БЕДЛАМ

— Вы будете в порядке? — Макс недовольно хмурит брови — он не обладает способностями Эммы видеть ложь, и сейчас это ему особенно не нравится. Регина с Генри уже зашли в дом, а Эмма решила переговорить со старым приятелем. — В полном. Мне не в первой. И Регине тоже. Мы ещё дёшево отделались. Так что не изображай передо мной мою мамочку. — Кстати, ты могла бы быть с ней как то… помягче… — То, что она ищет уже здесь нет. И я прошла через ад из-за неё. Жизнь не была со мной мягкой. И прошу — никому. Макс улыбается: — Ты меня знаешь — я не болтун. Эмма грустно вздыхает: — Вот если бы у одной маленькой девочки в голове было побольше мозгов, а язык покороче… Макс в ответ только руками разводит — уже ничего не поделаешь. … Регина на кухне, недовольно хмурится, изучая какой-то документ. Генри получил стакан молока и аппетитно пахнущий пирог. Эмма тоже уселась за стол и получила свой пирог и молоко. Она сделала большой глоток из стакана, откусила кусочек и даже зажмурилась от удовольствия: — Спасибо. Что там у тебя? — Они всё-таки потребовали официальных разъяснений по поводу наших отношений… Эмма сделала ещё глоток: — Назначим дату? Регина удивлённо приподняла бровь: — Простите? Что ты имеешь в виду, Свон? — Мы и так уже семья. В магическом смысле слова. Но не думаю, что мы сможем всё объяснить этим болванам в Огасте. И они нам поверят. — А твой этот Макс? — Макс гей. Его дражайшая половина работает в другом отделе той же конторы. Начальству не пришлось с них требовать объяснений — они вступили в брак и предоставили все бумаги. Макс очень педантичен в отношении должностных инструкций. Регина озабоченно хмурится: — Он слишком много видел… Эмма встаёт из-за стола и целует будущую «супругу» в щёку: — А ещё он мой хороший друг. ……………………………………………………………………………. — Вы… кто? — Белль. Румпельштильцхен меня хорошо знает. — Мистер Голд? — Простите? — Не важно. Распишитесь и можете идти. Лавку мистера Голда в городе знают все. ……………………………………………………………………………. — Пообещай мне только одно, Румпель, ты не нанесёшь никакого вреда Королеве. Ни прямого, ни косвенного. Своими или чужими руками. Голд улыбается и это похоже на настоящую улыбку, а не на его обычный оскал: — Белль, это моя Белль… Всепрощающая, наивная… Заступавшаяся даже за огров… - Румпель целует Белль в щёку, в глаза… Некоторые часы в лавке начинают звенеть, что-то жужжит в углу, лёгкий сквозняк колышет шторы… — Белль… …………………………………………………………………………… — Оставь нас на минутку, дорогая. — Румпель, помни, ты мне обещал, - Белль выходит, а Румпель сверлит вошедших злыми глазами: — И что понадобилось от скромного лавочника глубокоуважаемой госпоже мэр и нашему помощнику шерифа? После всего, что ты мне сделала, Регина, ты… — Не изображай передо мной святую невинность, Тёмный. Кому-кому, а не тебе читать мораль. Я не твоя наивная дурочка Белль, а одна из твоих же лучших учениц. Напомнить про некоторые, преподанные тобой, уроки? Я их хорошо усвоила и применила на практике. — Так что ты хочешь, дорогуша? — Свою магию. — Тёмная Свон может проснуться в любой момент, Тёмный, — вступает в беседу Эмма. — И кто-то должен быть рядом. Тот, кто сможет её остановить. Голд холодно улыбается: — Для этого, милочка, ты и твоя… подружка должны принести мне одну, оставленную на хранение, вещицу. Она находится ВНУТРИ нашей старой приятельницы, Регина. Под башней с часами. Ведь Малефисент всё ещё там? — Что это? — Магия. Я предусмотрительно припрятал немного на чёрный день. Мне, знаешь ли, дорога моя Белль, а Тёмная Свон меня самого напугала. Не хочу, чтобы моя девушка пострадала от встречи с нашим помощником шерифа в неудачный момент, когда у мисс Свон плохое настроение или ПМС. — Голд! — Эмма краснеет, а Голд, злорадно хихикая, скрывается в задней комнате. — Что это? — Эмма настороженно разглядывает длинный футляр, который Голд водрузил на прилавок. — Меч твоего отца, мисс Свон. На всякий случай — если переговоры пройдут неудачно. …………………………………………………………………………. — Итак, мы едем к дракону. Вниз. На лифте. Злая Королева и помощник шерифа с волшебным мечом. — И это говорит мне та, что чуть не превратилась в гигантский сгусток Тьмы и разорвала дюжего бандита и убийцу напополам? — Дай мне время немного привыкнуть… — Делай это быстрее, Свон. И не поцарапай своим ножичком мои новые туфли. — Прости, любимая… — Что?! — Ну ты же вроде как моя невеста… Если верить бумаге, которую ты отослала в Огасту. — Верно. Прости, забыла. — И мы даже дату назначили. … — И как поживают твои новые туфли? — ехидно осведомилась Эмма, когда смогла отдышаться. — Не пора ли воспользоваться отцовским длинным ножичком? — Погоди, — морщится Регина. — Моя подруга охраняет ещё один артефакт — не стоит её пока убивать. — Эй, Малефисент! — Эмма не реагирует на тихое, предупреждающее шипение Регины и выскакивает из-за камешка. — Нам нужна одна вещичка Тёмного, которую запрятал в тебя Прекрасный — шкатулка что-ли. Мне не хотелось бы поцарапать твою нежную шкурку, а то моя Тёмная Половина начинает просыпаться, а встречаться с ней ты вряд ли захочешь. Дракон внимательно смотрит на Свон и тихо фыркает — пар клубами поднимается из ноздрей. — Хороший… хорошая… так где же наша шкатулочка? А вот она! Когда в этот мир вернётся магия, мы навестим тебя Малефисент и поговорим. Уже как люди. Может пригласим тебя на нашу с Региной свадьбу. Дракон немного удивлённо фыркает, а Регина разводит руками: — Потом поговорим, подруга. Спасибо. ………………………………………………………………………………. — Ну как там моя магия, Голд? Тёмный фыркает, открывает один из ящичков и вручает Регине книгу: — Держи. Пока я добрый. Регина ухмыляется: — Я ещё не сошла с ума, чтобы поверить в твою доброту. Голд закатывает глаза: — Белль растопила моё чёрное сердце… Эмма ржёт в голос и Регина с «невестой» отбывают. … После снятия Проклятия работы прибавилось. Припомнились старые долги, всплыли старые ссоры… На некоторое время всем стало не до Королевы — с соседом бы в начале разобраться! Кто воровал моё сено? Кто прирезал кусок моего участка к своему? Кто заплатил ведьме и она доила моих коров по ночам?! Поэтому на появление Мэри Маргарет Бланшар, она же давно и безуспешно разыскиваемая лесная разбойница, она же принцесса, Эмма среагировала равнодушно, без ожидаемого Мэри Маргарет раздражённого: «Опять ты! Ну что тебе ещё?!» Эмма оторвалась от бумаг (гора на её столе стала даже выше той, что возвышалась на рабочем столе мэра в конце месяца) и утомлённо потёрла лоб: — Пришла заявить, что он тебя сглазил? Увёл твою корову? Соблазнил твою служанку и она родила чёрного ребёнка? Мэри Маргарет подтолкнула в спину своего, заулыбавшегося от смущения, спутника: — Это Дэвид Нолан, он же Прекрасный Принц. И твой отец. — Очень приятно. Эмма Свон. Вы будете уже одиннадцатым отцом, папочкой, папашей, папулей, папашей (кажется папаша уже был, ну ладно) с которым меня знакомят. И, очень надеюсь, последним. Потому что я уже не нуждаюсь в опекунах и у меня есть своя семья. — Мы хотели с тобой поговорить, — вступает Дэвид. — Сегодня вечером. У Мэри Маргарет. Эмма пристально смотрит на Нолана и кивает: — Ладно. Мы придём. — Мы? — Втроём. … Во время ланча кафе, как всегда, переполнено, стоит неимоверный гвалт — после последних событий особенно громкий, но все замолкают, когда Эмма Свон, помощник шерифа, стоя у прилавка, рявкает: — Всем тихо! Много времени я у вас не займу. Маленькое объявление: я сделала предложение мэру нашего города Регине Миллс и получила её согласие. О дате свадьбы мы сообщим дополнительно — в газете мистера Гласса. Лерой, не слышу твоего «гип-гип, ура!» — ты же любишь пожрать на халяву. — Гип-гип, урааа… — Лерой видел Тёмную Свон в деле и зарёкся с той поры ссориться с Эммой. — Что это?! — Тёмный возвращает магию в Сторибрук, — объясняет Эмма. — Ничего страшного. Сгрудившиеся у окон горожане оборачиваются и удивлённо смотрят на Эмму. Та пожимает плечами: — И Регине тоже. А моя невеста единственный человек, что не даст вернуться Тёмной Свон, а я, в свою очередь, помогу ей покончить со Злой Королевой. Если с головы моей будущей супруги упадёт хотя бы волос… Вы встретитесь с обеими. Не хотите? Правильно. Поэтому никаких революций в стиле Французской. Будьте лапочками. Пока. … Мэри Маргарет растерянно хлопает ресницами. Эмма, Генри и ехидно улыбающаяся Регина. — Мы можем войти, Мэри Маргарет? — вежливо интересуется Эмма. — Ты нас вроде как пригласила или мы пойдём? — Входите, — обречённо выдыхает Бланшар. … — Почему ты сразу не сказала НАМ? — обиженно интересуется Бланшар. — Я сообщила ВСЕМ, а уж за нашим Лероем не заржавело разнести вести по всему городу. Почему для вас я должна была сделать исключение? Мы даже не близкие подруги. — Но… Эмма утомлённо вздыхает: — Я и ты люди из разных миров. Буквально. Я не девочка-подросток, которая поссорившись с мамочкой, сбежала из дома и вот, радость то какая! нашлась уже взрослой женщиной. Я взрослый человек, выросший в другом мире и не знавший тебя. Ты для меня чужой человек. Никто. Незнакомка. Та кроха, которую вы скинули в портал, там так и сгинула. Она уже не вернётся. Смирись, наконец. Я просто не понимаю, что ты ждала и ждёшь от меня. Относится к тебе как к матери я не могу. Сколько тебе было, когда ты меня родила? — Девятнадцать. — У девятнадцатилетней не может быть родной дочери, которая старше матери на девять лет. Это нонсенс! — Это Сторибрук, Свон. — Практически одно и тоже.