upon your hips

Возвращаясь домой, Йен более всего радовался тому, что увидит Микки. Скидывая ботинки при входе в спальню, он подумал, что тот уже спит. Брюнет распластался на животе в самом центре кровати, дыхание его было ровным и глубоким. Йен задался вопросом, как же ему передвинуть дрыхнущего Микки Милковича в приемлемое положение, чтобы лечь рядом, но вдруг тело, на которое он смотрел, отозвалось хрипящим голосом. - Всю ночь собираешься там стоять? Я уже полчаса тебя жду. - Хэй, - поприветствовал Йен, забираясь коленями на матрас рядом с парнем. Он положил ладонь ему на спину и нежно погладил, - Я думал, ты спишь. А ты дожидался меня? Наконец Микки открыл глаза и изогнул шею, чтобы взглянуть на рыжика с полуулыбкой. - Да, - сказал он, звуча практически, но все же не совсем, удовлетворенным, - Думал, мы сможем немного развлечься, раз уж мы с Игги завтра уезжаем на работу на три дня. Йен широко улыбнулся и не мешкая встал, чтобы снять с себя футболку одним плавным движением. Микки сел, в темноте его улыбка казалась просто невероятно яркой. Он придвинулся к краю кровати, наблюдая за избавляющимся от одежды Галлагером, и, как только тот остался абсолютно обнаженным, притянул его к себе за бедра. Йен подошел ближе, склоняясь над улегшимся на кровать Микки. Одной рукой он опирался на матрас, а другой провел по груди парня – лишь раз – прежде чем приподнять его подбородок, облегчая себе доступ к губам. Рыжик вылизывал рот брюнета, наслаждаясь тем, каким прекрасно открытым и готовым он с ним становился. Йен прижал Микки к кровати, и тот давно расположившимися на теле партнера руками прижал его бедра покрепче к своим. Йен оставил поцелуй на открытой линии шеи Милковича, заставляя его выгибаться навстречу контакту и отворачиваться, предоставляя больше пространства. Спустя минуту Галлагер почувствовал обхватывающие его спину ноги, и вдруг Микки перевернул их обоих, вновь находя губы любовника и потираясь об него резкими движениями. Йен выдохнул ему в губы, желая большего, нуждаясь в большем. Нуждаясь в Микки. - Трахни меня, - проговорил ему в губы брюнет, будто читая мысли, - Трахни меня, трахни меня. - Надо сначала подготовить… - Я готов, я… - Микки прервался, чтобы засосать нижнюю губу Йена, больно прикусывая ее и только после этого отпуская, - ...Я подготовился, пока ждал. Йен прижался губами к ключице Микки, руками пробираясь все ниже. Рыкнув в бледную кожу, он крепко сжал круглые ягодицы. - Без меня? Микки сел, впиваясь ногтями в грудь Йена. Поддерживая непрерывный зрительный контакт, он приподнялся, и рыжик почувствовал, как задница парня едва заметно потирается о набухшую головку. Ему не терпелось ворваться в брюнета, но он сдержался, зная, что, если подождет, тот сделает все просто идеально. Все еще улыбаясь уголками губ, Микки покрепче ухватился за бедра Йена и одним плавным движением опустился на его член. Должно быть, он действительно подготовился (этот факт рыжик признал с некоторой долей огорчения, ибо жаждал увидеть, как Микки трахает себя пальцами достаточно долго, чтобы принять его так легко и быстро), ибо практически не колебался, сразу устанавливая быстрый ритм и трахая Йена с почти диким напором. - Б-Блять, - судорожно вздохнул тот, чувствуя, будто воздух выбили из легких. Каким-то образом Микки умудрился ухмыльнуться, несмотря на пробирающуюся на шею красноту и тяжелое дыхание, и продолжил скакать на парне все быстрее и быстрее – его бедра работали и напрягались подобно поршням. - Да, без тебя, - сказал он почти буднично, - Это проблема? Йен обнаружил, что не может произнести и слова – он наблюдал за смотрящим на него Микки, широко открыв рот, но ничего не происходило. Когда молчание затянулось, Милкович лишь приподнял брови и мрачно усмехнулся. - Так я и думал, - произнес он и замолчал. Йен догадался, что парень хотел сосредоточить внимание на процессе, ведь вскоре после этого он сам уже вовсю стонал. Микки объезжал член так, будто был рожден для этого. Он выглядел прекрасно, когда закидывал голову назад, а его тело становилось еще бледнее в струящемся через окно лунном свете. Сжимая пальцами грудь Йена, он лишал его возможности вздохнуть – Галлагер едва мог сконцентрироваться и поддерживать ритм, установленный скачущим на нем парнем, что сосредоточенно сводил брови и размыкал губы, едва дыша. От напряжения бедра Микки становились ярко-красными, и Йен не мог сдержаться, отчаянно хватаясь за них и толкаясь в брюнета так хорошо, как только мог. Они оба вспотели от испытываемых нагрузок; одна часть Йена хотела зацеловать все тело великолепного парня, что так превосходно скакал у него на коленях, а другая хотела отстраниться подальше, чтобы полюбоваться Микки во всей его красе: со стекающими по телу каплями и прерывистым дыханием. Одна из соленых капель обогнула ухо брюнета и спустилась по шее, зависая в районе глотки и грозясь упасть при каждом резком движении его тела вниз. Решительность Йена испарилась, его бедра подрагивали, что лишь углубляло проникновения – все эти колебания позволили рыжику стимулировать «сладкую точку» Микки. Милкович издал стон – гортанный, нутряной, - и самообладание Галлагера окончательно полетело к чертям. Он поднялся, подталкивая парня чуть дальше к коленям, и буквально столкнулся с ним губами. Из-за смены позы Микки начал хватать ртом воздух, и Йен яростно вгрызся в его трепещущую губу, вытягивая из парня еще больше разнообразных звуков. Он обхватил брюнета за спину, приподнимая, и поджал ноги под себя, чтобы вдалбливаться в его тело стало легче. Микки попытался прижаться лбом к рыжику, но тот схватил прядь его волос и потянул, одергивая голову парня назад и вырывая из него задушенный вздох. Прежде чем Милкович успел бы спросить, что он делает, Йен подался вперед и облизал его шею одним долгим движением. Не нуждаясь в подсказках, Микки запрокинул голову еще дальше, предоставляя Галлагеру внушительный участок кожи для облизываний и посасываний в любое удобное время. Тот не преминул оставить бордовую отметину на мягкой коже за ухом брюнета и тут же укусил, зарабатывая резкий вскрик. - Й-Йен… Йен перебил жалобное хныканье и повернулся, чтобы говорить прямо ему на ухо, голос его был грубым. - Ты сейчас такой горячий, Мик. Боже, посмотри на себя. Охуеть как жаждешь моего члена, кричишь об этом, даже когда он в тебе уже так глубоко, так наполняет тебя. Блять, ты невероятен… Ты вообще знаешь, насколько ты сейчас прекрасен? Микки вцепился в спину Йена, стараясь объезжать свою «лошадку» еще жестче, несмотря на то что тот буквально запер его в объятиях, окружая своей властью. Галлагер начал еще упорнее долбиться в парня, и ощутил дрожь бедер, широко раздвинутых вокруг его собственных. - Йен. Рыжик снова прижался губами к шее Микки, высасывая на его коже еще один синяк. Его рука метнулась вниз, чтобы обхватить член брюнета. - Я знаю, Микки. Блять, я знаю, знаю. Черт, давай. Ты так близко, ты такой хороший… Микки. Микки, кончи для меня, давай. И Микки сделал это с протяжным громким криком, похожим на исковерканную версию имени Йена. Галлагер продолжал трахать его в жестком и неустойчивом ритме, пока не излился сам. Когда вопли стихли, они обрушились на кровать, все еще запутанные друг в друге, но слишком измотанные, чтобы волноваться об этом. Спустя минуту Микки все же слез с Йена, но крепко прижался к нему, закидывая руку на талию и зарываясь лицом в бок. Рыжик все еще чувствовал стекающий по лбу Микки пот, холодный, липкий и становящийся немного неприятным, особенно когда падал на живот, но пока не мог заставить себя об этом позаботиться. Через некоторое время Йен взъерошил волосы Микки и оттолкнул его, чтобы вытереться. Он проигнорировал невнятные протесты и вяло нащупывающую его руку, соскользнул с кровати и вытер себя и Милковича принесенным из ванной полотенцем. Отбросив махровую тряпку в угол (позже разберется) и вновь опустившись на кровать, он придвинул брюнета поближе к себе, чтобы никто из них не лежал на мокром. Довольно скоро веки его сомкнулись, более чем готовые ко сну. Однако голос Микки вернул его в сознание за секунду до забытья. - А ты разговорчивый, когда входишь во вкус, - сказал парень, зевая и устраиваясь еще ближе к Йену. Так он говорил: «Хэй, ты выбил меня из зоны комфорта, но мне, типа, понравилось, так что, пожалуйста, прими решение за меня». Галлагер четко услышал подтекст. Фыркнув, он закинул на брюнета ногу и наклонился, чтобы поцеловать черные волосы, прежде чем вновь опуститься на простыни, прижимая его ближе к груди. - Да, - согласился он. Он физически ощущал напряжение Микки и, посомневавшись, добавил, - Но я имел в виду все, что сказал. Загоревшийся на щеках Милковича румянец отразился теплом на коже рыжика.