Ten Thousand Lines

Луи шёл в больницу, всё ещё сомневаясь в своём решении поближе познакомится с этой второй личностью, но он всё ближе и ближе приближался к своей цели, поэтому свернуть назад было, по крайней мере, глупо и трусливо. Томлинсон сжал в руках пакет из магазина с видеоиграми и зачем-то кивнул сам себе. Нет, он точно должен. Во-первых, это был один и тот же человек, просто сейчас он повернулся к Луи другой стороной (ну-ну, надейся, идиот, и ты в это веришь?), во-вторых, возможно, этот парень тоже будет интересным, ну не может же он быть сгустком всего плохого в Гарри Стайлзе! В-третьих, шатен надеялся, что хорошее общение вообще может помочь этому человеку в лечении хоть как-то. Томлинсону хотелось быть полезным хоть немного: этот парень явно заслуживал стать нормальным. Он такой красивый, что, если бы был нормальным, то у него не было бы отбоя от девушек и от парней... Нет, только от девушек: такой красавчик просто не мог быть в лагере с Луи, не такой уж он везунчик. Он должен встретить милую интересную девчушку, наделать ей безумно красивых детей и всю жизнь быть хорошим семьянином. Да, он не мог быть мерзавцем, ведь у него была какая-то ангельская красота, а она не может принадлежать наглым и самодовольным: в мире обязана же быть какая-то справедливость! С другой стороны, Гарри Стайлз сейчас находился в психиатрической лечебнице и проводил свою юность среди белых стен и лекарств. Справедливость? Вы о чём вообще? За всеми мыслями Томлинсон не заметил, как дошёл до нужной ему палаты. Он решительно открыл дверь, не обращая внимания на внутренний страх и даже забыв просто постучаться. Первое, что Луи увидел, был красный, как помидор, кудрявый парень, прячущий что-то за своей спиной. - Привет, - поздоровался Луи, сам немного смущаясь того, что, видимо, пришёл не совсем вовремя. - Аа, да, привет, - сглотнул Гарри-Кэтрин, натянуто улыбаясь и шурша чем-то за своей спиной. - Вижу я не вовремя, - заметил Томлинсон, топчась у двери. - Ладно уж, проходи, парень, - успокоился Стайлз. - Ты всё время приходишь не вовремя, хотя бы потому что я тебя тут вообще не жду. Это было немного грубо, но, с другой стороны, шатен понимал, что эта личность вообще второй раз в жизни видит его, а в первый раз Луи вообще, наверное, вёл себя беспардонно по отношению к ней, потому что не зная всего, он вёл себя как с "Кэтрин". Это вроде бы как-то неприятно для "Гарри". И надо бы исправиться. - Я тебе игру принёс, - вспомнил Томлинсон и достал из полупрозрачного голубого пакета плоскую коробку, протянув её брюнету. Тот с удивлением взглянул на парня, но взял игру, любопытно рассматривая её со всех сторон. - Вау, - восхищённо произнёс он. - Это же лимитированное издание, его очень сложно найти! Спасибо тебе... ээ... - Луи, - подсказал шатен. - Спасибо, Луи, - Гарри-Кэтрин улыбнулся, показывая ямочки. - А ты не так плох, как я думал. - А что ты обо мне думал? - поинтересовался Луи. - Ничего,- признался кудрявый, - ну, почти, вчера мне рассказали, что частенько захаживал к первой личности. Не поделишься, что интересовало? - Если расскажешь, что ты прячешь за спиной сейчас, - усмехнулся шатен, присаживаясь рядом с парнем на кровати. - Ты первый, - неуверенно выдал Стайлз, не переставая скрывать что-то. - Окей, - согласился Томлинсон, мягко улыбнувшись. - Просто она была интересной собеседницей, я нашёл нечто общее с ней. - Вы были знакомы до этого? - спросил брюнет, бросая на парня подозревающие взгляды. - Нет, ни с этой личностью, ни с самим Гарри Стайлзом, - покачал головой Луи. - А что ты тогда вообще делаешь? - удивился Гарри-Кэтрин, который даже казался действительно заинтересованным. - Ну, видишь ли, у меня здесь лежит бабушка, - вздохнул шатен, чувствуя явное дежавю, - она болеет шизофренией. Ну ещё и мать здесь работает сиделкой. В общем-то ради своей матери, но приходится ухаживать и за остальными. Ну а что касается... гхм... Кэтрин, я просто случайно встретил... эту личность, ну и мы неплохо разговаривали, вот и как-то так... - И о чём вы разговаривали? - полюбопытствовал кудрявый. - Ну, литература, - начал шатен. - Понятно, - перебил его Стайлз, - типичная баба... - Музыка, - продолжил парень, несмотря на то, что его прервали. - Какая музыка? - Гарри-Кэтрин снова заинтересовался. - Ну, началось всё с моей, - нехотя признался Луи,- а потом были, к примеру, Imagine Dragons, Snow Patrol и MGMT. Кстати, я оставлю здесь их диск? Мало Кэтрин когда-нибудь вернётся.... Брюнет грустно кивнул и показал на тумбочку. Томлинсон вынул из сумки диск и положил его туда. - А что там с твоей музыкой? - как бы между прочим спросил кудрявый. - Ну, я типа композитор, - сообщил шатен. - Учусь в институте на музыкальном, сочиняю много ерунды. Стыдно, в общем. - Ну почему стыдно? - усмехнулся Стайлз. - Может, ты не так плох. - Ну, Кэтрин нравилось, конечно... - замялся Луи. - Может и мне понравится, - предположил Гарри-Кэтрин. - Можешь напеть? - В общем-то да, – протянул парень. Он осторожно взял дыхание и запел ту же самую песню, что пел и для первой личности парня, сидящего перед ним. Правда, сейчас Томлинсон был совсем не распет, и он уж боялся, что не сможет взять некоторые ноты, но, тем не менее, он был настолько осторожен с этим, что даже опасные момент удачно преодолел. Сначала парень пел, прикрыв глаза, но затем он медленно открывал их к концу песни. Луи не мог не заметить, что кудрявый не отрывает от него глаз. Может быть, он его впечатлил? Вряд ли, конечно, но кто знает... Когда шатен закончил петь, в палате воцарилась тишина. Брюнет сглотнул и продолжал сосредоточенно смотреть на парня напротив, что собственно и делал, пока тот пел. Но вскоре он понял, что как-то неприлично так пялиться на человека и отвёл взгляд в сторону, натыкаясь на окно в процессе. - Возможно, у нас с первой личностью и есть что-то похожее, - вымолвил наконец Стайлз, - это отношение к твоей музыке: она замечательна. Даже такой скептик, как я, скорее откусит себе руку, чем соврёт в этом случае. Ты действительно талант, Луи. - Спасибо, - кротко ответил Томлинсон, который был польщён такими словами. - Если сочинишь что-то ещё, покажешь мне? - скорее потребовал, чем попросил, Гарри-Кэтрин. - Обязательно, - обворожительно улыбнулся Луи. - Только вот теперь твоя очередь. - Моя очередь за чем? - недоумевал кудрявый. - Я петь не умею, да и играть тоже ни на чём! - Я не об этом, чувак, - усмехнулся шатен. - Ты обещал показать, что ты там прятал. Брюнет густо покраснел и наклонил голову вниз так, чтобы чёлка скрывала его лицо. - Я жду, - напомнил парень, стоящий рядом с ним. - Только пообещай, что ты не станешь издеваться надо мной, - попросил Стайлз. - Я нормально отнесусь, если ты просто свалишь после этого, но вот только без всего, окей? - Да не буду я издеваться! - как-то обиженно протянул Томлинсон. Гарри-Кэтрин вздохнул и протянул Луи какой-то журнал. При ближайшем рассмотрении стало понятно, что это порно-журнал. Но не просто порно-журнал, а издание, посвящённое гомосексуальной тематике. Шатен многозначительно посмотрел на кудрявого, и тот грустно кивнул. Тогда Томлинсон заливисто засмеялся. Брюнет уставился на него с явным недоумением. - Ты же обещал, - еле слышно прошептал он. - Нет-нет, ты не правильно меня понял, - поспешил исправиться Луи, пытаясь покончить со смеховой истерикой. - Я не смеюсь над твоей ориентацией, мне смешно оттого, что ты это скрывал. - Ну... это же вроде как неправильно, - неуверенно выдавил Гарри-Кэтрин. - Неприемлемо... так не должно быть.. и всё в этом духе. - В этом нет ничего постыдного, парень, - улыбнулся шатен. - Любовь бывает разная, и она она не подвластна, чтобы загадывать, в кого влюбляться. Какая разница, кто твой избранник? Главное не пол, а сама любовь. Если она есть, значит, это уже прекрасно. - Все бы думали, как ты, - вздохнул кудрявый. - Как личность, я тут недавно, но интернет и телевидение ясно дали понять, что такие, как я, неприятны человечеству. - Забей на человечество, оно слишком большое стадо, чтобы уметь думать, - успокоил его Томлинсон. - Главное — это близкие, а если они тебя не принимают таким, какой ты есть, значит, не такие уж они и близкие. Кстати, миссис Стайлз знает? - Если сам Гарри Стайлз не был геем, то, наверное, нет, не знает, - задумался брюнет. - Журнал я заказал по интернету, если что. У этого парня есть кредитная карточка. Везунчик. Луи подумал, что, наверное, хорошо, что парню не пришло спросить его самого об его ориентации. Томлинсон не знал почему, но ему казалось, что пусть лучше Гарри-Кэтрин думает, что он толерантный молодой человек. Однако новость, что эта личность имела нетрадиционную ориентацию сильно обрадовала шатена. И дело не в каких-либо надеждах, нет, совсем нет, какие ещё надежды? Больной парень, который, возможно, на всю жизнь останется с размножением личности — явно не то, с чем стоило бы связываться. Как друг — да, это ничему не помешает. Но вот большее.. неет... и вдруг всё-таки Гарри вернётся к нормальной жизни и при этом окажется чистым натуралом? Рисковать не стоит... Парни поболтали ещё некоторое время, пока их не прервал врач, которому надо было провести сеанс с пациентом, который был занят Луи. Последний с сожалением отметил для себя, что с этой личностью у него есть гораздо меньше тем для разговора. У Томлинсона создавалось впечатление, что её развитие остановилось где-то на возрасти лет четырнадцати, когда мальчиков не интересует ничего, кроме компьютерных игр, спорта и музыки. Вот только последнее, кстати, и спасало. Музыкальный вкус второй личности явно отличался от выбора первой, но Луи, будучи меломаном, представлял из себя замечательного собеседника для обеих. Сейчас Гарри-Кэтрин был тем, кто любил рэпкор и ню-металл. Может показаться, что это странное сочетание, однако Томлинсон так не считал. Он спокойно обсуждал с парнем такие группы, как Limp Bizkit, Linkin Park, Hollywood Undead и Slipknot. В эти моменты он безумно гордился тем, что у него такой широкий кругозор в области музыки. Шатену было очень жалко отдавать собеседника на растерзание врачу, но у парня не было выбора, и он пообещал прийти к Стайлзу завтра, очень надеясь, что тот не будет возражать. На его радость кудрявый согласился с хоть и очень хорошо скрываемой, но всё-таки улыбкой. Попрощавшись, Луи пошёл домой, думая о том, что ему удалось поладить с новой личностью. Он мысленно пошутил, что, если бы была третья, он бы и с ней закорешился, но потом понял, что шутить на эту тему как-то жестоко, и мысленно укорил себя за это.