Обманчивые тени

       Наверное, когда люди переезжают на новое место они помышляют о чём-то грандиозном. Например, думают, что тут-то у них всё пойдёт по маслу, сливочному, другие масла менее скользящие, я конечно не эксперт в масленой скользкости, но если сравнивать арахисовое и сливочное, последнее выигрывает. Так то.       Да, не лучшее начало для нежной странички не менее нежного блокнота, запатентованного моей дорогой мамой «дневником». К слову, она вчера всучила мне эту тетрадку и настояла на том, что бы я вела записи каждый день (следуя её великому примеру). В её идеалистическом видении мира все члены семьи ведут записи, чтобы дневники с описаниями жизни передавались от поколения к поколению. Якобы моим внукам будет интересно познакомиться с давно почившей grandmother, то есть мной. Как будто моим будущим внукам с iPhone 200 на руках с возможностью тайско-скандинавского массажа, будет дело до воспоминаний старой клячи (то есть меня). Но нужно отдать должное, мама у меня хоть и зануда, но заслуженная! Герлскаут, черлидер, медалист, стипендиат Кембриджа с присужденной степенью First-Class Honours, всё это моя мама. Стоп. Это ведь мой дневник, а значит, захваливать тут я буду только себя! Начнём сначала.       Дорогой мой дневник, нарекаю я тебя именем Хатико, чтобы ты был верен мне так же, как был верен твой тёзка своему хозяину. Храни мои секреты, Хати. Лол. Такую дребедень несу! В общем, дневник — это антистресс.       Возвращаясь к себе, Хати, хочу представиться, наконец-то, имя мне Легион. Лооол. Ок. Я серьезна как никогда. Уинстон. Да, это моё имя. Согласна с тем, что оно довольно странное для девушки с милой мордашкой а-ля Элайджа Вуд. В общем если будут снимать ремейк «Властелина колец» меня возьмут на роль Фродо без проб. И на спецэффектах сэкономят, так как ростом я и прям как хоббит. Уинстон, да. Почему меня так назвали? Хати, тебе интересно? Мне вот тоже нет, но я всё же расскажу об этом. В ту злосчастную ночь, мои ещё тогда женатые и влюблённые родители ожидали появления на свет Уинстона Леонарда Спенсера. Они оба восхищались Черчиллем и решили назвать своего будущего сына в его честь. И такая неожиданность как мое появление увы не смутило их ясные головы, не сворачивая с намеченного пути они решили, что быть Уинстоном мне предназначено космосом. Другие более адекватные родители, наверное, сменили хотя бы второе имя, но и тут меня ожидала сама-знаешь-какая-птица. Моё полное имя Уинстон Леонарда Спенсер, прошу любить и жаловать. P.S. Мама говорит, что мы подъезжаем к нашему дому, поэтому на этом закончим. До следующего душеизлияния Хати!       Закрыв дневник и прикрепив ручку к твердому переплёту, Спенсер положила его в сумку. Вести записи в тетради оказалось весьма забавным занятием. Взглянув на свою мать, через зеркало заднего вида, она почувствовала к ней некую благодарность. Мать Уинстон, Агата переговаривалась со своей младшей сестрой, которая согласилась помочь в этом тяжелом для неё времени (не каждый же день разводишься с человеком после восемнадцати лет совместной жизни). Беатрис или тётя Бетти, как её звала Уинстон, была весьма приятным человеком живого характера, которая, не смотря на все свои лучшие качества, так и не смогла устроить свою личную жизнь. Когда Агата предложила ей пожить с ними хотя бы на первое время, она не нашла причин не соглашаться. Всё же лучше, чем сидеть в своей пустой квартире в надежде, что к ней придёт долгожданное вдохновение для её очередного бестселлера.       Дома сменяли друг друга за стеклом окна, лениво наблюдая за текущей картиной, Уин, напряглась при виде старинного дома. Она оживленно прильнула к окну, всматриваясь на заброшенное деревянное здание, огражденное ржавой сеткой. «Как будто для фильмов ужасов моделировали», пронеслось у неё в мыслях. Она хотела было открыть окно, чтобы ещё лучше разглядеть оставшийся позади дом, но машина внезапно остановилась:       — Мы на месте, — спокойно сообщила Агата, заворачивая в сторону.       — Как мило! Лучше чем было на фотографии! — восхищенно заметила Беатрис, выбираясь из машины.       С виду, двухэтажный коттедж, с большой натяжкой соответствовал слову «мило» коим его наградила Беатрис. Внешняя отделка не обновлялась лет пятнадцать, и заметно это было даже не искушенным взглядом. Разочарованно разглядывая плывучие черные следы сырости на стенах цокольного этажа, Уинстон скептически заметила:       — А по мне на фото он выглядел как особняк Билла Гейтса.       — Не утрируй! — открывая багажник, отрезала Агата.       — А то, что мы живём рядом с Амитивиллем, это я тоже утрирую? — показывая в направлении ветхого дома, бросила девушка.       — Вся в меня, — смеясь, начала Бетти. — В твоём возрасте моё воображение было так же сильно.       — Он мрачный! — настаивала на своём Спенсер.       — Больше, страшный! Но это лишь старый дом лишенный заботливой руки.       — И он находиться у нас по соседству, — пытаясь примериться с этим фактом, вымолвила Уинстон.       Нельзя было обвинить Спенсер в пугливости, для своего возраста она была весьма бесстрашной, но этот дом с перекошенными гниющими дощечками хранил в себе нечто страшное. Нечто, от чего хотелось находиться подальше.       — Эй, никто не хочет мне помочь?!       — Ой, призадумалась, — виновато ответила Беатрис.       Снова взглянув на дом по соседству, Уинстон тяжело вздохнула, что с ней только творилось? Все нервы шли обертонами, ей хотелось бежать. Окна на фасаде дома, зияли темной пустотой, словно кто-то или что-то вглядывалось ей в душу. Спенсер встряхнула голову, она и в правду утрировала, зачем так переживать из-за старой рухляди? «Это всего лишь старый дом, лишенный заботливой руки». Успокоившись, она поспешила на помощь своей тёте и матери.        Длинные худощавые пальцы с некой осторожностью обводили на грязном стекле маленький силуэт, вырисовывавшийся с улицы. Уин отвернулась от дома, но дом не отвернулся от неё.