Запредельно близко

Эрен стоял на пороге дома уже пять минут, не шевелясь. Он понимал, что ему придется войти, несмотря на все свои сомнения. Это неизбежно, но он всё никак не решался на этот шаг. А ведь нужно всего лишь дотянуться рукой до дверного звонка. — Тогда кого ты, чёрт возьми, имел в виду? Совершенно ни одной идеи в голове. Полная пустота. — А с кем ты ближе всех общаешься? С Армином, конечно же… — Микаса. Тебе стоит быть с ней аккуратнее. Что он такое несёт… — Подожди, что? Ты не слишком ли много выпил? С каких пор Микаса представляет для меня угрозу? – Эрен даже рассмеялся, но Жан выглядел предельно серьёзным, чтобы шутить подобным образом. Но, несмотря на всю свою серьёзность, Кирштайн так и не смог внятно объяснить, почему же Эрену стоит опасаться свою близкую подругу, лишь пробубнил что-то про то, что она вызывает у него подозрения. Звучало как полный бред, но ноги Эрена всё равно привели его к дому Микасы. Он давно её не видел, а после разговора с Жаном у него появилась бьющаяся в груди тревога. Он должен был с ней увидеться. Должен был убедиться, что всё в порядке. Звонок в дверь, едва слышимые неторопливые шаги, и приветливое лицо отца Микасы, который приглашает гостя войти внутрь. — Вот уж не ожидал тебя увидеть у нас. Ты ведь к Микасе? – Эрен коротко кивает на этот вопрос, – Проходи, она у себя в комнате. Думаю, она будет рада тебя видеть, в последние дни она совсем не своя. Он печально вздохнул и покачал головой, направляясь куда-то в сторону кухни. Своими словами он только прибавил Эрену ещё больше волнения к уже имеющемуся. Комната Микасы находилась на втором этаже, Йегер был в ней раза два-три, не больше, так как особо поводов не появлялось для того, чтобы приходить в гости. За её дверью стояла гробовая тишина, поэтому Эрен аккуратно и тихо постучал, но ничего не услышав в ответ, медленно открыл дверь, заглядывая внутрь. Микаса лежала на кровати, а когда повернулась к нему, то сразу же вызвала чувство жалости всем своим видом, который оставлял желать лучшего. Лицо до невозможности усталое и опухшее, под красными глазами яркие синяки, а сама она выглядела как самый несчастный человек во всём мире. Что с ней происходило? — Эрен? Что ты тут делаешь? – она села на кровати, а Йегер, прикрыв за собой дверь, присел с ней рядом и обнял её за плечи. — Я тоже рад тебя видеть, – попытался он пошутить, чувствуя отчего-то лишь раздражительное желание расплакаться. Они бездвижно пробыли в таком положении несколько минут, не нарушая тишину. Эрен прижимал к себе Микасу и не знал, как реагировать на такое состояние подруги. Он понимал, что Армин тоже её близкий друг, что она очень за него переживает, но он бы ни за что не поверил в то, что это может настолько её сломить. Аккерман задрожала в его руках, и, посмотрев на неё, Эрен увидел скатывающиеся по щекам слёзы, которые тут же поспешил вытереть ладонью. Микаса подняла на него затуманенный взгляд, а Эрену показалось, что она смотрит сквозь него. Стало не по себе. — Поцелуй меня, – едва слышно, но весьма шокирующе. Эрен неосознанно отодвинулся от неё. — Микаса, ты же знаешь, что я не могу. — Ты меня ненавидишь? — О чем ты? За что мне тебя ненавидеть? Конечно, нет, но… — Тогда поцелуй, – она сильно зажмурила глаза и на одном дыхании умоляюще произнесла, – Пожалуйста… Она звучала так, будто от этого зависела вся её жизнь. Эрен был полностью растерян и понятия не имел, что делать в такой ситуации. Она была сейчас слишком хрупкой, какой не смела себя показывать хоть когда-либо за всё то время, что он её знал, и его совершенно не радовало то, что он может легко ранить её своими словами и действиями. Причинить ей ещё больше боли, чем она испытывает уже. — Микаса, мы ведь друзья, – сказал он это как можно мягче, но на его попытку объясниться ответили громким смехом. — С каких пор мы друзья? – она резко прекратила смеяться и, не дав и минуты сообразить, что вообще происходит, холодно произнесла, – Проваливай. — Что? — Про-ва-ли-вай! – сквозь зубы процедила она, а через секунду резко встала на ноги и, схватив лампу с тумбочки, швырнула её на пол. Разбилось стекло. От испуга Эрен соскочил с кровати и отошел на два шага назад, – Проваливай, проваливай, проваливай!!! Микаса не унималась и продолжала выкрикивать одно и то же слово, хватая в свои руки любые предметы, которые ей только попадались, и кидая их в сторону Эрена. В него попала пара книг, а острая статуэтка оцарапала руку. Не зная, как достучаться до Микасы и привести её в чувства, он выбежал из её комнаты и прислонился спиной к двери, тяжело дыша. Его быстро охватывала паника, и он уже был готов сбежать оттуда, пока не услышал раздирающий его душу крик и глухой стук. Аккуратно открыв дверь, он увидел упавшую на колени Микасу и понял, что не мог оставить её одну. Только не сейчас. Не тогда, когда она так разбита. Эрен опустился перед ней на корточки и нежно позвал. Микаса удивлённо на него посмотрела. — Эрен? Она начала плакать ещё сильнее, а её руки потянулись к своей голой шее и слегка её сжали. — Шарф, Эрен… Он душит. Душит меня. Когда отец Микасы, прибежавший на крики в её комнату, увидел свою дочь в объятьях Эрена, который поглаживал её по макушке и пытался успокоить, он неверующе помотал головой и прошептал: — Только не снова. Что значили его слова – было загадкой.

***

Эрен не мог поверить своим глазам, когда на экране телефона высветился входящий вызов от Аккермана. Чтобы спокойно ответить на звонок, он вышел из комнаты Микасы, стараясь не создавать лишнего шума. — Здравствуйте. Я уже думал, что вы никогда не позвоните. — Думать тебе не к лицу, – возмутиться на это Эрену не дали, переходя сразу к сути дела, – Ты сейчас где? — Я у Микасы, но могу приехать в любое место. — Нет, оставайся там. Я удивлён, но именно там ты мне сейчас и нужен. Надо же. Учишься читать мои мысли? Эрену было совсем не до шуток. — Почему я нужен здесь? Слушайте, если хотите поговорить с Микасой, то это не самое лучшее время. — Почему же? — Она немного.. – он перешел на шепот, чтобы никто не услышал его слов, – сейчас не в норме. Повисло недолгое молчание. — Вот как… Оставайся там. Финальные слова и гудки. Зная родственника Микасы, он вполне мог бы довести её до истерики снова. Часто он бывает слишком резок, да и что он вообще задумал делать сейчас, о чем с ней разговаривать, на какие точки давить – было большим вопросом. Как-то даже страшно. Долго ждать Аккерман себя не заставил и уже через пятнадцать минут показался в комнате Микасы. Эрену он показался каким-то воодушевлённым. — Что он тут делает? – слабо спросила девушка, недовольно посмотрев на «гостя», о прибытии которого ей не сообщили. Её гостя, кажется, совсем не смущал бардак в комнате, оставленного после недавнего «разгрома», так как он на него даже не обратил внимания. — Я здесь для короткой беседы, – детектив выдержал небольшую паузу, – об Армине. Микаса сильно напряглась и устремила взгляд в пол, а Леви подошел к ней и сел перед ней на колени, пытаясь заглянуть в глаза. Со стороны это было похоже на некую игру. Прятки глазами. Микаса проиграла. — Мне не составило труда узнать правду за пару часов, а он, – кивок головой в сторону Йегера, – годами находится в заблуждении. Может, пора рассказать ему уже всё, как считаешь? Микаса оскалилась на эти обвиняющие слова, а Эрен сидел и хлопал ресницами от недоумения и непонимания, о чём идёт разговор. — Какую ещё правду? – не выдержал он, но на него даже не взглянули, будто его и вовсе не было в комнате, – Меня слышно? Я, вроде как, не призрак. Микаса задрала голову к потолку и глубоко вздохнула, собираясь с мыслями. Прикрыв глаза, она начала рассказ, который никто не осмелился остановить. — Я знаю Армина очень давно, мы были, можно сказать, совсем малышами. Я знаю его ещё с того времени, когда жила в Марии, а он приезжал к своему дедушке в гости, который был нашим соседом напротив. Мы с Армином подружились и всегда общались, когда он приезжал в город. А потом, – она повела плечами и посмотрела куда-то в край комнаты, – Мы долгое время не виделись. Наверное, он успел забыть обо мне, потому что, когда мы с папой переехали сюда, он меня не узнал. А я его узнала сразу же и была так рада увидеть его. Я боялась сперва к нему подходить, мне казалось, что он просто делал вид, что не знает меня. Но в один день я всё же переступила через свой страх и поговорила с ним. Ты бы только видел, сколько у него на лице было удивления и счастья! – Микаса мягко улыбнулась, погружаясь в свои приятные воспоминания, – Затем он придумал план, который заключался в том, чтобы я предложила дружбу тебе, Эрен. Он сказал, что так будет проще нам втроем начать общение, иначе, узнав правду, ты будешь считать себя третьим лишним или совсем брошенным. Он не хотел ставить тебя в такое положение. Она остановилась и приложила пальцы к вискам – голова ужасно трещала из-за того, что приходилось вытаскивать давно прошедшие моменты из жизни и выкладывать их наружу. Голова Эрена трещала не меньше, но вовсе не из-за воспоминаний. Он застыл на месте и не верил тому, что слышит. — Но… я не понимаю, для чего. Что за глупые причины вы придумали? И почему вы мне потом так ничего и не сказали? – всё ещё пытаясь сохранять спокойствие, он нарушил молчание. — Потому что потом мы с ним начали встречаться. Мы не хотели, чтобы об этом кто-либо знал, и ты в первую очередь. И чтобы никаких подозрений не возникало, я стала делать вид, что влюблена в тебя по уши. И как видишь, абсолютно все на это повелись, – она горько усмехнулась, – Даже ты. Эрен почувствовал невероятное предательство от того, кому больше всех доверял. Одновременно, он был зол, обижен, гнев накатывал с растущей силой. На момент он захотел увидеть Армина, чтобы ударить его по лицу за такой обман. — Как вы могли скрывать от меня такое?! – не выдержав, он вспылил и встал с кровати, кинув презрительный взгляд на подругу, которую совсем недавно боялся ранить своим отказом, – И что это за выступление тогда было совсем недавно? Ты меня прибить хотела? За свои несуществующие чувства? Заставляла ощущать постоянную вину перед тобой, при этом обводя меня вокруг пальца, как дурака?? А если бы я действительно влюбился в тебя, то как бы вы выкручивались тогда? Ты бы стала встречаться и спать со мной тоже, лишь бы никто ничего не заподозрил? Да ты сумасшедшая!! Ты и Армин, вы оба! Ненавижу вас... — Эрен, выслушай, пожалуйста. — Да пошла ты. Он сжал руки в кулаки и выбежал прочь, пока его желание разрушить всё вокруг не реализовалось, а Микаса уронила лицо в ладони. Леви, наблюдавший за всем этим, хотел молча выйти вслед за Эреном, но был остановлен. — Мы знали, что он не влюбится в меня. Армин был уверен, что я не его типаж. — Зачем ты говоришь это мне? Микаса только пожала плечами. — Как ты узнал об этом? — Всего лишь покопался в общедоступной информации. Всех подробностей, которые ты сейчас рассказала, я не выяснил, но понять очевидные вещи мне не составило труда. Разговор был окончен. На улице Эрен ходил туда-сюда и пинал камни ногами, а увидев приближающегося к нему Аккермана, выложил все свои мысли сплошным потоком: — Вы можете поверить в то, что они меня всё это время нагло обманывали? Дружили за моей спиной? Встречались за моей спиной? Ставили меня в неудобное положение! Делали из меня дурака! Да кто поступает так?! – голос Эрена сорвался на крик, – Я думал, нет, я верил, что мы с ним настоящие друзья, и что подобные вещи уж точно не будут тайной между нами. Но что в итоге я получаю? Плевок в лицо! Нож в спину! Если он скрывал от меня это, если для него лучше было играть со мной в какие-то игры, вместо того, чтобы признаться мне в том, что у него просто есть девушка, то, – руки Эрена опустились, а голос задрожал от подступающего кома к горлу, – То, что я тогда вообще о нём знаю? Хоть что-то, из того, что я знаю о нём – правда? Аккерман был не тем человеком, который был способен дать ответы на все эти вопросы, не тем человеком, которому стоило говорить о своих кипящих чувствах внутри. Но мир Эрена вмиг обрушился, он больше не знал, кому стоит доверять, и казалось, что этот человек напротив – пока единственный, кто его ещё не заманивал в свой круг лжи. Он – единственный, кому Эрен в данный момент может выговориться. — Да пусть они катятся все куда подальше! Эрен тяжело дышал, он был слишком эмоционален. Эмоционален настолько, что готов был возненавидеть друга, который гипотетически уже может быть мёртв. Аккерман не рассчитывал на такую реакцию, он почувствовал вину. — Извини меня. — Я плохо расслышал? Почему вы извиняетесь? Вы ведь ничего не- — Извини меня за то, что я собираюсь сделать сейчас, – добавил детектив, прежде чем услышать что-либо ещё, – Но это необходимая и вынужденная мера. О чем он говорит? — Садись в машину, прокатимся немного. Эрен не смел ослушаться. Прокатились они прямиком до дома Аккермана, вполне обычный маршрут, ничего страшного в этом нет, тогда почему Йегеру было так неспокойно? Может, всё потому, что детектив вёл себя крайне странно. Зашел только после Эрена. Пригласил его сесть на стул, который сам же для него и отодвинул. А садясь напротив него, достал бумаги из ящика и разложил на столе перед собой. Только потом он сложил руки в замок и взглянул испуганному парню в глаза. — Итак. Ты будешь таким же послушным как Микаса и всё расскажешь сам или мне сделать это за тебя? Эрен нервно сглотнул.