unknown

Нет ни одного человека, кто сказал бы, что его жизнь – идеальна. Люди по своей натуре такие, не ценят то, что имеют и стремятся получить большее, лучшее. Мы от природы жадные существа, гробим себя на работе, чтобы подняться по карьерной лестнице. А ради чего? Ради денег, ради лучшей жизни. С самого рождения человек имеет глупую способность вертеть носом перед подарками судьбы. Ребенку достались хорошие родители: любящая мать и отец, души не чаявший в чаде, но вместо того, чтобы сказать простое «спасибо», тот закатывает истерику по поводу не купленной игрушки или того, что его не отпустили на вечеринку с друзьями. Хотел бы Чонгук себе эти проблемы. Не получил желаемый подарок на рождество? Ничего, он потерпит. Родители не разрешили погулять, потому что хотят провести вечер в кругу семьи? Хорошо, он был бы только рад. В десять лет судьба преподнесла ему неприятный сюрприз в виду гибели отца и матери, поэтому, будучи еще ребенком, Чон мечтал о простой нормальной жизни, где у него есть любящая семья и глупые разговоры про учебу за ужином. Он мечтал об этом, но его желания не могли воплотиться в реальность. Прошлое не вернуть, так же как и его родителей нельзя было воскресить. Время шло, годы пролетали незаметно, парень рос. С взрослением менялись его взгляды и мечты: теперь он просто хотел прожить тихую и спокойную жизнь, работать врачом в какой-нибудь больнице и помогать тем, кто оказался в такой же ситуации, в какой, тот был несколько лет назад. По наступлению двадцати лет Чонгук поступил в крупнейший медицинский университет Кореи. Кровью и потом он грыз гранит науки, чтобы в конечном итоге в его зачетной книжке красовалась небольшая надпись: «Студент Сеульского национального университета медицины и фармации». Уже на первом курсе Чонгук показал себя в полной красе. Прикладывая максимум усилий для освоения любого материала, он на отлично закрывал сессии, без проблем сдавал зачеты, а так же помогал одногруппникам, объясняя ту или иную, пропущенную ими, лекцию. Парни были неравнодушны к его знаниям, в то время как девушки восхищались комбинацией красоты и острого ума, умещавшегося в одном человеке. Чон хоть и был погружен с головой в учебу, но никогда не забывал следить за собственной внешностью. Парень регулярно выбирался в магазины, чтобы время от времени купить себе новые вещи, согласно тенденциям моды. На его полочке в ванной всегда лежало пару масок для лица и гель для укладки волос. Одевался он со вкусом, пускай и достаточно просто. Но даже в обыкновенных нарядах, без косметики, с просто расчесанными волосами, Чонгук приковывал к себе слишком много внимания окружающих. Завистливые парни и восхищенные красотой Чона девушки, совершенно того не интересовали. Он нашел пару друзей, с которыми ему было комфортно проводить время, после чего ограничил круг общения, изредка продолжая помогать одногруппникам с учебой. Таким образом, смотря на парня со стороны, можно было подумать, что он социофоб, ну или просто жуткий меланхолик. Не многие знали, что таким он показывает себя только в университете. Ему нужно учиться, а распыление на какие-то знакомства отнимало бы больно много драгоценного времени. Его не видели на свидании, в столовой тот всегда ел один. Чонгук практически не подпускал к себе людей, замыкаясь в своем мирке, о котором соображения имели только пять человек. Никто из медицинского даже понятия не имел, что тот ведет свой блог, где рассказывает о катастрофах, произошедших в стране или в мире. Колонка не про политику, совсем нет, он ей не интересовался, его волновали только трагедии и семьи, которым тот старался хоть как-то помочь. Десять лет назад погибли его родители. Происшествие не было убийством лишь отчасти. Его мать и отец поехали в ресторан, чтобы отметить годовщину свадьбы. Непримечательная дата в пятнадцать лет, но для них это был праздник. Сын рано лег спать, возможно, в силу своего возраста, поэтому пиршество те решили провести, наслаждаясь обществом друг друга. Взрыв. Десятки машин скорой помощи столпились у небольшого ресторанчика, где те хотели хорошо провести вечер. В тот день пострадало не менее двадцати человек, почти сутки за их жизнь боролись, но все было безуспешно. Мать скончалась от многочисленных ожогов и переломов под утро, отец так и не пришел в себя после тяжелой операции на сердце, поврежденное от вонзившегося в него предмета. Таким образом, Чонгук остался сиротой на попечении единственного родственника – его тети, что так же тяжело переживала смерть близких для нее людей. Прошло несколько лет, прежде чем тот решился освещать в интернете тяжелую для него тему трагедий. Таким образом, парень пытался оказать помощь семьям пострадавших, выразить соболезнования от утраты или моральную поддержку для того, чтобы появились силы не сдаваться. Это компенсация, которой ему так не хватало в детстве. Это простые слова, которые ему мало кто сказал. Это его личное желание. Этот день не стал исключением в его рутине, связанной с учебой и блогом. Возвращаясь домой, тот знал о национальном трауре, посвященном трагедии в Сеульском университете искусств. Эта новость прогремела, словно гром среди ясного неба. Пары отменили, хоть Чонгук уже прибыл на назначенную станцию метро. Поэтому сидя в вагоне на обратном пути, он уже прошерстил интернет в поисках подробностей для обсуждения и анализа произошедшего. Нужно ли в этом кого-то винить, как это было с минированием ресторана, где в неподходящий момент оказались его родители? Как много человек пострадало? Чонгук хотел сесть за свой старенький ноутбук, начать печатать все мысли, лезущие в голову, после прочтения пары статей. Он не боялся, что ему помешают, ведь женщина, с которой тот жил, работала на высокой должности и, по не связанным с эти причинам, возвращалась домой слишком поздно. Тетей ее было трудно называть, в силу ее большой разницы в возрасте с его матерью. Когда та лишилась сестры, ей было всего двадцать один, поэтому чаще всего Чонгук обращался к ней по имени. Минен совершенно не успела пожить для себя, когда на плечи взвалился тяжелый груз ответственности за еще совсем маленького племянника. И вот, теперь, когда она хорошо зарабатывала, имела чуточку свободного времени, девушка часто посещала клубы, развлекалась, как могла, а еще плевала на стереотипы о том, что в ее возрасте нужно искать себе мужа. Стирка, уборка и готовка все равно присутствовали в ее жизни. Для того чтобы ухаживать за мужчиной, ей стоило просто прийти домой и начать собирать носки племянника, параллельно наблюдая за кастрюлями, в которых готовился ужин. Пускай она не стала для Чонгука матерью, но отлично подходила на роль старшей сестры. — Ты довольно рано, – с порога обратилась к Чону девушка. – Надеюсь, ты решил прогулять пары и пошел домой, чтобы подготовиться к свиданию, – она суетливо пронеслась по коридору, попутно подкалывая парня. — Мечтай, Минен. Я с большим успехом предложу тебе встречаться, нежели чем заведу знакомство с девушкой, – он снял кроссовки и, отложив рюкзак у вешалки, направился к себе в спальню. — Эй, озабоченная мелкотня, я уже опаздываю на работу, – она вертелась у зеркала, надевая сережки. — Я это заметил, – сказал Чонгук, развалившись на своей кровати. — Да я тоже, как ты понял, – потянув прилегающую юбку вниз, девушка еще раз покрутилась у зеркала, прежде чем вошла в комнату к племяннику. – Суп на плите. Через десять минут выключишь, я не успеваю, поэтому побегу, – она хотела уже выйти из спальни, но обернулась. – И только попробуй про него забыть. Останешься без обеда и ужина, так еще и меня лишишь удовольствия попробовать кулинарный шедевр, благодаря которому мне на работе сделают выговор, – Минен, наконец, схватила сумочку, и послышался звук закрывающейся двери. К слову, девушка всегда опаздывала, сколько бы племянник ей не говорил. Причиной тому была далеко не готовка, а скорее дорамы, что она смотрела с самого утра. Выглянув в коридор, Чонгук убедился, что тетя ушла, после чего открыл ноутбук, нашел нужную вкладку в браузере и, надев очки, принялся печатать большую новостную статью. Он уже обдумал, как начать, чем закончить, к тому же взглянул на карты, чтобы в полной мере осознать, куда нужно отнести цветы. «Добрым этот день не назовешь, поэтому я говорю вам просто привет. Привет, дорогие читатели. На календаре двадцать пятое января две тысячи восемнадцатого года и в столь замечательный, снежный день произошло ужасное событие. Без доли лжи, давайте признаем, что каждый из нас хоть раз задумывался податься в искусство и провести остаток жизни, будучи знаменитым айдолом или современным художником. Сегодня этот мир покинули сразу около двухсот пятидесяти человек Сеульского университета искусств. В этот день над одним из центральных зданий поднялся большой и черный, беспросветный столб дыма. Террористов еще не поймали, но полиция уже возбудила дело и направила сразу несколько машин на поиски главаря преступной организации. В то время, пока близкие и родные люди погибших людей роняют слезы, я могу выразить свое соболезнование и принести цветы на место гибели учеников. Они были такими же, как мы, как я, они были студентами, у которых еще вся жизнь впереди…». Последняя строчка была дописана, и он с легкостью опубликовал пост. Как камень с души. Это не его работа, но он, правда, любил это делать. Он, правда, собирался купить цветы и возложить их на место гибели, а все из-за того, что Чон не равнодушен. Чонгук разучился ронять слезы и поэтому просто покупал цветы, тем самым передавая свои эмоции. От недолгого сидения в одной позе, у парня слегка разболелась шея, и он решил откинуться на спинку стула, чтобы немного расслабить затекшие мышцы. Стоило тому принять удобное положение, как на телефон пришло сообщение с неизвестного номера: «Суп! Он сейчас выкипит!» Чонгук, словно ужаленный, подскочил, прочитав это. Парень совершенно забыл про еду, оставленную Минен. К его великому счастью, тот не успел выкипеть до конца, однако теперь варево больше походило на кашу. Отставив крышку в сторону, парень взял ложку, чтобы опробовать кулинарный шедевр своей тети. — Фу, пересолено, – он скривил лицо и накрыл кастрюлю обратно. Еда изначально была обречена на провал, поэтому Чон совершенно не расстроился тому, сколько нотаций тот выслушает по возвращению девушки домой. На часах стукнуло шесть, когда увлеченный готовкой Чонгук вспомнил, что совершенно забыл заскочить в цветочный и принести небольшой букет на место трагедии. Он отложил лопаточку на подставку, накрыл сковородку с жареными пельменями, и, не тратя времени на наведения лоска в своем образе, выскочил на улицу. До университета искусств ему было ехать не близко, он не знал, есть ли там по близости магазины цветов, поэтому по уже выученной схеме, решил зайти в тот, что находился у дома. Девушка, работающая там, узнавала о происшествиях благодаря тому, что Чонгук заходил купить букет красных гвоздик. В один и тот же день, каждый год он покупал белые лилии для своих родителей, она так же знала это. — Букет красных гвоздик, пожалуйста, – сказал парень, кутаясь сильнее в шарф. Девушка с грустью посмотрела на Чона. — Они закончились, – она махнула тряпкой по рабочей поверхности, где буквально пару минут назад передала последние гвоздики неравнодушному к трагедии человеку. — Вот как? – пряча руки в карман, Чон призадумался. – Не знаешь, где у нас рядом есть еще какой-нибудь цветочный? – девушка выкинула остатки срезанных стеблей. — Гвоздики ты уже не купишь ни у университета, ни в нашем районе. Весь город, словно с ума сошел, скупая бедные растения, – она прошла к камере хранения, где располагались все имеющиеся в магазине цветы. – Никто не знает, но белые маки символизируют утешение. Люди, словно по традиции, несут гвоздики на похороны, не зная, что красный цвет – далеко не символ успокоения, – она обернулась. – Сбейся со своего плана хоть раз. — Я надеюсь, что это не маркетинговый ход, – девушка улыбнулась. — Если бы я хотела что-то продать, поверь мне, только не любимые маки, – телефон снова завибрировал. «Принеси маки». На минуту парень завис, пытаясь понять, пишет ли ему тетя с нового номера, или же кто-то хочет над ним подшутить. Никто кроме нее не знал про суп, да и про цветы сообщение пришло больно вовремя. Осмотрев помещение, он остановил взгляд на удивленной работнице магазина. — Тогда я лучше возьму их. Собери мне пышный букет из белых маков, – девушка кивнула и принялась выбирать лучшие растения. Прошло не более десяти минут, как она обернула цветы в простую, но придающую особую изюминку, крафтовую бумагу, туго перетянула стебельки белой лентой и протянула готовую работу Чонгуку. Это был первый раз, когда он сбился со своего расписания. Это был первый раз, после которого все пошло не по плану…