуки трубочкой, стараясь выпить последние капли напитка и мотает головой. Нет, они не пойдут на учебу. — А куда мы пойдем? — Юнги смотрит на того удивлённо. А разве нужно куда-то идти? До этого они просто шли, не разговаривая, куда глаза глядят. Юнги бы шел так дальше, но… «Зябко» — Можем зайти куда-нибудь, а то на улице прохладно. Мин удивляется, как этот парень всегда угадывает чужие желания, и чувствует вибрацию в кармане легенькой куртки. А Чимин наблюдает, как Юнги достает телефон, и удивляется тому, что Хосок всегда пишет так вовремя. Пак слышит несколько фраз из СМС в мыслях соулмейта и понимает, что Хосок-хен ненавидит профессора Ли, и что недоумевает, куда делся его друг в такой важный момент. Мин хмыкает и открывает заметки, быстро печатая ответ Чимину. «Идём в зал» Актовый зал, как понял Чимин, является постоянным пристанищем двоих друзей, а теперь и всей их компашки. В обычные дни, когда в зале ничего не проходит, ряды стульев аккуратно сдвинуты к дальней стене и зал становится практически пустым. В углу, рядом со столиком, где стоит вся аппаратура, находится еще один стол, с парочкой маленьких диванчиков рядом. Именно на одном из диванчиков, парни и нашли Хоби, сверлящего взглядом потолок. — Мистер Психолог, мы можем начать сеанс? — бормочет Хосок, и Чимин недоуменно смотрит на Юнги. Но тот лишь улыбается и садится рядом с Чоном, поглаживая того по голове. — Можете снова все это не говорить, я помню: расслабиться и выговорить все, что на душе, а потом уже поговорим, да? «Давай уже, проблемный, рассказывай, как ты его ненавидишь» — Вы знаете, я его так ненавижу… — Чимин усмехается и садится напротив парней, наблюдая за странной сценой. — Я думаю, мы невзлюбили друг друга с первого взгляда. Он всегда повышал на меня голос, не давал мне никакого личного пространства! Например, когда у меня звонил телефон, разве имел он право выставить меня за дверь? Знаете, я так стараюсь! Очень хочу, чтобы он меньше злился, хочу быть для него идеальным. Понимаете? — Хосок поднял глаза на друга и тот понимающе закивал, стирая с щек Чона воображаемую слезу. — Но он не видит моих стараний. Будто в упор не замечает. И когда я стал его избегать, думал, он одумается, поймет, как я важен в его жизни, но… — шатен картинно всхлипнул, прикрывая глаза рукой — Он ничего не понял! Я думаю, я ему не нужен. По-моему, ему вообще плевать на меня! Доктор, что мне делать? Как мне жить?! Мне очень плохо каждый раз видеть его злое лицо. Мне кажется, я правда сильно начинаю его ненавидеть, ведь он делает мне так больно… Думаю, это взаимно. «Обожаю этот цирк» Чимин поднимает взгляд на Юнги, который совершенно счастливо улыбается, и радуется, что от утренней грусти не осталось и следа. «Как хорошо, что у меня такой придурочный и охрененный друг. Ну, как настроение, солнышко?» Чимин недоуменно смотрит на парня, стараясь понять, кто здесь солнышко, и смущённо улыбается, выдавая это за реакцию на монолог Хосока. «И правда, солнышко. И чего рядом со мной одни солнышки? Сначала Хоуп, теперь эти двое… Я не сгорю в вашем свете?..» Парни продолжают переглядываться, пока Чон не садится и не машет рукой между их лицами. — Эй! Прием, прием, земля вызывает! — Чимин оборачивается на друга, немного краснея, из-за сложившейся ситуации, и Хосок продолжает, — У тебя телефон звонит, глухомань! На дисплее светится «Наказание» и Чимин поднимает трубку, под удивленный взгляд Юнги. — Да, Тэхен? Парни рядом прыскают от смеха, а Чимин вновь улыбается. У него скоро будут болеть щеки, от постоянных улыбок. — Мне звонил Джихун, — пыхтит голос в трубке, и Пак улавливает недовольные нотки, — спросил, какого хрена мы прогуливаем, хотя только начали учиться. И вот, что мне интересно, Пак Чимин. Какого это хрена мы прогуливаем без меня?! — Хм… То-есть тебя тоже нет на парах? — спокойно спросил Пак, вслушиваясь в странный ойк на том конце провода и сдавленное хихиканье. — Я-то с Хоби-хеном и Юнги в актовом зале, а вот ты где и с кем? «А меня хеном называть не надо, да, мелкий?» Чимин виновато смотрит на поджавшего недовольно губы Юнги. — Мы… — бормочет Тэхен и, кажется, роняет трубку, потому что слышен громкий стук и приглушённый мат, а после длительный хохот, который сразу распознаётся рыжим, заставляя улыбаться. В динамике что-то шуршит и Тэ снова говорит, немного обиженным голосом, — Прости, телефон выпал. — Слушай, идите с Чонгуком сюда, хватит там в одиночку угарать. Тэхен издает чавкающие звуки, какие издает, когда удивлённо двигает ртом, и Пак смеётся в трубку, сбрасывая вызов. «С Чонгуком?» — При чем здесь мой брат? — Я отчётливо слышал его смех, — пожимает плечами Чимин. Вообще-то Чимин переживал. Переживал, как и любой первокурсник, что не приживется, что утонет в рутине учебы, и что будет умирать от нескончаемого потока лекций. Но Чимину повезло, учеба только началась, а у него бешеный любимый Тэхен под боком, нашедшийся соулмейт и два Чона, с которыми не соскучишься. Еще и эта группа, как исполнение одной из Чиминовых мечт. Что может быть лучше? Пак думает, что у них, в этой пятерке, случится еще очень много приключений и по-другому просто быть не может, от этого настроение подскакивает выше некуда, и Чимин находится в постоянном ожидании чего-то такого удивительного и веселого. Единственное, что немного Чимина напрягает, так это взявшееся откуда-то чувство незаконченности. Чего-то явно не хватает, но Пак никак не может понять, что еще ему нужно для счастья. От размышлений Чимина отвлекает громкий визг где-то в коридоре, кажется, совсем рядом. Парни удивленно переглядываются, Хосок подходит к дверям, ведущим в коридор, и аккуратно приоткрывает дверь. Юнги с Чимином наблюдают, как шатен заливается смехом и раскрывает дверь шире, втаскивая кого-то внутрь. При ближайшем рассмотрении этими «кем-то» оказываются Намджун и Сокджин, перепуганные и запыхавшиеся. «Аа, все с вами ясно. Чокнутые девчонки опять преследуют эту парочку…» Чимин недоуменно смотрит на улыбающегося Юнги и провожает взглядом Хосока, что тащит шокированных парней к ним за стол. Когда они садятся, Хосок с улыбкой спрашивает: — Ребят, не легче сказать, что вы встречаетесь? Они же не отстанут. На реплику Сокджин краснеет и отводит взгляд, а Намджун улыбается реакции старшего. — Неа, — отвечает Намджун — Джин-хен же от смущения сгорит. Сокджин бьет ему куда-то в живот и пыхтит смешно, краснея сильнее. — Я-ясненько… — тянет Хоуп, — Мы чего-то не знаем, да? Юнги, тем временем, покопался в своем рюкзаке, выуживая маленький блокнотик, и что-то написал там быстро, показывая Намджуну. Тот улыбнулся и шепнул ответ на ухо старшему. Чимин, конечно, делал вид, что безумно заинтересован в их секретных переговорах, пока осознавал подслушанное. Значит, Джин и правда соулмейт Намджуна и он об этом знает, хоть и есть маленький процент сомнения, потому что Джун, видимо, решил немного поиздеваться. В общем, телепатии нет, все ясно. — Я прошу прощения… — подает голос Чимин, наконец обращая на себя внимание и видит проскочившее на лице Джина удивление, — Так кто за вами гнался? «Чудовища» — Та придурочная компашка, которая обклеила нашими фотками весь универ, — пояснил Намджун, но Чимин все равно ничего не понял. Фото-то он видел, а вот о компашке слышит впервые. — Юнги, кто это? «УШ» — пишет Мин в своем блокноте. — Ну да, я сразу все понял! — Пак морщится и смотрит недовольно — Поподробнее можно? Но Юнги щелкает Чимину по носу и захлопывает блокнотик, а в голове поясняет глупым: «Лень мне тебе все это письменно объяснять», на что рыжий дует щеки и поворачивается к Хосоку с тем же вопросом, игнорируя «милашка» в голове брюнета. — Люди, которые сводят кого-нибудь постоянно. В народе зовутся Университетскими Шипперами. Знаешь, кто такие шипперы? — отвечает Хоуп, разговаривая с Паком как с ребенком, заставляя того снова дуться и бурчать «знаю» обиженным голосом. Не, ну, а чего они? Отсутствие Чонгука и Тэхена не делает из Чимина малыша. Единственный плюс во всем этом сюсюканье — умиленное лицо Юнги с красивой гамми-улыбочкой. Ради улыбочки Юнги можно и немного потерпеть… Двое Кимов как-то неожиданно раскрепощаются и вливаются в общее сумасшествие, будто давно уже с ребятами общаются. Приходят Тэхен с Чонгуком, отказываются говорить, где шлялись с раннего утра и оба светят счастливыми улыбками. Намджун рассказывает им о фестивале, который должен пройти через пару недель, предлагает группе выступить на нем, и парни радостно хлопают в ладоши, предвкушая множественные репетиции и подготовку. Время в веселой компании летит незаметно, и Чимин с радостью замечает, что навязчивое чувство незаконченности исчезло. Пак смотрит на постоянно флиртующих и шуточно-ругающихся Джина с Намджуном, и понимает, что теперь уж они точно в сборе. — Хён, он потрясающий, — раздается над ухом тихий голос, и Чимин неосознанно кивает, не отрывая взгляда от веселящегося Мина, на что голос рядом усмехается. Парень резко дёргается и поворачивается в сторону голоса, который, как оказалось, принадлежит макне их маленькой компании. — Стоп. Кто? — Пак старается привести мысли в порядок и с ужасом смотрит на младшего Чона, — Ким Тэхен?! — Тише, — смеётся младший и кивает, — ты же расскажешь мне о нем? Чимин вообще-то не ожидал. Он, наверное, даже ждал, что Чон заговорит с ним о соулмейтах, но не ожидал. За четыре месяца пребывания в голове Мина, Чимин так ни с кем серьезно и не говорил об этом. А тут Чонгук — тихий, маленький (определения типа «красивый» и «слишком сексуальный для своих девятнадцати» Чимин оставит Тэхену), да ещё и соулмейт его лучшего друга. И Пак вообще-то немного ему соболезнует, представляя, сколько ещё придется пройти Чону из-за своей нерадивой пары. — Он чокнутый и тебе жутко не повезло. Настоятельно советую закупиться успокоительным, — бормочет Пак, наблюдая за тем, как улыбка макне становится шире. — Я знаю, что он чокнутый, хён, — посмеивается тот и говорит: — Я слушаю его мысли уже год, если не больше. — Чего?! — вскрикивает Чимин слишком громко, и Тэхен на секунду переводит на него удивленный взгляд, тут же отвлекаясь на Хосока. Чимин продолжает тише, — Так рано? Ты ж тогда совсем дитё был. — Ага. С семнадцати лет его слушаю, — пожимает плечами Чон. — Боже… Надеюсь, твоя детская психика не пострадала. — Хён. Я сказал семнадцать лет, а не семь. Какая детская психика? Чимин стреляет в парня недовольством и говорит: — Ну, если серьезно, он чокнутый, но далеко не всегда это минус. С ним, конечно, намучаешься возиться, но он открытый, весёлый и с ним не соскучишься. Постоянно тащит на всякие тусовки, друзей заводит за пару минут, — Чимин смотрит на Чонгука и видит какими влюблёнными глазами тот смотрит на парня, — Не сказал ему ещё? — Нет, конечно, — отвечает Чон, — Хотя очень хочется. Но он убьет меня, если это случится не интересно. Чимин смеётся и кивает головой, потому что да, Тэхен мечтает об этом давно. Разве можно вот так подойти к нему и сказать «Привет, я твой соулмейт»? Тэхен впадет в депрессию на пару недель точно. — А ты чего ждёшь? — спрашивает Чонгук, и Чимин теряется. Чего он ждёт? Ну, наверное, он тоже не хочет вот так просто. Он хочет романтично, так, чтобы у старшего мурашки по коже бежали от осознания, что перед ним стоит его пара. А ещё Чимин очень хочет разговорить хёна. Честно, он не знает возможно ли это, и если да, то сколько усилий придется приложить. Но Чимин до безумия хочет услышать его настоящий голос, не тот, которым он думает, а тот, которым говорит. — Момента?.. — шепчет Пак и встречается глазами с Юнги. «И чего они шепчутся? В этой компании будто у всех секреты. Я тоже хочу секреты. Почему всё обходит меня стороной?» Чимин усмехается и хлопает Чона по плечу, подключаясь к разговору старших о предстоящем празднике. Судьба сама предоставит нужный момент, осталось только дождаться. А чтобы ожидание не было долгим, Чимин будет веселиться и брать от этой жизни все.