Глава 4
9 февраля 2018 г., 17:57
— А будет очень больно? — спросил Пак, сидя в кресле.
— Очень, — ответил Бэкхен, натягивая на руки синие перчатки. — Может, в обморок упадешь даже.
— Но ты ведь меня откачаешь?
— Ну не оставлю же я тебя в кресле, — хохотнул Бэк. — Бездыханное тело явно распугает мне клиентов, — он надел маску. — Язык высунь.
Пак послушно вывалил язык и уставился на мастера. Тот уже привычным движением зажал язык щипцами и, обеззаразив, проткнул его, вставляя сережку.
— Вот и все, — он отложил инструменты и стянул маску, — можешь закрывать ротик.
Чанель похлопал глазами и замер с высунутым языком. Не больно. Но и ничего не чувствуется.
— Язык убери, — хохотнул Бэк, снимая перчатки.
Пак скосил глаза на язык, чтобы взглянуть на пирсинг.
— Фрифольно, — выговорил Чан.
Бэкхен как-то странно усмехнулся, а затем, подойдя к креслу, схватил Чанеля за футболку и притянул к себе, лизнув его язык.
И вот тут Чан язык спрятал.
— У тебя тоже пирсинг?!
Бэкхен ухмыльнулся.
— Хочешь попробовать? — не дожидаясь ответа, он соединил их губы в настойчивом поцелуе.
Чанель ответил, повалив мастера на себя. Наконец-то нормальный поцелуй вместо чмоков.
— Полегче, ковбой, — ухмыльнулся Бэк сквозь ласку. Он запустил пальцы в волосы Пака, наслаждаясь тихим постукиванием сережек в их языках.
— С тобой не выйдет, — усмехнулся Чанель. — Боже, как я ждал этого...
— Я чувствую, — Бэк похлопал его по легкому бугорку на джинсах. — Оппа разве не знает, что на первом свидании не целуются?
— У нас уже третье, — улыбнулся тот, подмахнув бедрами.
— Ай-яй-яй, господин Пак, — произнес Бэкхен, поглаживая Чанеля по волосам, — а говорил, что встречи дружеские... Нехорошо обманывать.
— Если ты захочешь, будут дружеские, — ответил тот.
— Если бы я хотел этого, ты бы не сидел сейчас здесь подо мной.
— Тоже верно, — Пак снова поцеловал его. — Набалуешь — не уйду до конца твоей смены.
— Что, вдруг пропали занятия в час? — хохотнул Бэкхен, глядя ему в глаза.
— Бэкки, — в кабинет вошла Юна и тут же ойкнула. — Сказал бы, я бы вам дверь закрыла, — мурлыкнула она.
Бэкхен рассмеялся.
— Чего хотела, малышка?
— У тебя запись перенесли следующую, — улыбнулась администратор.
— Спасибо, — кивнул Бэк.
— Так что можете продолжать, — она подмигнула и вышла.
Пак игриво высунул язык так, чтобы штанга на языке встала поперек чуть приоткрытых зубов, и поиграл бровями.
Бэкхен рассмеялся и, вытащив из ящика рабочего стола бумажку, сунул её Чанелю в руки.
— Памятка по уходу. Пиццу на ближайшие 3-5 дней исключить. Только мягкое и жидкое. Возможно, будет болеть вечером.
— Ну ты же поцелуешь, чтобы прошло? — похлопал глазками Пак.
— Вообще, конечно, желательно оставить эти утехи на время, — фыркнул Бэкхен. — Но ладно. Если будет болеть, осторожно поцелую. Зря, что ли, ты вовремя пришел?
— Именно. Кстати, ты играть не придёшь сегодня? — спросил Чанель, поднимаясь.
— Куда играть? — не понял Бэкхен.
— Ко мне. На басу. Забыл уже? — усмехнулся Пак.
— А, ты об этом, — усмехнулся Бен. — Приду, мы же не отменяли ничего. Дырка в языке никак не помешает обучению, — подмигнул он.
— Тогда я тебя жду в семь, — Чанель чмокнул его в лоб.
— Иди уже, — хихикнул Бэк, ткнув его в бок. — Если что, звони, я проконсультирую. Будет болеть — пей обезболивающие.
— Хорошо, иду, — Чан помахал ему на прощание. — Юна, пока!
***
Бэкхен начал приходить к Чанелю каждый вечер. Обучение проходило легко и весело — Бэк просто не мог сдерживать свою язвительную натуру. Совместные ужины стали уже чем-то обыденным, а свидания по выходным — приятным дополнением к их начинающимся отношениям. А еще Бэкхену очень нравилось держать Пака на небольшом расстоянии, играя на его выдержке.***
Бен сидел в гримерке и грыз крашеные ногти. Время неумолимо быстро подходило к началу их первого совместного концерта. И даже привычный образ в коже и с темными глазами не помогал успокоиться. Сегодня должно было быть их первое совместное выступление в новом клубе, который нашел Чанель. Пак тоже выглядел шикарно: черная обтягивающая майка, поверх которой была надета красная кожанка с заклёпками. И которую предполагалось снять в ходе шоу. Заметив волнение Бэка, Чан сел напротив него и, отняв тонкие пальцы ото рта, поцеловал их. — Ты чего? Бэкхен сглотнул и отвел взгляд. — Всё нормально, — признаваться в волнении было почему-то стыдно. — Чего ты волнуешься? — Пак обнял его лицо ладонями и заставил посмотреть на себя. — У нас все будет замечательно. Ты играешь даже лучше меня. — А если я перепутаю или забуду аккорды? — в глазах отразились настоящие эмоции. — Играть — это не петь. А тут еще всё вместе. Меня уже сейчас инфаркт хватит. — Я тебя поцелую, и инфаркт отступит, — улыбнулся Чан. — Играть и петь не так сложно, как кажется. — Тогда сделай это сейчас, иначе я не доживу. Пак послушно коснулся поцелуем его губ — таким томным и нежным, что можно было забыть обо всем на свете. Бэкхен почувствовал, как его тело покрывают мурашки. Он скользнул пальцами в волосы Чанеля, крепче прижимая к себе. В этой ласке хотелось раствориться. И к черту бы концерт, лишь бы этот момент продлился подольше. — Чан, — он взглянул в глаза Пака, оставшись к его лицу достаточно близко. — Мм? — тот улыбнулся и нежно потеря о его нос своим. — Я хочу остаться сегодня у тебя. С ночевкой. И с сексом, — на полном серьезе произнес он. — Ого, — улыбнулся Пак, гладя его по щеке. — Может, останешься насовсем? Бэкхен моргнул. — Вообще я просто хотел потрахаться, потому что это обычно помогало мне расслабиться... Но если ты настаиваешь, то я согласен, — он улыбнулся и слегка порозовел. Чанель крепко обнял его, поглаживая по спине. Теперь не нужно будет волноваться, как Бэк доберется домой после их свиданий. — Спасибо. — Благодаришь, за то, что я согласился? — хихикнул Бен. — И за то, что ты рядом именно со мной. Бэкхен отвернулся, скрывая улыбку. Слова Чанеля были весьма приятны. — Нам пора, — он взглянул на настенные часы. — Я смогу? — Конечно, — Пак чмокнул его в макушку. — Мой же малыш. Бэк фыркнул с улыбкой, но ничего не ответил. Ухаживания Чанеля это смесь нежности, страсти и шуток на грани. Именно так, как и любил Бэкхен. Иногда в голове мелькали мысли о том, что они правда те самые половинки. Когда парни вышли на сцену, зал взорвался визгами. Пришедшие на концерт девушки чуть ли не попадали в обморок: два их кумира объединились. Бэк не сдержал довольной улыбки и взял в руки гитару, отчего визгов стало еще больше. Образ Бэкхена в принципе вызывал всегда одни восторги. Незаметно выдохнув, он бросил взгляд на Чанеля, словно спрашивая, готов ли тот. Тот ответил кивком и мощным гитарным соло, от которого толпа у сцены едва не потеряла сознание. Бэк подхватил мелодию, и драйв на пару с адреналином прошили всё тело мурашками. Вышло даже лучше, чем на репетициях. Песня за песней, аккорд за аккордом. Пальцы бегали по грифу, словно на автомате, и боли, которая была в самом начале от толстых струн, уже не чувствовалось. Нет, ему определенно надо будет выплеснуть все сегодняшние эмоции. Чанель старался подбадривать Бэка: то в ходе песни прижмется к нему спиной, то попросит толпу покричать во время соло на басу. Из них вышел идеальный дуэт. Чертовски идеальный. Выступление пролетело незаметно, и Бэкхен весьма удивился, когда понял, что они с Чанелем играют последнюю песню. Лиричную и спокойную, но от которой фанаты все равно были в восторге. Весь зал махал разблокированными смартфонами в такт музыке и смахивал скупые слезы, от того, что так быстро все закончилось. Скандируя имена парней и прося сыграть на бис некоторые композиции, публика еще около получаса не отпускала их. Но все хорошее когда-то кончается. — У нас получилось! — едва только Чанель отпустил гитару, Бэкхен запрыгнул на него, обвивая рукам и ногами. — Получилось! — Да! — рассмеялся Чан, крепко его обнимая. — А ты боялся. От нахлынувших эмоций, Бэкхен впился в губы Пака страстным поцелуем, почти кусая их. Чанель ответил, сжимая упругие ягодицы любовника одной ладонью, а второй взлохмачивая его волосы. — Домой, — проговорил сквозь поцелуй Бэк. — Живо. Я хочу тебя слишком сильно. — Я даже раскошелюсь на такси, — выдохнул в его губы Пак. — Быстрее, — мурлыкнул Бэк, продолжая целовать Чанеля. — Иначе я изнасилую тебя прямо здесь. — Почему бы и нет? — рассмеялся тот, направляясь к выходу. Бэкхен спрыгнул с него и, подхватив гитару, направился за Паком, отчетливо ощущая накатившее возбуждение. Как добрались до дома — никто не понял. Чан ощущал лишь губы и руки, которые были везде и сразу. — Врубай музыку, — проговорил Бэкхен, когда они вместе упали на кровать. Пак наугад нажал кнопку на музыкальном центре, и заиграла Piece of my heart — старый блюз, от которого Чанель сходил с ума. — То, что надо, — ухмыльнулся Бэкхен. Завалив Чанеля на постель, он оседлал его бедра и стянул с себя черную футболку, обнажая татуированное тело. — Ну все, держись, пупсик. — Мне расслабиться и получать удовольствие? — мурлыкнул Пак. — Не думаю, что ты сможешь лежать бревном от того, что будет, — выдохнул Бэкхен на ухо Чанелю. Он начал покрывать шею Пака жадными поцелуями, оставляя влажные дорожки на его коже. Крашеные ногти впились в крепкие руки, словно так и норовя проткнуть их насквозь. Пальцы Пака вплелись в волосы Бэкхена, мягко массируя голову. Чан с замиранием сердца ждал, что будет впереди. Выпутавшись из сводящих с ума ладоней, Бэкхен стянул с Чанеля майку и снова толкнул на постель. Изящные губы опустились на рельефную грудь, и язык прошелся по напряженному соску. Тонкие ладони заскользили по рукам и плечам, переплетая вместе их пальцы. Пак не удержался и впился горячим поцелуем в желанные губы. Если прелюдия такая горячая, каким же будет секс? Бэк готов был насквозь прокусить губы Чанеля. Стиснув в руках подушку, он начал слегка ерзать на бедрах Пака, ощущая, как пульсирует его напряженный член. Чанель накрыл ладонью напряжённый пах Бэкхена, начиная массировать и сжимать его. Будет знать, как дразниться. Бэкхен несдержанно застонал и выдохнул. — Ты вынуждаешь меня, сладкий, — мурлыкнул он, сползая вниз. Губы коснулись низа живота, а тонкие пальцы начали поспешно расправляться с ширинкой на джинсах. — Скорее, ты меня вынуждаешь, — Пак провел по губам шариком пирсинга. Бэк стянул с него джинсы и слегка прикусил напряженный член сквозь темные боксеры с каким-то незамысловатым рисунком. Руки поползли вверх по внутренней стороне бедер, как вдруг Бэкхен разразился диким смехом. — Чанель, — сквозь всхлипы произнес он, — мать твою, это что? — на внутренней стороне левого бедра была татуировка в виде белки, которая тянулась куда-то к паху. — Это моя пьяная юность, — Чанель гордо похлопал себя по внутренней стороне бедра. — Все белочки хотят мои орешки. — Предупреждать же надо, — сквозь смех произнес он. — Я тебе ее блин сведу, чтобы не ржать при очередном сексе. Выдохнув, он вернулся к начатому, сквозь белье сжав зубами член Пака. Хотя, по губам до сих пор бродила улыбка. Чанель застонал, содрогаясь. Прикосновение к окрепшему члену заставило Пака покрыться мурашками. — Черт... — Он самый, — мурлыкнул Бэкхен. Ловкие пальчики подцепили резинку боксеров, и, слегка царапая кожу, он стянул их с Пака, полностью обнажая разгоряченное рельефное тело. — Пупсик, какого хрена ты так хорош голым? Я ведь не дам тебе одеваться. — А не боишься, что украдут? — Пак сел на постели и обхватил лицо Бэка ладонями. Темные от возбуждения глаза не отпускали его взгляд. — Пусть только попробуют, — фыркнул Бэк. — Выцарапаю всё, что можно, — он приподнял руку, помахав длинными пальцами. — Ты только мой, понятно? — кончиком языка он провел по своим губам, останавливаясь на колечке скраю. — Понятно, — выдохнул Пак в его губы. Он сомкнул ласку, а сам потянулся к ширинке Бэкхена. А затем запустил руку в штаны. — Ого. Какой твердый и мокрый... Так и просит, чтобы его накрыл чей-то горячий рот. Или сжали сильные пальцы. — Боже, Чанель, — простонал Бэкхен на выдохе, прикрыв глаза. Тело словно прошил разряд тока. Руки задрожали от возбуждения, и он качнул бедрами, желая ощутить всё, о чем говорил Пак. — Я хочу тебя. — Ой, кажется, я прервал тебя, — мурлыкнул Чанель, снова укладываясь. — Ты ведь хотел что-то сделать. — Куда?! — Бэк схватился за его плечи, притягивая к себе, и упал на кровать. Чан хрипло рассмеялся и стащил с него штаны и белье. А потом изогнул парня так, словно хотел поставить в позу берёзки. — Какой нетерпеливый, — он заставил подогнуть Бэка ноги и обвел языком сжатое колечко мышц. Правда, ласка была непродолжительной. — Ого. Бэкхен ухмыльнулся и дернул бровью. — Не хочешь попробовать соединить два пирсинга? — А не зацепятся? — усмехнулся Пак. — Вот и проверишь, — подмигнул Бэкхен. — Не ты ли хотел попробовать именно это, когда я предложил проколоть тебе язык? — И это тоже, — Чанель втянул его член в рот наполовину, касаясь небольшой штанги на уздечке Бэкхена. Тот громко застонал, ощущая прикосновение горячего языка и металла сережки. Стиснув в руках покрывало, он чуть качнул бедрами, желая полностью толкнуться в рот. Но Чанель играл по своим правилам. Он обвел головку языком так, чтобы шарик на конце штанги попал в уретру. Бэкхен судорожно вдохнул, такого с ним еще никто не вытворял. Он запустил тонкие пальцы в волосы Пака и сжал их, откровенно наслаждаясь лаской. Наконец-то он нашел такого же сумасшедшего, как и он сам. Вскоре комнату наполнили стоны и хлюпанье слюны. Чанель ласкал так, как нравилось ему самому: со страстью и напором. — Черт, — выдохнул Бэкхен, — Чанель, если ты сейчас... — фразу прервал рваный стон, — сейчас не остановишься... — ласка буквально сводила с ума. — Я не выдержу. Чан оторвался от желанного тела и улыбнулся, облизнув влажные губы. — Тогда продолжим в другой раз, — он уложил Бена и приложил к проколотым губам пальцы. — Постараешься для меня? Бэкхен пошлым жестом прошелся по ним языком, а затем обхватил губами. Влажный язычок начал играть с пальцами, касаясь их маленьким шариком сережки в языке. Бэк открыл глаза и взглянул на Чанеля, не прерывая ласк. И словно не пальцы вовсе были сейчас во рту. Чанель тем временем вылизывал промежность Бэка. Шарики штанги то и дело нажимали на сжатое колечко мышц. От очередного нажатия Бэк застонал, выпуская изо рта пальцы. Он думал, что сам будет сводить с ума Чанеля, но, похоже, всё вышло совсем наоборот. Чан поднялся к его губам, массируя пальцами вход. — Тебе нравится? — в подготовленную влажную попку резко вошёл один. Бэкхен вскрикнул, изгибаясь дугой. По телу словно пробежал очередной разряд, и он крепко зажмурился. — Да, — простонал он чуть позже, приходя в себя, — очень, — ответ на грани выдоха. — Такой узкий, — Пак стал параллельно ласкать его член. — Давно никого не было. И все мое... Бэк начал царапать покрывало, сжимая его в длинных пальцах. Слова Чанеля на пару с низким проникновенным и слегка хриплым голосом, возбуждали похлеще ласк. — Интересно, — Пак сильно нажал на простату и прикусил губу парня. — Что будет, когда я войду сам? Бэкхен снова вскрикнул и выгнулся, сильно прижимаясь к горячему телу Чанеля. — Ну так проверь это скорее, — простонал он, пытаясь восстановить дыхание. — Мне кажется, ты ещё не совсем растянут, — продолжил сладкую пытку старший. — Хотя... Смотря, как попросишь. Бэкхен ухмыльнулся и, открыв глаза, приподнялся на локтях. — Неужели у тебя еще есть силы терпеть, — он качнул бедрами, касаясь члена Чанеля своим, и снова томно застонал, откинув голову. — Мы же оба так напряжены, — на Пака вернулся затуманенный возбуждением взгляд подведенных глаз. — Давай же, — он развел ноги чуть шире. Чанель рыкнул себе под нос и как следует смазал член слюной, чтобы потом осторожно толкнуться в вожделенное тело. Бэк протяжно простонал, комкая в руках покрывало. Он готов был раствориться в этой ласке. Чанель накрыл его губы нежным поцелуем, постепенно наращивая темп. Он создавал контраст между страстью и теплотой. Бэкхен впился ногтями в спину Пака, словно показывая, чей он. Ноги обвили талию Чана, и Бэк начал подмахивать бедрами, желая полностью ощутить в себе член парня. Пак стал двигаться более размашисто и глубоко, постанывая в ласку с каждым толчком. Податливый, горячий и такой узкий. Едва ли у Чанеля был когда-нибудь такой партнёр. — Боже, — Бэк громко простонал от очередного толчка. Он словно сходил с ума от каждого движения. — Сильнее, — прошептал он на пределе дыхания. Чанель опёрся на руки, расставив их по обе стороны от головы Бэка, и стал вбиваться в желанное тело, рыча от жара в паху и невероятной узости. На коже старшего проступили мелкие капельки пота, которые делали его лишь сексуальнее в тусклом освещении комнаты. Бэкхен почти перешел на крики, извиваясь на постели. Изредка, он сбито шептал имя Чанеля, царапая его плечи. Хотелось просить о большем, но куда еще? — Я не выдержу долго, — на выдохе проговорил он. Пак ухмыльнулся и прикусил губу в игривом жесте. — Тогда, детка, — он крепко прижал Бена к себе и перекатился на спину. — Подвигайся сам немного. Бэк явно не ожидал такого поворота. Оседлав бедра Чанеля, он запрокинул голову и начал насаживаться на него глубоко, но медленно, приоткрыв губы в сладких стонах. Одной рукой Пак придерживал Бэкхена за бедра, другой же — ласкал член. Хотелось поскорее увидеть, как Бэк будет содрогаться от эйфории. — Черт, Чанель, я больше не могу, — выдохнул Бэкхен. Застонав, он впился ногтями в ноги Пака, кончая в ласкающую ладонь. Чан повалил его на себя, вбиваясь в податливое тело и кончая внутрь с протяжным стоном. Бэк уперся ладонями в подушку и застонал второй раз, чувствуя, как пульсирует внутри член Чанеля. Тяжело дыша, он чуть приподнялся и устало улыбнулся, глядя в глаза. — Вот это марафон... — Это ещё не марафон, — выдохнул Пак с улыбкой. — Но ты восхитительный. Бэк легонько ударил его в плечо, понимая, что краснеет. — Так говоришь, будто я девушка. — Не девушка, — усмехнулся Пак. — Ты моя детка. Бэк ухмыльнулся и перевернулся на спину, укладываясь рядом с Чаном. — Можно покурить? — спросил он на выдохе. — Конечно, — Пак поцеловал его в губы. Бэкхен сел на постели и начал осматриваться в поисках штанов. Вытащив из них пачку, он зажал в зубах сигарету и начал натягивать на голое тело джинсы. — Стой, — Пак потянулся и остановил его. — Кури со мной. Поставь только пепельницу. — Тебе же не нравится запах дыма, — усмехнулся Бэкхен. — Но если ты настаиваешь... — мурлыкнул он Чанелю в губы. Встав с постели, Бэк взял пепельницу с окна и поставил рядом с собой на тумбочку. Вернувшись в постель, он затянулся и выпустил струйку дыма в воздух. — Как хорошо, — выдохнул он и повернулся к Паку. — Губы приоткрой. Чанель послушно выполнил просьбу, не отпуская глазами взгляда Бена. — Затягивайся, — тот вложил в его губы сигарету и улыбнулся кошачьей улыбкой. Пак смерил его удивлённым взглядом. — Я же не курю. — А если я скажу, что ты выглядишь безумно сексуально с сигаретой в зубах? — Бэк снова затянулся и выпустил дым в воздух. — Могу просто взять ее в зубы, — усмехнулся Пак, обнимая его. — Это всё равно, если бы я взял в рот твой член, но головой и ртом не работал, — он в очередной раз затянулся и с поцелуем вдохнул дым в рот Чанеля. Пак закашлялся, но поцелуй не прервал — слишком приятным оказался терпкий привкус на сладких губах. — Тише, тише, господин Пак, — хихикнул Бэкхен. — Сигареты это лишь вопрос времени, — он вновь выдохнул дым в его губы. Чан взял сигарету из его рук и осторожно затянулся. — Уже не вопрос. Бэк завороженно следил за действиями Пака. Сильные пальцы, небрежно сжимающие сигарету, губы, коснувшиеся её кончика и вздымающаяся в затяжке рельефная грудь. — Чанель. Ты охеренный, и я снова хочу тебя. Пак медленно выпустил дым изо рта и улыбнулся. — Теперь ты представляешь, что я испытываю, когда смотрю на тебя. — Наши свидания теперь превратятся в аттракцион «Кто не выдержит первым?», — негромко произнес Бэкхен, садясь Паку на бедра. Забрав у него сигарету, он затянулся и, стряхнув пепел, вернул обратно. Чанель сделал последнюю затяжку и выкинул бычок в пепельницу. — И «Кто первым кончит». Бэк фыркнул и сложил руки на груди. — Да выдержишь тут с тобой, когда ты вытворяешь такие вещи... Пак довольно улыбнулся и положил руки под голову. — Ну как же я не доставлю своей детке удовольствие? Бэкхен ухмыльнулся и наклонился к его губам. — Если не доставишь, я сам тебя зажму в углу и изнасилую. Или заставлю смотреть, как я сам себя ласкаю. — Я бы просто стал ласкать себя рядом, — выдохнул тот. — И мы бы оба не выдержали, — рассмеялся Бэкхен, ложась рядом с Чанелем. — Всё, я хочу спать, — зевнул он. — Твою постель мы осквернили, теперь можно отдыхать. — Ну вот, а я на минет настроился, — надул губы Пак. Бэк выгнул бровь. — Это намек, что я не закончил начатое? — Скорее, не начал, — рассмеялся Пак. — Ладно, спи. — Успеем еще, — улыбнулся Бэкхен, целуя его в губы. — Я весь твой. Чанель сгреб его себе под бок и укрыл одеялом. — Спи, малыш. С меня завтрак. — Кофе с корицей обязателен, — пробормотал Бэк, проваливаясь в сон. Чанель усмехнулся и почти сразу уснул сам, ткнувшись носом в мягкие волосы парня.
