Взгляни на меня

Ещё с раннего утра Маринетт привела себя в порядок, созвонилась с Альей и убежала на встречу с той. Она отчего-то решила, что лучше всего будет увидеться с Адрианом только вечером, но не сейчас, нет. Она не боялась, а скорее стеснялась его видеть. Маринетт была уверена, что он бы пожалел о том, что могло произойти. А она, подумав, поняла, что не хотела, чтобы он жалел. Она не хотела, чтобы её первая ночь (и, наверное, его тоже) приносила кому-то отрицательные эмоции. А Алья как раз могла помочь отвлечься. Вот только Маринетт забыла, насколько подруга внимательна… Сперва всё шло гладко, они просто разговаривали, Алья делилась впечатлениями от поездки. Затем перешли на жизнь Маринетт, и девушка старательно увиливала от некоторых прямых ответов. И так продолжалось до тех пор, пока уютное и тихое кафе не огласилось криком мадемуазель Сезер: — МАРИНЕТТ ДЮПЕН-ЧЕН, ТЫ, ЧТО, ВЫШЛА ЗАМУЖ?! — Алья, тише! Люди смотрят! — Маринетт попыталась убрать руку, на которой было надето кольцо, со стола, но Алья не позволила сделать это. Маринетт в который раз прокляла свою забывчивость, из-за которой она не сняла кольцо. А ещё, наверное, следовало бы хотя бы немного разозлиться на Габриеля, настоявшего на кольцах, да ещё и на столь красивых, что девушка просто не устояла от соблазна носить его, не снимая. — Посмотри мне в глаза и ответь! — грозно сказала Алья. Маринетт знала, что подругу злить совсем нельзя, но если она прямо сейчас признается, что вышла замуж за Адриана… Алья убьёт и Маринетт, и Адриана, и даже самого Габриеля Агреста. — Да… — Когда? За кого? Почему всё держалось в таком секрете? Почему я не знала? Почему ты молчала? Почему он не с тобой?! — Мм… Пару недель назад. За одного парня, он… он сын влиятельной особы, что помогла моим родителям. Иначе бы закрыли пекарню. — Так это брак по расчёту?! Но это ведь глупо! — Не совсем по расчёту, — замялась девушка. — Этот парень… он вполне красивый, а ещё добрый. Он хороший. — Ты любишь его? — прямо спросила Алья. — Наверное… — Ну хорошо, а зовут-то его как? Маринетт отвернулась, взглянув в окно. Сказать, что Адрианом? Догадается… Солгать? Но в голову не лезло ни одно мужское имя. — Я пока не могу тебе сказать. Понимаешь, он… хм… довольно известная личность, а свадьба проходила тихо и пока это событие не афишировалось в массах. — Хотя бы опиши его внешность, — взглянула ей в глаза подруга. — Ну… светлые волосы… — А глаза? А что ей ответить? Зелёные? Вдруг догадается. Да и выгорели ведь. Серые? Это тоже не то… Маринетт помнила, что при самой первой встрече подумала, что глаза Адриана абсолютно серые. То ли она тогда была невнимательна, то ли что-то изменилось, но сейчас в глазах Адриана были заметны зелёные пятнышки. И девушка этому радовалась, сама не зная почему. — Да ты ему в глаза-то смотрела? — рассмеялась Алья. — Или вам было не до того, а? — задорно подмигнула она. Маринетт выдохнула. К счастью, подруга не стала обижаться и поняла, что Маринетт расскажет всё сама, когда придёт время.

***

Маринетт нервно ходила из стороны в сторону, отчего-то боясь заходить в комнату Адриана. Она была уверена, что вчерашний порыв был вызван лишь болезнью парня. А может, вообще известием о том, что она — ЛедиБаг. Кто же знает, что творится в его мыслях?.. Лишь он сам, лишь сам, увы. А Маринетт теперь вынуждена путаться в догадках, то уплывая в край мечтаний, то грубо ругая саму себя. Тикки, видимо, находилась в комнате, так что была в курсе ситуации. Она утешила Маринетт, уверенно убеждая ту, что стоит просто поговорить с Адрианом, причём прямо сейчас. Глубоко вздохнув, девушка постучалась и вошла в комнату. — Привет, — тихо произнесла она. — Привет, — улыбнулся парень, сидевший за компьютерным столом. — Прости. Я даже подумал, что ты сбежала, пока не вспомнил о запланированной встрече с Альей. — Адриан, нам надо поговорить! Я забыла снять обручальное кольцо, и Алья его заметила. Я увиливала, как могла, она сама перевела тему, но, я думаю, ей всё же несколько обидно, быть может, она теперь думает, что я ей не доверяю. Адриан, мы должны ей всё рассказать! Она нас, конечно, отругает, практически убьёт, но она поймёт, всё поймёт! Пожалуйста, я не хочу больше лгать!.. Адриан повернулся прямо к ней и тихо произнёс: — Я тоже. Я — Кот Нуар. Сперва Маринетт подумала, что ослышалась. Потом, что он шутит. В ушах звенело, а в голове звучало «Я — Кот Нуар. Я — Кот Нуар». Но Адриан не может оказаться Котом, не может ведь? Ей требовалось сесть. Ноги были словно ватные, практически не чувствовались, но она всё же смогла преодолеть короткий путь до кровати. — Скажи, что ты шутишь. — Я не шучу, я — Кот Нуар. Я могу повторить это ещё сотню раз, если ты не веришь. Могу показать кольцо или квами. Ты-то уж точно знаешь, кто такие квами, да, Миледи? — Ты! — вскочила она на ноги, чувствуя, как злость захватывает её полностью. — Ты, Котяра, пропал после битвы с Бражником, пропал из моей жизни, да ещё и сразу в двух обличьях! Да ты знаешь, сколько я ревела из-за вас двоих? Знаешь, сколько искала тебя? Знаешь, как мне было плохо?! Да ты! Ты! Да я тебя за хвост подвешу над Эйфелевой башней! И не смей смеяться, наглый Кошак! — Ты такая забавная, когда сердишься, — Адриан встал, на ощупь двигаясь к девушке, и обнял её. — Отпусти! — возмущённо воскликнула она. — Ты говоришь отпустить, но даже не пытаешься вырваться из моих объятий. Ты говоришь, что ревела, а я прошу прощения. Я поступил глупо и эгоистично, и я надеюсь, что ты простишь меня когда-нибудь, — выдохнул он прямо в шею Маринетт. — Давно простила, глупый ты Кот! — буркнула она, поудобнее располагаясь в его объятиях. — Ну и отлично, — он аккуратно коснулся её подбородка и поцеловал. Не порывисто и страстно, а нежно и осторожно. И Маринетт поняла, что больше не сможет на него ругаться. Возможно, вообще никогда. Хотя нет, этого Котяру ещё надо будет проучить! Маринетт первая прервала поцелуй и грозно спросила: — Ты не собираешься мне всё рассказать? Адриан вздохнул и указал ей куда-то в сторону кровати. — Присаживайся, это будет долгая история, — сам парень сел на стул. — Итак, после финальной битвы с Бражником я собирался тебе признаться. Попросить раскрыться, дать мне шанс. Именно поэтому в тот день я не пошёл с вами гулять. Мне нужно было время, чтобы настроить себя. Но и дома находиться не смог. Поэтому пошёл караулить Бражника. Я мысленно отрепетировал сотню диалогов, массу вариантов твоей реакции, от радостных объятий до грубого отказа. А во время атак Бражника он попал в меня. И в глазах медленно стало темнеть. Я думал, что это пройдёт после использования Супер-шанса, но я ошибался. Всё ещё было темно. Тогда я стал надеяться, что это пройдёт хотя бы завтра, послезавтра. При помощи Плагга, квами… кстати, Плагг, ты где? Плагг! - Адриан повертел головой, будто оглядываясь. Видимо, эта привычка до сих пор оставалась... Затем парень, пожав плечами, вернул голову в прежнее положение - Дрыхнет где-то, наверное. Так вот, с его помощью я добрался до дома. Отцу о своей слепоте я сказал только утром, когда проснулся. Жутко испугался. Когда на несколько минут появились размытые тени, уже обрадовался. Но они пропали. Отцу я сказал, что всё произошло как-то непонятно. Он не знает, что я был Нуаром. Знаешь только ты. Он водил меня по врачам Парижа, всей Франции, возил в другие страны, но никто не мог помочь. Они не могут вернуть мне зрение, если его нет вообще, лишь одна чернота. А эти вспышки размытых теней… думаю, это всё из-за Бражника. Это в злодейском духе — подразнить человека тем, чего у него нет и не будет. Я уже смирился с этим. Плагг хоть и вредный, но хороший помощник. Только благодаря ему я и научился так хорошо ориентироваться в доме. Он помогал даже не за сыр, а просто так. Он обожает камамбер, так что, надеюсь, тебя не смутит его запах. Ах, ну да, забыл закончить свою историю. Я решил просто исчезнуть из жизни друзей и из жизни ЛедиБаг. В тот день, когда мы договорились, меня не было в Париже, но я и не собирался показываться тебе на глаза. Та девушка, о которой я говорил, что я люблю её, — это ты. Ты, как ЛедиБаг, влюбила меня в себя уже давно. Ты, как Маринетт, влюбила меня в себя окончательно и бесповоротно в этот месяц. Твой голос безумно напоминал мне голос ЛедиБаг, и я практически молился, чтобы ты оказалась моей Леди. Я был, как безумец, старался расслышать любое твоё слово. Голоса, интонации — всё напоминало мне героиню. И лишь только ты произнесла моё имя и слово «Котёнок», я понял, что я не ошибся. Ты не представляешь, как я был счастлив! Маринетт молча выслушала всю его историю. Сказать было нечего, но и сдаваться она не собиралась. — Тикки! Тикки, где ты? Красная квами вылетела откуда-то со стороны окна, а за ней следовало нечто чёрное. — Меня зовут Плагг, и если ты покормишь меня сыром, то ты станешь моей любимой хозяйкой, — нагло и бесцеремонно уселся ей на плечо квами. Маринетт, смеясь, погладила его по голове. — Я готова кормить тебя сыром хоть каждый день, если только вы с Тикки поможете мне. Кстати, почему никто из вас не рассказал мне всё, а? — Прежде, чем ты начнёшь ругаться, я хочу тебе всё объяснить, — сразу же заговорила Тикки. — Я не знала причину пропажи Кота Нуара, а если бы знала, то обязательно бы сообщила тебе его личность, не взирая на тайну личности и запрет для квами. А когда я узнала правду об Адриане, говорить тебе было уже несколько поздно, поэтому я решила, что вы узнаете сами. Когда Адриан раскрыл тебя, я устроила ему воспитательную беседу о том, что и ему нужно признаться. Именно это сейчас он и сделал. — Ладно-ладно, я поняла, ругать я никого не буду. Но хотя бы скажите мне, его слепоту можно как-то исправить? — Вообще-то, — самым первым заговорил Плагг, — есть один способ. — Плагг, нет! — ахнула Тикки. — Что за способ? — не давая разгореться спору квами, спросила Маринетт. — Ты же помнишь, что соединение камней чудес божьей коровки и кота даёт возможность исполнить желание? Хочешь владеть миром? Пожалуйста! Вот только за желание нужно платить полнейшей противоположностью. И ты будешь владеть лишь обломками. И если ты сейчас захочешь вернуть Адриану зрение, то ты потеряешь своё. Ну или ты можешь выбрать другого человека, чьё зрение пропадёт. Но я знаю, что ты так не поступишь, ты способна лишь на самопожертвование. — То есть, я могу лишиться зрения, но его обретёт Адриан? — уточнила девушка. — Не вздумай! — воскликнул он. — Я уже привык, а вот ты не выживешь! Тебе же просто жизненно необходимо рисовать эскизы! — Но я не могу просто так оставить тебя… — грустно проговорила Маринетт. — Постой, у меня идея! Тикки, а если я попрошу вернуть ему зрение только наполовину? — На один глаз? — удивлённо захлопала глазами квами. — Да нет же, так, чтобы он мог видеть всё в очках. И тогда и я буду в очках! Но мы оба будем видеть! — А ты уверена, что сможешь шить и рисовать так же хорошо, как прежде? — неуверенно спросил Адриан. — Да! Я знала несколько людей с плохим зрением, что идеально видели мелкие детали в очках! Тикки, умоляю, давай попробуем? — Ладно, — вздохнула квами. — Придумывай желание. Чётко сформулируй его, второй попытки не будет. Учти всё, что я тебе сказала. Плагг, помогай мне, — они стали проводить какой-то им одним известный ритуал: двигались, что-то бормотали. — А теперь, Маринетт, внятно скажи своё желание и способ его исполнения. — Я хочу, чтобы моё зрение было ровно наполовину отдано Адриану Агресту, а ещё очки, подходящие нам, — смело произнесла девушка. Про очки она сообразила в последний момент. Без них ведь было бы трудновато разглядеть что-либо. Через секунду в глазах всё помутнело. — Мы закончили, — оповестила Тикки. — Твои, Маринетт, почти на кровати, рядом с тобой. А очки Адриана на столе. Адриан развернулся лицом к компьютерному столу, схватил очки и быстро надел их. — Маринетт! — воскликнул он. — Маринетт, я вижу тебя! Маринетт, ты безумно красивая! — он вскочил, точно как и Маринетт, схватив девушку в объятия. — Плагг, Плагг, дружище, ты не представляешь, как я рад видеть тебя! Тикки, ты почти точь-в точь такая, как я и представлял! — Адриан крепче прижал к себе всхлипывающую Маринетт, надеясь, что не сломает её очки. У него и у самого, честно говоря, в глазах стояли слёзы. — Я люблю тебя, Маринетт, я обожаю тебя. Э-эй, взгляни на меня! Сколько пальцев я показываю? — Четыре, — улыбнувшись и вытирая слёзы, ответила она. — Тогда я спокоен, ты всё видишь. Я люблю тебя до безумия. Маринетт Дюпен-Чен, ты выйдешь за меня ещё раз? Вот только теперь по-настоящему! — Да. Давно хотела, наконец, стать мадам Агрест. Я, вообще-то, собираюсь сменить фамилию, понятно? Адриан лишь рассмеялся. — Ну и как мы объясним это исцеление моему отцу? — поинтересовался он, внимательно глядя на девушку своими зелёными глазами. Они, вновь позеленевшие, оказались приятным бонусом к возврату зрения. — Чудо, — пожала плечами Маринетт. И ведь не солгут же.