Любовь с препятствиями

— Что? — Что? — вторю ему, пытаясь выкрасть себе немного времени, чтобы придумать быстрый ответ. Это всегда срабатывает. Мои губы снова накрывают его, пытаясь заглушить все последующие вопросы Пабло. Он немного отстраняется и всматривается в мои глаза, я снова тянусь к нему, но он останавливает мой порыв, положив руку на горло. — Ты сейчас ничего не хочешь мне рассказать? Моё горло напрягается, не давая возможности ответить. — Все что тебе нужно знать, ты уже знаешь… — в моем голосе совсем нет загадочности, а губы уже скользят к чувствительному месту за ушком чуть выше основания шеи. — Я хочу тебя… Страсть охватывает нас с головой и со страшной скоростью подталкивает к пропасти. Но сегодня я не упаду. Взгляд его удивительных глаз, его губы, прикосновения, нашептывания полностью развязывают мои руки и отправляют меня в иной мир. Скользить пальцами по его подтянутому телу схоже с тем, что испытывать эстетическое удовольствие, при этом не получая самого главного. Мне хочется быть максимально близко сейчас, чтобы его тепло согрело меня и заставило с головой окунуться в нечто потрясающее, позабыв о всех насущных проблемах. Нежные губы Пабло ласкают не хуже его заботливых и умелых рук, скользящих вдоль линии моего позвоночника. Мне так хорошо, что я выдыхаю из себя всю свою боль и обиду. Он с жадностью крадет мое дыхание, останавливая его яростным поцелуем. Пабло еще не знает, но возможно уже догадывается, что все манипуляции, которые он проделывает с моим телом, одновременно уничтожают меня и заставляют возродиться вновь, словно феникс из пепла. Я продолжаю свой побег от реальности, позволяя Пабло полностью овладевать моим телом. Это так сладко, но при этом, все же мука. Когда он осторожно укладывает меня на спину, попутно скидывая с себя футболку, я нахожусь уже где-то за гранью добра и зла. Ровно посередине. Шаг вправо — и я смогу сохранить себя. Шаг влево — и я полностью во власти Пабло. Не выбирая из двух зол меньшее, я вступаю на скользкую дорожку, ведущую меня в неизвестность. — Все хорошо? У меня нет сил, чтобы ответить ему, поэтому вместо ответа, я сама стягиваю с себя последнюю преграду между нами и откидываю нижнее белью на пол. — Просто люби меня сегодня, о большем я и не прошу… — Не уверен, что согласен только на сегодня. Ты лучшее, что со мной случалось в этой жизни, Мариса, — томный шепот на ухо, и вот, я уже тону в собственном желании, отдавая всю себя до остатка. До последнего вздоха… *** Откуда-то снизу до меня доносится чьи-то разговоры на повышенным тонах. От шума я моментально пробуждаюсь, и с трудом осознаю где сейчас нахожусь. Это не моя комната. Не моя постель… Полусонными глазами пытаюсь найти хоть что-то, что подскажет мне правду, как вдруг, чья-та рука небрежно накрывает мою талию. Я поворачиваю голову и вижу Пабло. Он сладко спит на соседней подушке. Безмятежность его лица в купе со светлыми завитками, торчащими в разные стороны, делает его похожим на маленького ребенка. Так это был не сон, и мы с Пабло переспали прошлой ночью. Опять я зажмуриваюсь и обреченно роняю раскрытую ладонь на лицо. Нужно поскорее убираться из спальни, пока он не проснулся. Сейчас не самое подходящее время, чтобы обсуждать события вчерашней ночи. Я быстро натягиваю топ и набрасываю рубашку на плечи. Шорты валяются на полу в другом конце спальни. А вчера было жарко. Нервозность сменяется иронией. Я не жалела о том, что сделала, просто сейчас не понимала как двигаться дальше. Все запуталось и перевернулось с ног на голову. На телефоне двадцать пропущенных звонков от Сони и Лухан, но мне плевать, она восемнадцать лет не заботилась о том, чтобы рассказать мне всю правду, почему же я должна переживать о ее беспокойствах? Еще раз обернувшись на кровать, я сгребаю свои сандалии в охапку, и спешу поскорее улизнуть из комнаты. — Значит, вот так уйдешь? Ни доброго утра, ни поцелуя… о завтраке я так понимаю речи даже не идет, — немножко хриплый голос Пабло заставляет меня моментально застыть на пороге. Прикусываю губы, чтобы вдруг не улыбнуться от его дурных разговоров и поворачиваюсь. Бустаманте подобно королю на царском ложе раскинулся на постели, в томном ожидании сложив руки на груди. — Я не умею готовить. — А пообниматься??? Вся ситуация со стороны выглядит более, чем унизительной. — Слушай, Пабло, то что было вчера это… в общем, не должно больше повториться. Спасибо за поддержку и все такое… — боже, так неловко говорить ему все это. — Просто сделаем вид, что ничего не было, хорошо? Кажется, вся эта ситуация его очень забавляет, но после моих слов он становится серьезней. — Если хочешь знать правду, для меня это не был просто секс, а если уж совсем на чистоту, то это впервые, когда я не использовал девушку для удовлетворения собственных потребностей. Вчера мы занимались любовью… Его слова застают меня врасплох, от чего я растерянно блуждаю взглядом по комнате. — Это… очень мило… Господи, что я несу? Все равно, что тебе признались в любви, а ты в ответ сказала спасибо.  — Я была расстроена вчера, поэтому совершила глупость, но не думай, что я о чем-то жалею. Просто, сейчас не самое подходящее время. Вчера я узнала, что Спирито не мой отец, а мой биологический отец, возможно, — у уже меня жжет глаза, но я ни за что позволю себе проявление такой слабости. Сама не понимаю для чего рассказываю это Пабло, но он проявляет заботу и теперь я больше не сожалею о сказанном. — Ты хочешь об этом поговорить? Поднимаю глаза к потолку, чтобы окончательно не дать волю чувствам, потому что слезы могут появиться в любой момент. — Нет, — едва слышно произношу я, и сглатываю ком в горле. — Я должна идти, девчонки, наверняка переживают. — Можно тебе позвонить позже? — Не думаю, что это хорошая идея… Пока, — я перекидываюсь с Пабло мимолетным взглядом и ухожу, захлопнув за собой дверь. *** Говорят, все что не убивает делает нас сильнее. Похоже, что я стану очень сильной, поскольку боль просто разрывала мое сердце изнутри. Всю сознательную жизнь меня обманывала собственная мать, чего же тогда ждать от остальных людей? Следующие несколько дней Соня всячески пыталась объясниться со мной, но слушать ее очередные байки я не хотела. Мне до смерти осточертело вранье, которое окружало меня все эти годы. Мы окончательно разругались и расстались на том, что Соня даст мне время все переосмыслить, и возможно, когда моя обида в душе пройдет, мы снова сможет хотя бы общаться. Последнюю неделю я пропускала занятия и тренировки в группе поддержки. После того как правда о моем отце всплыла наружу, меня перестала интересовать учеба и прочее, я просто хотела побыть одна. Словно все принципы, все, во что я свято верила рухнули на глазах и на их место пришла звенящая пустота. Лаура и Лухан всячески пытались меня поддержать. Они старались вытянуть меня из комнаты, чтобы прогуляться или сходить в кафе. В одним из вечеров им даже удалось уговорить меня пойти на очередную вечеринку в дом регбистов, которую они затеяли в честь своей победы в матче со своими давними соперниками из университета физической культуры и спорта. Сама не зная почему, я согласилась. Мне надоело глушить в себе боль и прятаться в себе. А может, я хотела снова увидеть Пабло. Это странно, но если бы я и поделилась с кем-то своей проблемой, то выбрала бы Бустаманте. Эта мысль вызывала сумятицу в моей голове. Как от кого еще месяц назад я старалась держаться как можно дальше, стал чуть-ли не единственным близким мне человеком? Это же полное безумие. *** Прошла ровно неделя с того момента, как Мариса выпорхнула из моей комнаты, и я до сих пор думаю о ней. Ей нужно было кому-то выговориться, и я готов был стать для нее этим самым плечом или жилеткой, если бы только она мне позволила. Но она ушла… и с того момента мысли о Марисе не выходили из моей головы. Меня не радовала похвала тренера после весьма удачно проведенного матча. Мне был по боку новый подгон от отца — дорогущее авто, в знак того, что он снова меня зауважал. При этом, Серхио не забыл напомнить, что в том случае, если мои результаты на поле снова скатятся вниз, машину он заберет. Плевать, мне не нужны его дешевые подачки. Я обдумывал свою дерьмовую жизнь, стоя рядом со столом, заполненному горой пивных стаканов и пустых бутылок. — Как жизнь? — мы ударяемся кулаками с Франциско в знак приветствия. — Сыграем, — Фран протягивает мне кий. — Может, позже… — Смотри, там девчонка, которую ты стащил с бильярдного стола в прошлую субботу. У вас с ней что-то есть?  Не знаю, что меня так разозлило, но я процедил сквозь зубы. — Ее зовут Мариса и мы просто друзья. Я снова нахожу ее глазами. Мариса одета в узкие джинсы и свободную футболку, ничего из ее внешнего вида не напоминает мне о той девчонке, что сама пришла в мою комнату. Она старается выглядеть заинтересованной, но ее взгляд все равно потухший и безжизненный. В моей груди что-то переворачивается. Наверное, это отголоски радости того, что я снова мог наблюдать ее перед своими глазами. За то время, что мы не виделись, я успел дико по ней соскучиться. Мне не хватало наших словесных перепалок, ее улыбки всякий раз, когда она затыкала меня за пояс, но особенно мне не доставало ее прикосновений. Я был готов снова быть избитым ею. Все, только чтобы она снова обратила на меня свое внимание. Я подношу пиво к губам, пока выслеживаю Марису поверх бутылки, делая долгий глоток. У нее в руке вибрирует телефон, и она отбивает вызов и что-то быстро пишет в ответ. Меня накрывает ревность. А что, если это парень? Что если она встретила кого-то, пока мы не общались? Эта безумная мысль как наваждение не дает мне покоя, но я не могу позволить подойти к ней и заговорить как ни в чем не бывало. Что если она не будет рада меня видеть, поэтому я продолжаю молча следить за ней глазами. Мариса перекидывается парочкой фраз с Лаурой, и та спустя пару минут, оставляет ее в одиночестве, вероятно чтобы найти Гвидо. В этот момент наши глаза встречаются и, долго не раздумывая, она поднимает руку в качестве приветствия и слабо улыбается. Я вторю ей и салютую пивной бутылкой. Так начинается наше молчаливое общение. Мы стоим в разных концах гостиной и между нами десятки танцующих полутрезвых парней и девиц, которые целиком и полностью заняты друг другом. Между нами басы музыки и что-то еще… Что-то неуловимое, значимое. Нас словно не волнует все, что происходит вокруг. Есть только мы. Вижу насколько ей здесь, скучно. Впрочем как и мне. Я показываю ей бедрами и руками, мол, что не танцуешь, а она из другого конца комнаты просто пожимает плечами. Делаю еще несколько зажигательных движений под музыку и она улыбается, опуская глаза. Мне удается ее рассмешить. Как бы мне сейчас хотелось увести Марису в свою спальню и исцеловать каждый сантиметр ее тела, но вместо этого я продолжаю дурачиться и указываю ей глазами в тихое место, как бы предлагая, поговорим с глазу на глаз? Она машет головой, игриво отвечая нет, и тогда я также наигранно-обиженно дую губы. Как есть, говорят ее глаза, и просто пожимая плечами, на лице появляется едва заметная улыбка. Я делаю глоток пива из бутылки, продолжая изучать выражение ее лица. Меня отвлекает Хоакин-капитан нашей команды, желая обсудить прошедшую игру. Он немного под мухой, от того меня ужасно раздражает его пустая болтовня. А может, это все от того, что я глазами потерял Марису в пространстве гостиной. Буквально минуту назад она стояла рядом с колонкой. Я мечусь на месте в попытке найти ее среди толпы лиц, но не выходит. — Слушай, мне надо отлить, потом договорим, ок? Я шерстю по всему дому, но от Марисы даже след простыл. Ее нигде нет. Раздосадованный этим фактом, я снова спускаюсь вниз и прохожу на кухню. Друзья зовут меня к бильярду, но я отказываюсь. Вечеринка теряет для меня всякий смысл. Залезаю в холодильник, чтобы взять себе еще пива, и когда я поворачиваюсь перед глазами во всем своем естественном очаровании предстает Мариса. — Привет, —  я смотрю на нее зачарованный и замечаю её немного заплаканные глаза. На ее лице нет ни капли косметики и меня это радует, потому что этим и ещё многим другим, она отличается от остальных девушек. Она настоящая от кончиков пальцев до макушки ее новой прически. Мариса выглядит немного растерянной. — Привет. — Я думал, что потерял тебя, — понимая как двусмысленно это прозвучало тут же исправляюсь, — в смысле глазами. Черт, только Мариса заставляет меня нести полную чушь. Я как растерянный котенок, когда она рядом. С другими девушками все по-другому. — Один пьяный придурок пристал ко мне с предложением станцевать на бильярдном столе. Вероятно, слава о прошлой субботней вечеринке идет впереди меня. Она вскидывает брови, — как-то так. Ты позволишь, — Мариса кладет руки мне на талию, чтобы отодвинуть меня, и открывает дверь холодильника. Она хмурится обшаривая каждую полку, а затем привстает на носочки, чтобы достать до самого верха. Край ее футболки поднимается вверх, оголяя идеальный живот. Я сглатываю, наблюдая за этой картиной. В моей голове миллион всего и это все касается только Марисы. Она сама не знает насколько искушает меня сейчас своим телом. — У вас тут кроме пива ничего больше нет? — Мы разбираем газировку по комнатам. — Вы прячете друг от друга газировку? Это так по-взрослому, — закатывая глаза, Мариса улыбается. — Так как же закончилась история с тем парнем? — А… в общем, я долго думала, — она словно ставит мое имя на одну чашу весов, — Пабло Бустаманте или стриптиз на бильярдном столе для пьяного парня. Пабло …незнакомец, — ее руки покачиваются из стороны в сторону, намекая на выбор. — Короче, ты победил. — Это мило… — я повторяю ее слова, отправляя нас в то утро, когда мы проснулись в одной постели. По ее глазам, я понимаю, что Мариса тоже это понимает. Все что сейчас между нами похоже на флирт. Легкий, ни к чему не обязывающий. Ее короткие рыжие волосы обрамляют лицо. Закладывая одну длинную прядь за ухо, она долго выдерживает мой взгляд, а потом произносит. — Ну так что, угостишь старую подружку баночкой газировки? Чтоб мне оглохнуть на этом самом месте! *** — Ты убрался в комнате? — она оборачивается по сторонам и должен сказать, у меня сегодня действительно чисто. — Ага, настраивался перед игрой. Люблю оставлять все на своих местах.Это меня успокаивает. — Слышала, вы победили? Я протягиваю ей банку «pepsi» и киваю. — Ну, а как же иначе? Ухмыляясь, Мариса садится на край моего комода. Она отставляет банку в сторону и загадочно рассматривает собственные руки. Трудно не заметить ее настроение. — Ты в порядке? — Да… Мариса поднимает глаза, понимая что я уже заведомо знаю, что она обманывает. — Нет, — она обреченно выдыхает из себя и мне хочется пожертвовать самым ценным в этой жизни, лишь бы она снова стала прежней Марисой. Смелой, бойкой, сильной девушкой, которая не боится никого и ничего на свете.  — Иди ко мне. Я раскрываю свои объятия, и на удивление, она подходит. Ее руки обвиваются вокруг моей шеи, а мои — вокруг ее талии. Прильнув ко мне, Мариса кажется такой беззащитной и уязвимой, что мне хочется обнять ее еще сильнее. — Родители… они умеют иногда испортить жизнь. Мне искренне жаль, что так все случилось, Мариса. Я вот-вот ожидаю, что она заплачет, но вместо этого она сильнее вжимается носом в мою шею. Это единственный знак того, что она слышит меня в этот момент. Она поднимает голову и долго ищет что-то в моих глазах, а после накрывает мои губы страстным поцелуем. Мариса как будто отчаянно нуждается в лекарстве, и оно спрятано в моем рту. Я не позволяю себе думать, правильно ли мы сейчас поступаем, поэтому не медлю и со страшным голодом отвечаю на ее порыв. Приподнимаю Марису в воздухе, и она ногами обхватывает меня за талию. Не разрывая поцелуя, мы продолжаем двигаться вперед, натыкаясь на препятствие. С ее губ слетает звук, похожий на сладостный стон, когда я сажаю ее на комод, раздвинув ноги, и подхожу ближе. Я оттягиваю верхний край ее футболки, и Мариса, позволяя мне это сделать, покорно тянет руки наверх. Мои губы скользят вдоль линии ее шеи, опускаясь все ниже с каждым поцелуем. Мариса запускает пальцы в мои волосы и сжимает их сильнее, всякий раз, когда я ртом вбираю ее маленькую, но такую идеальную грудь. — Это случится только сегодня, — в какой-то момент, она меня останавливает, как-бы предупреждая. — Где-то я уже это слышал… Прежняя Мариса влепила бы мне пощечину за эти слова, закатила скандал, ушла, громко хлопнув дверью, но новая Мариса сама покорность. Она моргает, чувствуя, что немного застигнута врасплох, и растягиваясь в кривой ухмылке, шепчет, — я серьезно, Пабло. Второй раз за последние десять минут она обманывает меня. Уж я то точно знаю, что это далеко не наш последний раз. Это один из многих многих многих других. Эта мысль кружит голову, и на полной эйфории, я подхватываю ее на руки и несу на кровать. Мариса смеется и слегка вскрикивает, падая на мягкую постель. Я приземляюсь рядом, и мы долго исследуем друг друга глазами, как бы спрашивая, нужно ли нам продолжать? — Спасибо, что всегда оказываешься рядом, — она игриво проводит пальцем по моей слегка заросшей щеке и опускается к моей нижней губе, пожирая взглядом. — Пабло Бустаманте всегда к твоим услугам. Вот сейчас между нами абсолютное взаимопонимание. Мы одновременно растягиваемся в улыбках и тянемся к друг другу навстречу для нового поцелуя…