Ты не понимаешь

6 февраля. Антон просыпается от звонка будильника. Раздражающего звонка будильника. Раздражающего звонка не его будильника. Еле разлепив глаза, парень уже был готов накинуться на несчастный кусок металла и его обладателя. — Какого чёрта ты не ушел, Арс? — злобно-сонно рычит Шастун и накрывается белым одеялом по самую макушку. Правда спустя секунд 30 одеяло оказывается благополучно стянуто с парня, не смотря на его сверхчеловеческие потуги в попытке сохранить свою «защиту от внешнего мира». — Ещё чего. Давай, вперёд. У меня есть ровно месяц. И я не намерен терять ни секунды, — Арсений аккуратно сложил одеяло вчетверо и бросил у ног Антона. — У тебя есть месяц, чтобы заставить меня жить. И сейчас ты только это желание уменьшается в геометрической, сука, прогрессии, — Шастун был из тех «принцесс», которые не могут спать с включенным светом, шумом, а если разбудить, то точно уже не смогут уснуть. Поэтому другого выхода, кроме как поднять свою тушу с кровати, у него не было. Ещё один злобный взгляд в сторону Арсения и Антон идет умываться. Он специально громко хлопает дверью, выражая все свои эмоции в данный момент, и закрывается на замок. Шастун рычит от злости и со всей дури лупит по раковине ладонью, ревёт в голос, как маленькая девчонка, громко матерится. Арсений стоит под дверью и тихо слушает. Так начинается их утро… Антон выходит минут через 20 с мокрой головой и покрасневшими ладошками. Арсений молча накрывает на стол, а в ушах до сих пор звенит от тех ударов и всхлипов. Попов не понимает, как можно было быть таким слепым? Это ведь его лучший друг. И Арс всё проебал. Да-да, именно он. Это его вина. Он не уделял ему достаточно времени. Он не заметил, когда Антон перестал улыбаться. Улыбался ли он вообще взаправду? Или это всё была маска, лишь бы никто не задавал неудобных вопросов? Попов конкретно завис, уставившись в одну точку. Шастун же, даже не желая видеть его, молча складывал в свою тарелку оладушки, щедро поливая те клубничным вареньем. — Эй, Арс. Чего завис? Думаешь, в чём прийти ко мне на похороны? Или боишься, что я в гробу буду выглядеть лучше тебя? Та не переживай. Твою красоту мне не переплюнуть, — Антон нарочито растягивает «Твою красоту» и практически глотает последние слова, проговаривая их слишком быстро. Арсений закипает. С его небесно-голубых глаз прям-таки искры летят. Парень сжимает ладони в кулаки и опирается о стол, наклоняясь к Антону. — Думаешь, это смешно, Тош? — на повышенных тонах спрашивает Попов. — Смирись. Ты всё равно ничего не сможешь сделать, Арс. Лучше брось меня сейчас. Так будет лучше. И тебе, и мне, — парниша пожимает плечами и закидывает в рот целый блинчик. — Не дождешься. Тебя уже все оставили. — Что мешает тебе? — Антона хоть и хорошо воспитывали, но жевать с набитым ртом он себе позволял. — Мне не плевать на тебя. — Тогда готовься к боли. Спасибо за завтрак. Мне пора, — Шастун вытирает о белое кухонное полотенце руки и встает со стула. — Куда это ты намылился? — Гроб заказать, костюм, цветы, пригласительные. Это всё такое тягомотное дело, чтоб ты знал. — Антон блять! — Да что? Продукты у меня закончились. — Значит поедем вместе. Давай, собирайся. У тебя есть 10 минут. — Я тебя не звал. — 9, — Арс взглянул на часы, а затем перевел взгляд на парня и тот прекрасно понял, что выхода нет. Шастун, бурча и пререкаясь, направился в свою комнату. Антон был готов уже спустя 7 минут. Что дорога в магазин, что из прошла молча. В самом супермаркете они лишь несколько раз спорили, какой лучше джем взять и что чипсы это не еда. В такой гробовой тишине прошел весь остаток дня. Арсению пришлось уехать, Антону заняться своими делами и обоим убеждать самих себя, что не скучают. «Я приеду через полчаса» Шаст тянется к телефону и с такой глупой улыбкой смотрит на это сообщение. «И?» «И ищи фильм. Я везу попкорн и кучу другой дряни, которую ты так любишь. Только чтобы звук хороший. И качество. И тупая комедия» Шастун не отвечает ничего. Он лишь смеется и идет за ноутбуком. Через полчаса в его дверь стучат. Через полчаса Антона уже нет дома.