the sky is falling, the sun is burning.

дань хэн предпочитал чтение сну. дань хэн предпочитал тишину шуму. дань хэн предпочитал одиночество романтике. но со временем противиться себе и своему началу становилось тяжело. парень никогда не ограничивал себя, не сковывал отношениями. происходящее между ним и какой-нибудь симпатичной девушкой было трудно назвать интрижкой, но это — необходимость. каждому мужчине хочется удовлетворять себя. разве что думать и желать подобных встреч первопроходец старался как можно реже. ему не нужно бремя. и лишние слухи тоже. раньше дань хэну невероятно редко снились сны содержания такого, что по утрам становилось тяжело дышать. аж до того, что мимолетно просто кого-то хотелось, это ведь нормально и присуще каждому. но в последнее время подобного рода сновидения посещали парня все чаще и чаще. только одно дело, когда плохие, столь испорченные сны приходят с незнакомкой в главной роли, а другое, когда в таковой выступает та, кого он видит каждый день. и там, в этой нереальной реальности, не воспротивишься ведь желанию. только чьему? своего разума, который откуда-то проецирует подобные мысли или? хэну безумно хочется развеять эти иллюзии, но он все еще боится признаться себе в том, что происходящее во снах ему нравится. импонирует это милое личико, которое из по-детски глупого превращается во взросло-умоляющее. умоляющее о том, чтобы эту шумную, несносную, временами наглую девчонку приласкали. безумно нравится, когда март кусает свои губы и смущенно отводит взгляд, но тянет руки в желании обнять, крепче прижаться и почувствовать жар чужого тела во время самого интересного из их взаимодействий. сводит с ума, когда она медленно стягивает с себя лиф, обнажая упругую и мягкую грудь, которую хэн с вожделением мнет, целует, кусает, наслаждаясь сладкими стонами из-за невыносимого удовольствия. сносит крышу, стоит этой бестии, которая всегда была невинной, медленно, тягуче, издевательски начать насаживаться на него. она до невозможности узкая. и в такие моменты, как бы тяжело не было контролировать свои сны, дань хэн клянется: он бы хотел узнать, насколько узкая март вне этой его персональной реальности. хотел бы услышать ее громкие стоны, увидеть личико, отражающее только наслаждение. только вот проблема в том, что все эти потаенные желания раскрываются лишь в грязных снах, когда утром каждый раз приходится просыпаться в холодном поту, сглатывать слюну шумно и стараться отдышаться. в момент хочется стереть все воспоминания. и, отвратительно, пережить это заново. но дань хэн ловит себя на мысли все больше и больше: ему бы хотелось дойти до такого уже не во снах, а в нынешней реальности, где перед ним постоянно крутится до ужаса надоедливая март, которая всегда улыбается. и бесит только то, что к ней нельзя просто подойти и поцеловать так легко. как в ту ночь, когда девушку необходимо было успокоить. и то, именно она стала инициатором краткого, скорее детского поцелуя, который надолго в памяти отпечатался, вероятно став отправной точкой. такой вердикт вынес молодой человек спустя несколько дней после первых таких снов. скажи кому, что эта временами глуповатая девчонка стала предметом симпатии — не поверят. да хэн сам верить отказывается, пока у него в голове разум борется с сердцем. — какая чушь. — тихо заключает для себя парень, когда прикрывается одеялом после очередного бурного и возбуждающего сна. — что именно? он слышит этот невероятно звонкий голос, который доносится с порога. март замечает напряженное лицо друга и вопросительно на того смотрит. ей правда интересно, но она пришла сюда только чтобы позвать на собрание. — ничего. тебе следует стучаться. — я стучалась! ты не отвечал. я решила подождать пару минут и зашла уже сама. невыносимая. глупые и раздражающие отговорки лишь подогревают желание выгнать эту девицу из архива, но она успевает перебить: — ты впервые на моей памяти проспал. весь экипаж ждет только тебя. не задерживайся! девушка смеется и подмигивает другу без капли намека, а после покидает помещение и дверь закрывает, оставляя дань хэна на свои мысли. у него в голове пустота. даже совесть не грызет, что проспал: за такой сон парень готов пожертвовать даже своей пунктуальностью. и только сейчас он готов признать это.