Любовь с препятствиями

Если коротко описать мой внешний вид, это последнее о чем подумает девушка при упоминании словосочетания " одеяние на весенний бал.» Я оставила волосы распущенными, потому что пижама в качестве вечернего наряда уже была чем-то из ряда вон выходящим. Мне хотелось встряхнуть местную публику, а не эпатировать ее. Тогда бы я еще выкрасила волосы в пепельный блондин и выбрила виски. По дороге к университету мы с Пабло заехали в его дом, где он жил вместе с остальной командой регбистов, и там Бустаманте тоже переоделся. Я конечно предполагала, что он выберет что-то менее вычурное, чем строгий брючный костюм, но то, что Пабло также как и я остановил свой выбор на пижаме… В общем мы оба, писец как не вписывались в рамки проводимого мероприятия, но волновало ли нас это? Думаю, что нет. Хотя моя уверенность немного подубавилась, когда мы подъезжали к университету. — Нервничаешь? — С чего бы, — я стараюсь выглядеть решительно, хотя в горле все пересыхает от нарастающего напряжения. — А ты? — Нет, — Пабло в отличие от меня не притворяется уверенным, он спокоен, как-будто его мало что волнует, тем более что подумают про него все эти люди. Мои брови наигранно ползут вверх от удивления. — Нет? Он копирует мою гримасу, но выражение его лица становится еще более испытывающим. — Нет, — рука Пабло касается моей. — Готова? Я пытаюсь быстро избавиться от его захвата, как если бы это было мне не приятно. Хотя на самом деле, это было некой поддержкой со стороны Бустаманте, а это именно то, чего я хотела получить в данной ситуации. — Обойдемся без прикосновений. Моя рука брезгливо выскальзывает из его руки. — Ты меня боишься? — Что? Нет, конечно, — я отворачиваю лицо, маскируя свою ложь под жалкой попыткой высмеять слова Пабло, но он, удерживая пальцами подбородок, пытается заглянуть мне прямо в глаза. Как только наши взгляды встречаются, я сглатываю ком в горле от нервозности этого момента. Его пронзительный взгляд проникает прямиком в самое сердце и заставляет его сделать сотню тысяч оборотов вокруг своей оси. — Почему? — Я же сказала, что не боюсь, — убираю его пальцы, — мне просто не по вкусу держать тебя за руку. Мы не друзья, даже не думай об этом. Пабло испускает стон неудовольствия и смеривает меня испытывающим взглядом. Его глаза блестят озорным блеском, а на лице появляется подобие кривой улыбки. — Когда-нибудь, Мариса Спирито, ты чертовски в меня влюбишься. И держать меня за руку будет самым меньшим из списка всех твоих желаний, — Пабло настолько уверен в своих словах, что опровергнуть их и выглядеть при этом столь же убедительной, представляется мне не выполнимой задачей. Но я пытаюсь, особенно чувствуя в его последней фразе завуалированный намек на постель. — Ты такой сказочник, Бустаманте, — я качаю головой, а он спокойно пожимает плечами и выдает как на духу. — На все воля Всевышнего… — Аааа, значит ты у нас в религию успел податься? Тогда читай по моим губам, — я обвожу очертания своего рта. — Мое тело — чертов храм, и тебе никогда не прочитать в нем молитву. — Правда? — спрашивает он, укладывая руки на груди, а его левая бровь игриво стремится вверх. — Уж не сомневайся! — Кто был тот парень, что так тебя обидел? Во взгляде его бледно-голубых глаз нет привычной насмешки, она в одно мгновение сменяется искренностью. В моей груди оживает что-то давно позабытое. Воспоминания о проведенной ночи с Пабло три года назад застилают сознания, рисуя красочные картинки в моей голове. — Никто, — и вдруг меня тянет на исповедь, — мы зачастую сами виноваты в том что делаем. Я поступила опрометчиво и этим совершила ошибку, — опускаю ресницы, не желая показывать ему свою печаль. — Никакой парень в этом не виноват, я все сделала собственными руками. Кляня себя за излишнюю откровенность, я в момент ощетиниваюсь и произношу, настраивая себя на позитивный лад. — Сколько можно болтать? Идем же. Пора показать всем этим выскочкам, что такое настоящий праздник. Я уверенно хватаюсь за металлическую ручку и открывая двери, вхожу в украшенный зал, где танцуют парни и девушки в нарядных одеждах. Вокруг шум и веселье. Воздух плавится от градуса энергии, выплескиваемой телами на танцполе. Но все меняется, когда сотни глаз устремляются в мою сторону. У меня зашкаливает пульс и сиюсекундно закладывает уши. Кажется, даже парень за диджейским пультом перестает вертеть свои вертушки и зажевывая пластинку, музыка на короткое мгновение останавливается. Меня словно смывает горным потоком, и я лечу в бездну собственного страха. Единственное что мне сейчас нужно, это чтобы кто-нибудь взял меня за руку и крепко ее сжал. Не успев об этом подумать, сильные руки ложатся мне на плечи. — Я здесь. Я всегда буду рядом, — слышу уверенный голос Пабло за спиной и своими словами он словно вселяет в меня надежду. — Идем, — он перехватывает мою руку и тянет за собой в сторону танцпола. Последнее, что я помню это его улыбку, озаряющую его лицо сильнее чем миллионы огоньков светомузыки вокруг. Я подаюсь вперед, думая, Пабло Бустаманте будет большой проблемой для меня. Наше появление на весеннем балу произвело настоящий фурор среди учащихся. Это было смело, и вместе с тем немного безумно. На нас Пабло таращатся все вокруг, и если меня это немного смущает, то Бустаманте совсем нет, это заставляет его тело двигаться на танцплощадке еще энергичнее. — Расслабься, — он вскидывает мои руки, чтобы прокрутить меня вокруг своей оси. — Я и так расслаблена, не надо делать вид, будто ты главный в нашем тандеме. —  Ты называешь нас тандемом, так и до пары недалеко. К концу вечера ты признаешься, что влюбилась в меня… Пабло не успевает закончить, потому что я посылаю ему оплеуху. — Замолчи, ты болтаешь больше чем любая девчонка. — Ты только что назвала меня девчонкой, Спирито? Он подхватывает меня на руки и закидывает на плечо. Я моментально оказываюсь висеть вниз головой и начинаю кричать, от того что он меня еще и раскручивает. — Отпусти!!! — верещу как ненормальная, перекрикивая музыку. Пары, что танцуют вокруг пожирают нас уничтожающими взглядами. — Пабло, хватит!!! Пожалуйста! Перестань, меня сейчас стошнит! Бустаманте послушно отпускает меня на пол, и я, наконец, нахожу точку опоры, ногами соприкасаясь с землей. — Совсем охренел? — я ударяю его по плечу и хочу сделать это еще миллион раз, но вдруг понимаю, что мы «как бы друзья», а друзья иногда дурачатся. Поэтому притягиваю Бустаманте за футболку и угрожающе шепчу ему на ухо. — Выкинешь еще что-то подобное, сделаю инвалидом на всю оставшуюся жизнь. Он приставляет два пальца ко лбу, и рисуясь перед многочисленной публикой, отдает мне честь. — Слушаюсь. Ты не хочешь чего-нибудь выпить? — Я не пью. — Я тоже, у меня ведь спортивный режим. Пойду возьму нам водички. С газом без газа? — Без. — Со льдом или… — Иди уже, — я подталкиваю фигуру Пабло к бару, а сама задумываюсь над тем, что его пижамные штаны отлично подчеркивают его пятую точку. Боже, мысленно ударяю себя по лицу и отворачиваюсь, — о чем я только думаю? Согласитесь, этот весенний бал не был настоящим и полным, если бы сама Сол Риваролло, которая является бессменным организатором данного мероприятия, не подошла ко мне, чтобы выразить свое «фи» в отношении моего внешнего вида. Уверенной походкой признанной королевы университета, с хищным взглядом и двумя подпевалами позади себя, она приближалась на меня словно цунами. Ее платье типичный вечерний наряд принцессы, с открытой зоной декольте на корсете, усыпанном стразами и пышная юбка в пол. Чтобы все студенты без труда могли бы угадывать ее в толпе лиц, Сол короновала себя сверкающей диадемой. Ей бы еще карету из тыквы и вылитая Золушка. — Спирито, — я пытаюсь воспринимать ее обращение ко мне безразлично, но сказать по правде, она всегда произносит мою фамилию точно это какое-нибудь грязное ругательство. — Ты понимаешь, что это приличное место и таким как ты здесь не рады? — Ты меня обижаешь, я одела свою лучшую пижаму и ты все равно недовольна. Я наигранно утираю воображаемые слезы с глаз и принимаю воинственную позу. — Сколько ты заплатила Бустаманте, чтобы он пошел с тобой на весенний бал? Твоя мама наверное, пожертвовала все свои гонорары, полученные от того, что она сверкала трусами на фотосессиях? — Она их не носит! — Сол, — Пабло с двумя стаканами воды незаметно подкрадывается к нам сзади и вмешивается в разговор. У него как будто есть тревожная кнопка, которая оповещает его всякий раз, когда мне нужна поддержка. — Дамы, какие-то проблемы? — Всего одна. Это Мариса и ее неподобающий внешний вид. Она забыла посмотреться в зеркало перед выходом. Сол испытывает меня холодным оценивающим взглядом, а ее подружки вторят ей своим едким смехом. — Пабло, откровенно говоря, я несколько шокирована твоей дружбой со Спирито, — Ривароло продолжает говорить как-будто меня здесь нет, — я теряюсь в догадках, что вас может связывать друг с другом? — Знаешь, Сол, — Пабло ставит оба стакана на небольшой столик позади себя и вторгается в зону ее личного пространства. — Ты сегодня прекрасно выглядишь, — он нежно пропускает ее светлый локон между пальцев, осматривая его, словно любуясь. — Твое платье оно потрясающее. Риваролло горделиво растягивается в улыбке и взглядом обращается к своим подругам, мол, вы тоже все это слышите? Пабло берет ее руку, тем самым подначивая Сол сделать поворот вокруг себя, чтобы еще раз покрасоваться. — Твои формы шикарны, твоя яркая внешность, это то что сразу бросается в глаза. — Спасибо, за комплименты… — она не успевает закончить, потому что Пабло прикладывает палец к ее губам, заставляя тем самым замолчать. — Тччч… — шепчет он и еще раз восхищенно оглядывает ее шикарное во всех смыслах бальное платье. Он восторженно улыбается, подводя итог всему сказанному. — Только это все не столь важно, в отличие от того, что находится у тебя внутри. А там… там так черно и пусто, что становится неважным какое у тебя платье или прическа. Здесь мало красивых глаз или стройности тела, ты некрасивая изнутри, и это самое страшное что может быть. А теперь, извините, но мне не хватает терпения, чтобы снова отправиться танцевать со своей девушкой. На слове «девушка», я перестаю победно улыбаться, а когда Пабло по-хозяйски кладет руку на мое плечо, мне становится трудно дышать. Мы уходим, оставляя Сол и ее подружек, расстреливать нас медленными смертельными взглядам в спину. — Девушка???? Ты сказал девушка!!! Когда мы с Бустаманте остаемся наедине далеко в стороне от происходящего, я наконец могу полностью выплеснуть на него собственное негодование. — Ты хоть понимаешь, что теперь об этом будет трепаться весь университет? — Понимаю, — он спокойно отпивает из своего бокала воду. Это злит меня еще больше. — Зачем ты это сделал? — Это само как-то вырвалось. — Само, значит, вырвалось. А если у меня сейчас случайно нога дернется в сторону твоего мужского достоинства. — Нет, нет, нет, только не трогай Пабло младшего ему и так уже от тебя досталось. И что ты так завелась, ну подумаешь, весь университет будет считать нас парой, что с того? Нет, да он просто надо мной издевается! Я уже готова со всей силы треснуть Бустаманте по его блондинистой голове. — Ты сейчас серьезно? — Послушай, нам обоим это только на руку. Университетские девчонки тебя побаиваются, если они будут знать, что мы вместе, то никто и ничто не сможет отвлекать меня от регби. — Я свято чту свою безупречную репутацию, чтобы вот так безосновательно променять ее на отношения с местным бабником. Нет, спасибо. — Поверь, твоей репутации это ни капли не помешает, а даже наоборот. Пабло улыбается, стараясь меня в этом переубедить и протягивает стакан в руке. — Водички? Я прикрываю глаза, чтобы не взорваться на этом же самом месте от своей внутренней злости на Бустаманте. — Иди погуляй, пока я остыну. Не могу сейчас, на тебя смотреть, руки сами так и тянутся тебя придушить. — Понял, — Пабло обезоруживающе скидывает руки, — не дурак. Дурак бы не понял. Считай, что меня уже нет. Он едва успевает это договорить, как тут же исчезает. Я с должным облегчением тру лицо, когда снова слышу за своей спиной. — Ты не сказала как долго мне гулять? — Исчезни! — Понял. Я закатываю глаза, преследуя его ускользающую на танцполе фигуру. Следующие полчаса я потягиваю воду через соломинку и наслаждаюсь хорошей музыкой в компании Лухан и Маркоса. Все в этом зале настоящая дрянь, начиная от украшений, заканчивая дурацкими конкурсами по типу выбора королевы и короля этого вечера, но музыка… Музыка — это единственное, что заставляет меня все еще здесь находится. — Ты посмотри на нее, — я провожаю взглядом Лауру, которая на танцполе энергично отплясывает на пару с Гвидо. — Кто бы мог подумать, что наша подруга умеет что-то еще помимо учебы. — Да… Лаурита сегодня в ударе. А где же твой кавалер? — Лухан отрывается от танцующих Ареги и Лассена, и устремляет свои глаза на меня. Мне требуется парочка секунд, чтобы мой ответ походил на правду. — Пабло не мой кавалер. Он просто моя оппозиция против Сол и ее собачонок. Я стараюсь не выдать собственным равнодушным голосом свою реакцию на его поведение последние пол часа. Как только я своими же руками оттолкнула, Бустаманте, который все это время утверждал, что на самом деле не бабник, он сделал все, чтобы доказать мне обратное. Казалось, он согласился с моим решением и сделал все ровно так, как я его и просила, — оставил в покое и больше не докучал своей назойливой компанией. Но ожидаемое удовлетворение так и не пришло. Всякий раз, когда я находила Пабло среди толпы разодетых студентов, вокруг него постоянно толпились девушки. Словно назойливые мухи летели на «то самое», не боясь испачкаться. Все они открыто флиртовали с Бустаманте, и даже его пижама вместо костюма, кажется совсем их не смущала. А даже наоборот, они постоянно хихикали, жеманно прикрывая свой накрашенный свисток, когда Пабло показывал им свои смешные носки с эмблемой супермена. Количество внимания, которое он получил за последние тридцать минут, были сравнимы с масштабом вполне себе звезды нашей страны. Девушки в откровенных платьях, низкие, высокие, блондинки, брюнетки и все они старались обратить на себя внимание Пабло. Они смеялись над всеми его шутками, всякий раз, как бы случайно касаясь его плеча, или того хуже груди. Их ресницы кокетливо хлопали так, что можно было взлететь под самый потолок. Но особо меня возмущали девушки, которые старались поцеловать его в щеку в качестве приветствия или прощания. Я знала, что несмотря на свои спортивные неудачи в последнее время, Пабло все равно оставался на волне успеха у противоположного пола. Он был обаятельным и богатым, эти два качества и делали его привлекательным. И вот, когда очередная чайка прилетела чтобы причалить к берегам Пабло Бустаманте, я постаралась взять себя в руки и не обращать на всю эту картину свое внимание. У меня даже получилось, ровно до тех пор, пока Лухан и Маркос перестали отвлекать меня своими разговорами и отправились танцевать медленный танец. И вот тогда я потеряла Пабло из виду, но пропажа не заставила себя долго ждать. Чьи-то руки застелили мои глаза. — Я достаточно долго отсутствовал, чтобы ты меня простила? — Иди погуляй еще немного, я как раз собираюсь уйти. — Нет, нет, и еще раз нет. Мы же еще не сделали главного. — Я не стану с тобой целоваться на глазах всего университета, чтобы они поверили в тот факт, что мы пара. — Вообще-то, я имел в виду медленный танец, но спасибо, что предложила. Давай, идем на танцпол и покажем этим соплежуям настоящий класс. Утрем им нос. — Пригласи кого-нибудь другого, уверенна желающих хоть отбавляй. Не уверена что у меня получилось выглядеть беспристрастной, но я сделала все, что смогла. — Что такое? — Пабло улыбается и дразня, указывает на меня пальцем, вы ревнуете, сеньорита Спирито? — Не смеши меня, Бустаманте. Мои мужчины это мои мужчины, и не чьи больше. А ты в их число не входишь. — Будем считать, что я тебе поверил. Так мы идем танцевать? — Нет, я уже ухожу. — Ну всего один танец, чтобы Сол стала еще злее… Ну, давай решайся! Пабло складывает руки, умоляя меня сжалиться над ним. Не хочется признаваться, но я не часто танцевала медляки в колледже или школе. И старик Спирито так и остался для меня только лишь материалом для появления на свет, поэтому на свое восемнадцатилетие в танце меня кружил мамин отец. Дедуля был слишком старым, чтобы продержаться до конца песни, но я все равно была ему благодарна за подаренную возможность. — Я не хочу. — Не провоцируй меня тащить тебя на танцпол силой. Ты же знаешь, я могу. — Я не умею, — стыдливо опускаю взгляд в пол. — Господи, — Пабло вскидывает глаза к небу, — спасибо, Боже, она просто чудо. Идем,  перед тобой стоит лучший танцор по версии мамы, — он продолжает перечислять, загибая пальцы, — сестры и некой сеньоры Бустаманте, которая захотела остаться неизвестной. Он заставляет меня смущенно улыбнуться, особенно когда он якобы поправил несуществующую бабочку на шее и протянул мне свою руку навстречу. Мы занимаем место среди других пар на танцполе. Лаура осторожно шевелит пальцами в знак своего приветствия, и снова укладывает голову на плечо своего кавалера, полностью отдав себя романтическому моменту. Моя рука словно деревянная, поэтому чтобы хоть немного ее расслабить, Пабло, переплетаясь пальцами, встряхивает мою ладонь в воздухе. — Доверься мне, — шепчет он мне на ухо, когда подталкивает мое тело на себя. Облизнув губы, я кладу свою руку на его плечо.  — Это не так просто. Ты бабник Бустаманте, и я все время жду от тебя подвоха. Ну знаешь, как если бы ты специально расположил меня к себе, а на самом деле играл на стороне Сол. И вот наступает момент, когда я теряю контроль и полностью полагаюсь на тебя, а сверху на меня уже летит банка с краской. И в одно мгновение ока, ты присоединяешься ко всем присутствующим, обнимаешь Сол и тоже начинаешь дико надо мной ржать. После этого я еще месяц просыпаюсь в холодном поту в своей постели и, разлепив глаза, принимаюсь тяжело дышать, как после самого страшного кошмара. — Ты смотришь слишком много американских фильмов, Мариса, — произносит сквозь медленную музыку Пабло и еще сильнее прижимает меня к себе. Его грудь твердая и крепкая, как у настоящего спортсмена. Мы сейчас настолько плотно прижаты друг к другу, что я даже могу различать удары его сердца под пижамой. Рука Бустаманте лежит на моей пояснице… Он нежно проводит пальцами вдоль линии позвоночника и зарываясь лицом мне в шею, произносит. — Я бы никогда бы так с тобой не поступил. — Это только слова, Пабло. — Если не веришь мне, поверь другому Пабло. Сегодня я не Пабло Бустаманте — звезда университетской команды по регби…сегодня я не младший сыночек мэра. Сейчас я обычный парень, со своими страхами и проблемами в семье. Сегодня я Пабло, который боится посмотреть в глаза девушке, которая занимает все его мысли последние…две недели. После короткой паузы, он продолжает убаюкивать меня своим успокаивающим голосом. — Сегодня ты не Мариса Спирито, которую ненавидит пол университета за то, что она не такая как все. Ты просто девушка, которая не умеет танцевать. — Как думаешь, что ждет этих Пабло и Марису в будущем, — мы продолжаем перемещаться по паркету, запуская эту медленную карусель по-новому. Он немного обдумывает свои слова и произносит. — Они будут танцевать. Я чувствую как Пабло касается моего уха губами и даже не видя его лица, я понимаю, что он сейчас улыбается. Закрываю глаза, чтобы обмануться и поверить в иллюзию, созданную и так красиво рассказанную Бустаманте. Музыка словно проходит сквозь нас, стирая границы недозволенного, и даря нам призрачную надежду. В отблеске ярких софитов, наш с Пабло придуманный мир окрашивается радугой чувств и непередаваемых эмоций. Я хочу, чтобы весь мир на минуту исчез, и мы остались только вдвоем. Но как и все в этой жизни, хорошее быстро заканчивается. Я едва могу различить что кричит диджей в микрофон, потому что все мои мысли сейчас занимает Пабло и его голубые глаза, которые смотрят на меня, не отрываясь. Сейчас все вокруг кричит мне об идеальном моменте для поцелуя. Я бессознательно подаюсь чуть вперед, и как только остается пара секунд до того как наши губы соприкоснуться, Томас бьет Пабло по плечу, тем самым отвлекая. — Дружище, ты кажись совсем спятил? Во что ты вырядился? Я посылаю вежливую улыбку его другу, и коротко извинившись, стараюсь как можно скорее оказаться на улице. Вечерний воздух встречает мое лицо весенней прохладой, и я закрываю глаза, благодарная этому прикосновению. Что я творю? Я должна была держаться от Пабло по-дальше и сама же чуть его не поцеловала. Эта игра становится для меня опасной. Просто не могу больше рисковать. Балансируя между новой и старой я, ноги сами ведут меня к стадиону. Я падаю на мягкий травяной газон, не заботясь о том, что могу испачкаться и начинаю вглядываться в звездное небо. Вид вечернего небосвода с одинокой луной на горизонте завораживает и успокаивает одновременно. Достаю телефон из кармана пижамных, штанов и разматывая наушники, попутно загружаю свой любимый плейлист, как раз под настроение. Вот так лежа на траве, я закладываю руки за голову и продолжаю исследовать небо, попутно разбираясь со всем бардаком, что творится в моем сердце. Я знаю, что человеку не дано знать наперед, но если заглянуть в недалекое будущее, отношения с Пабло это путь к саморазрушению, а что-то мимолетное просто не для меня. — Вот ты где, еле тебя нашел, — приподнимаясь на локтях, я смотрю на то, как Пабло пристраивается рядом со мной как ни в чем не бывало. Поваляться на травяном газоне его обычная вечерняя программа. Он просто мистер невозмутимость. — Что слушаешь? — Бустаманте бесцеремонно вытаскивает наушник из моего уха, и перекатывается на бок, чтобы быть немного ближе. Лишь один твой взгляд И я очарована тобой Ты читаешь мою душу Я дышу тобой даже когда просто лежу И сейчас пришла мне пора осознать Что я несчастлива без твоих глаз Я изменила себе и впустила тебя внутрь Словно ребро Оставь это внутри Это разбивает два сердца Может ли быть что-то в твоём взгляде Может ли быть что-то в твоей улыбке Может ли быть хоть что-то? Что может изменить моё мнение Может ли это быть находкой для меня? Может ли это быть тем Что прибьёт меня к земле Может ли это быть, что только ты для меня Помоги мне, пожалуйста* — Интересно… Эта песня что-то значит для тебя? — Мы можем разговаривать на нейтральные темы или не разговаривать вовсе? Пабло прислушивается к моим словам, а потом вдруг не выдерживает и выдает. — Тебе известно, что мужчины думают о сексе каждые три минуты? — Даже не знаю что меня удивляет больше.То, что ты причислил себя к мужчинам иди же то, что ты читаешь. — Смейся, смейся, думаешь я тупой спортсмен только и умеющий бросать мяч на поле? — А ты умеешь что-то еще? Пабло многозначительно вскидывает брови, и я моментально догадываюсь куда клонит его игривый взгляд. — О, пожалуйста, избавь меня от дифирамб в свою честь. Достаточно уже того, что половина женской аудитории университета смотрит в твою сторону щенячьим взглядом. — И что с того? Они ведь меня совершенно не знают! Если бы они увидели мою жизнь изнутри, навряд ли кто-нибудь из них продолжил бы так смотреть. Бустаманте с капелькой неподдельной грусти в голосе замолкает, и я моментально осознаю к чему он ведет. Его ситуация с отцом тревожит и меня, наверное потому, что мой папаша тоже далек от идеала. — Мой отец полный придурок. — Правда? Я думал у тебя только Соня. — Ну, теоретически Спирито еще жив, но мы не общаемся. Три года тому назад я летала к нему в Италию и все закончилось тем, что мой трехмесячный отдых превратился в двухнедельный. Вот так бывает, когда один взрослый пытается восполнить пробел в воспитании своей пятнадцатилетней дочери. Пабло укладывает голову на руку и смиренно наблюдает за всеми эмоциями на моем лице. — Тебе его не хватает? — он заботливо берет мою руку, поглаживая большим пальцем тыльную сторону моей ладони. Как ни странно, я не собираюсь отстраняться и молча позволяю ему это делать. — Нет, — вру я, — я должна сказать ему спасибо за то, что стала сильной. Я не нуждаюсь ни в чьем одобрении. Мне чужда привязанность к людям и уж тем более любовь. — Разве это хорошо? — Любовь делает человека слабым и уязвимым, а это то что я никогда не смогу принять. Пабло медленно выслушивает мои аргументы и то и дело водит пальцем по моему запястью. Вверх и вниз… Вверх и вниз… — Сразу видно, что ты никогда не влюблялась. Взаимная любовь это наивысшее счастье в жизни. Когда желание понимать другого человека важнее, чем быть понятым. Когда ты не ждешь ничего взамен и лучшим подарком будут ее горящие глаза и улыбка. Когда, не нужно даже простого спасибо, ты просто счастлив от того, что она позволяет быть с ней рядом. Когда чувства это безвозмездный подарок и не чего не требуется взамен. Сама не знаю как губы Пабло тянуться к моим, и я просто не могу пошевелиться, встречаясь с ним взглядами. — Я не могу! — через силу отталкиваю его от себя и тупо сбегаю. От себя от тех эмоций, что разрывают меня изнутри.