Dark Overlord - Momonga (Ainz Oal Gown)

Власть Книжного Червя и Повелитель

***

С самого утра атмосфера в тайной комнате была настолько напряжённой, что, казалось, вот-вот начнутся искры и фейерверки, но далеко не праздничного характера. Старший священник в третий раз за час заставлял Майн пересказывать вчерашний визит к Богу Тьмы, хмуро вглядываясь в её невозмутимое лицо... Не сумев добиться иного ответа кроме: «Владыка Момонга просто измерял мою ману, и хватит уже спрашивать, почему он позвал сегодня и вас, старший священник. Может хочет обсудить моё назначение куда-то!» В этот момент Фердинант устало помассировал виски и помолился всем богам, чтобы всё было действительно так, как сказала эта несносная малявка. Меньшее, чего бы ему хотелось, чтобы тайны были раскрыты, а планы нарушены. Впрочем, на счёт планов, пока ещё шло только обсуждение и оно не пришло к окончательному результату. К полудню они отправились в покои Бога Тьмы и в пути Фердинант заметил, как спокойна Майн, даже слишком. Отчего ещё больше, до боли в лобной части головы, думал о том, что девчонка ему солгала и его ждёт что-то очень неприятное на встрече с Владыкой Тьмы. Тем не менее до самого входа в зал, Фердинант старался не поддаваться панике и действовать по обстоятельствам. Внушающий трепет жуткий вид воплощения бога был ожидаемо на своём месте. Отметив это, дальше мужчина не стал акцентировать на этом острого внимания, чтобы не утратить концентрацию хладнокровия, а потому совершил по всем канонам этикета свой лучший поклон, краем взгляда убедившись, что Майн последовала его примеру, а затем промолвил: -Мы приветствуем воплощение великого Вердрешера, Бога Тьмы. Старший священник Фердинанд и синяя послушница Майн прибыли по вашему высочайшему повелению. Да сокроет ваша мудрость наши слабости, и да пребудет ваше благословение с землями Эренфеста. Пока Фердинант это говорил, то почувствовал применения мощной магии, но её значение было для него тайной. Это заставило вспотеть и похолодеть от ужаса, но от паники его удерживало то, что они сами ещё живы, а значит возможно действия воплощения бога несут какой-то…утилитарно мирный характер? Хотелось бы в это верить. -Что ж, барьер поставлен, нас не подслушают, уж не в этом примитивном мире. Местные магические артефакты просто смехотворно слабы, - промолвил Момонга. Фердинанту стало ещё хуже, от услышанного, особенно когда Майн встала и с улыбкой посмотрела в сторону воплощения бога. -Я тоже была огорчена, что в этом мире всё так пресно, даже книг мало. Вот поэтому я решила, что создам книгопечатание и в мире появится много книг! – завела девчонка свою шарманку, от которой у Фердинанта начало жечь, как от изжоги. -Да что там книги, даже книги по магии скудны на знания! Я за тысячу лет немало их прочёл и не нашёл ничего полезного в поисках информации как выбраться отсюда. Даже пробовал допрашивать местных магией доминирования, но все поголовно знают не больше, чем читали в своих книженциях! – с усталой злостью в тоне промолвил лич. -Если это так, то вряд ли и господин Феридинант знает больше остальных. Но это ведь не означает, что наша сделка отменяется? – осторожно поинтересовалась Майн. -Конечно. Неудачи, я к ним привык. И если на одну разумную душу станет больше, чтобы обмениваться информацией, то плевать как много он знает из того, что мне интересно, - заметно более спокойным тоном промолвил Момонга. -Вот и славно, теперь господин старший священник… -Хватит уже обсуждать меня в моём же присутствии! – вспылил мужчина, которого вся эта ситуация начала уже доводить до белого каления. -А когда вы обсуждаете простолюдинов точно также, вас это почему-то не смущает, - обиделась Майн. -Гордость и уверенность в силе. Но первое, пожалуй, затмевает даже критическое мышление в оценке второго, - вставил комментарий со своей стороны Момонга, который тоже часто наблюдал такое невежественное поведение среди людишек. -Ага. Только ведь из-за этого епископ чуть не умер от моей руки, а потом и меня с семьёй могли казнить, но старший священник вмешался и спас ситуацию. Поэтому я верю ему, он не преисполнен такой же отравляющей гордыней, хоть и конечно важничает иногда, - согласилась Майн. -Что ж, мне, наверное, всё более-менее ясно. Значит, вы тоже иномирец, как и Мотосу Урано? – с нервной улыбкой спросил Фердинант. -Да. Рассказ надолго. Присядьте, а мне вот надоело тут сидеть и изображать из себя вашего погибшего божка тьмы, - молвил Момонга и сделав пас рукой, создал два кресла, попутно вставая, чтобы размять кости. Оставив посох около «трона», лич начал расхаживать по зале и пересказывать абсолютно всю историю от и до. От того как был офисный клерк Сатору Судзуки, смерть серверов Иггдрасиля, перенос в Новый Мир с Назариком и нипами, а затем, повторная аномалия, перенёсшая уже только в край сломавшегося Сатору Судзуки, и, как остался только он – игровая аватара обретшая разум и посмертную волю – любой ценой вернуться в Назарик. Далее, чтобы избежать недопонимания относительно себя и своих слов-суждений, Момонга пояснил, как видит этот мир через призму игровых терминов. Мана хорошее мерило для «уровней», и вот уровни местных богов для него не выше 95-го, он сам 125-го, а у людей-магов мана варьируется от 10-го до 75-го. Хотя наивысший пик он видел лишь раз и свыше 75-го не встречал более. Силы Майн он видит, как 40-го уровня, а Фердинант 55-го уровня. Но то лишь сама «сила», её объём - это просто доступ к более объёмным и мощным заклятиям, которые ещё предстоит освоить. Так что он не на пустом месте тут «гордыми» речами разбрасывается. А ещё отметил, что хоть его карма как игрового аватара и имеет минус пять сотен очков морали, но это не означает, что он не способен на добрый поступок, просто всё будет измеряться выгодой, будь то краткосрочная или долгосрочная, главное, чтобы итоговое обещание было выполнено. А вот если кому-то захочется проверить, что будет если не дать ему обещанную выгоду, Момонга отметил, что раса его называется «Высший Кровавый Лич» известные в своей отрицательной морали высокой склонностью к садизму. И ради эффекта приоткрыт первую ауру – страх. Пока «бог тьмы» всё это говорил, буквально руша всё представление Фердинанта о мире, сам мужчина понял одно, что он оказался, пожалуй, в наихудшей ситуации в жизни. Ранее он думал, что рождение бастардом это была беда и пятно на жизни. Потом появление Майн как головной боли показалось ещё большей карой. Что ж, прямо сейчас он едва сдерживался чтобы истерично не засмеятся, после понимания, что всё в прошлом мгновенно померкло на фоне открывшейся истины. Самое ироничное во всём этом, это то, что он и раньше не особо мог влиять на свою жизнь, мало что мог выбирать, дабы обрести лучшую долю, то прямо сейчас он оказался в ситуации, в какой обычно живут простолюдины – полная зависимость от воли дворянина. В принципе, вроде ничего нового, дворяне итак зависят от воли богов. Но этот «бог тьмы» только что признался, что является очень сильным чужаком из другого мира, который…убил одного из богов их мира! Он способен заставить весь их мир рухнуть, если бы продолжил убивать других богов! В общем, ему нужно сейчас принять эту действительность и узнать, на каких условиях можно и дальше сохранять мир и покой, хотя бы мнимый. И только мужчина решил было осторожно прерывать рассказ лича и задать вопрос, как этот «бог тьмы» начал давить своей маной… Давить маной? Какая чушь. Это даже близко не похоже на эффект, когда давят энергией напрямую, это было нечто более ужасное, а главное из-за этого ощущения Фердинант осознал, что монстр и впрямь обладает просто колоссальной магической силой. Было плохо до тошноты, но хуже всего оказалось для Майн, она сразу потеряла сознание и чуть не упала с кресла. Мужчина едва успел поймать эту идиотку, которая его втянула в эту опасную авантюру. -Интересно. Я заметил, что физически она словно бы не подходит под свой уровень маны. И видимо объём маны дающий и уровень существу, позволяет выдерживать давление моей ауры. Не зря же чем выше уровень, тем слабее эффект моих начальных аур вроде страха и ужаса, а выше восьмидесятого уровня аура смерти всего лишь накидывает ослабление характеристик, - промолвил в слух свои наблюдения Момонга, а затем полез в инвентарь и достал красное зелье. -Дети больные пожиранием все так слабы, потому что простолюдины не приспособлены к магии, - прочёл лекцию Фердинант. -Я это слышал, но ваши слова расходятся с реальностью, которую кто-то подтёр из истории. Видишь ли, я вижу, что и дети дворян точно такие же, как Майн. Во всём. Их физические показатели не соответствуют количеству маны, и только использование артефактов для поглощения излишков маны не калечит здоровье постоянными травмами, как у тех, кто не имеет доступа к этим безделушкам, - объяснил Момонга, а затем не без помощи Фердинанта, осторожно влил немного алой жидкости в рот девочке. Миг и кровотечение из носа остановилось, а цвет кожи стал нормальным, последствия были исцелены. -Вы хотите сказать, что дети простолюдинов… -Да, весь дворянский род бывшие «простолюдины», просто кто-то решил парой ложных догм возвысить владеющих большим объёмом маны над остальными, но задумайся, а как тогда «не обладающие маной» простолюдины способны заключать контракты, требующие вливание маны? – привёл пример Момонга. -Всё живое имеет ничтожное количество маны, и растения и животные и даже стихии пропитаны маной,… - хотел процитировать одну книгу, которую в юности прочёл в академии. -Раз всё содержит в себе ману, не значит ли, что рано или поздно у двух человек с низким её объёмом недостаточным даже для самого слабого заклятия, не появится дитя у кого объём маны окажется выше родительского, даже с неожиданно огромным избытком? -Это не доказано, - не мог согласиться с этим Фердинант. -Не нужно доказательств иных, кроме реальности. То, что вы захотели переписать реальность под удобную себе и эксплуатацию тех, кто слабее вас, не означает, что реальность закрепится исходя из ваших желаний. Если на то пошло, в моих силах переписать всё под уже свои желания, - непреклонно промолвил высший кровавый лич. -И чего же вы хотите? - с мрачным выражением лица осторожно спросил Фердинант. -Всё того же – вернутся домой. Но это глобальное желание. Если же перейти к пожеланиям более выполнимым, попроще и на сейчас, то… - сделав паузу, Момонга решил отойти, чтобы не закрывать тенью себя и без того перепуганных человеческих зверьков. -Твоего сотрудничества по изменению этого мира. Видишь ли, я давно думал о том, что нужно стимулировать желание местных развивать магические науки и быть может, кто-то однажды изобретёт способ перемещения в другие миры. Но каждый раз как подумаю о том, что это колоссальный объём довольно скучно СОЦИАЛЬНОЙ работы, как отпадает желание что-то менять. И вот тут удачно, что появилась эта девчонка, да и ты её поддержал. Вам же будет выгодно, если изменения пойду на улучшения качества жизни, в процессе которого станет больше образованных людей, а там и до прогресса по всем фронтам не далеко, всё что мне остаётся – подождать пока созреют плоды! И если что, я не против своими магическими знаниями поделиться, если это в последствии даст главный плод моих желаний – возможность вернуться домой. По лёгкой нотке восторженности в тоне лича, у мужчины сложилась следующая картина: «Что ж, одна книголюбка, а второй у нас зверь в клетке, выход из которой ищет всеми силами» - сделал неутешительный вывод-диагноз Фердинант, и помассировал снова свою переносицу и лоб. -Впрочем. Не скажу, что это все мои желания. Если я когда-нибудь сочту, что вернуться домой – невыполнимо, как не старайся, тогда я, пожалуй, займусь тем ради чего обычно существуют высшие кровавые личи, - после короткой театральной паузы, Момонга обнажил побольше области своих костей и продемонстрировал то, что подарили ему дополнительные 25 уровней за смерть Сатору Судзуки. На белых костях загорелись багровые рунические символы, а также в такт этому от лича начала исходить новая сила,..аура,..незримое влияние. Фердинанту показалось, что он слышит тысячи негромких голосов и в этом коме шёпотов было трудно разобрать хоть слово. -Видишь ли, моя вторичная раса Красный Маркер, и я являюсь Повелителем Некроморфов. И мы считаем, что жизнь - это ошибка природы. А вот единство в смерти – благоденствие бытия. Я могу подарить этому миру спасение через смерть в единстве со мной. Мы станем единым разумом, наше тело будет вечным, и не будет ни ссор, ни войн, ни иных страданий, что испытывают живые… «Сынок. Ферди. Ты стал таким умницей. Ты идёшь верной дорогой. Ещё шаг сынок. Ещё шаг…сделай нас единым! Сделай нас Единым!» - услышав голос матери, Фердинанта охватила сильная паника, он утратил связь с реальностью и попытался понять, кто он, где находится и почему он слышит её голос. Всё не могло быть правдой. В голове эхом звучали голоса всё громче, в глазах мелькали символы, которые он видел на костях лича, они складывались в какую-то пока неясную формулу… Заметив, что и крепко спящая Майн вот-вот очнётся как от кошмара, Момонга отключил воздействие своей расы и подумал о том, что частичные знания, дарованные Фердинанту, позже могут сыграть свою роль. «Не хотелось бы эволюционировать в Чёрного Маркера, лучше вернуться в Назарик к Чёрному Маркеру. Но если ничего не получится за последующую ещё тысячу лет, то просто не смогу игнорировать потребность в этом. Живые души очень утомляют, поэтому придётся их мир сделать более благим для себя в роли Чёрного Маркера» - подумал о не самом приятном Момонга. А причина была в том, что Красные Маркеры более автономны в мышлении, в то время как Чёрные Маркеры утрачивают это состояние и всё что их заботит – порождение новых Красных и затем сбор мёртвых душ. То есть Чёрные Маркеры одержимы не исследованием нового, а ростом себя и своей силы, а исследования спихивается на Красных. И вот Момонге больше по душе исследовать. Это интересно. Но безусловно при этом для комфорта существования он хотел бы быть в зоне досягаемости связи с Чёрным Маркером, ради которого он и трудится. Без него, уже собственное естество желает силы для эволюции и «продолжения рода», подавлять которое он может ментально, но если и умственно начнёт ощущать усталость и тягость от окружающего его бытия, то идея о смене своей функциональной роли уже не покажется таким плохим решением. Изменить мир комфортный под себя будет единственным достойным решением в неприятной ситуации. Но пока-что он хочет поменять мир местных червей, чтобы они помогли ему с поиском возврата к Назарику, а заодно это поможет в целом с путешествием в другие миры, которые можно изучить, а затем сделать едиными… Пока Момонга об этом думал, Фердинант в это же время кое-как пришёл в себя и понял, что его разум побывал в местах, которые трудно описать и вообразить, а главное то, что при взгляде на лича, у мужчины возникла всего одна мысль: «Против такой угрозы всё человечество равно в своём статусе, но никто со мной не согласится сейчас. Придётся согласиться на всё. Но проблем может доставить Сильвестр. Надо и ему познакомиться и заодно познать этот же кошмар, а то, чего я один должен страдать?». -Кхм, господин, я не уверен, как именно смогу помогать, но готов на всё, чтобы воплотить в жизнь ваши планы, - склонившись в самую унизительную повиновения, промолвил Фердинант. -Мне нравится твой ответ, но у меня остались плохие привычки одноимённого японца, поэтому я хочу убедиться в твоей верности, - с едким сарказмом промолвил Момонга и безмолвно применил магию доминирования. -Задумываешь ли ты заговор против меня? – спросил лич. -Сейчас нет, просто не смогу ничего сделать, - бесцветным тоном ответил Фердинант. -Какие чувства питаешь ко мне? – Момонге было всё равно на отношение к себе, но в вопросе доверия с ЖИВЫМИ эта деталь была крайне важна. Живые часто на почве эмоций творят полнейшую дичь! -Страх, отвращение, омерзение, - ответил мужчина, даже скривившись при описании своих чувств. -А к Мотосу Урано в нынешнем Майн? -Раздражение, интерес, сопереживание, - перечислил Фердинант. -Примешь ли контракт, если в нём будут условия что свяжут для тебя возможность плести интриги против меня? -Приму, хотя и без контракта как будто бы у такого ничтожного смертного есть хоть малейший шанс на успех в каких-либо интригах, – с сардонической ухмылкой ответил старший священник. Удовлетворившись по-настоящему честными ответами, в которых не может быть сомнений, Момонга снял заклятие, и продолжил диалог. -Что ж, раз разобрались с этим вопросом, можно будет перейти к обсуждению планов, в которых я в роли «бога тьмы Вердрешера», помогу осуществить всё, что в обычной ситуации невозможно сделать без разрешения Ауба или Зента, - перешёл на деловой тон Момонга, доставая несколько бумаг копий с формулами зелий, которые создавал Энфри Барел, надеясь, что это поможет Фердинанту в создании чего-то для укрепления здоровья Майн. «Хотя заражение и обращение к некссирала дало бы стойкость «здоровья» больше, чем бытие человеком. Однако, некссиралы всё же имеют заметные отличия от людей и в маскировке мы не очень преуспеваем, поэтому этот вариант отрицательно скажется на репутации Майн, даже если объявить её моей святой богослужительницей, которой даровано моё благословение. Страх-то останется и будет очень и очень мешать» - был немного огорчён, что не может помочь больше, чем в его силах, а так физическая слабость здоровья девчонки, теперь напрягающий его сознание фактор, поскольку прямо сейчас терять ценного помощника не хотелось бы. Может потом, если начнёт исчерпывать свою полезность.