Завтра

Шань перевернулся на спину, обнимая мягкую подушку и мурлыча, словно упитанная, ленивая и очень довольная кошка. Какой удивительный сон ему снился. Он представлял, что спит на огромной мягкой, как пух, кровати, которую не надо было делить с тремя другими сиротами. Нет, вся эта роскошь принадлежала только ему. Шань не допускал, что его разум способен вообразить такое чудо, он был уверен, что действительно находится в теплой уютной постели и при этом зарылся еще глубже в подушку под головой, поглаживая рукой прохладные чистые простыни с тонким ароматом, щекочущим ноздри. Резко открыл глаза. Где он? Что происходит? Сбитый с толку, Шань сел в кровати, стараясь унять сердцебиение. Оглядевшись, он обнаружил, что спал на великолепной постели с мягким чистым бельем, укрытый теплым одеялом. В его памяти промелькнули события минувшего вечера. Значит, это не сон, а реальность. И в настоящее время он находится в роскошной квартире с довольно странным хозяином. Ну и как теперь быть? Надо сказать, вечер закончился не так уж плохо, хотя начало было тяжелым и пугающим. Кто мог предположить, что он встретится с семейством Хэ, которые по слухам, были чуть не самой богатой семьей в стране, к тому же ему на удивление показалось что, младший из семейства был…. Как бы выразиться… не так уж, плох? Парни, конечно, поднимут его на смех, когда узнают об этом. В том мире, где он жил, все были настроены против мажорчиков. Однако этот особенный, подумал Шань, окончательно приходя в себя и выбираясь из постели. Он покраснел от смущения, вспомнив, что, должно быть, уснул прямо за обеденным столом, хотя, как бы ему хотелось быть в полном сознании в тот момент, когда Тянь относил его в спальню! Комната была отделана в черные и серые тона, а в середине возвышалась кровать, под ногами лежал мягкий ворсистый ковер, и не понятный формы кресло, которое, было, возле окна и казалось, не соответствовал остальной роскошной обстановке. Шань подошел, становясь перед креслом, глядя на халат, лежащий на нём, он выделялся своим темно-красным цветом и казался своеобразным нарушителем цветовой гамы комнаты. Шань долго не думая, скинул грязную рубашку, и когда штаны тоже оказались на полу, у его ног, он протянул руку к халату. Надев халат он, увидел свое отражение в зеркале напротив кровати, смотрел Шань на себя долго и напряженно, несколько раз отворачиваясь с отвращением. Он двинулся к окну, намереваясь подышать свежим воздухом, и чуть не споткнулся, наступив на край халата. Очевидно, он был сшит для более высокого человека, чем Шань. Кроме того, от халата исходил незнакомый, но приятный запах. И чем дольше он вдыхал его, тем больше он ему нравился. Этот аромат напомнил ему что-то, однако он никак не мог уловить, что именно. Шань отодвинул задвижку и открыл окно. Его обдало холодным воздухом, и он слегка задрожал, так как халат не годился для ночной прохлады. Он вспомнил, как Бао говорил, что скоро станет чертовски холодно. Так оно и есть. Приближается зима, а вместе с ней придут и трудности, которых не бывает в более теплое время года. Как он мог забыть о том, какими холодными бывают сейчас ночи, проведя всего одну ночь в доме Тяня. Можно подумать, что он не был на улице несколько недель. Однако в данный момент Шань совсем не жалел об этом. Как приятно сознавать, что можно закрыть окно и снова улечься в теплую кровать. Он уже собирался сделать это, когда уловил легкое движение во дворе дома. Сначала Шань подумал, что ему только показалось, но затем он увидел, как что-то или кто-то промелькнул внизу. Он не сомневался, что глаза не обманывают его, потому что он всегда отличался острым зрением. Человек что был снизу, спрятался в кусты, так как во дворе проходил охранник, но на секунду Шань узнал эту тень, он помчал к двери, открыв ее как можно тише, он направился к лестнице, стараясь как можно тише пройти мимо хозяина квартиры, который спал на кресле в зале, пройдя мимо он открыл дверь и ринулся в низ по ступеньках во двор. – Это ты,Йонг? – Да, это я. Шань прищурился, вглядываясь в темноту куста, в лунном свете обозначилась фигура, затем вторая и третья. – Бля, что вы там делаете? – Хороша же благодарность зато, что мы, рискуя головой, пришли сюда, чтобы спасти тебя придурок, – мрачно ответил Йонг. – Потише не можешь? Так ты разбудишь и мертвого! Парни тихо зароптали, очевидно, недовольные выговором, в то время как они выполняли благородную миссию. Йонг, который всегда конкурировал с ним за право быть лидером, пронизывал его взглядом; его серебристо-серые глаза блестели в лунном свете. – Так что происходит? – спросил он. – Судя по тому, что я вижу отсюда, ты хорошо устроился. Шань ответил ему пристальным взглядом, говорящим, что он знает, что делает, и не собирается заниматься с ним пустой болтовней. – Да, оказаться в доме богатого ублюдка не так уж плохо, понял?- он постарался тем самым создать впечатление, что у него есть план прихватить какую-нибудь дорогую безделушку, все равно в этом доме было чем поживиться. Ему необходимо всего лишь продемонстрировать парням доказательство преданности своей профессии, а потом он, возможно, даже вернет эту вещь. Хорошая мысль, правильная. Однако «его светлость» был первым, кто обошелся с ним по-человечески, а не как с уличной дрянью, от которой все воротят нос. По его понятиям, теперь он у Тяня в долгу. И если это может быть выражено только тем, что Шань покинет его дом, как наметил, то так тому и быть. Его размышления прервались, когда послышался голос Йонга. – Так ты идешь с нами или нет? Вопрос застал его врасплох. Он колебался, жуя нижнюю губу. Следует ли ему уйти? – Я думаю побыть здесь еще немного и посмотреть, чем можно поживиться, – наконец ответил он. Парни немного посовещались, затем Йонг взглянул на него. – Ладно, только не слишком задерживайся там. – Иначе совсем забудешь о нас, – добавил Бао. Шань почувствовал угрызения совести. Он находился в уютной обстановке и не мог не радоваться, что сейчас не приходится ежиться от холода на улице и пытаться уснуть на холодной жесткой земле в каком-нибудь грязном, кишащем насекомыми углу. – Я надеюсь, как следует воспользоваться случаем, – сказала Шань им, стараясь при этом не думать о лояльности по отношению к хозяину дома. – Вероятно, меня продержат здесь до утра, а потом выставят за дверь. Парни снова о чем-то посовещались, затем Бао заявил: – Хорошо, мы оставляем тебя. Ты знаешь, где найти нас завтра. Бао и Йонг удалились, волоча ноги и склонив головы друг к другу. Однако один из ребят остался стоять. – Ты уверен, что поступаешь правильно? – спросил Змей, поскольку только он мог заметить, что с Шанем что то не так. На лице Шаня появилась полу улыбка, когда он взглянул на того, кого считал своим самым близким другом. – Не беспокойся, со мной все будет в порядке. Теперь иди и присоединяйся к парням. Увидимся завтра. Змей постоял еще немного, потом повернулся и зашагал прочь. Шань облегченно вздохнул. Из всей шайки Змей был единственным, кто готов был не задумываясь броситься в драку за него, невзирая на последствия. Глубоко вдохнув в последний раз свежий ночной воздух, Шань направился назад в помещение. Поднявшись в квартиру, он стянул кеды поражаясь, как он умудрился натянуть их на бегу из квартиры, зарыл замок двери, делая вид будто он вообще не выходил из квартиры. Когда же он поднял голову, дыхание у него на минуту остановилось. Его взгляд встретился с парой напряженных черных глаз. Вздрогнув, он попятился и уперся спиной в дверь. – Бля. Ты напугал меня! – прохрипел Шань, прижимая руку ко рту и тяжело дыша. – Прошу прощения. Мне следовало заявить о своем присутствии, – насмешливо заявил Тянь. – Бля… - протянул Рыжий, на колкость "его светлости", - я просто выходил немного подышать свежим воздухом, – поспешно выпалил он, надеясь, что Тянь не видел, как он разговаривал с парнями во дворе. – Я никак не мог уснуть, – добавила он, пожав плечами. – Как давно ты здесь стоишь? «Достаточно давно, чтобы прийти в полное смятение при виде соблазнительных мягких округлостей, представших передо мной», – мысленно ответил Тянь. А Шань, кажется, испугался. Но это мелочь по сравнению с потрясающим видом, открывшимся ему, когда он увидел его в одном только халате – его халате, между прочим. Увидев его снимающим свои кеды, он был очарован, скользя взглядом по его бедрам, покачивавшимся, когда он переминался с ноги на ногу. Тянь понял, что Шань разговаривает с кем-то: вероятно, с одним из парней своей шайки, находившимся внизу в кустах. Тянь не слышал, о чем они беседовали, но мог предположить. Может быть, ему следовало встревожиться, но он не испытал никакого беспокойства. Внезапно он осознал, что пристально смотрит на него, в то время как Шань ждет от него ответа. – Что ты сказал? – Я спросил, как давно ты здесь стоишь. Тянь немного помолчал, прежде чем ответить, – Всего минуту. Но почему ты спрашиваешь об этом? Шань пожал плечами, крутя в пальцах пояс халата. – Просто бля. Есть такая фигня, может знаешь, любопытство называется. В этот момент Тянь испытывал крайнее странные чувства, он мысленно говорил себе, что надо просто отшутиться и уйти, но его ноги словно приросли к полу. – Черт , – пробормотал он вслух. Шань вопросительно взглянул на него, изогнув бровь. – Что это значит? – Ничего, – тихо ответил Тянь, отходя от лестницы. Наверное, сам дьявол побудил его сказать: – Должен признаться, ты выглядишь очень привлекательно в моем халате. Глаза Рыжего расширились до такого состояния, как будто они пытались убежать от него. – Это… твой халат? Тянь кивнул. – Я подумал, что он может понадобиться тебе, если ты решишь искупаться. Этот самый маленький из тех, что у меня есть. Но все-таки он великоват для тебя, как я вижу. Щеки Шаня вспыхнули от такого наблюдения, и он мгновенно разозлился на себя. Он не должен краснеть! Бесстрашный главарь шайки не чувствует смущения. Так почему же он забывает об этом в присутствии этого придурка? Его нежность … дьявольская улыбка… глубокие темные глаза, это странный контраст эмоций – вот в чем причина. Рыжий ощутил аромат, который почувствовал еще раньше, надевая его халат. И сейчас, когда халат был на нём, его охватило сладостное греховное чувство. Ведь вполне возможно, что он совсем недавно касался его кожи. Или, может быть, другая женщина надевала его? Эта мысль не должна его беспокоить. Но он переживал. – Спасибо, что позволил воспользоваться им, – сказала он напряженно. Взгляд, которым он посмотрел на Шаня, вызвал спазмы у него в животе. – Не стоит благодарности. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем он снова заговорил: – Я хочу пойти на кухню выпить, чтобы избавиться от бессонницы. Рыжий удивился, почему он смотрит на него так, будто он должен понять причину, по которой он не может уснуть. – Раз уж мы оба встали, не хотел бы ты присоединиться ко мне? Шань удивленно вскинул брови. – Зачем? Придя к решению, ничего не отвечать, Тянь смело взял Рыжего за руку. – Следуй за мной.- он держал его очень осторожно, опасаясь раздавить косточки крепким пожатием, которое обычно использовал, когда энергично здоровался с мужчинами или колотил Чэна на ринге. Он следовал за Тянем, не задавая вопросов, в то время как он подвел его к кухне. Затем попросил, налить, виски с холодильника себе и ему, на что Шань ответил, что и без алкоголя спокойно уснет и пить не будет. – Ой да пофиг, мне хоть налей!- прошипел Тянь идя к креслу в углу кухни. И уже садясь услышал как Рыжий прошептав себе что то под нос начал, доставать с холодильника виски и лёд. Заинтригованный его действиями, Тянь охотно начал следить за Шанем . Что задумала эта маленькая шалунья? Тянь напряженно ждал, и его сердце медленно и гулко билось в груди. Его руки непроизвольно сжимали подлокотники кресла с необычайной силой, и, осознав это, он заставил себя ослабить хватку, пока не сломал деревянные изделия. Боже, как ему хотелось, прикоснуться к нему! Шань стоял перед ним, глядя на него потрясающими карими глазами и закусив сочную губу, отчего ему захотелось привлечь его к себе на колени и крепко поцеловать. Казалось, атмосфера в комнате сгустилась и была до предела накалена. Рыжий неуверенно посмотрел на него, и… отошел назад, Тянь едва не застонал вслух. Тот факт, что он почувствовал разочарование и его тело изнывало от желания, вызвал у него отвращение. Он вел себя как похотливый малец. Надо быть более сдержанным. Больше ждать нечего. Нет, это невозможно. Перед его мысленным взором сразу возникла потрясающая картина, от которой его охватило такое сильное возбуждение, что он испугался, как бы оно не стало очевидным. Шань закончил готовить ему напиток, и медленно пошел к креслу, протянув руку к нему. Тянь напрягся чувствуя, что его нервы натянуты, как тетива лука, и прикрыл глаза на секунду. В его голове прозвучал звук хлопнутого надувного шарика. Глаза медленно открылись, и он посмотрел на Рыжего. На лице его появилось непонятное выражение. Гнева? Боли? Смущения? Разочарования. Он накрыл пальцы Шаня своими большими ладонями, после чего встал, не выпуская их. – Спасибо, – тихо поблагодарил он. – Увидимся завтра утром. Мгновение спустя за ним закрылась дверь в спальне на втором этаже. Шань смотрел на руку, размышляя, может быть, он сделал что-то не то. И почему-то очень огорчился.