Гусиное королевство

      Домашнее животное должно быть тихим, спокойным и не приносить хлопот хозяину. Например, чучело совы… Или, например, черепашка.       — Хочешь черепашку? — с надеждой в голосе произнес темноволосый мужчина и присел рядом со светловолосым мальчиком восьми лет. — Нет, — покрутил головой ребенок и отвернулся от полки с рептилиями. — А кого ты хочешь? — кажется, мужчина терял терпение, и ему на помощь пришел высокий светловолосый парень, умиленно рассматривающий хомячков в соседнем отделе. — Арс, купи мне хомячка, — попросил Антон и хмыкнул под убийственным взглядом голубых глаз. — Ну хомячок же, ну. — Шастун, узнай у нашего сына, чего он хочет. Мы уже битый час ходим по этому питомнику, у меня уже нет сил, — процедил темноволосый мужчина и отошел в сторону.       Вот, оказывается, для чего ребенку нужны два родителя. Чтобы когда первый психует — второго уже отпустило, и наоборот.       — Саш, ну ты чего папу доводишь? Мы же дома, вроде, обсудили. — Здесь нет его, пап, мы обошли все. Я хочу гуся, чтоб на Мартина был похож. — Какого еще гуся? — Арсений на мгновение обернулся и сделал шаг к родственникам.  — Ты чего, гуся ему хочешь купить? Нахре… — Попов на мгновение запнулся, а затем продолжил. — Зачем ребенку гусь? Зачем делать из нашего двора ферму? Это дерьмо по всему газону, гусиный гогот ни свет ни заря. — Ребенок хочет играть в Нильса, он же не просит у тебя сто одного далматинца, — парировал Антон, и Арсений откашлялся. — Мы едем домой немедленно. — Понятно, — вздохнул Антон и взял мальчика за руку. — Саш, нам не нужен гусь, нам достаточно твоего папы. — Что? — Арсений вновь обернулся и сдвинул брови. — Ну знаете... — Арс, я говорю Саше, какие красивые хомячки, — произнес Антон и, взяв расстроенного мальчика на руки, прошептал. — Будет тебе гусь, только тссс. Саша радостно закивал и совсем не расстроился, попросив вместо гуся мороженое, на что Арсений согласился гораздо быстрее.       То, во что вы верите и чего ожидаете всей душой и всем сердцем, обязательно произойдет, и вы будете счастливы. Для Арсения таковым счастьем являлась его семья, его ребенок, муж, с которым они наконец-то были вместе, были счастливы. У них прекрасный дом на юге Франции, у них замечательный сын, счастливая семья, любимая работа. Ну зачем им гусь? Этот трижды проклятый гусь не выходил у Арсения из головы уже несколько дней. То, что он отказал ребенку, конечно, огорчало, но представить птицу у них во дворе было выше его сил.       — Доброе утро, — мужчина просочился на кухню и с нежностью прижался к спине высокого парня, стоящего у плиты. — Запах потрясающий. — Доброе, — Антон на мгновение обернулся. — Ты сегодня поздно придешь, я думаю сходить в кафе или заказать пиццу на дом. — А может, лучше курочку или индейку? — мужчина присел за широкий стол и вздохнул. — Хотя нет, птицу оставим на рождество. Или можем гуся зажарить, как обычно. — Гуся? — Антон обернулся и закусил губу. — Да, возможно. — Налей мне кофе, ладно? — Арсений потянулся за утренней газетой и внезапно замер. — Шаст, что это? — Где? — На улице, во дворе у нас, шум какой-то. Это Сашка балуется или мне показалось? — Не слышу, — помотал головой светловолосый парень и потянулся за кофейником. — Да нет, я же слышу, — обеспокоенный мужчина резко встал и сделал шаг по направлению к двери, выходившей на задний двор.       Зеленый подстриженный газон был гордостью Попова, и он следил за ним, вовремя приводил в порядок, ходить по нему запрещал всем и каждому. Поэтому, когда мужчина вышел на мощеный двор и увидел, как по его газону ходит и щиплет траву, траву, привезенную из Голландии, вытаптывает своими лапами самый настоящий гусь, то на мгновение потерял дар речи.       — Это что? Это подождите… та-ак, — и пока Арсений подбирал слова и искал глазами, чем бы бросить в несчастную птицу, посмевшую осквернить его газон, гусь громко и противно гогоча, прошлепал за дом. — Саша, иди сюда немедленно! — крикнул Попов и ринулся за гусем. — Не смей кричать на ребенка, Попов! — следом с криком кинулся Антон. — Папуля, смотри, что мы с папочкой построили для Сени! — радостно ликовал маленький Саша, прыгая вокруг ошарашенного мужчины, обводившего глазами то, что раньше имело название «Приличный участок».       У забора стоял огромный, хоть и кукольный, замок из картона, а из огромного окна гордо выглядывал гусь.       — Арс, давай мы тебе сейчас все объясним, — вовремя подоспевший Антон встал перед замершим Арсением и взял его за руку. — Это же ребенок. — Нет, Шаст, подожди. Я правильно услышал? Только не говори мне, что ты позволил ребенку назвать гуся Сеней, — медленно произнес Попов, и светловолосый парень улыбаясь пожал плечами, а затем обернулся к Саше, подмигивая последнему. — Хорошо, не ска… сраный гусь! — внезапно завопил Антон. — Саня, почему он жрет свою корону?! — Сеня, фу! Сеня, отдай! — мальчик кинулся к птице, которая методично склевывала картонную корону, не весть как оказавшуюся на земле. А Арсений выдохнул и, схватив Шастуна за локоть, дернул в сторону.  — Вот так значит, да? Меня дома день не было, а вы тут мало того, что не послушались меня, так еще и гуся Сеней называете! Ну спасибо, спасибо. То есть ты считаешь меня гусем и ребенка приучаешь? Супер-семейка, молодцы! — Арс, не кипятись, ну это же просто гусь. — Этот "просто гусь" топчет и срет на мой газон, его зовут Сеня, он орет, как подорванный, и живет в картонном замке, — все больше и больше распалялся Попов, и Антон вздохнул. — Арс, прекрати.       — Значит так, гусиные прислужники, ты — в дом, Сашка — в комнату, на неделю без телека, а гуся… гуся — в духовку, — рыкнул Попов, и гусь, ходивший все это время взад-вперед, замер, а затем зашипел и замахал крыльями, надвигаясь в сторону мужчины. — Бунт на корабле, так значит, да? Шаст, скажи этому идиоту "фу" или что там он понимает. — Этот идиот ничего не понимает, весь в своего тезку, — Антон снова вздохнул и, притянув ошарашенного мужчину к себе за шиворот, прильнул к его губам. — Тихо, Сеня, не кипятись, — прошептал он в поцелуй и отстранился. — Эээ... замок убрать, мусор убрать, а гуся вернуть, где взяли, — чуть смягчился темноволосый мужчина и улыбаясь вздохнул. — Никаких гусей. — Пап, ну можно он останется у нас? Он послушный, я его выдрессирую, и Сеня… — мальчик запнулся и с мольбой в глазах посмотрел на Антона. — Арс. — Никаких гусей, я сказал!       — Пап, ну Сеня — хороший, он дружит с Тошей, — внезапно произнес маленький Саша, и двое мужчин удивленно уставились на сына. — Саш, какой Тоша, ты что? Мы же купили одного гуся, — ошарашенно произнес Антон, наблюдая за тем, как мальчик ринулся к закрытой веранде и спустя минуту появился вновь, прижимая к себе серого гуся с невероятно длинной шеей и такой же маленькой картонной короной на голове. — Папочки, можно они останутся? — Какой Тоша, ты что? Арс, клянусь, я не знал ничего, — бубнил Антон, наблюдая за тем, как уже два гуся переваливаясь с боку на бок, прошли к миске с водой. — Сашка, ты что? Ты где его купил? — Арс, — парень обернулся на мужчину, которого от увиденного буквально скрючило пополам. — Арс, тебе плохо? Ты что… тебе смешно? — Антон легонько толкнул в плечо Арсения, задыхавшегося от смеха. — Попов, прекрати, ты меня пугаешь. Саша, по твоей милости отец сошел с ума. — Ах-ха, Сашка, ты назвал гуся Тошей? Ах-ха-а, — Попов фыркал, закрывая лицо руками, и стоящий напротив Антон кусал губы, сдерживая улыбку. — Да хорош, это не смешно. Сашка, какой еще Тоша? — Еще как смешно, ах-ха, — Арсений смеясь притянул к себе сына и потрепал его по светлой макушке, а затем завопил. — Саня, Тоша жрет корону Сени! — Фу, Тоша, фу! — Саша кинулся разнимать птиц, и хорошо, что за высоким забором соседи семейства Поповых не видели, как двое мужчин и ребенок гонялись за двумя гусями по идеально ровному газону в надежде отобрать у них еще и корону Тоши, а после — любимые кроссовки Арсения, которые так понравились Сене.       Саша смеялся так громко и заливисто, бегая вместе со взрослыми, что в какой-то момент Арсений поймал себя на мысли, что давно у него не было такого счастливого сумасшедшего дня, в котором он опоздал на работу, гоняясь по газону за двумя гусями.       — Гуси остаются, — окончательно махнул рукой Попов, и на него с криками "Ура!" налетело все его семейство, включая двух гусей, которые, гогоча и хлопая крыльями, тыкались клювами о ноги людей. — Ай, Сашка, твой Сеня меня щипает, — ахнул Шастун и потер место чуть ниже поясницы. — Это не Сеня, это я, — гордо заявил Арсений и с криком "Помогите!" ринулся вокруг дома, убегая от настигающей его кары в виде высокого парня, смешно размахивающего руками.       — Вот такая у нас семейка, маленький такой дурдом! — улыбаясь заявил Саша, обнимая за шеи двух гусей. — Пусть пока привыкают, да. А маленького принца Шурика я им потом покажу…