Взгляни на меня

Однако спать спокойно всё же не удалось. Матрас казался неудобным, комната — душной, подушка — твёрдой. Маринетт сто раз меняла позу, поправляла постель, открывала и закрывала окно, но всё было безуспешно, уснуть не получалось. Часам к шести утра к девушке прилетела Тикки, сообщившая, что Адриан часто кашляет, но, в целом, у него неплохое состояние, и посоветовавшая пока не приходить к нему, ведь он спит. Вздохнув, Маринетт последовала совету квами. Уснуть уже точно не получилось бы, и девушка решила проветриться. Осторожно ступая, она двигалась к выходу на улицу. Как-то так получилось, что во дворе Агрестов она особо не была, но посмотреть было любопытно. И было на что. Цветы, кустарники окружали всё вокруг. Безусловно, это не было похоже на Габриеля или Адриана, и Маринетт была почти уверена, что этот сад основан мадам Агрест, а теперь за ним ухаживают в честь её памяти. Рассвет встречать именно так было здорово. Маринетт обнаружила небольшую беседку, вошла и осталась там, сидя на небольшом кресле, вдыхая аромат цветов и наблюдая за тем, как небо окрашивается в разные оттенки красного, а затем и голубого. Царила полная тишина, прерывающаяся лишь шелестом листвы. Сперва девушка списала это на дуновение ветра, а потом сообразила, что на улице полнейший штиль. Однако шелест повторялся, и Маринетт, сдавшись под напором собственного любопытства, отправилась искать источник звука. И нашла довольно быстро, нарушив тишину громким ойканьем.

***

Девушка торопливо двигалась по коридорам особняка, прижимая руки к груди. Осторожно приоткрыв дверь в комнату Адриана и убедившись, что он уже не спит, она вошла, громко воскликнув: — Адриан, это Нуар! Нуар, это Адриан! Парень, побледнев, повернул голову на звук её голоса. «Бедный, даже цвет лица от болезни изменился», — подумала Маринетт. — Что? — переспросил парень. — Котёнок! Я нашла котёнка во дворе. Как думаешь, твой отец разрешит его оставить? У меня никогда не было домашних животных. Ну, понимаешь, пекарня и всё такое. А у вас не было запрета на котов? — девушка эмоционально и быстро болтала. — Кажется, не было… — задумчиво произнеёс Адриан, усмехнувшись каким-то собственным мыслям. — Он, что, чёрный? — вдруг спросил он. — Нет, он рыжий. — Тогда почему Нуар? — Потому что зеленоглазый! Взгляд точь-в-точь, как у Кота Нуара. Такой же наглый! Адриан рассмеялся, а затем задал самый неожиданный вопрос: — Маринетт, ты — ЛедиБаг? Девушка едва не уронила Нуара. Котёнку такое развитие событий пришлось не по душе, и он изо всех сил вцепился когтями в плечо девушки. Ахнув, она отпустила его на пол. — С чего ты взял?! — Голоса похожи. Ужасно похожи. И ты произносишь слова «Нуар» и «Котёнок» с почти такой же интонацией. — А ты-то откуда знаешь?! — Я… я очень часто смотрел ЛедиБлог. Маринетт потерянно присела на край кровати. — И что теперь? Ты разочарован, верно? — Нет, — произнёс Адриан, привстав. — Я узнал тебя настоящую, и знаю, что ты действительно героиня! Спасибо тебе, Маринетт, за спасение Парижа. — Глупенький… — всхлипнув, произнесла девушка. — Это всё Кот Нуар, он помогал мне всегда, а потом, после битвы с Бражником, он пропал, — она не знала, почему именно сейчас не смогла сдержать слёз. Адриан придвинулся ближе и обнял её. — Я думаю, вы ещё когда-нибудь увидитесь. — Хотелось бы, — пробормотала она, уткнувшись в плечо Адриана.

***

Маринетт не была уверена, что такое раскрытие — это хорошо. Она не могла точно сказать, что рада ему. В конце концов, она надеялась, что первым её тайну узнает сам Нуар. Но она понимала, что ей давно было необходимо с кем-то поговорить обо всём. Адриан внимательно слушал девушку, иногда расспрашивая о чём-то. Словно почувствовав, что она загрустила, он, присвистнув, сказал: — Подумать только, я женился на ЛедиБаг! Девушка ударила его кулаком в плечо. — Ты женился на Маринетт Дюпен-Чен, обычной девушке. А ЛедиБаг давно ушла в историю Парижа. — Но она остаётся в сердцах парижан! — возразил ей Адриан. — Возможно… Нуар исследовал всю комнату Адриана, пытался залезть в шкаф, но потом убежал оттуда, отчего-то с испуганным видом. Маринетт взяла его на кровать, и они с Адрианом гладили малыша, так и уснувшего. — Скажи отцу, что котёнка прошу оставить ещё и я. Если ты права, и он заботится обо мне, он точно позволит. Договорились? — Да, хорошо. Перед ужином девушка сообщила Габриелю и о Нуаре, и о том, что ужинать они вновь будут в комнате Адриана. Месье Агрест, к удивлению Маринетт, даже не протестовал, попросил лишь следить за питомцем, чтобы тот не испортил работу Габриеля. Маринетт пообещала, что они с Адрианом будут внимательны. Унося посуду назад, на кухню, девушка сразу же зашла к себе в комнату и переоделась в пижаму. — Я собираюсь ночевать у тебя, я в курсе, что ты кашлял всю ночь! — Но это же не столь серьёзно! — Это неважно, Адриан! Вот, знаешь, когда болела я, моя мама всегда оставалась со мной в одной комнате, даже несмотря на то, что может заразиться сама. Мы разговаривали, она лечила меня и всегда была рядом. Её поддержка была, безусловно, необходимой частью для моего выздоровления, и я этому рада. Так что я не хочу бросать тебя. — Ладно, я понял, — сдался Адриан. Маринетт внимательно оглядела комнату в поисках чего-то, чем можно заняться до ночи. — Ты не сыграешь мне на пианино? — Я не уверен, что это хорошая идея… Я давно не играл. — Хотя бы попытайся! Прошу! — Хорошо, — вновь не устоял Адриан. При помощи Маринетт он сел за пианино. Глубоко вдохнул и стал играть что-то. Сперва несколько неуверенно, а затем всё лучше и лучше, куда более виртуозно и захватывающе. Маринетт редко слышала музыкальные инструменты вживую и сейчас была просто околдована игрой Адриана. Она не знала точно, сколько он играл, она не заметила, что в комнату заглядывали Натали и Габриель, она просто наслаждалась. — Я устал, — спустя какое-то время сообщил Адриан. — Понимаю, — вздохнула девушка. — Но это было великолепно! — Спасибо, — смущённо улыбнулся он. Потом по его просьбе она читала вслух одну из книг. Спать ещё не очень хотелось, но книга, оказавшаяся короткой, быстро закончилась, а начинать новую было не охота. Маринетт, выключив свет, легла рядом с Адрианом, обняв того. Они молчали, но потом парень внезапно заговорил: — Ты красивая. — Ты даже не видишь меня, — рассмеялась Маринетт, чувствуя некую неловкость. — Мне не нужно видеть, чтобы знать. Я это чувствую, — он привстал, нависнув над девушкой. — Адриан, что ты..? — договорить она не успела, парень поцеловал её. Так крепко, так нежно, что она забыла обо всём на свете. Она обняла его. Это были какие-то новые, не известные ранее ощущения. Дышать было трудно, но она и не старалась контролировать дыхание. Адриан крепко прижимал её к себе, не разрывая поцелуя, а затем осторожно приподнял её майку и стал водить руками по животу и спине. Маринетт выгнулась, обхватив его шею. Парень осторожно прикоснулся губами к её шее, не выпуская девушку из объятий. Она застонала, крепче обняв его. Однако стоило только ему стянуть её футболку и коснуться руками её груди, девушка опомнилась. — Стой! — она прервала поцелуй и, на всякий случай, вскочила на ноги. — Не надо… — Прости, — Адриан, кажется, покраснев, присел на кровати, стараясь создавать иллюзию, что смотрит на Маринетт. — Я сам не знаю, что творил… — Нет, я не в обиде, но, знаешь, я… я лучше переночую у себя всё-таки, извини. Торопясь, девушка покинула комнату, а Адриан даже не успел ничего сказать. Придя к себе, она упала на кровать и закрыла лицо руками. Она не знала, чего хочет, не знала, почему не позволила всему зайти дальше, хотя и хотела. Она абсолютно запуталась и теперь… теперь всё стало так трудно, так сложно. Уткнувшись лицом в подушку, она отчего-то проплакала полночи, а затем уснула. Утешать её было некому: квами уже спала, а Нуар оставался в комнате Адриана. Возвращаться туда не хотелось.