the best for me

-Мин, мать твою, Юнги, - рычит парень, оглядывая разъяренным взглядом худощавого юношу, покрытого ссадинами и синяками, - где тебя носило? -Не пристало ангелу так выражаться, молодой господин, - с лёгкой улыбкой на губах, блондин немного щурится, то ли от боли, то ли просто не хочет смотреть в глаза своего хозяина, - вашему отцу это бы не понравилось. -Не пристало такому ничтожеству как ты указывать мне, - фыркает Ким, -и не приплетай сюда Бога, а то ещё явится…- Джун тяжело вздохнул, устало потирая переносицу, - я же лишь просил тебя разобраться с кучкой мародёров, что случилось, что ты выглядишь так? – В глазах играет некое беспокойство, всё же Нам сам создал Юнги и переживал за своё творение. -Случилось кое-что весьма неприятное, - Юн слегка прокашлялся, - совсем не вовремя вмешался защитник врат ада и подумал, что небеса вновь заслали к ним шпионов, пришлось отступать в срочном порядке, простите, я не завершил данное вами задание, - он опускает голову, пряча пристыженный взгляд. -Что? – Вскрикивает парень. – Почему ты не связался со мной? Шуга, я…прости меня, - Ким моментально смягчает тон, подходя ближе к худощавому, измученному телу. Ответа не последовало, ведь пухлые губы уже накрыли холодные и израненные уста Мина, ссадины начали затягиваться, благодаря полученному небесному благословению, правда, на серьёзные увечья простого поцелуя не всегда хватало. Поэтому парням приходилось уединяться в опочивальне молодого господина, одного из одиннадцати ангелов и младшего сына Бога. Вокруг Намджуна всегда было много сплетен и слухов из-за его необычных способностей, он считался одним из сильнейших божеств, не смотря на свой весьма юный возраст. Белоснежная, будто фарфоровая кожа была местами покрыта россыпью небольших сине-фиолетовых гематом. Ким с трепетом, влажными губами покрывает каждую из них, выбивая из лёгких сахарного шумные выдохи, сквозь которые были слышны едва уловимые стоны, растворяющиеся в воздухе. Джун сам дал своему прислужнику такое прозвище, его волосы были белоснежными, отблёскивая на солнце, словно кристаллики сахара, а его слегка шепелявый голос казался таким сладким, что оставлял приятное послевкусие где-то на кончике языка. Несмотря на то, что Юнги был создан без божественных сил, в отличие от остальных прислужников, только ему Нам мог доверять как себе, только с ним он мог быть мягким, только его стоны он мог и хотел слушать. Неловкие прикосновения, он слишком боится сделать больно, боится сломать, его сила слишком разрушительна и терять контроль нельзя, поэтому Ким весьма медлителен, аккуратен, до жути предсказуем, но так чертовски горяч. Ему бы хотелось связать Мина, прокусить гладкую кожу до синеватых капелек крови, вжимать его в кровать, срывая с губ не слащавые стоны, а сиплые крики, но он понимал всю опасность этого, поэтому довольствовался тем, что было, а Юн и не был против, не просил большего, просто не мог. Кто он такой, чтобы жаловаться на что-то своему создателю, пусть он и не был полностью спланированной старшим куклой, имел свой особенный характер, рандомно заложенный в него в процессе творения, но чувство долга за подаренную жизнь было слишком велико. К тому же, Ким спасал его постоянно. Юн хоть и являлся плодом трудов ангела, но был почти как любой обычный человек, по крайней мере, он думал так. Непонимание того, почему божество продолжает удерживает его рядом, не смотря на его бесполезность, заставляло парня совершенствоваться в других вещах, чтобы быть пригодным хоть в чём-то. Он отлично прижился в мире людей, исполняя мелкие поручения своего господина, даже стал популярным в определённых кругах, благодаря своим навыкам во фристайле. Поступил в национальный университет искусств на отделение инструментальной музыки, он в основном писал только для себя, но в тайне создал пару хитов для известных групп. Со стороны совершенно обычный человек, ничем не примечателен, кроме своего таланта. Он почти не контактировал с другими, ссылаясь на свою занятость. На самом деле, чувствуя некое предательство, ведь за все 120 лет своей жизни, он общался лишь с Джуном, а тут куча незнакомых парней и девушек, порой готовых запрыгнуть к нему в постель. Он даже как-то раз нарвался на суккуба, его звали Пак Джинён, вроде, точно Юнги не запомнил, но чуть не повёлся на его чары, а после, видел, как тот погиб. Ему было искренне жаль того парня, но помочь ему он не мог ничем, такова судьба суккуба, тяжёлая и жестокая. В такие моменты он даже был благодарен, что являлся никчёмным помощником божества, а не кем-то, вроде того парня. В целом, жизнь в мире смертных казалась весьма интересной, Мин не переставал удивляться, открывая для себя что-то новое, но он даже представить не мог, что эти несчастные создания сделают с его жизнью.