На дне пропасти

       — Дин, я… Я не могу дозвониться до папы… — говорит Николетт, как только тот поднимает трубку. — Он не отвечает на мои звонки…        — Я тоже. — Говорит Дин. — Подожди секунду, на громкую связь ставлю.        — У меня было видение, как какая-то блондинка стреляет в папу в бункере, я очень боюсь за него. — Николетт закрывает глаза, выдыхает. Ей хочется, чтобы то видение оказалось простым сном.        — Малыш, не паникуй, мы обязательно найдём Сэмми. — Дин правда старается успокоить племяшку, но так некстати Николь вспомнила, что что-то похожее он говорил больше года назад.        — Ты то же самое говорил, когда мама пропала. Вот только я нашла её, а вы с папой — нет. — проглотив в горле, произнесла Нико.        — Ты нашла Дженну? И где она?        — Здесь, в Бэкон Хиллз. В психушке. — Нико встала с кровати и села за стол.        — Лучше не пытайся её достать, как вернём Сэма, сразу достанем из больницы и Дженну.        — Хорошо. Пока. — и Нико бросила трубку.Внутри неё всё похолодело. Что с папой? Где он? Жив или же мёртв?       Решив проветриться, Нико переоделась в первое, что попало под руку и вышла из дома, предусмотрительно засунув пистолет под лёгкую куртку и спрятав ангельский клинок в рукав. Мелиссы дома не было, Скотта, вроде, тоже. Девушка закрыла за собой дверь и направилась в сторону дороги, но почувствовав что-то странное, девушка обернулась. Сзади неё оказалась женщина. Светлые волосы скручены в строгий пучок, костюм, в руках — кинжал и костет.        — Николетт Винчестер, советую пойти тебе со мной. — произнесла она. — Иначе к своему отцу ты дойдёшь в помятом виде.        — Значит, ты не охотник за головами. — облегчённо вздохнув, произнесла Нико. — А если я не хочу с тобой идти?       Женщина сунула кинжал в набедренные ножны и спокойны шагом стала подходить к Нико. Девушка же, не медля ни секунды, обнажила ангельский клинок и стала внимательно следить за каждым движением женщины. Вот она сделала рывок — и Нико увернулась, попутно стараясь задеть женщину клинком.

***

       — Кто это был? — спрашивает Мэри, бросив взгляд на телефон.       Мэри всё ещё не могла привыкнуть к времени, в которое она попала. Технологии для неё всё ещё казались чем-то невероятным…        — Это дочь Сэма, Николетт. Как только освободим Сэма, я обязательно вас познакомлю.        — Но почему она не с вами? — спросила Мэри, садясь на стул рядом с сыном.        — Нам пришлось отвезти её в Калифорнию к сестре её матери, когда эта заварушка с Богом и Тьмой стала набирать обороты. Мы хотели, чтобы она была в безопасности. По крайней мере, в безопасности от нечисти. В том городе вроде ничего сверхъестественного не происходит.        — А на кого она похожа? — спросила Мэри.        — Сейчас она очень похожа на свою мать — Дженну, но совсем маленькой была очень похожей на Сэма. ДАже первое слово у них было одинаковым — «жопа». — Дин вдруг улыбнулся. — Тут уж моя «заслуга».       Мэри печально улыбнулась. Ей было очень грустно и больно от того, что она не была рядом со своими детьми, что не видела первых шагов Сэма, не научила их кататься на велосипеде. Что пропустила одни из самых важных моментов их жизни своих мальчиков. Они уже взрослые, самостоятельные личности. Они вдвоём были рядом против всего мира, когда Тьма освободилась из клетки. Теперь у Сэмми дочь и любимая женщина… Теперь Мэри бабушка, которая никогда не видела своей внучки. И сейчас ей чуть меньше двадцати девяти, хотя в этом году ей дролжно было исполниться шестьдесят с лишним лет. Она годится разве что в сёстры своим сыновьям.        — Кажется, нашёл! — Дин смотрит на экран ноутбука и увеличивает изображение. — Ну что, едем?

***

       — Ах ты сучка! — Нико воткнула и вытащила ангельский клинок примерно в печень женщине и оттолкнула от себя, стараясь хоть чуть-чуть отдышаться.       Женщина попятилась назад и поковыляла в сторону своей машины, следя за движениями Николетт. Нико не стала преследовать нападавшую, хоть это ей очень хотелось. Сил уже не было, если бы Николь бы снова набросилась на свою несостоявшуюся пленительницу, то ей даже не хватило бы сил на удар. Всё же её стоит начать пробежки и тренировки на выносливость, если не хочет в будущем быть съеденной каким-нибудь милым монстром. Жевушка посмотрела на следы крови на своих руках и на себе. Хмыкнув, осмотрелась. Соседи, к счастью, были не дома, иначе те уже вызвали бы полицию.       Николетт поплелась обратно в сторону дома. Поднялась в свою комнату и зашла в ванную. Скинула грязные вещи и заглянула в зеркало и коснулась саднящей щеки. Она про себя хмыкнула и залезла под душ, смывая кровь не только нападавшей, но и свою. Вымывшись, девушка критично осмотрела свои вещи и оставила только джинсы. Рубашку и куртку пришлось выбросить, с огромным сожалением. Кровь и дырки не давали вещам шансы на вторую жизнь.       Николетт вздохнула. Она не понимала, что её делать. С одной стороны — пропавший папа. С другой — нашедшаяся мама. С третьей — охотники за людьми из списка. И Николь разрывалась от этого. Пару минут просидев в позе эмбриона и уставившись в одну точку, девушке пришла ужасающая мысль: а что если мама тоже находится в списке? Что, если её не сегодня-завтра убьют?       Девушка похолодела от этой мысли. Она поднялась и стала лихорадочно ходить по комнате, стараясь придумать план спасения. Лишь бы успеть…