Я найду тебя по запаху

Несколько дней спустя В большом клубе на окраине Вероны за барной стойкой сидел сильный и привлекательный альфа. Вокруг него виляли своими задницами самые шикарные омеги, пытаясь угодить, но ни одна душа не знала его проблемы. Ни одна из его шлюх не могла посочувствовать, а нужно ли молодому человеку их сочувствие? Возьмусь ответить: нет. Да и он слишком горд, чтобы позволить себя жалеть. Даниель ждал своего друга, Рене Биаджио. Он тоже был двадцатишестилетним альфой, хоть и ниже ростом, но ничуть не хуже. Шелковистые угольные волосы спадали ему до пояса, более мягкие черты лица и глаза цвета молодой зелени. Не утруждая себя разговорами, Рене растолкал назойливых ночных бабочек, протискиваясь сквозь образовавшуюся толпу. - Привет, всё сидишь, скучаешь. Ты уже знаешь, каких дел наворотил в поместье? - Рене был в курсе проблем друга. - Представляю, или ты сможешь меня удивить? - Думаю, смогу. Твоя мать после инцидента просила совет оставить тебе поместье и деньги, чтобы ты мог «существовать». Но когда они таки решили проверить счета, весь совет выпал в осадок. - И что же они там увидели? - показал предвкушающий оскал Даниель. Он уже четыре года как не пользуется подачками рода. С помощью Рене он пару раз удачно вложил деньги, плюс колесо фортуны, которое сопутствовало молодому человеку. Так что теперь Дани был обеспечен по гроб жизни, ещё и детям хватит, если таковые появятся. - То, что счета не тронуты с твоего рождения, - довольный данной выходкой, старший альфа расхохотался. - Отметим мой новый день рождения?! - Даниель поднял бокал красного вина. - Как такое можно не отметить, - ответил Рене, отсалютовав порцией мартини. С этого момента, как говорится, понеслась. Ребята крепко надрались, Биаджио подцепил мулата и уединился с ним на втором этаже, оставив без присмотра своего друга, на которого весь вечер откровенно пялилась одна омега. Стоит ли говорить, что им было не до того. Омега был красив, аристократичная бледность, не свойственная данным краям, только добавляла ему пикантности. Пепельные волосы дивным каскадом струились чуть ниже изящных, немного угловатых плеч. Из общей бледности выбивались две ярко сиреневые пряди. Маленький носик, слегка пухлые губки были красными. От переполнявшего тело возбуждения паренёк искусал их чуть ли не в кровь, пытаясь сдержаться. И венцом этой песни были медового цвета глаза, не знаю, как природа наградила его таким комплектом, но парень был прямо-таки сногсшибательным. И звали его Андреа Гарсиа Леон. Как он оказался в этом клубе, не известно, но то, что слюни он пускает исключительно на одного единственного альфу, было видно и Лешему. Решив не терять своего шанса, омега залпом осушил рюмку текилы и двинул к барной стойке, где Даниель уже чуть ли не спал. - Не угостишь? - «Его наглости можно только позавидовать» - подумал в этот момент Шепорт, но стоило ему повернутся к наглецу, как мнение в корне изменилось. - Что будешь? - спросил парень, показывая два ряда жемчужно белых зубов с чётко выделявшимися клыками. - Текилу, - Дани сделал призывающий жест, и бармен поспешил исполнить заказ. - А ты откуда такой взялся? - Из Лондона, - омега начал ёрзать на стуле, притягательный запах, исходивший от этого альфы, был для него как мята для мартовского кота. - А имя-то у тебя есть, красавчик из Лондона? - Даниель смотрел на него мутными глазами, заставляя ещё больше ёрзать. - Андреа, - как скороговорку проговорил парень и осушил вторую рюмку обжигающего напитка. Дальше всё было пеленой для обоих, Андреа одним резким движением приблизился к лицу альфы, впиваясь в губы жадным, полным желания поцелуем. Дани был не против, тем более что парень полностью в его вкусе. Притянув изящное тело поближе, он снова припал к искусанным губам. От такого омега начал страстно постанывать ему в губы. Послав здравый смысл похорониться за плинтусом, Шепорт принял ключ от комнаты и повёл паренька наверх. Как только дверь была закрыта изнутри, в разные стороны полетела одежда пепельноволосого, который, в свою очередь, тёрся о Даниеля своим давно вставшим достоинством. Эти действия только подлили масла в огонь, бушевавший в теле молодого альфы. Повалив Андреа на кровать, он практически сорвал с него последние вещи, по полу прокатились отлетевшие пуговицы. Спустя несколько мгновений Даниель уже наслаждался совершенным телом своего партнёра. Бледная кожа, под которой виднелся рисунок вен. К одной из них и припал губами Ненасытный, вылизывая, кусая, оставляя свои метки, утверждая своё право на тело. - Не мучай, войди… - простонал под ним изнывающий парень. Такой отдачи альфа не видел ни от одного своего партнёра. - Подожди. Ещё чуть-чуть, - сказав это, он потянулся к тумбочке, откуда достал смазку. - Повернёшься для меня?! Андреа повернулся на живот, его бледная кожа не могла скрыть яркого румянца, что красовался на лице. Дани придержал парня, подкладывая под низ живота большую мягкую подушку. А пока он смазывал пальцы, омега крутил попой от смущающей позы и сильного возбуждения, что упиралось в подушку. Увидев подобное, альфе сорвало не только крышу, он погладил сжатое колечко прохладной жидкостью и ввёл сразу два пальца. Мальчишка сильно сжал пальцы голубоглазого, вслед за чем последовал громкий полустон. Растянув манящую глубину ещё немного, Даниель одним резким движением вошёл в податливое тело. Не прекращая движения, сразу задал быстрый темп, вбиваясь в прекрасное тело, попутно оставляя на плечах ярко алые отметины зубов. - Хочу… Видеть… Тебя…- простонал Андреа между толчками. Исполняя просьбу, альфа перевернул его на спину. Омега обнял своего партнёра, прижимаясь всем телом, как бы пытаясь запомнить каждый миг, отпечатать на себе эту ночь. Движения стали резче, хаотичней, Андреа выгибался дугой, когда большой член ударял по простате внутри него. Шепорт нашёл рукой подрагивающую плоть пепельноволосого и начал двигать ей в такт своим движениям, разрядка пришла через несколько толчков. Они кончили одновременно, в накатившем экстазе омега оставил на спине парня полосы от своих ногтей, от которых побежали тонкие струйки крови. Но это уже было не важно. Выйдя из Андреа, Даниель лёг рядом, укрывая их белым одеялом. - Доброй ночи, - прошептал он, целуя пепельноволосого в висок. Тот только плотнее, словно котёнок, прижался к жаркому боку альфы. Утро настало поздно. Лениво потягиваясь, Даниель сел. Белые простыни с его стороны были в алых развода, мозг охотно подкинул воспоминая минувшей ночи. Она надолго ему запомнится. Искупавшись в душе, он снова улёгся на кровати. Но в раздумья ему не дал окунуться настойчивый стук в дверь. На пороге стоял вялый Рене. - Доброе утро, - простонал вошедший, держась за голову. - Кому и доброе, кому не очень, - констатировал факт голубоглазый. - Проследи, чтобы я больше так не напивался, - друг улёгся на кровать рядом с альфой. - Уйди, - толкнул его в бок Даниель,- от тебя… Воняет…