Дом Разбитого Солнца

Грузовик зашёл на посадочный курс. Крогнорр действовал больше на рефлексах – разум его был занят совсем другим. Он так и не смог понять, чем же было это видение – будущим, судьбой… Или всего лишь одним из вариантов, которые, как рисунок в калейдоскопе, исчезают, прожив секунду? Возможно, это были фокусы пошатнувшегося разума – ещё с войны Крогнорр сомневался в своём психическом здоровье, пусть врачи и твердили, что это всего лишь посттравматический синдром, который фелиноид успешно обуздал. Ответы на эти вопросы его ждали внизу – под сенью огромных деревьев, в хитросплетениях лиан, любовно восстановленных возрождённым проектом «Оссус». Корабль вынырнул из пелены высотных облаков, и опустившись почти к самому необъятному морю зелени, заскользил возле самых крон, ища просвет, известный только двум, учителю и ученику, ведущий на поверхность. Тогориец обнаружил его спустя десяток минут блужданий, и не без помощи Силы – со времён его последнего визита на Вэйланд прошло несколько лет, и просвет успел прилично зарасти. Впрочем, он все ещё мог пропустить под кроны зелёных гигантов небольшой грузовик. Посадочные опоры глубоко вонзились в мягкую почву. Кораблём легонько тряхнуло, и «Мосгот» застыл. Крогнорр облегчённо выдохнул – после пяти лет он и забыл, как это сложно, приземляться на ограниченной площадке. Он отпустил штурвал, и поднялся с пилотского кресла. – Шесть-Один, переходи в режим охраны корабля! – сказал фелиноид. – Класс действий – вторая степень! – Подтверждение: команда принята к исполнению, – прогудел дроид и замер возле прохода в кабину. Крогнорр дошёл до рампы, которая распахнулась на всю ширину, впуская в корабль влажный тёплый воздух с лёгким душком гнили – воздух, которым он не дышал вот уже несколько лет. – Да пребудет с тобой Сила, Рождённый-с-Клыками! – прошептал Крогнорр по-тогорийски и шагнул наружу. Был полдень, но под сенью зелёных исполинов царил полумрак. Лишь кое-где пучки солнечного света, похожие на золотистые клинки световых мечей, проникали сквозь листву. Под которой прятались десятки минейршей и псадан – к чужакам эти прежде гостеприимные существа после всех выпавших на их долю испытаний относились враждебно. Тем не менее, Крогнорру нечего было бояться – он примирительно поднял кверху руку. Спустя несколько минут из чащи вынырнули четырехрукие минейрши. От них отделился немолодой воин – на узком лице залегли морщины, а руки, сжимавшие копье, были исполосованы шрамами. Короткий разговор (точнее, монолог минейрша – их язык тогориец понимал, но говорил неважно, поэтому использовал Силу, чтобы донести свои слова вождю) – и воины растворились среди деревьев. От проводника Клыкач отказался – как думал фелиноид, дорогу к жилищу учителя он не забудет никогда. Несколько минут Крогнорр постоял, настраиваясь на нелёгкий переход – и тронулся в путь. Лес всегда вызывал у Крогнорра лёгкое уныние – сказывалось происхождение. Привыкнув к свободе каньонов и степей севера Тогории, кажущийся бесконечным лес Тень ощущал, как нечто враждебное – и в то же время привычное: едва ли не дольше других джедаев Крогнорр помогал освобождать Кашиик, заведя дружбу с многими вуки, которые и объяснили степному жителю философию леса. Наземная тропа закончилась, и Клыкачу пришлось подняться на следующий ярус. Тогориец старался поменьше тревожить живность, обитающую среди веток и лиан: он здесь гость, и несмотря на свои возможности, злоупотреблять гостеприимством все же не стоило. Поэтому, перепрыгивая с ветки на ветку, Тень внимательно следил за тем, чтобы лишний раз не шуметь или не переходить дорогу кому-то из коренных обитателей. Наконец, впереди замаячил просвет – серый джедай достиг цели. Решив преодолеть оставшееся по земле, фелиноид соскользнул с дерева и зашагал к жилищу учителя. Бенедикт Грей расположился в руинах какого-то военного сооружения времён Старой Империи – то ли оборонительного форта, то ли укреплённого наблюдательного поста. Столетия и чудовищные метаморфозы, которые за это время пережил Вэйланд, оставили от сооружения только фундамент с несколькими уцелевшими участками стен, почти незаметными среди поросли, да остатки пермабетонного покрытия на территории форпоста, которое можно было заметить в редких проплешинах опавшей листвы. Почти посредине остатков форта возвышался огромный фиджиси, настоящий патриарх, прикрывший своими ветвями почти всю территорию разрушенного укрепления. По словам Грея, это дерево выросло над мощным средоточием Силы, что позволило ему пережить как вонгморфинг, так и обратный процесс после рестарта Проекта Оссус. При первом визите Клыкач поверил учителю на слово, но впоследствии не удержался и проверил сам. Наставник не обманул тогорийца, и средоточие несомненно присутствовало… только вот несколько тёмное. Впрочем, ничего плохого серый рыцарь в этом не видел. Крогнорр шагал вперёд, и вскоре заметил хижину Грея у корней большого фиджиси. Откровенно говоря, от хижины у жилища серого мастера было только название – на деле она представляла собой добротный двухэтажный дом, похожий на деревянную круглую башню с острой крышей. Мастер Бенедикт давно избавился от джедайских предрассудков насчёт использования Силы в повседневной жизни, и активно применял её мощь, сооружая себе пристанище. Конечно, он не отказался и от помощи аборигенов, с которыми весьма сдружился. Особенно хорошие отношения основатель Ордена Теней Силы Неделимой поддерживал с ногри – в обмен на помощь и мудрые наставления эти супертелохранители (или суперубийцы, если их разозлить) охраняли окрестности владений Грея. Крогнорр ощущал их присутствие, но заметить не получалось – ногри прекрасно знали, кто такой тогориец, поэтому и не показывались. Но будь на месте Клыкача недоброжелатель… Тень признавал, что до встречи с Серым Призраком этот недоброжелатель навряд ли бы дожил. Ученик застал своего учителя перед домом: Грей сидел на самостоятельно вытесанной грубой лавке справа от двери дома и дремал. Точнее, делал вид, что дремал – услышав шаги, старик открыл правый глаз, посмотрел на бывшего ученика и произнёс: – Я ждал тебя раньше! Голос Мастера Бена не изменился, оставаясь тем же приятным уху густым баритоном. Крогнорр приободрился, и подходя ближе, весело ответил: – Простите, учитель, был немного занят! Грей не ответил – поднявшись с лавки и отряхнув робу, зашагал навстречу тогорийцу. Рассмотрев старого наставника поближе, Клыкач понял, что рано обрадовался: старик заметно изменился. Морщин на лице стало больше, они залегли глубже, как и тени под глазами, а пепельные волосы поредели, а оставшиеся пряди блестели сединой. Грей прожил куда больше, чем обычный человек, даже наделённый благословением Силы, и старость была бы вполне естественной – если бы не болезнь. Серый Призрак заразился вялотекущей формой эриадской чумы, «штаммом-17», которая медленно его убивала. Ни вакцины, ни лекарства не помогали, поэтому с болезнью мастер Бенедикт справлялся с помощью Силы. И, как заметил Крогнорр, его учитель все-таки начал сдавать позиции. – Не беспокойся обо мне, Крогнорр, – старик конечно же ощутил невесёлые мысли своего бывшего ученика. – Я пока держусь и наверняка доживу до того момента, когда ты посвятишь своего падавана в рыцари. Реплика про падавана заставила тогорийца недовольно вздохнуть. Старик все их последние встречи мягко, но настойчиво рекомендовал рыцарю найти и выучить нового Тень: одним из пунктиков основателя серых джедаев была миссия Теней перед Силой, компонентом которой было почти обязательное обучение нового члена ордена. Сам же Клыкач пока тянул – он считал, что ещё не готов взять на себя такую ответственность. Но попробуй это объясни Грею!.. – И я рад вас видеть, учитель! – фелиноид решил проигнорировать слова старика о падаване. Похоже, мастеру Бенедикту это не слишком понравилось – он поджал тонкие губы, но промолчал, прекрасно зная, что слух его бывшего падавана порой очень избирательный. Грей устало улыбнулся, подошёл вплотную и взял Крогнорра за запястья. – Я тоже рад видеть тебя, дружище! – произнёс он, глядя в глаза тогорийца. Отпустив руки, он сделал шаг назад и кивнул в сторону дома: – Ты наверняка устал с дороги. Пошли, перекусим, я булочек испёк! – С приправами? – поинтересовался Крогнорр. Грей хохотнул: – А я разве пеку другие?

***

Здесь, в гостиной жилища старого учителя, пропахшей пряностями и тем самым странным запахом уюта, Клыкач ощутил себя куда светлее, чем где-либо за прошедшие полтора года. Сидя на глиняном полу, подложив под зад циновку, тогориец наслаждался булочками с пряностями, которые хватал с подноса на низеньком столике, стоящим перед таким же самодельным диваном, на котором напротив ученика расположился Грей. Старик тоже не спеша поглощал выпечку, при этом не забывая наблюдать за учеником. Когда тот насытился, Серый Призрак внимательно изучил Клыкача взглядом и произнёс: – Показывай! Крогнорр поначалу недоуменно взглянул на мастера, затем догадался, и вынул из-под кирасы Сердце Грауша. Аккуратно расстегнув цепочку, он не без нежелания протянул артефакт учителю. Тот немного небрежно взял оправленный кристалл в ладонь и начал его разглядывать. Мастер Грей был одним из немногих, на кого не влиял тёмный зов Сердца – глубокое понимание «парадокса воли» сделало основателя Ордена Теней невероятно могучим в плане защиты разума. Осмотрев амулет, серый мастер вернул его Клыкачу, который незамедлительно повесил его обратно себе на шею. Проследив глазами за этим действием, старик произнёс: – Я чувствую перемены. И в нем, и в тебе. Хочу узнать, насколько именно они глубоки. Крогнорр с опаской взглянул на учителя и ответил: – Боюсь, вам эти изменения могут не понравится. Грей фыркнул и махнул рукой: – Это уже мне решать. Идём-ка на улицу! – и встал на ноги. Его ученику ничего не оставалось, как последовать примеру. Оба Тени вышли под ветви фиджиси. Вечерело, поэтому рядом с обиталищем Серого Призрака уже царили сумерки. Идеальная атмосфера. Серые джедаи отошли на несколько десятков метров от дома и остановились. Грей обогнал Крогнорра и, встав перед учеником, скрестил на груди руки и выжидающе взглянул на тогорийца. Тот обратился к мощи Сердца Грауша – и начал метаморфозу. Когда превращение окончилось, Клыкачу стоило немалых трудов удержать разум от желания испить средоточие Темной стороны под циклопическим деревом: амулет хотел мощи. Однако Тень снова оказался сильнее, и держал голодных духов на привязи. Грей, по мнению ученика, очень спокойно отреагировал на зрелище живого мертвеца, которым на время стал Крогнорр. Серый Призрак лишь окутал себя защитой, и с интересом рассматривал стоящее перед ним чудовище. Мастер обошёл рыцаря, внимательно наблюдая за изменениями. Внезапно Крогнорр ощутил угрозу. К счастью, рефлексы удалось взять под контроль – иначе тогориец рисковал поссорить и себя, и учителя с ногри. Двое обманчиво мелких воина словно ниоткуда возникли рядом Греем, держа наготове оружие. Старик повернулся к ним, отрицательно покачал головой и жестом отправил охрану восвояси. Те замешкались, и воин постарше защёлкал на своём языке. Грей недовольно ответил тем же щёлканьем и повторил жест. На этот раз телохранители повиновались и исчезли, не спуская, впрочем, глаз с живого мертвеца. – Достаточно! – сейчас же мастер Бенедикт обратился к Крогнорру, и не только голосом. Клыкач с облегчением повиновался – он начал ощущать, что силы его на исходе. Пережив болезненный процесс обратного превращения, тогориец не выдержал, и рухнул на колени. Грей немедленно метнулся к нему, положив руку на плечо ученику. Тот не без стыда ощутил прилив сил. – Спасибо, учитель, – сказал он, аккуратно отклоняя руку старика и поднимаясь во весь рост. – Простите, но каждый раз как в первый, так же больно! – А в этой форме ты боль испытываешь? – поинтересовался Серый Призрак, рассматривая фелиноида. – Лишь отголосок, – ответил тот. – Остальное заглушает спина. – Боль не прекращается даже в этом… облике? – не без сочувствия задал очередной вопрос Грей. – Нет, – медленно повёл головой тогориец. Старик вздохнул и заметил: – В записях говорилось, что Грауш полностью исцелялся от всех своих ран… Услышав это, Крогнорр удивлённо вскинул брови и спросил: – Учитель?.. Задумавшийся было Грей встрепенулся и произнёс: – Идём в дом, я… – он снова вздохнул. – Мне нужно кое-что тебе рассказать. И показать. Идём! Заинтригованный (и в то же время встревоженный) Клыкач зашагал вслед за учителем.

***

Когда тогориец вошёл в жилище, Грей закрыл за ним дверь и кивком приказал следовать за собой. Молчаливость наставника уже не на шутку встревожила серого рыцаря, но он последовал за Серым Призраком, не задавая вопросов. Тот повёл бывшего падавана в спальню. Остановившись перед кроватью, Бенедикт Грей вскинул руку. Повинуясь его воле, мебель сдвинулась с места, явив удивлённому Клыкачу люк в подземелье, закрытый массивной плитой. Старик поднял и её, открыв вход, куда и направился. – Пригнись, тут для тебя немного низковато! – бросил хозяин жилища, не оборачиваясь. Согнувшись, младший Тень двинулся за ним. В узком и тесном для крупного тогорийца туннеле царила кромешная тьма, поэтому великан был вынужден прибегнуть к Силе, чтобы хоть что-то увидеть. К радости Клыкача, через несколько десятков метров туннель расширялся, так что фелиноид не без энтузиазма следовал за бодро вышагивающим мастером Бенедиктом. Расширение привело обоих Теней в туннель покрупнее: метров пять высотой и столько же шириной. С удивлением Крогнорр заметил, что это помещение укреплено пермабетоном. – У этого форта есть подземные помещения! – озвучил он вслух быструю догадку. – В яблочко! – ответил Грей, по-прежнему не оборачиваясь и не сбавляя шаг. – На этом месте уже были постройки. – Что-то мне подсказывает, мастер Бен, – осторожно поинтересовался Крогнорр, – что вы об этом знаете давно. – В яблочко! – повторил тот. – Мне доводилось ходить по этим коридорам, когда они ещё располагались на поверхности. Тогорианец покосился на учителя, но не стал выпытывать подробности – Грей все равно расскажет лишь тогда, когда посчитает нужным. Тем временем и человек, и фелиноид миновали широкий коридор, перейдя в следующий, почти копию предыдущего – этот заканчивался развилкой. Грей уверенно двинулся в левую, его ученику оставалось только последовать за ним. Снова стало тесно, к тому же появился небольшой уклон, так что сейчас оба серых джедая ещё и спускались. Крогнорр уже было собрался остановить наставника и попытаться хоть что-то расспросить, но тут очередной тесный проход вывел обоих в полуобрушенный зал. Когда-то это был то ли гараж, то ли ангар – Клыкач мог поклясться, что едва заметные следы на потрескавшемся пермабетонее принадлежат машинам. Однако главной достопримечательностью гаража оказались опутавшие его корни фиджиси: похоже, Грей привёл бывшего падавана в точку, откуда росло огромное дерево. Именно здесь располагался источник тёмного средоточия Силы. Ощутив его, Клыкач вздрогнул, эхом повторило Сердце Грауша. Мастер Бенедикт наверняка почувствовал перемену, но не отреагировал, зашагав в дальний конец помещения. Там, среди сплетения корней, находилось само средоточие: ауру Темной стороны источал древний на вид каменный сундук. Подойдя ближе, Крогнорр убедился, что ящик из светло-красного камня покрыт ситхским орнаментом. – Что это, мастер Бенедикт? – тогориец встал рядом с учителем, который застыл, глядя на сундук. – Причина всего, – ответил Грей. – Если бы не этот ящик, мне бы не пришлось убегать от джедаев. И я бы не получил Откровение. Младший Тень покосился на учителя. Тот, ощутив взгляд, повернул лицо к фелиноиду, и последний увидел в глазах старика охровый отблеск. – Какие реликвии скрываются внутри? – спросил Крогнорр, отводя глаза. – Опаснейшие из возможных, – ответил Грей и повёл рукой. С сундука медленно съехала крышка. Заглянув внутрь, Клыкач увидел свитки в защитных контейнерах, потрёпанные на вид манускрипты и несколько каменных табличек. – Здесь сокрыты знания, – закончил фразу Серый Призрак. – Оригиналы рукописей Темной Леди Сорзус Син, трактат о алхимии Аджунты Полла, несколько гримуаров ситхской магии и на сладкое – историческая хроника о столетии, предшествовавшей приходу джен'джиидаи. Самое ценное, что удалось стянуть с Зиоста, пока его не захватили силы Республики. Крогнорр взглянул на артефакты – каждый из них сиял в Силе едва ли не ярче, чем Сердце Грауша – и задал вопрос, ответ на который, впрочем, не слишком хотел услышать: – Вы… Вы читали их? Грей фыркнул и ответил: – Естественно! В годы моей молодости гипердвижки были куда медленнее, а из Неизведанных Регионов путь неблизкий. Прототип Колыбели Дрейпы я нашёл намного позже, так что коротал время за чтением. Крогнорр нервно сглотнул. Нет, он и раньше догадывался, что глубокие познания Темной стороны мастера Бенедикта появились не просто так… но черпать их из первоисточника? – А вы… – вздрогнув, задал очередной вопрос тогориец, но первый Тень догадался и перебил его: – Да, я применял полученные знания на практике. Грей повернулся к бывшему падавану и взглянул тому в глаза. Не без содрогания фелиноид заметил, что радужки старика полностью пожелтели. – Без моего вмешательства, – произнёс он, – ты бы не пережил лечение на «Спасителе». Услышав это, потрясённый Крогнорр попятился. Слова учителя заставили бывалого ветерана дрожать, как щенка перед лифоном. – Вы, – даже голос тогорийца стал тоньше, – вы меняли… меня? Грей не ответил. Но кому, как его бывшему ученику не знать, что означает молчание? – А мои проблемы с… чувствительностью? – спросил тогориец, на что Грей уже охотно ответил: – А мурглак его знает! Может, да, может – нет. Какое это значение имеет сейчас? Клыкач сам себе улыбнулся – да, таков уж Бенедикт Грей – «прошлого уже нет, будущее слишком туманно – важно лишь настоящее!» Сам старик тем временем внимательно рассмотрел бывшего ученика, и как бы невзначай поинтересовался: – А ты, мальчик мой, не желаешь ли узнать, что же сокрыто в этих древностях? Тогориец взглянул на пожилого мужчину, оценил ту самую лукавую улыбку в усы и кивнул: – Ещё бы я не желал, мастер Бенедикт! Серого Призрака этот ответ удовлетворил – улыбка стала шире, да и сам старик словно помолодел. Он похлопал Клыкача по руке и заметил: – Тогда, дружище, тебе придётся снова примерить на себя роль ученика!