How to get out of the abyss?

В назначенное время Ацуши был в назначенном месте. Как оказалось это обычное, ничем не примечательное кафе. Но зайдя в заведение он сразу почувствовал данную атмосферу. Тепло. Запах кофе. Прекрасного, вкусного кофе, но это Ацуши узнает только потом. Ну, а пока… За столиком в углу кафе сидел рыжий парень в синей рубашке и тёмных брюках. Рыжие волосы вылезали из-под чёрной шляпы. Солнечные лучи играли с ними, создавая больше оттенков. Волосы, казалось, загорелись. Голубые глаза выражали абсолютную гармонию, но с какой-то… печалью. Заметив Накаджиму, мафиози кивнул головой. Ацуши будто налегке подлетел к столику, где его уже ждали. — Снова здравствуйте. — немного смущаясь проговорил тигр. — Я очень рад, что вы предложили встретиться и… — Да сядь ты уже. И Накаджима сел. Не отрывая взгляда от Накахары. Тот спокойно сидел, попивая кофе в белой глянцевой чашечке. Интересно, а какой кофе он пьёт? А вкусный ли? Ну раз пьёт значит да. Хотя у каждого свои вкусы, не так ли? И пока тигр думал про кофе, заметил, что между ними наступило молчание. Какое-то неприятное молчание, очень даже. Было как-то неуютно что ли?.. Ацуши не знал как разрядить обстановку. Нужно начать разговор, но с чего именно начать? Он сидел и смотрел на мафиози, думая о чём же разговаривать с этим человеком. О кофе? Ээм… Ну если что можно. О Дазае? Накаджима конечно не против, а вот судя по недавней встрече сам Накахара был очень даже против. Да и как это можно представить? 1. — Извините, Накахара-сан. Тут такое дело. Я очень хочу поблагодарить Дазай-сана за всё хорошее, что он мне сделал. Поэтому станьте его подарком! Вот кто-кто, а Ацуши не самоубийца, так что не стоит. 2. — Накахара-сан, я уже купил Дазай-сану подарок. Но я хочу, чтобы он наконец смог выговориться тому… Кто… Ну… В общем. Поговорите с ним. И что это за мямля? Чёрт, Ацуши, ты один из ВДА, эспер с силой тигра, да мужик в конце концов. Так. Проехали. И что это за «я уже купил Дазай-сану подарок»? Как будто здесь подарок, а не рыжий мафиози будет являться гвоздем программы. Хотя… А если его этим поддеть? 3. — Накахара-сан, поверьте, мне не обязательно, чтобы вы приходили. Просто поговорите по душам. Всего-то. Просто знайте, я уже купил подарок и… Всё. Знать не хочу, что будет дальше. Кажется идея насчёт кофе была лучшей. — Накаха… — Скажи. — Накаджиму перебили. — Что именно тебе рассказывал Дазай? «Фух. Проблема решена.» — А зачем вам? — Хочу узнать за что мне прибить этого подонка при встрече. «Наверное… » — Нуу… «Так стоп. При встрече? Значит он согласен? » И посмотрев на мафиози про себя добавил. «Главное не спугнуть… » — Он рассказывал, что считает себя виноватым в том, что вы чуть не погибли. Он хотел исправить тот день, если бы мог. Также говорил, что ему вас не хватает. Ещё… — Хватит. Не старайся. — Но. — Хватит. — Так вы придёте? — Не думаю. — Но почему? — Ацуши был даже немного разозлён. Этот мафиози что, слух потерял? Ему же сказали, человек, которого вы любите, страдает. Или любили? Не суть. А может вместе со слухом пропала и способность здраво мыслить? Нет. Здраво мыслить тут перестал именно парень-тигр… — Ты хотел его удивить? Не знаю как он, но я пиздец как удивился. Скажи честно, ты ебанутый? Может по тебе психушка плачет? Я — не подарок этому ублюдку суицидальному. А. И да, если ты думаешь, что я его ненавижу из-за той… стычки, то ты ошибаешься. Я ненавижу его за то, что он ушёл. Не разъяснил. Не попрощался. Ни-че-го. Подумай какого это? Какого себя чувствовать, когда твой друг детства да ещё и напарник исчезает. А ты сидишь и не знаешь, что с ним. Неужто действительно умер? Знаешь, я тогда уже успокоился, начал тушить свои чувства. А в итоге? Когда я пришёл и мне сказали, что эта мразь давно не появлялась и никому неизвестно, что с ним, я забеспокоился. Да, представляешь? Я даже признáюсь, я испугался. А сейчас ты говоришь мне прийти и потолковать по душам? Серьёзно? Мне не о чем с ним говорить. — удивительно, как мафиози до сих пор контролировал свой гнев и не начал кричать во весь голос. Он говорил негромко, но быстро и со злобой. Слушая всё это, Ацуши понял — он ничего о них не знает. Абсолютно ничего. Он просто сглупил. А сам Накахара вроде бы начал успокаиваться. — Я не приду. Лучше даже не говори ему, что я жив. Только мафиози встал, чтобы выйти, Ацуши продолжил. Ну как продолжил. Он начал говорить саму суть своей просьбы. — Я просто хотел,… чтобы вы поговорили… Я не знаю, каково было вам… И я даже не знаю, как больно было Дазай-сану… Но… Мальчик-тигр достал из кармана маленький прибор. Диктофон. — После нашей встречи нашёл его в кармане. Он был со мной там. Как оказалось, наш разговор записался. Возможно я нечаянно нажал. Но этот разговор есть. Записано не с самого начала… но… почти. Прошу вас, прослушайте. И если решите всё-таки прийти, вот адрес. — Ацуши положил маленькую бумажку, видимо вырванную из блокнота, на стол возле диктофона. — Время там тоже написано. Но если что, придите пораньше на полчаса. Чтобы мы успели всё подготовить. До свидания, Накахара-сан… И Ацуши медленно вышел из кафе, прихватив свой подарок, купленный в одном из магазинчиков. Ну, а сам мафиози продолжил стоять на месте. Его как-то удивила резкая смена настроения парня. Он не доверял ему. Но диктофон с бумажкой всё-таки забрал. *** Тёмная комната. На самом деле она имеет более светлые цвета, но сейчас уже поздний вечер, а хозяин не удосужился его включить. Хотя это даже больше способствовало лучшему восприятию того, что издавал этот маленький, самый обычный диктофончик. Чуя сидел на подоконнике и вслушивался. В каждое слово, каждый вздох и даже в каждый всхлип. Сам диктофон лежал на стеклянном журнальном столике где-то в стороне. Накахара смотрел в окно, но не куда-то определённо. Просто в окно. Просто сквозь стекло. Эти слова. Он никогда не мог подумать, что тот Осаму которого он знал может сказать такое. Тот Осаму, который либо улыбался натянутой улыбкой, либо был беспощаден со всеми. С каждым новым словом, казалось что что-то сдавливает грудную клетку, не даёт вздохнуть, беспощадно перекрывая столь нужный кислород. Некие шипы давят, ломая ребра, осколки которых прокалывают чёрное, всё ещё трепещущее сердце. Чуя слушал, слушал. Пытался сдержать наступающие слёзы. А зачем? Его ведь никто не увидит. Тогда зачем он задерживает воздух, стараясь таким образом подавить этот поток чувств? Зачем он давится этими слезами? Ну зачем? А он продолжал сопротивляться. Пока не услышал довольно непонятный и непривычный его уху звук. Дазай… заплакал? Да. Эти всхлипы, непонятные слова. Он плачет. А вместе с ним плачет и сам Чуя. Всё, он больше не может. Он даже не плачет, а рыдает в голос. Слёзы капали из глаз, проходя по щеке и оставляя за собой влажную дорожку, по которой чуть позже пройдёт другая слеза. Глаза покраснели, веки опухли, а из горла вырывается плач, полный отчаяния и горя. Он любит, он всё ещё любит эту суицидальную перебинтованную мразь.