Без зла в душе

      Агафья с дочкой на руках спустилась в ресторан Мао и Вея и села за стол. Нина не спала и с интересом рассматривала зал. Радовало то, что малютка была спокойной, что не скажешь о Цзао. У Лихуа роды прошли намного легче, чем у Агафьи, но её сынишка часто плакал. Мама и бабушка решили, что у малыша режутся зубки, но местный врач после осмотра сказал, что об этом беспокоиться пока слишком рано. Минимальный возраст, когда у человека появляются первые зубы - это четыре месяца. А Цзао был всего на две недели старше Нины.       Однако сейчас Агафья думала о том, что Вей её обманул. Девушка помогла ему раскрутить ресторан не только новым вкусным меню, но и экзотическим восточным танцем. Только за танец Агафья получила деньги, и это пока её единственный и очень нежелательный способ заработка. Утешало только, что тётушка Мао готова дальше обеспечивать её жильём и едой. Но после недавнего надувательства Агафья и на неё не очень-то полагалась. И весьма сомневалась, что ей тут же не укажут на дверь, как только она перестанет кормить грудью Цзао.       - Красиво здесь, правда? - разговаривала Агафья с дочкой на родном языке. - Когда подрастёшь, начну тебя учить иностранным языкам. Думаю, ты также, как я, будешь легко их осваивать.       Вей поставил ей на стол поднос с едой. Старик старался не смотреть на девушку, но Агафья заметила, что тот ведёт себя так, как будто хочет извиниться, но не знает, как это сделать.       Больше она не могла держать обиду на старого китайца. «Этот человек как-никак, но всё же дал мне возможность зарабатывать. А его сын, племянник и жена в буквальном смысле этого слова спасли жизнь мне и моему ребёнку. В общем, буду считать, что тот обман был не обман, а честное и вполне достойное вознаграждение за всю эту оказанную помощь!» - подумала девушка. Но что эти мысли? Надо сказать ему об этом прямо сейчас. Что Агафья и сделала. Вей изумился и, ничего не сказав, скромно улыбнулся и вернулся на кухню.       - Думаю, я правильно поступила, Нина, - ласково потрепала мама свою дочку за щёчку. - Пора позавтракать.       Малышка улыбнулась. Агафья привыкла есть быстро, ещё когда работала хостесс. И сейчас справилась с завтраком за пять минут.       - Доброе утро! - поприветствовала тётушка Мао. - Я не помешала?       - И вам доброго утра, - приветливо улыбнулась девушка старушке. - Вы никогда не мешаете.       - Спасибо. Я пришла сказать, что у нас тут поговаривают о девушке с необыкновенно красивым голосом. Она вчера вечером пела в нашем районе где-то на крыше. Да так, что прохожие просто заслушивались.       Агафья задумалась. Вчера на крыше пела только она. И не слышала, чтобы ещё кто-нибудь пел, кроме неё.       - Это ведь ты пела? - прямо спросила Мао.       - Да, я, - не стала отрицать девушка.       - Признаться, наши клиенты спрашивали вчера об этом. Они поинтересовались: нет ли у нас помимо русской кухни и восточных танцев ещё и живого исполнения?       Агафья не понимала, к чему клонит старая китаянка. Свой вокальный талант она утратила после той ужасной ночи и до крещения Нины не вспоминала о нём. Запев в храме, девушка обнаружила, что к ней снова вернулось то, что придаёт её голосу очарование. Но одно дело - по настроению спеть от души, а другое дело - постоянно поддерживать такое качество пения для заработка. И вчера на крыше, чтобы развеять такие сомнения, Агафья снова запела. А теперь все поводы для сомнения отпали сами собой: раз прохожие так заворожённо слушали, пока она пела - значит, у неё голос действительно ожил. И на лице Агафьи отразилась счастливая улыбка.       - Значит, ты согласна ещё и петь у нас? - с довольным лицом предложила тётушка Мао.       Девушка снова стала серьёзной:       - У вас? Разве у вас есть всё необходимое для этого?       - Это не проблема. Караоке в Японии, как и в Китае, очень популярно. Ты сможешь весь доход с живого исполнения забирать себе. Твой голос привлечёт больше клиентов.       Звучало это не очень убедительно. Помня свой успех в «Континенте», Агафья не сомневалась, что здесь она снова будет в зените славы. Только Вей и Мао вряд ли позволят ей в их ресторане зарабатывать много денег. Они могут потребовать с неё часть заработка и будут правы.       - Значит, доход за танцы и пение будут моими? - спросила она.       - Конечно, - подтвердила Мао.       - Но это до той поры, пока ваш ресторан не станет одним из самых успешных?       - Не поняла.       - Клуб «Континент» стал одним из самых успешных в Камурочо, благодаря моему голосу. Директор разбогател, а я была самой популярной поющей хостесс. Если ваш ресторан окажется таким же успешным, то вы будете требовать часть денежных средств с моих доходов, верно? - пояснила Агафья.       Мао это озадачило. Старушка недолго думала и с сомнением спросила:       - Разве ты можешь гарантировать такой успех, какой был в хостесс-клубе, где ты работала?       - Нет. Я никогда не даю гарантию на сто процентов, если не уверена. Пока что уверена только процентов на восемьдесят - девяносто.       Мао рассмеялась:       - Значит, всё-таки гарантируешь. Тогда не будем ждать напрасно. Я сделаю тебе рекламу, и ты её сделаешь для нас. А о доходах скажу так: если клиентов будет немного, то доход полностью твой. Если от них не будет отбоя, то доход поделим пятьдесят на пятьдесят.       Агафье такой расклад не понравился, но она всё равно согласилась. Это далеко не худший вариант, тем более - тётушка Мао сказала, что сделает ей рекламу. А значит, Агафью Графскую и другие будут приглашать выступать на частные вечеринки и банкеты. Причём делиться своим доходом будет только в том случае, если очень хорошо заработает своим вокалом именно в этом ресторане. Если сможет заработать, выступая где-то ещё, то эти деньги будут принадлежать уже только ей. Девушка прямо об этом сказала, и старая китаянка без раздумий согласилась. Но это устная договорённость без свидетелей, а значит - нет никаких гарантий. Рискует ли Агафья? Конечно. Могут ли эти китайцы опять обвести её вокруг пальца? Запросто. Но, тем не менее, и она, и они понимали, что в каком-то роде стали зависимы друг от друга. С одной стороны, Агафья смогла привлечь клиентов новым русским меню в местный ресторан. И могла бы ограничиться только этим, если бы Вей не обманул её. Но своими танцами девушка привлекла ещё больше людей, и ресторан стал становиться всё успешнее. Что уж говорить, если владелец начнёт развлекать своих клиентов и живым вокальным исполнением! Придётся расширять помещение или искать новое, просторное, чтобы вместить больше людей. Однако с другой стороны, если Агафью что-то не устраивает, и хозяин не собирается пойти ей на уступку - она может в любой момент уйти, пусть даже и в неизвестность с грудным ребёнком на руках. В результате Вей и Мао быстро растеряют своих клиентов, а их ресторан опять превратится в обычную дешёвую забегаловку. И посему обе стороны быстро нашли общий язык.

***

      Агафья с энтузиазмом взялась за возможность зарабатывать своим голосом. Может быть ей даже не придётся исполнять восточные танцы, и всё обойдётся только вокалом. Мао с Веем уже занялись рекламой и предоставили девушке для репетиций в нерабочее время главный зал в ресторане. Вей даже раздобыл для неё караоке. Однако не нашлось ни одной песни, которую бы Агафья знала, и девушке пришлось в скором времени обновлять свой репертуар.        А теперь, пока Нина сладко спала под присмотром Лихуа, Агафья усердно репетировала новые выученные хиты. Звякнул дверной колокольчик. Это пришла Атенаис с мужчиной, придётся прерваться. Девушка подошла и, поприветствовав свою французскую подругу поцелуем в щёчки, радостно воскликнула:       - Атенаис, дорогая, я не ждала тебя сегодня так рано!       - Да, милая моя Агафья! - вся сияла француженка. - Но мы не могли не прийти. Позволь тебя представить моему возлюбленному Николя де Сансе.       - Приятно с вами познакомиться! - галантно произнёс мужчина и поцеловал Агафье руку.       Девушка на миг растерялась, не ожидая таких изысканных светских манер. На вид Николя было лет сорок. Осанка, походка и манера держать себя выдавали в нём не только изумительное воспитание, но и аристократическое происхождение. Внешне господин де Сансе был очень похож на Алена Делона, только с пышной шевелюрой и телосложением покрупнее.       - Атенаис мне о вас рассказывала, - сказал Николя. - И я пришёл послушать, как вы поёте.       Агафья растерялась и посмотрела вопросительно на свою подругу. Атенаис выглядела счастливой, что ещё сильнее озадачило девушку.       - Дорогая, мы с Николя вчера слышали, как ты поёшь. Выходили из массажного салона - это как раз напротив Малой Азии, и услышали твой голос. Я сразу поняла, что это ты. Именно так ты раньше и пела в «Континенте»!       - Да, Атенаис тогда воскликнула: «Надо же! Она запела!». Я её спросил: «Это ты о ком?» И она рассказала мне о вас, - добавил француз. - Меня поразил ваш голос, мадемуазель! Я бы хотел ещё послушать, как вы поёте!       Агафья засмущалась.       - Ну, что ты, дорогая! Не нужно стесняться, - попыталась её подбодрить Атенаис. - Ты раньше пела перед гостями в клубе и не смущалась. Тут только я и Николя. Спой для нас.       - Но у меня нет...       - Не важно! Можно без музыки. Твоему голосу не нужно музыкальное оформление. Ты сама его создаёшь, когда поёшь, - настаивала француженка. - Спой песню «Улетай на крыльях ветра»! Она мне очень нравится.       Николя и Атенаис сели за стол, и к ним тут же из кухни вышел Вей с меню в руках. Оставив его на столе, старый китаец быстро удалился.       - Ресторан ещё не работает, - тихо проворчала Агафья, глядя ему вслед.       Девушка глубоко вздохнула и, чтобы не стесняться, представила себе свои родные края, освещённые летним солнцем. Вчера весь район слышал её пение, и она нисколько не смущалась. А теперь перед ней сидят всего два человека, желающих послушать, как она поёт. И с этой мыслью Агафья свободно начала свою песню.       Послушать красивое исполнение пришли тётушка Мао и Лихуа с двумя детьми на руках, а потом Вей с Гюреном из кухни. Красивая песня и волшебный голос русской исполнительницы никого не оставил равнодушным. Когда песня закончилась, Агафье аплодировали от души.       - Вы действительно поёте божественно! - с восхищением произнёс Николя. - Я очарован!       Агафья поклонилась. Вей и Гюрен вернулись к работе. Увидев Лихуа с детьми, девушка быстро подошла и забрала свою дочку. Нина и Цзао не спали. Агафья вопросительно посмотрела на Лихуа, а та только плечами пожала. Мао что-то сказала своей невестке, и она с сыном ушла.       - Атенаис рассказала о том, как вас выгнали из клуба, - сказал по-французски Николя. - Ваш бывший начальник явно не отличается большим умом. Иначе не стал бы так легко разбрасываться такими талантливыми сотрудницами.       - Месье де Сансе, та история с увольнением носит несколько интимный характер, - ответила ему Агафья на его родном языке. - Я была беременна, а работницы в положении ему не нужны.       - Понимаю. Но всё же повторю: я очарован вашим голосом.       - Благодарю!       Вдруг вмешалась тётушка Мао, заговорив по-японски:       - Прошу прощения, что вмешиваюсь. Хоть я и не имела удовольствия понять, что вы сказали, но, судя по вашему тону, вы остались довольны этой девушкой. Смею вам сообщить, что она ещё красиво исполняет восточные танцы.       Николя перевёл заинтересованный взгляд с Мао на Агафью:       - Так вы ещё и танцуете?       Этот вопрос застал девушку врасплох, и та не нашла, что ответить.       - Не окажете ли вы любезность продемонстрировать мне ваш танцевальный талант?       Агафья хотела отказаться, однако Николя де Сансе - довольно влиятельный человек, который очень во многом может ей помочь. Ничего не поделаешь, придётся ему уступить.       - Мне нужно переодеться, - заметила она, направляясь к двери, у которой стояла Мао.       - Не нужно, - остановил её француз. - Всего один танец.       Агафья передала Нину Атенаис, включила нужную песню и исполнила танец. Господин де Сансе выглядел очень довольным. Девушка немного волновалась, опасаясь, как бы тот не заинтересовался ею как женщиной. Если это всё же случится, Агафья сразу однозначно и решительно его отвергнет. Отбивать жениха у своей единственной подруги ей не позволит совесть, да и не в её он вкусе.       - Мадемуазель Агафья, могу ли я на вас рассчитывать? - серьёзно спросил Николя.       Девушка присела к ним за стол и забрала Нину у Атенаис:       - В чём конкретно? - заинтересовалась Агафья.       - У Николя второго сентября будет важный банкет, - ответила француженка.       - Да. Вы окажете мне огромную честь, если придёте и споёте для присутствующих, - добавил французский бизнесмен. - Я хорошо вам заплачу. Двух с половиной тысяч долларов вам хватит?       Обе девушки ахнули. Для Агафьи это были большие деньги, и она, не задумываясь, согласилась. Николя довольно кивнул. Чтобы уважить хозяина ресторана, француз заказал зелёный чай и печенье с предсказанием для себя и Атенаис. Старая Мао сама вызвалась его обслужить.       Агафья качала на руках свою малютку и тихо прошептала своей подруге:       - Атенаис, дорогая, мне надо с тобой поговорить.       - Я тебя слушаю, милая, - сделала француженка глоток чая.       - Мне нужно для выступления платье, но у меня его нет.       - Но у вас есть костюм для восточных танцев, - услышал Николя её шепот. - Если вы ещё и станцуете на банкете, то я доплачу вам ещё тысячу долларов.       «Вот это да! И это всё мне!» - забегали мысли в голове у Агафьи. Ни в коем случае нельзя отказывать!       - Хорошо, месье. Но скажите, какие песни вы хотели бы, чтобы я исполнила?       - Я пока об этом не думал. Не волнуйтесь, мадемуазель, моя возлюбленная Атенаис вас своевременно предупредит. Вы ведь подруги. Она так о вас отзывается, будто вы ангел! А вы на самом деле ангел! С таким-то голосом!       - Николя, прекрати! - притворно обиделась Атенаис. - Я уже начинаю ревновать!       - Сердце моё, я принадлежу только тебе! - промурлыкал он.       Они разломили печенье с предсказанием.       - Вас ждёт нечто интересное! - прочла Атенаис.       - Хватай скорее удачу за хвост, пока не поздно! - скептически произнёс Николя написанное пророчество. - Я не суеверен, но в это поверю. Господин де Сансе заплатил за заказ, не поскупившись на хорошие чаевые. А на прощание поцеловал руку Агафье и добавил:       - Жду не дождусь, чтобы увидеть вас на моём банкете.       Агафья с дочкой на руках сидела за столом, где только что пили чай Николя и Атенаис, ни жива, ни мертва. Нина дёргала маму за крестик, привлекая её внимание.       - Кто был этот мужчина? - подошла к Агафье тётушка Мао.       - Возлюбленный моей подруги, - на автомате ответила девушка.       - Это очень влиятельный человек! - довольным тоном заключила старая китаянка. - Вы говорили по-французски? Вижу, что он сказал тебе что-то важное, раз ты так сейчас напряжена.       - Да, сказал, - обняла Агафья Нину.       - Надеюсь, что ничего страшного.       - Нет. В сентябре у него будет банкет, и он хочет, чтобы я там спела и станцевала.       - Ого! Вот так повезло! Но ты же не отказалась?       - Нет. Спеть я ещё могу! Но вот станцевать...       - А что в этом такого? Ты уже танцевала для наших гостей.       - Это же банкет! - волновалась Агафья. - Танец живота!       - Это не стриптиз. Если тебе этот человек обещал хорошо заплатить, то глупо отказывать. Лучше начни репетировать. Сегодня придут ещё гости. Ты должна будешь им спеть.       - Я вряд ли смогу нормально спеть после такой новости.       - Споёшь! Думаю, что хиты восьмидесятых и девяностых ты осилишь. У нас есть целый сборник! Давай я займусь твоей дочкой, а ты готовься.       Старая китаянка была очень настойчива. От предложения Николя Агафья и не думала отказываться. Петь было не так страшно, как танцевать. Значит, и на этот раз нужно позаботиться, чтобы никто не видел её лицо во время выступления. А пока надо подумать о насущных делах. Девушка поискала в списке зарубежные хиты, какие знала, и начала их исполнять по караоке.

***

      Агафья с нетерпением ждала сентябрь. Всё свободное время девушка проводила за репетициями, то танцуя, то исполняя песни. Атенаис принесла ей список известных песен, которые предстоит исполнить.       - Два часа, дорогая! Два часа ты должна будешь отработать. Час на танцы, час на пение, - не меньше переживала Атенаис.       - Мне целый час непрерывно танцевать? - простонала Агафья.       - Нет! - поспешила подруга её утешить. - Не надо беспрерывно танцевать. Исполнила один танец. Через двадцать минут второй. Так же и третий. Потом споёшь. Спела две-три песни - перерыв. Народу будет очень много.       - Где хоть всё это будет проходить?       - В Камурочо. Намечается строительство Башни Тысячелетия, как мне говорил Николя. Он - один из спонсоров. В честь этого и будет банкет. Хорошенько подготовься!       Агафью мало интересовали детали банкета. Она боялась опозорить себя и Атенаис. На репетициях девушка выкладывалась по полной. Потанцевала - надо потренировать голос, и наоборот. Нину видела только утром, во время кормления и вечером перед сном. Если раньше малышка спокойнее относилась к отсутствию мамы, то теперь она чаще плакала. Что только сильнее нервировало Агафью, заставляя разрываться между репетициями и заботами о ребёнке. А день проведения банкета приближался.       Агафья крутилась у зеркала то так, то сяк. За два часа до приезда Николя и Атенаис она сменила не один макияж. Только нанесёт тени на веки и накрасит ресницы - тут же ей не нравится цвет, и приходится всё смывать. Тётушка Мао настаивала, чтобы она выпила успокаивающий чай, но девушка сразу отказалась. Не хватало ещё, чтобы приспичило в туалет неподходящий момент!       Когда Вей сообщил, что её внизу ждёт роскошный мерседес, она была готова разрыдаться. Мао взяла Агафью под руку и проводила к выходу.       - Ты там накрасишься, - утешала её старая китаянка. - Твоя подруга тебе обязательно поможет.       Только это и помогало не разрыдаться от переживаний. Тётушка Мао передала ей сумку с костюмом для танцев и что-то сказала по-китайски. Дверь для девушки открыл водитель. Внутри её ждали Атенаис и Николя.       - Мне очень жаль, но я не успела накраситься, - сразу стала она извиняться.       - И очень хорошо, дорогая! - поощрила её подруга. - Нужен свежий грим.       Агафья не поняла, что она имеет в виду. Малютка Нина снова осталась на попечении у доброй Лихуа. Агафья перекрестилась, думая о дочери. Всю дорогу девушка смотрела перед собой. Внешне она сохраняла спокойствие, но на самом деле очень волновалась. И поводов для этого было больше, чем достаточно. На банкет соберётся много людей. А вдруг там окажутся бизнесмены, которых она развлекала ещё будучи хостесс? Ну и что? Даже хорошо, что они там окажутся. Ещё лучше, если узнают её. Атенаис подбадривала подругу, как могла:       - Думай лучше о своей дочке.       Агафья кивнула. Будучи старшей сестрой четырёх младших братьев, она не раз видела, как быстро растут младенцы. Скоро Ниночка будет агукать, забавляться с погремушкой, а месяца в четыре-пять начнут резаться зубки. Потом малышка будет ползать и тащить в рот всё, что попадётся на глаза. А там и до первых шагов недалеко. Это поначалу кажется, что время долго тянется. А в итоге не успеешь оглянуться, как ребёнок уже пошёл в детский сад с любимой игрушкой под рукой. Девушка представила себе эту картину и с умилением улыбнулась.       - Вот и умница! Не вешай нос, дорогая! - ласково потрепала её за щёчку французская подруга.       Агафья не заметила, как они приехали. Атенаис провела её через служебное помещение в гримёрную.       - Давай тебя подготовим! - указала она на косметический стол. - Садись, Агафья. Буду тебя накрашивать. И волнение опять дало о себе знать. Агафья присела на стульчик напротив подруги. Пока француженка раскладывала на столике тени, карандаши для глаз, туш, румяна и помаду, её русская подруга быстро осмотрелась.       - Причёску сделаем в последнюю очередь, - приготовила Атенаис щипцы для волос, утюжок, лак для волос и расчёску. - Я сделаю всё сама. А ты просто расслабься.       Но расслабиться у Агафьи не получилось, любая попытка только сильнее напрягала. И она просто сидела смирно напротив зеркала. Француженка делала ей макияж, не спеша, тщательно подбирая косметику по цвету глаз.       - У тебя очень выразительные глаза, дорогая! - наносила Атенаис тени на веки. - Может, ты, как гейша, будешь останавливать мужчин одним взглядом, и они будут терять голову?       - Горгона Медуза одним взглядом заставляла людей окаменеть, - неудачно пошутила Агафья.       - Ой, ну ты себя с ней не сравнивай! Горгона превращала людей в камень, а ты будешь завораживать.       Агафья улыбнулась:       - Я об этом как-то не думала. У меня сейчас все мысли о том, как бы не подвести твоего любовника.       - Ты не подведёшь его. Я в этом уверена! Волноваться - это нормально, но надо действовать, взяв себя в руки. В «Континенте» ты вон как быстро стала королевой клуба! Так с чего бы тебе сейчас не справиться?       Аргумент представлялся достаточно веским. Француженка быстро закончила с макияжем.       - Надевай свой костюм, - протянула она подруге сумку с платьем. Звеня «монетками» на юбке, Агафья осторожно, чтобы не испортить макияж, надела костюм.       - Ты похожа на Шахерезаду! - восхитилась Атенаис.       - Это меня и огорчает, - уныло произнесла Агафья. - Я родилась в русской семье. И у нас в роду не было кавказцев.       - Ну, не надо так близко к сердцу воспринимать мои слова. Если я надену такой наряд, то тоже буду похожа на арабскую наложницу, - улыбнулась Атенаис.       - Не будешь. Ты - изящная зеленоглазая блондинка со светлой кожей. А я - смуглая кареглазая тёмная шатенка с густыми чёрными бровями и с фигурой, ой как далёкой от идеала.       Атенаис ласково посмотрела на подругу:       - Ты очень красивая, дорогая Агафья. Просто у тебя низкая самооценка. Зато с такими бёдрами ты в состоянии родить здоровых детей, а твоя большая грудь... Ты в состоянии прокормить двух новорождённых детей! Это главное.       Это звучало убедительно, и Агафья повеселела. Атенаис усадила её перед зеркалом и теперь принялась хлопотать над её причёской. Минут через пятнадцать было уже всё готово. В дверь постучался Николя.       - Войдите, - разрешила Атенаис.       - У вас всё готово, дамы? - вошёл он. - Там собралось много народу. Пришли все, кого пригласили.       Николя разинул рот, когда увидел Агафью.       - Вот это да! - ахнул он. - Прямо принцесса Персии!       - Не смущай её, дорогой, - мягко упрекнула его Атенаис. - Она и так переживает.       - Если вы, месье, не возражаете, то я прикрою лицо, - сказала Агафья.       - Зачем? Вы очень красивая!       - Благодарю, но так будет лучше, - настаивала Агафья.       Атенаис пожала плечами:       - Лично я ничего не имею против. Думаю, такой таинственный сценический образ гораздо больше заинтригует публику.       - Хорошо, раз вы так считаете, - уступил он. - Через десять минут пора будет начинать. Атенаис, попрошу тебя присоединиться ко мне. А вы, Агафья, ждите.       Атенаис взяла Николя под руку и, выходя из гримёрной, шепнула подруге:       - Я тебя позже позову.       Агафья осталась одна. Эти десять минут тянулись, как часы. Так и хотелось поскорее сделать то, что от неё требуется, и вернуться к дочери. Девушка ходила по гримёрной, тихо напевая песни, которые ей сегодня предстояло исполнить. Радует, что среди них будет её любимая песня Офра Хаза «I'm nin alu» и Милен Фармер «Калифорния»...       За дверью послышались быстрые шаги, и в гримёрную вошла Атенаис:       - Пора, милая! Все ждут тебя!       Агафья два раза глубоко вздохнула и пошла. Атенаис присоединилась к Николя, когда они вышли в зал. На банкете было много людей. Девушка волновалась, как никогда в жизни, и чтобы не растеряться, она представила, что в зале никого, кроме Атенаис и Николя, нет. Как только заиграла восточная музыка, Агафья всецело отдалась танцу. Каждое движение танцовщица исполняла легко и грациозно. На неё смотрело сотня восторженных зрителей; но особенно были поражены японские бизнесмены. Естественно, им не раз доводилось видеть восточный танец живота, вошедший здесь в моду ещё лет десять - пятнадцать назад. Но то был беллиданс. Урезанная, американизированная версия, не обладающая и десятой долей живости, тонкости и экзотичности, присущей традиционному, классическому исполнению этого танца.       Однако сама исполнительница совершенно не разделяла восторг своих зрителей. Исполняя эту невероятно красивую экзотику на высшем уровне и видя, как мужчин это восхищает; девушка испытывала только стыд с презрением и ненавистью к себе за то, что пошла на такое. Что из себя представляет восточный танец живота, как он появился и для чего изначально был предназначен - до сих пор остаётся неразгаданной загадкой истории и посему обросшей множеством научных споров и гипотез. Но позиция бабушки Глаши как учительницы истории и как воцерковлённой православной христианки здесь была чёткой и однозначной:       «В языческие времена у очень многих народов плодородие земли отождествлялось с плодовитостью женщины, а сам земледельческий труд - с самим процессом её оплодотворения. Поэтому во многих странах Древнего Востока жрицы в храмах танцевали очень красивые и одновременно очень эротичные танцы, чтобы попросить у богов плодородия для земли, а также воздать им хвалу за богатый урожай в этом году. А так как в древневосточных языческих культах подавляющее большинство божеств, покровительствующих плодородию, были богинями, покровительствующими супружеству и материнству - такой танец исполнялся ещё и для прославления женского начала. А потом эти танцы переняли обычные местные женщины, чтобы ублажать ими своих мужей и любовников. В общем, по своей сути это порочный танец соблазна и похоти».        Закончив танцевать, Агафья под бурю аплодисментов удалилась в гримёрную и подошла к зеркалу. Танцовщица чувствовала себя падшей и продавшейся, руки так и чесались сорвать с себя этот костюм, порвать его и выбросить. Не нужно ей обожание мужчин. Сейчас они наслаждаются её искусством, а потом наверняка сочтут барышней сомнительного поведения. Осталось ещё два танца. Девушка выполнит договорённость, но потом больше не будет зарабатывать таким образом. Сколько бы денег ей ни предложили, она уже не поддастся. Агафья не менее виртуозно владеет вокалом - вот это пусть и будет её основной заработок.       Через двадцать минут за ней снова пришла Атенаис:       - Все ждут, когда ты снова станцуешь для них!       - Атенаис, сегодня я танцую в последний раз, - решительно и безапелляционно произнесла её русская подруга.       - Ну, ладно! - с удивлением согласилась француженка. - Главное - только сделай то, о чём тебя просил Николя.       - Сделаю!       - Тогда пойдём.       Второй танец поразил публику ещё больше.       Когда Агафья вышла исполнить последний, третий танец, двое мужчин окружили её и хотели обнять. Один обхватил танцовщицу спереди, другой - сзади. Их тут же оттащили от шокированной девушки, но танец она продолжать не стала и быстро, почти бегом, покинула зал.       В неистовой ярости Агафья срывала с себя костюм, понося и себя, и тех мужчин на родном языке. На пол со звоном сыпались «монетки», бусинки и лоскуты шёлковой ткани. Придя в гримёрную и увидев всё это, Атенаис просто опешила:       - Агафья... Что... Что ты делаешь?       - Я больше никогда не буду исполнять такие танцы! - продолжала та рвать восточный наряд.       - Послушай, это было недоразумение. Те два американца просто перепили и зашли слишком далеко...       - Это я зашла слишком далеко, когда согласилась танцевать такое на публику! И сама дала повод для такого обращения!       - Нет, Агафья. Их обоих уже привели в чувства и пригрозили серьёзными последствиями за оскорбительные приставания.       - Уже не важно. Я всё равно больше танцевать не буду! Француженка грустно посмотрела на подругу, а потом на разодранное на ней платье:       - Это твоё дело. Надеюсь, от своего вокального выступления ты не откажешься?       Её русская подруга посмотрела на себя в зеркало. Костюм для восточных танцев живота был безнадёжно испорчен, но девушка нисколько не жалела.       - В чём мне тогда петь? - вопросительно посмотрела Агафья на подругу.       - Сейчас найдём, - открыла Атенаис гардероб в поисках подходящего платья.       Француженка порылась среди вещей и нашла красивое коктейльное платье с маленьким декольте тёмно-бордового цвета. И Агафье оно пришлось как раз по фигуре, отлично подчёркивая грудь и скрывая широкие бедра. Атенаис поправила подруге макияж и причёску и сказала:       - Полюбуйся!       Та сначала даже не узнала себя. В первый раз после увольнения из «Континента» Агафья надела красивый наряд, да ещё и такой, который просто идеально на ней сидит. Девушка улыбнулась своему отражению: «Я и вправду красивая!»       - Теперь я знаю, как поднять тебе настроение! - радостно захлопала в ладоши её французская подруга. - Ты готова, дорогая?       - Да! - уверенно ответила Агафья.       Через пару минут она чарующе исполняла песни. Гости банкета не узнали в «русском соловье» ту самую танцовщицу, зато Агафья узнала среди них своих клиентов ещё в свою бытность хостесс. Своим появлением на банкете бывшая хостесс произвела на них огромное впечатление. Когда она исполнила все песни, Николя заплатил ей обещанную сумму и попросил своего водителя отвезти её обратно в Малую Азию.       - Это было нечто! - благодарила Атенаис подругу. - Держу пари, что ты скоро будешь нарасхват!       - Всему своё время, дорогая Атенаис! - устало ответила Агафья и села в машину. - Увидимся!       В гетто девушка уезжала жутко уставшей, однако весьма довольной, прижимая к груди деньги в конверте. Теперь точно хватит средств и на прожитьё, и родителям перевести. Вернувшись, Агафья забрала у Лихуа спящую дочку и протянула ей купюру в сто долларов. Скромная китаянка ахнула. Не успела и слово сказать, как Агафья сунула ей купюру в карман и сказала по - английски:       - Thank you!       Возле комнаты Лихуа догнала её и стала что-то говорить ей на своём родном языке, постоянно кланяясь. Агафья ласково ей улыбнулась, приложила палец к своим губам и тихо шикнула. Лихуа всё поняла и кивнула.       В своей комнате девушка уложила Нину в кроватку, разделась и легла в постель. День оказался непростой и насыщенный, но Агафья засыпала с уверенностью, что всё будет хорошо. На банкете она ни с кем, кроме Атенаис, не разговаривала. Её бывшие клиенты наверняка будут интересоваться, куда она пропала, и увидят ли они её снова. Ну, если оно так и будет, организатор этого банкета - Николя. Вот к нему они за этим и будут обращаться.       Агафья уже не сомневалась, что у неё ещё будут небольшие выступления. Если так, как было сегодня, пойдёт дальше - она скоро вернётся домой. Девушка благодарила Господа. Он вернул ей уверенность и свёл с нужными людьми. Свет в конце туннеля и теперь был неблизко, но он уже не играл маленьким огоньком, а полыхал бурным костром.

***

      Так прошло четыре года. После успешного выступления на банкете в честь строительства Башни Тысячелетия Агафья стала зарабатывать гораздо больше. Богатые японские бизнесмены часто приглашали «русского соловья» петь на всякие вечеринки, фуршеты, банкеты, и для концертов Атенаис предоставляла своей русской подруге отличный выбор платьев. В ресторане Вея и Мао девушка тоже давала небольшие выступления. Одним словом - вокал стал её основным способом заработка.       Однако, увы - это никак не оправдало надежду Агафьи в ближайшее время погасить долги и вернуться домой. Себе на жизнь девушка по-прежнему оставляла самую малость, но с рождением ребёнка её расходы никак не могли не увеличиться.       И всё же это было куда меньшей проблемой, чем устроить Нину в детский сад. В Японии есть два вида детских садов: хоикуэн или ётиэн.                    Хоикуэн - это государственный детский сад, который принимает малышей, начиная с трёхмесячного возраста и до шести лет. Он работает с восьми утра до шести вечера и ещё полдня в субботу. Там дети проводят время друг с другом, поют, играют и смотрят мультфильмы. Чтобы устроить ребенка в хоикуэн, нужно предоставить справку о том, что его мама и папа работают не менее четырёх часов в день. Оплата детского сада зависит от дохода семьи: чем больше родители зарабатывают, тем выше стоимость посещения сада ребёнком.       Ётиэн может быть как государственным, так и частным детским садом. Туда принимают детей от трёх до шести лет. Ребёнок находится в таком детском саду четыре - семь часов в день, поэтому его посещение возможно лишь при условии, что мама малыша не работает и имеет возможность вовремя забирать его домой. В ётиэне дети занимаются учёбой и подготовкой к школьному образованию. В России бы его, скорее всего, называли бы центром подготовки к школе.       Выбор был сложный. Узнав, что Нина уже в три месяца может пойти в детский сад, Агафья было обрадовалась, но, скоро вспомнив, что для этого нужны соответствующие документы - тут же расстроилась. Где их взять, если она сама находится в Японии незаконно? Каждая секунда одного её пребывания за пределами гетто для нелегалов - это уже огромный риск. Девушку могут в любой момент депортировать в Россию, а её ребёнка - забрать в детский дом.       И эта проблема так бы и осталась неразрешённой, если бы не помощь её верной французской подруги, а точнее - влиятельного любовника её подруги. После некоторых хитрых уловок Николя сделал так, чтобы Агафья по новым документам считалась вдовой, которая одна растит дочь. Теперь её звали Анна Токугава, и она могла без проблем устроить Нину в хоикуэн. А с пропиской хитрить не стали - кроме мигрантов, в гетто Малая Азия живут ещё и японцы.        Внешне за все эти годы Агафья практически никак не изменилась. Работы было много: хостесс-клубы, ночные клубы, частные вечеринки и банкеты. Желающих послушать, как она поёт, не убавлялось.       А что же Нина? Лицом малышка всё больше и больше становилась похожей на своего отца, но характером пошла вся в мать. Скромная, воспитанная и очень добрая девочка. У матери был талант, и на дочери природа не отдыхала. Уже в полтора года Нина научилась говорить, а в три года - не только по-русски, но и по-японски.       В Малой Азии Нину любили все. Особенно обожала девочку Лихуа и Цзао, который стал для неё единственным другом и говорил по-японски. Не так хорошо, как его дедушка и бабушка, но вполне достаточно, чтобы дети друг друга понимали. И хоть в гетто, где родилась Нина, условия всё ещё оставались не лучшими - они с мамой там чувствовали себя почти счастливыми. Среди мигрантов Агафья и Нина стали своими, и все вместе напоминали огромную дружную семью.       А вот посещение хоикуэна для малышки стало ежедневной неприятной обязанностью, которую только бы дотерпеть до вечера, когда мама придёт и заберёт домой. Нина была хафу, полукровкой. К каковым в Японии чистокровные японцы, к сожалению, до сих пор часто относятся с неприязнью. И, увы - ни один ребёнок в детском саду, в который ходила Нина, не составил исключения. С ней никто не хотел играть и постоянно дразнили.       Малыши часто приходили в садик в новой красивой одежде с разными игрушками. Нина же носила скромную, часто поношенную одежду, а из игрушек у неё был только плюшевый мишка да потрёпанная кукла.       Вот и сегодня девочка сидела одна у окна и играла со своими игрушками. Другие дети резвились и вели себя так, как будто её вообще здесь не было. Всякий раз, когда Нина хотела присоединиться к их играм, малышку прогоняли.       - Мы с хафу из гетто не играем! - задирали её мальчишки.       - У тебя нет ни красивых платьев, ни новых кукол, - смеялись над ней девчонки. - У тебя даже папы нет.       Это так расстраивало несчастную девочку! Как воспитатели ни пытались образумить таких задир - с них, как с гуся вода.       Уже в который раз Нина печально наблюдала, как играют другие дети, и думала над их обидными словами. Всего в группе пятнадцать человек, и у каждого есть и мама, и папа. «А у меня папы нет!» - завидовала им малышка. - «У Цзао есть даже бабушка и дедушка! А у меня только мама!»       - Ты такая грустная, Нина, - подошла к ней воспитательница. - Что-то случилось?       - У всех есть папы, а у меня нет, - печально ответила девочка.       - Не спорю, это горько и обидно. Однако есть дети, у которых вообще никого нет. И, поверь, таким ребятам гораздо хуже. А у тебя есть мама, и ты должна быть этому рада.       Этого хватило ненадолго. Как только воспитательница вернулась к другим детям, Нина опять погрузилась в свою печаль, без всякого интереса играя со своими игрушками.       Изо дня в день слышать насмешки, что у тебя нет отца! Так и хочется заставить их замолчать. Нет папы! Нет у неё папы! А какой он из себя - её папа? В садике малышку всё время обзывают хафу. То есть, полуяпонкой. Значит, у неё папа японец. Но какой он? Как его зовут? Где он? И увидит ли она его когда-нибудь?       - Где же ты, папочка? - тихо лепетала Нина по-русски, пытаясь представить себе отца. - Ты, наверное, большой и сильный. Тебе ничто и никто не страшен. Нам с мамой так плохо без тебя.       И так увлеклась своими мыслями, что не сразу заметила, как за ней пришла мама.       - Мамочка пришла! - воскликнула радостно девочка и крепко обняла свою маму.       - Пойдём, мой ягнёночек! - расцеловала Агафья дочку.       Для маленькой Нины мама была всем. Всё свободное время они проводили вместе. Хорошо, что сегодня пятница, а в выходные можно погулять по городу. Может, они даже зайдут в детское кафе поесть мороженое или выпить горячего какао с пирожным. Покидая здание хоикуэна, Нина увидела, как Мику, девочку из её группы, забирает папа.       - Мама, - обратилась девочка к матери. - Мама, а когда папа к нам придёт? Ты никогда о нём ничего не рассказывала.       Этот вопрос Агафья не ожидала. Разумеется, мать понимала, что рано или поздно дочь заинтересуется, кто её отец и где он сейчас. Но все эти пять лет она почти не думала о Горо Мадзиме как об отце её ребёнка и пока ещё просто не готова к такому разговору. Соврать ребёнку вряд ли сможет, а для правды девочка ещё слишком мала.       И тем не менее - малышка выжидающе смотрит на маму. Просто так уйти от ответа сейчас вряд ли получится.       - Ниночка, увы, но с твоим папой... Даже не знаю, как тебе сказать. Он не тот человек, каким я его считала! - уклончиво ответила Агафья.       - Он тебя чем-то обидел, да?       - Доченька, ты ещё пока маленькая. Когда тебе исполнится шестнадцать лет, я тебе всё расскажу.       - А почему нельзя сейчас? Я уже умею читать и писать на двух языках. Какая же я маленькая?       - Для такого разговора ты ещё маленькая.       Нина огорчилась:       - Почему, мама? У всех есть папа, а у меня нет.       Агафья остановилась и посмотрела на дочь с сожалением:       - Мой ягнёночек, я понимаю, как тебе нелегко среди своих ровесников. Понимаю, что ты хочешь многое узнать...       - Мама, скажи, а папа, он хотя бы красивый? - перебила её малышка.       Агафья задумалась. Она уже лет пять не видела Мадзиму и не знала его возраст в день их знакомства. Сколько ему сейчас лет? Наверняка где-то около сорока. Красивый ли он? Ну, вполне, хотя и не в её вкусе.       - Да, он красивый! - ответила мама, чтобы утешить дочь. - И высокий.       - А я его когда-нибудь увижу?       «Благо, за все эти годы я его ни разу не встретила. И никого из его людей!» - подумала Агафья. - «Надеюсь, что и не встречу!»       - Не знаю, дочка. Одному Богу это известно, - утомлённо вздохнула мама, и они пошли дальше.       Больше Нина до самой Малой Азии не задавала вопросы об отце. Раз мама не хочет о нём говорить, значит - всё-таки он её чем-то обидел. Интересно, а кем работает папа? Есть ли у него хобби? Скорее всего, очень любит петь. А может быть, он именно так и познакомился с мамой?              Октябрь выдался погожим. Сегодня дождя не было. Хоть бы и завтра была такая же погода, чтобы прогуляться в городе. «Может, мы там встретим папу?» - надеялась Нина. - «Тогда мы точно никогда не расстанемся. Я его крепко-крепко обниму, расцелую и скажу: «Папочка, я всегда верила, что мы встретимся!»       Не успели Агафья с ребёнком дойти до дома, как навстречу из ресторана вышло трое мужчин в деловых костюмах. «А это ещё кто такие?» - напряглась Агафья. - «Что-то они совсем не похожи на клиентов!» Высокомерная походка и кейс у одного из них моментально подтвердили все её подозрения. С той роковой осенней ночи, сломавшей ей жизнь, девушка на раз-два отличала якудза от обычных, нормальных деловых людей. Да, это они и были. Те самые люди Футоси Симано, что каждый месяц требуют с Вея и тётушки Мао «плату за крышу». За все четыре года жизни в Малой Азии ни Агафья, ни Нина ни разу с ними не пересеклись; но, увы - сегодня им повезло куда меньше.       Мать с дочкой посторонились, чтобы пропустить их. Когда якудза приблизились, к Агафье словно вернулся тот кошмар из прошлого. В том, кто нёс кейс, она узнала того самого, который похитил её пять лет назад. И который посмеялся над ней, когда увидел её в «Континенте» после тех издевательств. И вот опять перед ней злорадная и самодовольная физиономия этого подонка. Тот тоже узнал Агафью:       - О, какая встреча! Вот уж не думал, что тебя здесь увижу, соловушка!       Заметив, что жертва не одна, якудза с интересом посмотрел на ребёнка. Агафья закрыла дочь собой и прорычала, как пантера:       - Пошли вон, бандиты!       Но тому это было, как слону дробина. Испуганная малышка, прячась за мамой, украдкой поглядывала на них. «Почему этот жуткий дядька на меня так смотрит?» - подумала Нина. Этому вперившемуся в неё мерзкому типу девочка кого-то очень напоминала. Приглядевшись получше, бандит опять злорадно ухмыльнулся:       - Вот это да! Плод той ночи! Не ожидал. Интересно, а её папаша о ней знает?       - Убирайтесь отсюда и не смейте пугать моего ребёнка!!! - снова прорычала Агафья.       - А то что сделаешь? - усмехнулся якудза. - Не боишься, что тебя не найдут, а твоя дочь окажется в приюте?       - Хватит!!! - с криками вышел Вей. - Я уже вам заплатил, крохоборы!!! А теперь убирайтесь отсюда!!!       Нина дрожала и тихо плакала. Какие страшные люди! И почему один из них так на неё смотрел и упомянул её отца?       Бандиты рассмеялись и ушли. Агафья смотрела им вслед, не переставая трястись от гнева и ужаса.       - Мама, кто эти люди? Что им нужно? - дёргала её за руку девочка.       Мама ничего не ответила. Только взяла дочку на руки и быстро ушла в свою комнату. Сколько бы Нина ни повторяла один и тот же вопрос, Агафья не могла ничего ответить. Понадобилось больше пяти лет, чтобы хоть как-то смириться со случившемся и начать жить заново. Только-только стало что-то налаживаться, и тут на тебе! В её жизни опять появляется один из отщепенцев Симано, и весь этот пережитый ад как будто и не отпускал! Теперь он знает, где живёт «русский соловей».       Но это ещё не так страшно - там всё равно трущобы. Гораздо хуже, что этот тип видел Нину и сразу понял, чей это ребёнок.       С этими мыслями Агафья сползла на пол по стенке, ухватившись за сердце. Теперь Мадзима наверняка узнает, что у неё от него дочь. Остаётся только догадываться, что он решит предпринять.

***

      Бешеный Пёс Симано и Одноглазый Демон Тодзё выполнял свою «работу» также, как и раньше. С тех пор, как Мадзиму с помощью насильно вколотого наркотика заставили надругаться над Агафьей и убили девушку, в его жизни произошла только одна перемена в лучшую сторону. В Камурочо построили Башню Тысячелетия, где Горо купил себе несколько помещений. Теперь здесь была штаб-квартира «семейства». Был у него и дом в тихом спальном районе, но там Мадзима ночевал редко.       Жизнь в своём штабе вполне устраивала. Свой офис Горо устроил по своему вкусу и со всеми удобствами. С наступлением ночи Мадзима подходил к огромному от пола до потолка окну и смотрел на ночной городской пейзаж, задумчиво покуривая сигарету. Камурочо был как на ладони, и у его ног. Радуйся! Живи в своё удовольствие! Да уж, это было бы здорово! Как-то он сказал одному человеку, что будет жить безумной жизнью.       Да вот только никакие безумства за все эти пять лет не помогли Мадзиме избавиться от ночных кошмаров и заглушить муки совести. Максимум, что удавалось - то это только на какое-то время отвлечься от этой боли. Когда Горо был среди своих людей, ему удавалось заставить свою совесть замолчать. Но, как правило, ровно до тех пор, пока не оставался наедине с собой.       Глядя, как внизу ходят люди и ездят машины, Мадзима теперь был погружён в мысли о своём друге и сопернике Казума Кирью, легендарном драконе семейства Додзима, которого недавно встретил на улице. Тому дали десять лет за убийство их предыдущего босса, а сейчас он вышел.       И вот снова стало не спокойно в клане Тодзё, отчего Горо Мадзима повеселел. Казума Кирью всегда был у него в центре внимания. Сойтись с ним в поединке было для Мадзимы излюбленной забавой.       Жаль только, что в первый раз после десятилетнего перерыва их поединок плохо кончился. Чтобы заставить невозмутимого Дракона Додзимы подраться с ним, Бешенному Псу Симано пришлось похитить ту девочку, Харуку. Конечно, он бы никогда не причинил вреда ребёнку, и своим людям велел ничем ей не навредить. И вот Кирью принял вызов Горо на закрытой площадке для бейсбола. Но Мадзима проиграл этот бой. Поражение он принял, но сдаваться не собирался. Один из людей Одноглазого Демона Тодзё, решив, что Казуму надо убить, схватил танто своего босса и попытался вонзить в противника. Горо вовремя успел закрыть Кирью собой и получил удар ножом в живот.       Мадзима хихикнул, вспомнив этот момент, и тут же заболела его ещё не зажившая до конца рана. Его успели тогда спасти. Рана была хоть и глубокой, но не смертельной.       Однако едва Бешеный Пёс Симано смог оправиться, как жажда реванша взяла верх над ним. Он на грузовике вместе со своими людьми въехал в здание Шангри-Ла, где в это время были Дракон Додзима и Харука. Там их прерванный поединок продолжился и снова закончился поражением для Мадзимы. Горо снова признал поражение, но их дружбе это нисколько не помешало.       Тошно сидеть тут. Накинув свою любимую куртку, мужчина вышел немного прогуляться. И шёл по улице, ни на кого не обращая внимание, пока ему не всучили рекламку.       «У вас много вопросов о вашем будущем? Вы запутались по жизни? Или что-то вас терзает, и вы потеряли покой? Приходите к ясновидящей Наоми.        Принимает гадалка в арендованном офисе рядом с ночным клубом «Звёздная Пыль».       - Гадалка? - подумал Мадзима. Не очень-то хотелось идти в такое место, однако уединение уже начинало в очередной раз его пытать этим кошмаром, и неимоверная боль в сочетании с чувством вины собиралась опять разразиться с новой силой. - Что ж, загляну. Может, хоть это отвлечёт.

***

      Наоми была пожилой японкой с пронзительным взглядом и пышной седой шевелюрой. На шее висели бусы из искусственного жемчуга, в ушах блестели серьги, а ногти были накрашены ярким красным цветом. На столе стоял большой хрустальный шар и подставка с зажжённой благовонной палочкой. Небольшая комната была украшена различными магическими символами и амулетами.       - Добро пожаловать! - поприветствовала его гадалка. - К вашим услугам. Вижу, что вас что-то тревожит и не даёт спокойно жить.       - Верно, - ответил он, присаживаясь напротив неё.       Наоми посмотрела на него и заговорчески произнесла:       - Вас привело любопытство. Я хорошо вижу это и могу ответить на ваши вопросы.       Она посмотрела в свой хрустальный шар, а потом перевела взгляд на клиента:       - Вас гложет чувство вины уже не один год. Вы не можете нормально спать. Вам снятся кошмары.       Горо сразу потерял интерес. Эта пожилая женщина со всем своим колдовским антуражем говорит ему то, что и так бывает у очень многих людей. «Мошенница!» - подумал он и встал, намереваясь уйти.       - Вы зря вините себя в смерти той иностранки! - твёрдо произнесла гадалка.       Мадзима остановился и оглянулся. Откуда она знает об этом?       - Девушка, которую вы уже не первый год считаете мёртвой, жива и здравствует, - продолжила она.       - Что? - ещё больше поразился он.       - Я вижу, что вы очень скоро встретитесь снова. Вы мне не верите, это очевидно. Скоро вы убедитесь, что я не врала. Вы ещё придёте ко мне за советом.       Горо ничего не ответил, вышел и хлопнул дверью. Он шёл быстро, сбивая плечом идущих навстречу прохожих. Кошмар из прошлого, который он никак не может забыть, достал его даже у какой-то гадалки? Откуда она знает о его прошлом? Разве не будущее гадалки должны предсказывать? Это какое-то совпадение и не более.       Мадзима вошёл в лифт и нажал на кнопку своего этажа. Эта гадалка ничего не знает. Хотя... Откуда эта Наоми может знать, что он винит себя в смерти той девушки? И ещё знает, что она - иностранка. Говорит, что жива и здорова. Бред какой-то!       Горо стукнул кулаком по стене кабинки лифта. Нет, та русская не может быть жива. После той ночи она погибла. Симано сам сказал, что избавился от неё. Уж ему-то какая выгода лгать об этом? Скорее всего, старая Наоми что-то путает... Или просто пытается утешить его.       Вернувшись в свою штаб-квартиру, Мадзима увидел там четверых своих людей и одного из «семейства» Симано. Последний выглядел очень напуганным и избитым.       - Какого чёрта тут происходит? - сердито произнёс Горо.       - Б-босс, - жалобно воскликнул человек Симано.       Мадзима его хорошо помнил. Это был один из тех подонков, которые тогда со смехом смотрели, какой извращённой пытке подвергает Футоси его и Агафью. Горо презирал и ненавидел этого человека и меньше всего хотел его видеть.       - Что тебе? - важно сложил Мадзима руки.       Этот тип упал перед ним на колени и взмолился:       - Босс, я...Я... Провалил задание! Теперь босс Симано приговорит меня к...       - Да, он заставит тебя вскрыть себе брюхо! - злорадно произнёс Горо. - Ты этого заслуживаешь в полной мере!       - Босс, я вас умоляю, защитите меня!       - Что? Ха, и не подумаю!       - Босс, умоляю!       Мадзима жестом велел своим людям выйти, и те незамедлительно выполнили распоряжение. Горо продолжал смотреть на человека Симано, не испытывая к нему ни капли жалости.       - Думаешь, я не видел, как ты пять лет смеялся над моей болью? И после этого у тебя ещё хватает наглости ждать, что я тебя пожалею!       - Босс, уверяю вас, я не смеялся над вами. Я делал то, что мне велели.       - Вот и я сделаю то, что мне велено - сдать тебя Симано.       - Неееет!!! - закричал мужчина. - Не выдавайте! Помогите мне! И я вам раскрою страшную тайну!       Мадзиме стало интересно:       - Какую такую тайну?       Мужчина сначала замялся, а потом ответил:       - Та русская хостесс, которую вы пять лет считаете мёртвой...       - И что?       - Босс, она... Она жива!       Внутри у Горо всё похолодело. Не успел он забыть утверждение старой гадалки, что та русская жива, как этот отщепенец сказал ему то же самое. Такое уж точно никак не может быть совпадением! Мадзима схватил его за грудки, встряхнул и прорычал:       - Что ты сказал? Повтори немедленно!!!       Тот негодяй, заикаясь, ответил:       - Да, босс! Я... Я её видел! Так же, как и вас сейчас вижу! Она жива и живёт в Малой Азии!       Горо опустил взгляд. Вот так новость. Все эти пять лет он считал ту девушку погибшей по его вине. Все эти годы Футоси врал ему. Но зачем? Что он хотел этим добиться?       А может быть, он просто нашёл самое больное место своего Бешеного Пса? Тогда неудивительно. Футоси Симано давно уже возомнил себя едва не божеством, и его садистско-извращенская изобретательность не знает практически никаких пределов. Да вот только самое чудовищное, самое шокирующее проявление этой его изобретательности вылезает как раз тогда, когда ты более, чем уверен, что хуже уже просто быть не может.       Мадзима ослабил хватку и хотел уже отпустить мужчину, как тот снова испуганно вскрикнул:       - Она живёт там с дочерью... С вашей дочерью!       Горо крепче схватил его и сильнее встряхнул:       - Что???       - Босс... Это правда! Я увидел её с девочкой! Я присмотрелся из интереса и увидел, что девочка очень похожа на вас... У местных мигрантов я узнал, что эту русскую привели в трущобы беременной. У неё начались роды... Там она родила и с тех пор...!       Мадзима разжал кулаки и отпустил мужчину.       - Убирайся из моего штаба! - глухо произнёс Горо. - Я хочу побыть один.       Мужчина быстро ушёл. Мадзима остался один переваривать столь необычную новость. Та русская хостесс, которую он все эти пять лет считал мёртвой, жива. Более того - она забеременела в результате той адской расправы и родила девочку. У Горо разболелась голова. В мыслях не укладывается то, что он услышал. И тем не менее - ощутил, что с его души будто тяжёлый камень свалился. Совесть больше не терзает его, а душа кричит и ликует: «Жива! Жива!» Но это ещё не всё. Мадзима не заметил, что улыбается и выкурил аж две сигареты подряд. В голове звучит слово «дочь». Тот тип сказал, что та русская родила дочь, и девочка очень похожа на своего отца. Именно это заставило Горо улыбнуться. И не безумной улыбкой, а счастливой.       Погасил вторую сигарету, хотел закурить третью, но остановился. Стояла звенящая, умиротворяющая тишина, которую нарушало только биение его сердца. Мужчина прикоснулся к своей груди и тихо произнёс:       - Она жива! Жива!       А потом, задыхаясь от радости, прохрипел:       - И у меня есть дочь!!! Я - отец!!!