Эпилог

«Тогда я впервые запачкал свои руки кровью человека. Пусть он просил сам сделать это, но я прекрасно понимал, что делал это ради себя. Я должен был стать сильнее, перебороть свои страхи, чтобы двигаться дальше, а Хаку стал лишь способом преодолеть свои фобии. Его безжизненные глаза и искренняя улыбка на губах навсегда отпечатались в моей памяти. Он жил ради одного человека, а когда посчитал, что подвел его, - без раздумий принял самое страшное наказание из всех возможных. Не знаю почему, но мне было жалко этого парня, который так и не узнал всех тех теплых чувств, что к нему питал Забуза. Забрав жизнь Гато, истекая кровью из-за многочисленных ран, он попросил лишь об одном: ещё раз увидеть лицо своего ученика, соратника и… лучшего друга? Я не мог залезть в душу Дьяволу Кровавого Тумана, чтобы понять все его мотивы и поступки, но сейчас в этой просьбе больше не было притворства и лицемерия. Момочи всем сердцем желал выжечь у себя в памяти образ того человека, что стал ему ближе и дороже, чем кто-либо другой. - Они оба заслуживали лучшего, - холодными губами произнес я, когда рядом со мной остановился Какаши. Он стоял ко мне боком, потому что направлялся на помощь к Саске, но все же удостоил своим взглядом. Тяжелым и упрекающим. Конечно, я убил Хаку, а он косвенно причастен к смерти Забузы, и теперь слышать такое… я прочитал в его видимом глазе лишь одно: «Глупый ребенок». - К сожалению, люди начинают видеть дальше собственного носа лишь на грани смерти, - по странному тихо ответил Хатаке, оставляя меня самого наблюдать за тем, как сквозь серые тучи пробиваются солнечные лучи и лениво начинает падать снег. Он исчезает так же быстро, как и появился, но все же успевает упасть на лицо Хаку, тая и превращаясь в слезу, которую ученик Момочи уже не может пустить. Обернувшись, я посмотрел на то, как Сакура рыдает в окровавленную майку Саске. Как её утешает мостостроитель Тазуна. Как девушку пытается оттащить Какаши, чтобы проверить состояние самого дорогого своего воспитанника. Учиха жив, но я и не ожидал другого после его сердечного признания о мести брату за клан. Зачем он это рассказал? Думал, что я проникнусь его историей и перестану считать эгоистичной мразью? Ха-ха, шутка не удалась, Саске-кун». Писать на колене тяжело, поэтому я спрятал дневник в свой рюкзак и с приятным хрустом в теле потянулся, разминая затекшие мышцы. Почему-то после этого плевого дела захотелось спать, но я знал, как прогнать надоедливую дремоту. Несильно ударив по мешку, что лежал рядом со мной, до моих ушей донеслись такие красноречивые словосочетания, которые на пару секунды заставили меня задуматься, почему я не использую кляп? - Рот закрой, а? – сонно произнес я, прикрыв рот рукой. Неожиданно стало тихо, но, как говориться, это было затишье перед бурей. Такое обилие нецензурной брани на один квадратный сантиметр было слишком для меня. Ещё раз ударив по мешку, но уже сильнее, я заставил заткнуться своего языкастого собеседника. Мы были близко, и мне очень сильно не хотелось, чтобы местный житель узнал раньше времени о нежданных гостях. Жалкий. Думаю, что это слово было самым подходящим в данный момент. Мне было смешно смотреть на то жалкое существование, что влачил этот некогда сильный шиноби. Я не питал к нему никаких чувств, даже ненависти. Тогда он делал то, что считал нужным, и был готов на любые жертвы ради своей цели. Так же, как я сейчас хочу использовать его в своих. Мужчина замер, когда наконец-то заметил меня, но не принял никаких попыток сбежать или атаковать. Он уже давно сломался, как телом, так и духом, и на данный момент не представлял опасности даже ребенку. Мне предстояло сделать то, что я так не любил – вернуть человеку веру в себя, в свои собственные силы и желания. - Как… ты нашел меня? – его голос был слабым и тихим. Он кинул на меня взгляд из-под капюшона, и я c удивлением отметил, что додзюцу все ещё не покинуло это истерзанное тело. - Кроме тебя в живых остался ещё кое-кто из вашего сброда, - без зазрений совести я кинул ему под ноги мешок из грубой мешковины, так как создавать какие-то благоприятные условие для его содержимого не было желания. Все-таки эта головешка когда-то пыталась убить меня. - Хидан? – мужчина не скрывал своего удивления, когда открыл временное место жительства служителя Джашина. - А ты блять кого ждал? – на шаринган уставились два красных, ближе к розовому, глаза. - Не тяни кота за яйца и вытащи меня наконец-то из этого куска дерьма, которое люди называют мешками. У меня все лицо жутко чешется! Мужчина аккуратно достал голову фанатика и поставил на единственный в данной пещере деревянный стол. Я знал, что эти катакомбы огромны и здесь ещё немало секретов, о которых не мог мне рассказать Хидан. - Итак, господа, я думаю, вы уже догадались, что я собрал Вас не ради воспоминаний о славном прошлом, - начал я, усаживаясь на какой-то хлипкий стульчик возле стены. Ножки жалобно заскрипели, но я не обратил на это внимания. - Ты хочешь… мести? – как-то бодро спросил мужчина, закутанный в темные одежды. У меня даже промелькнула мысль, что он бы с радостью умер от моей руки в данную минуту. Не отрицаю, может так и будет, но точно не сегодня. - Конечно, хочу! – весело ответил я, уперевшись ладонями в колени и подавшись всем телом вперед. – Но, к вашей радости или сожалению, вы оба не её объект. - Я, конечно, безумно рад и остальное бла-бла-бла, но какого хуя тебе от нас нужно?! Лучше не юли, а то я загрызу тебя нахрен! – Хидан явно забыл о том, что сейчас под ним стол, а не широкие мужские плечи. Я улыбнулся, наблюдая за тем, как этот обрубок пытается прыгать в мою сторону. - Заткнись, черепушка, у тебя выбора нет: ты либо со мной, либо я снова тебя закопаю, где ты и сгниешь без своих ритуалов, - хреновый из него актер, совершенно не умеет скрывать свои эмоции. Я бы за километр уловил его удивление. - Откуда ты знаешь об этом? – уже серьезно спросил «бессмертный». Я явно задел ту самую тему, которая даже из такого безумного, брызгающего слюной, фанатика делает холоднокровного аналитика. Судя по его выражению, сейчас Хидан прикидывал в голове все возможные варианты моего ответа, и то, откуда я узнал это. - В старых военных сводках не раз упоминаются люди, которые имели схожие с твоими способности и оружие, - я соврал, но все же не полностью. Мне удалось случайно наткнуться на папку в сейфе одной мелкой банды из страны Горячих Источников, которая содержала не так много информации о жрецах Джашина, но все же достаточно, чтобы понять всю суть их силы. Если сложить все фрагменты вместе. – Кстати говоря, я так же наткнулся на описания человека, очень похоже на тебя. - И что в этом такого, мудак?! – прошипел Хидан, вновь начиная попытки движения в мою сторону. Видимо, он и вправду хотел вцепиться мне в горло, чтобы больше никто не знал об этом темном культе проклятых. - В том, мой расчлененный друг, что ему сейчас должно быть где-то восемьдесят пять, а тебе не дашь и тридцати, - бывший напарник Какузу замер, словно вспомнил о чем-то. Его лицо стало спокойным, и он закрыл глаза, при этом глубоко вздохнув. Интересно, как он вообще говорит без тела? - Я выслушаю тебя, но если мне что-то не понравиться, то я съебую, - наконец произнес Хидан, переведя свой взгляд на мужчину в лохмотьях. Его рот исказился в кривой ухмылке. – Вижу, я многое о тебя не знал… Тоби. Как я понял из слов этого молокососа, ты последний из Акацуки? - Если можно так сказать, то ещё жив Зецу, - тихо ответил Обито, не спуская глаз с моего довольного лица. Пусть поговорят, все-таки столько лет не виделись. - Насрать мне на это удобрение для насекомых, ты оказался чертовски силен, раз все время скрывал свои истинные способности. Учиха Мадара, Джуби… Какого хуя ты строил из себя клоуна и играл на публику, Коноховский высерок?! - заорал Хидан на мужчину, но тот никак не отреагировал. У меня вообще появилось ощущение, что передо мной стоит не человек, который всего полтора года назад хотел погрузить мир в бесконечную иллюзию, а какая-то побитая собака, готовая в любой момент умереть, лишь бы не мучатся. Ты жил мечтами, я же подарю тебе реальность! - Зачем ты… выкопал этого сумасшедшего фанатика? – Обито внимательно рассматривал меня шаринганом. Да-да, ублюдок, полюбуйся своей работой. Мне пришлось долгое время восстанавливать свое тело из тех куском, что вы вырывали из меня. Это было невыносимо больно, зато теперь моей чакры стало ещё больше. Боль сделала меня сильнее, и любой, кто встанет на пути – будет повержен. - В будущем нам пригодятся его знания и сила, - без тени сомнения ответил я. Они оба уже должны были понять, зачем я их собрал вместе. – Мы уничтожим Коноху, и убьем всех и каждого, кто попытается нам помешать. - Мне нравится твой настрой, уебок, но какой для меня резон помогать тебе? – Хидан приподнял бровь и уставился на меня, ожидая ответа. И я прочитал в его глазах то, что он хотел услышать. - Ты сможешь убить Шикамару Нара, трахнуть его жену – Темари и принести в жертву Джашину их недавно рожденного ребенка. - Это то, что я хотел! – закричал как ненормальный Хидан. Хотя почему «как»? Он итак был садистом и мазохистом, принося в этот мир лишь смерть и разрушения. Делая такое нельзя быть нормальным человеком. – Дайте мне мое тело, и я сам убью каждого жителя этой сраной деревни! - Откуда взялась эта ненависть, Наруто? Я знаю, что ты никогда не любил Коноху, так почему только сейчас решил отомстить? – Обито стянул с головы капюшон, показывая ужасные шрамы на лице. Я лишь грустно улыбнулся, взглянув на этот отпечаток прошлого. Я был таким же, как и он. С надеждами, с мечтами, которые разрушились о реальность. - Ты когда-то сказал, что мы с тобой похожи, но… я не хочу, как ты спрятаться в иллюзии от всего мира. Я хочу жить, хочу любить и ненавидеть, хочу преодолевать сложности. Мне нужны все стороны этой проклятой жизни, какими бы они не были. - Я… - Но все же когда-то я мечтал, так же как и ты. Хотел, чтобы люди меня признали, желал быть для них героем. Не вышло. Я прекрасно помню, как мы спасали Гаару. Всеми силами, потом и кровью, вырывали его тело из ваших рук. И тогда я думал, что если Гаару прекратили бояться, то и я так смогу. Что люди назовут свой дом и моим тоже. Во мне зародилась надежда, но это и стало ошибкой. Я стал доверять, а когда мне понадобилась помощь – то оказался сам на сам со своими проблемами. Когда я сорвался в глубокий каньон и звал на помощь – никто не пришел. Никто, кроме двух человек в черных плащах расшитых красными облаками. До сих пор помню, как Итачи перевязывал мои раны и вправлял кости, чтобы я не умер раньше времени. - Твои надежды погибли, - выдохнул Обито, а я лишь кивнул. Он понимал меня, потому что сам через это прошел. - В то время, как мы искали Саске, тот дрался с Дейдарой. По просьбе Какаши, я создал десятки клонов и ушел от своей группы, и, думаю, это было главной ошибкой. Финальное выступление вашего художника я запомню надолго. Меня настигла взрывная волна такой силы, что мои ребра не выдержали давления, а из ушей, глаз и рта потекла кровь. Я упал с огромной высоты в реку, и лишь благодаря этому выжил, - я прервался, думая о том, зачем вообще все это рассказываю двум людям, которым если не плевать, то даже не интересно. Но, если начал, нужно закончить, к тому же я не боялся излить им душу. - Полгода назад, когда я полностью окреп, сразу же взялся за дело. Я не мог спать спокойно, не зная всей правды. А она была очень горькой. Я выследил одного АНБУ, из личной охраны прошлого Хокаге, накачал его наркотиками и узнал все, что мне было нужно. Какаши написал в рапорте, что всех, как и меня, настигла волна от последнего взрыва. Многие получили раны, схожие с моими, поэтому на поиски сразу никто не кинулся. Взрыв уничтожил все запахи и повредил глаза Хинаты. Думаю, дальше вы и сами понимаете, что после недолгих попыток найти меня, вся группа решила закончить задание, перед этим отправив весточку Хокаге. АНБУ искали несколько месяцев, но было уже поздно. Лишь когда из меня достали Кьюби я понял, что история с Гаарой не повториться. Коноха горевала только из-за того, что утратила джинчурики. - Блять, парень, это прямо вечер ахуительных историй, - прокомментировал Хидан мою историю после секундного ступора. – Ещё бы немного, и я пустил слезу. - Я ничего не ждал от бездушного ублюдка, - нет, меня не задели его слова, ведь все, что я рассказал – это прошлое, и оно уже не так ранит мое сердце, как это было раньше. - И все же я не вижу причин, чтобы помогать тебе в чем-то, - Тоби вновь накинул на голову капюшон, и направился к входу в другую пещеру. Я ожидал такой реакции, поэтому подготовился. - А если я скажу, что смогу вернуть тебе Рин? – улыбка без моего желания искривила губы, когда Обито замер как вкопанный. – Я прекрасно знаю, что тебя в живых держит только память о ней. Она бы хотела, чтобы ты прожил свою жизнь счастливо. Да и ещё десять раз да, я добился того, чего хотел. Лицо мужчины перекосило от гнева, и он кинулся в мою сторону, схватив за воротник и подняв со стула. Я ощутил слабый импульс чакры, который направился к глазам. Он был готов убивать, но почему-то ещё сдерживал себя. - Да что ты знаешь о ней, Наруто?! – прошипел Учиха, в его глазах начали крутиться запятые. – Что может знать такой, как ты, кто никогда не любил и не жертвовал собой ради дорогих людей?! - Твою жертву Какаши обратил в пыль! – мои пальцы стальными тисками сомкнулись на шее Обито, лишая его кислорода. Он начал задыхаться, схватившись за мою руку. – Ты всегда был слаб, и все, что делал – другие втаптывали в грязь! - Воу, воу, воу, ребят, давайте жить дружно или хотя бы погодите, пока у меня вновь будет тело, - Хидан напомнил о себе, и я бросил на него взгляд, отпуская шею мужчины. Он упал на землю, жадно глотая воздух. Наконец-то в нем нормально заструилась чакра, делая тело своего носителя сильнее. Красные следы, что я оставил рукой, тут же начали исчезать. - Ты хочешь жить, Обито, не обманывай меня, а себя в первую очередь. У тебя ещё есть дела, которые нужно завершить. - Не имеет смысла, Наруто, - тихо ответил Учиха, смотря куда-то перед собой. – Я неудачник, и уже не один раз доказывал это. Зачем мне жить, если меня уже забыли? - Ты, наверно, забыл, что когда неудачники собираются вместе, то они могут поставить на колени целые страны, - я усмехнулся, гляди на удивленное лицо этого ослабшего мужчины. – Подумай, ты достиг таких высот, которые многим даже и не снились. Каждый раз, ты выбирал себе в напарники гения, и это было твоей главной ошибкой. Но теперь все будет по другому, обещаю. - Если… если ты вернешь мне Рин… я согласен на все, - его глаза широко раскрыты, как у безумца. Это явно выдает то, что он одержим этой девушкой, но из-за Мадары не смог вновь встретить её. Лишь во снах. - Тошно смотреть, - Хидан плюнул в сторону Обито, после чего начал тихо материться, потому что промахнулся. – Ваши сопливые разговоры изрядно заебали меня. - Прости, что забыли выслушать твою историю, - я засмеялся, когда Хидан начал вспоминать всю мою родню и что он бы с ней сделал. Такой человек явно не помешает в нашем маленьком альянсе. Очень колоритный персонаж, без которого будет скучно разрушать. К тому же, я как можно больше хотел узнать про культ Джашина. - Надеюсь, вам хватит недели на подготовку, ведь потом начнется веселье, - я достал из рюкзака четыре свитка и положил их рядом с головой жреца. – Обито, соберешь этот конструктор сам? - Да, все-таки не впервой, и ещё пару дней уйдет на то, чтобы я заменил свое тело. - А что с ним? - Зацепило бомбой Джуби. - То-то я гляжу, ты какой-то хиленький, - мой смех эхом разнесся по катакомбам. «Я думал, что если ты уже убивал человека, то экзамен на чунина тебя ничем не удивит. Как я ошибался. Анко была тогда права, что стоит остерегаться не только диких животных, но и других, более опасных хищников. Лес Смерти оправдывал свое название, когда я своими собственными глазами видел, как паренек моего возраста убивает участников просто так, ради удовольствия. Его песок был пропитан кровью, и это почему-то мне нравилось. Я чувствовал в этом психе что-то родное, но был не способен на такие зверства. Пока. Позже мы встретили Орочимару. Тогда я впервые видел человека, который достигал уровня Каге. Он был… не знаю, как описать, да и не нужно это. Все шиноби, которых я видел до этого, меркли перед этим человеком… или демоном? У него была ужасная аура, которой он без проблем заставил нас, трех генинов, трястись от страха и думать о суициде. Орочимару играл с нами минут десять, не больше, но я всем своим нутром чувствовал, что при желании нас не было бы уже через несколько секунд. Ему нужен был только Саске, и позже я понял, почему. Проклятые глаза клана Учиха. Даже имея такую огромную мощь, бывший товарищ Джирайи жаждал большего. Наверно, именно благодаря этому он стал для меня кем-то вроде кумира». Я не стал писать, что меня вырубили буквально в самом начале боя, поставив на живот неизвестную печать. Пускай тот, кто найдет дневник, подумает, что я смог продержатся против такого шиноби, имея лишь жалкие крохи силы. Наверно, это не правильно, но мне почему-то плевать. Я был не обязан побеждать или умирать за Коноху. Развалившись на кровати, которую любезно предоставил мне Обито, я стал наблюдать за тем, как медленно, но надежно, в углу комнаты паук плетет паутину для охоты. Этот хищник умеет выжидать, и я позаимствую его тактику. Мне некуда спешить, я сплету надежные сети для Скрытого Листа и повергну эту деревню в пучину хаоса.