Дневник

      В один момент, я сдался. Добравшись до нынешних дней, я не нашел ничего, что могло бы помочь мне найти ее. Все, о чем она писала — это то, что она завела множество друзей, в школе ей не приходилось каждый день сидеть у психолога, а ее родители наконец помирились. И я сдался. Она не давала мне ни единой возможности найти ее. У меня не было и малейшего шанса с самого начала.        Три недели. Я потратил чертовых три недели. Бессмысленно. Впустую. Только на то, чтобы почувствовать надежду, а потом смотреть, как она медленно угасает. Каждый день, от рассвета и до заката, я ломал голову. Я перечитывал одни и те же страницы много раз. Ничего.        Честно говоря, я должен порадоваться за нее. Ведь сейчас она наверняка была счастлива. Даже без этого дневника. Без этой ужасной части прошлого, без ее слез и переживаний. Без меня. Да, я безумно хотел ее найти, стать частью ее жизни. Но что я мог сделать? Я не мог проникнуть в школьный архив и узнать ее личные данные, это было слишком рискованно, чтобы сделать это одному, а просить кого-либо о помощи я не мог. Я не мог так же вернуть ей дневник через директора. Я не смог найти ее сам, хотя и пытался, всерьез пытался. Все, что оставалось — это сдаться.        Кому нужна эта погоня за человеком, который даже не подозревает о твоем существовании? Кому нужно представлять первую встречу и то, как ты возвращаешь этому человеку, возможно, самую ценную для него вещь? Кому нужно влюбляться в человека, о котором знаешь все, кроме того, как он выглядит? Похоже, не мне.        Жизнь стала возвращаться в норму. Я старательно выбрасывал из головы ее имя, все предположения о том, кто же она. Мне это не было нужно. Я постепенно собирал осколки себя прежнего, разбитого в тот момент, когда я взял в руки этот проклятый дневник, теперь закинутый в дальний угол пространства под кроватью. Я снова мог общаться с друзьями. Стэн, заметивший, что я не в своей тарелке, пытался разузнать, в чем дело, но я не позволил. Не хотел ворошить лишний раз. Уроки снова стали приятной рутиной, в то время как раньше я не мог спокойно усидеть за партой, рвался домой, к дневнику. Я снова жил.       До одного дня. Прошла неделя с тех пор, как я перестал ее искать. Обычный день, ничего более. Ну, может, не совсем обычный. Учительница заболела, и ее заменял временный учитель. Учитель, если честно, так себе. Весь на нервах, тощий, бледный. Едва выпустился из колледжа, а тут ему дали класс, в котором учится Эрик Картман, способный кого угодно довести до белого каления. Долго не мог сосредоточиться, заикался, как только Картман его перебивал. Наконец, он начал перекличку. Отозвавшись на свое имя, я уставился в окно: это было еще надолго, Картман не перестанет над ним издеваться.       — Миллер, Дэни! — учитель посмотрел налево от меня. Я не мог поверить ушам. Все это время она была в моем классе? По классу пошел шепот. Картман емко выразил общее недоумение одной фразой: «Кто это вообще такой?». Я повернулся в сторону и увидел, что руку поднял новичок.