Шах и мат

Темно. Пахнет сыростью и кровью. Этот запах проникает внутрь, прожигает гортань, плавит сознание. Отдающий медью, стягивает кожу. Волосы, слипшиеся от грязи и слёз, с трудом прикрывают почти обнаженное тело. Порванная одежда, где-то прожженная, свисает лохмотьями. Руки и ноги, туго связанные жесткой веревкой до кровоточащих царапин. И боль. Боль по всему телу. Жгучая, тянущая, не прекращающаяся ни на секунду. Кровь, текущая из порезов, уже смешалась с чужой. Кровь. Везде. На лице, на руках. Кровь на любой вкус. Темно-вишневая, венозная, струйкой стекающая по шее к ключицам. Яркая алая, артериальная, застывшая пятнами не плечах и груди. Кровь. Повсюду. И тишина. Уже несколько часов только она. Оглушающая. Ни единого звука. Ничего, кроме холода, пробирающего насквозь, темноты и каменных стен. И только совсем нескоро… Шорох. — Тебе понравилось? Голос, въедающийся в сознание, заставляющий губы дрогнуть и судорожно выдохнуть. И тихие шаги. Почти неслышимые. А потом — прикосновение лезвия к щеке. — Ты мне не ответила. Девушка, сидящая у стены, с трудом приоткрывает глаза и встречается с пылающим взглядом огненно-янтарных глаз. — Тебе не нужен мой ответ, — обессиленно шепчет она. И пытается отстраниться, но нож соскальзывает ниже, он теперь приставлен к шее, и без того покрытой порезами с застывшей коростой кровью. — Да. Я и так знаю, что понравилось. И его ладонь с лезвием скользит ниже, к рукам. — Кого бы ты хотела увидеть в следующий раз? — с расползающейся по лицу усмешкой спрашивает он, и его голос отдается от стен и впивается в мозг тысячей осколков. — Быть может, ту рыжую девчонку? Или Стэнли? Ах, нет, я знаю. Твоего глупого брата. Губы его в мгновение искажаются оскалом, а глаза зажигаются безграничным безумием. И веревка, стягивающая руки, падает с шорохом на пол. Девушка сжимает зубы и поднимает голову. С его ледяным взглядом сталкивается её ненавидящий. Ненавидящий всем сердцем и душой. — Какая же ты тварь, — зло цедит она. А демон только разочарованно цокает языком. — Тебе не стоило этого говорить. Ты же знаешь, что бывает с непослушными девочками.

***

Мэйбл резко садится на кровати и шумно, глубоко вдыхает. Снова. Только сон. Очередной кошмар, повторяющийся каждую ночь. На соседней кровати сопит брат, зарывшись в одеяло. Он опять ночью сидел над книгами, сейчас разбросанными по полу. Все началось тогда, когда они снова вернулись сюда. Стоило только зайти в Хижину Чудес, где их так тепло встретили Стэнли, Стэнфорд и Зус, близнецы решили, что это лето будет куда более спокойным, чем несколько лет назад. Какая же это была ошибка. Проходит не менее получаса, прежде чем Диппер начинает ворочаться в кровати и потягивается, шумно зевая. — Как ты спала? — сразу спрашивает он, заметив, что сестра проснулась. — Как и обычно, — устало говорит она, разглядывая потолок. — И кто был… на этот раз? — осторожно и с сожалением интересуется Диппер. — Пассифика. — Хочешь, встретимся с ней сегодня? Он знает, как тяжело сестре, каждую ночь видящей смерть. И каждое утро она просыпается потерянной и утомленной, словно и не спала вовсе. — Нет, я… уверена, что с ней все в порядке. Девушка тихо вздыхает и закрывает глаза. — Почему это происходит? — Я не знаю, — честно признается ей брат. — Но я уже много раз предлагал: мы можем уехать отсюда, нет смысла так себя мучить. — Нет. Это что-то значит, Диппер! Как ты не понимаешь, он мог вернуться, — безнадежно выдыхает она. — Это исключено, он замурован в камень, — пытается вразумить сестру парень. — Ты можешь мне не верить и не слушать меня, но я уверена, что это он. И ему что-то нужно. Если мы сейчас уедем, кто знает, что случится дальше. Диппер вздыхает и спускает ноги на пол. — Как хочешь. Но знай, если что, я всегда рядом. Мэйбл устало улыбается и снова закрывает глаза. Пускай, брат действительно будет с ней каждый день. Но ночью она опять останется наедине со своим худшим кошмаром. И тут он не будет в силах ей помочь.

***

Холодный каменный пол, ледяные металлические браслеты на руках, вымораживающий душу взгляд демона. Он дотрагивается рукой до щеки девушки, дернувшейся от этого прикосновения, и стирает маленькое кровавое пятнышко тыльной стороной ладони. — Ты все еще сопротивляешься? Забавно… Он снова касается ее, берет за подбородок и разворачивает к себе. — Зачем ты это делаешь? — собравшись с силами, выдыхает Мэйбл. — Зачем? Это довольно приятно. Разве смертные не делают что-то только ради развлечения? — Это — не развлечение, — с трудом произносит она, сдерживая стоны от боли. — Подобное не может доставлять удовольствие. Разве что такому чудовищу, как ты, — ожесточенно выплевывает девушка и пытается ударить его ногой, но тут же оказывается прижата к стене. — Осторожнее, — мягко говорит он, сжимая ладонь на её горле, — ты чуть было меня не задела. И огорченно вздыхает. — Теперь снова придется учить тебя манерам. Мэйбл чувствует, как по коже скользит металл.

***

— Так продолжаться больше не может, — нервно сжимая руки в кулаки, твердо сказал Диппер. — Нужно было сразу туда пойти и все выяснить. Его сестра лежит в постели и беспокойно мнет одеяло. — А что, если его там нет…? — несмело спрашивает она, поднимая на близнеца встревоженный, покрытый дымкой взгляд. — Это будет означать, что у нас большая проблема. — Я схожу с тобой, — уже приподнимаясь на локтях, сообщает Мэйбл. — Ну уж нет, ты останешься здесь, — строго отвечает Диппер. — Я скоро вернусь.

***

Он почти бежит через лес, страшно взволнованный происходящим. Сначала это все напоминало случайность, глупые бессмысленные сны, не более. Но когда это стало повторятся снова и снова, начали возникать страшные, казалось бы, безосновательные, подозрения. Но стоит оказаться здесь, как разум заволакивает ужас осознания. Ничего. Ничего, кроме лужайки с цветами. Никаких каменных осколков, только еле заметное пятно промятой пожелтевшей травы. Парень нервно выдыхает и жмурится. «Этого не может быть. Наверное, я просто ошибся с местом», — убеждает он себя. Но ошибки быть не может. И всё его существо кричит об этом, уже не обращая внимания на маленький обрывок надежды. Вот. Здесь. Прямо здесь он был. — Это невозможно…