В сиянии звезд

Пробуждение Юре далось нелегко. Голова превратилась в воздушный шарик, тело было обмякшим, словно из ваты. Вдобавок ко всему ужасно мутило. Все это было слишком похоже на то, когда русал отравился той гадостью, которую люди обычно выбрасывают в реку. С тихим стоном Юра потянулся рукой к голове и с ужасом осознал, что не может этого сделать. Он резко открыл глаза. — Это что за херня?! — завопил русал, глядя на связанные между собой руки. Проследил взглядом, куда тянется веревка и удивленно закряхтел. В паре метров от него сидел парень в неброской темной одежде, к правой руке которого был привязан конец сковавшей русала веревки. Парень, видимо задремавший, проснулся от Юриного возгласа и холодно посмотрел узкими темными глазами на пленника. Склонил голову, словно бы раздумывая, и спокойно ответил. — Это веревка. Русал даже опешил от тона собеседника, не сразу соображая, что говорить дальше. — А какого хера я этой веревкой к тебе привязан? — чуть спокойнее, но также громко спросил Юра. Желудок на эту активность продолжил бунтовать, рискуя вывалить все свое содержимое наружу. — Потому что я привязал. Ты мой пленник. Юра издал истеричный смешок, сквозь плотно сжатые зубы. Желудок продолжал творить беспредел. Радовало то, что этот похититель все же догадался засунуть русала в воду. Юра стрельнул глазами по сторонам — этого озера он не знал. Хотя, судя по его размерам, это скорее лужа. Вот бы только как-нибудь перерезать веревку, чтобы этот не заметил. А он же еще и смотрит так пристально, скотина. Если бы не слабость, русал вполне мог утянуть этого человека за собой под воду и там спокойно утопить, а потом найти Виктора. Он конечно его не похвалит за убийство, но зато обнимет и скажет, что очень переживал. А хотя, зная Козерога, он уже скоро сам будет здесь и насадит этого самоубийцу на рога. Значит оставалось потянуть время. Русал открыл рот, чтобы поведать человеку его незавидную участь, как его тут же вырвало. Чья-то рука тут же убрала волосы Юры, чтобы те не запачкались. — Мда… Сколько же тебе лет? — тихо пробурчали над ухом Юры. Русал сообразил мгновенно. Вскинул все еще связанные руки и со всей силы ударил острыми когтями по лицу человека. Тот отпрянул, не издав ни малейшего звука. Юра вытер слюну со рта. Стало легче — и в физическом, и в моральном смысле. Царапины на чужом лице, которые, как надеялся Юра, оставят после себя шрамы, грели ему душу. Парень свободной рукой коснулся лица, безразлично посмотрел на кровь. А затем все так же спокойно подошел к воде, подальше от Юры, и принялся промывать раны. Русал уже задумал коварный план, как сделать из своей жертвы утопленника, но тот, словно прочитав его мысли, произнес. — Если убьешь меня, то назад вернуться не сможешь, — он фыркнул и утер лицо рукавом. Белая ткань рубахи сразу же покрылась розоватыми разводами. — Водоем магический. — Так ты маг, что ль? — Юра фыркнул и в отместку плеснул хвостом на парня водой. Тот недовольно хмыкнул и пригладил темные, выбритые у висков волосы. — Нет. — Зодиа-ак? — насмешливо протянул русал, неотрывно следя за своим похитителем. Парень вновь сел напротив него и посмотрел на Юру усталым взглядом. Достал из-за пазухи короткий кинжал, задумчиво покручивая оружие в руке и периодически утирая капли крови с лица. — Допустим. Юра едва сдержался от ехидного замечания, что этот скрытный засранец сейчас на снегу себе все что можно и нельзя отморозит. Останавливало острый язычок блестящее в лучах солнца оружие, которое вполне могло этот язычок и отрезать. Разговорить этого человека было необходимо еще и по одной простой причине — Рыбы могут управлять волей практически всех живых созданий, им достаточно лишь узнать как можно больше о нужном объекте. Юра, конечно, в силу своего юного возраста, таких штук проделывать не умел, но сделать видимость ему никто не мешает. И, видимо, парень пока ничего не понял, раз так старательно увиливал от расспросов. Значит надо лишь хорошо сыграть свою роль, а дальше сработает уже самовнушение. — А меня-то ты зачем похитил? Морепродуктов захотелось? — русал прищурил свои зеленые глаза и подпер голову связанными руками. — Обознался, не за тобой шел. — Так убил бы меня, а потом вернулся за тем, кого искал! — Я не убийца, — парень неожиданно зевнул. И хоть моментально прикрыл рот ладонью, но зоркие глазки Юры все же смогли заметить острые и удлиненные клыки. Паззл сложился, осталось нанести финальный удар. — А вот у меня другая информация, — русал чуть склонил голову, насмехаясь. — Ты у нас в лесу один такой скорпионистый, Золотко*. Такого испуга в чужих глазах Юра еще не видел, что его немало позабавило. Парень напротив казалось забыл как дышать, застыв на месте и не сводя пораженного взгляда с приосанившегося и крайне довольного собой русала. Юра бы саркастично похлопал в ладоши, но вот его руки были все еще связаны. — Так что, ты меня развязываешь и отпускаешь, да? — для наглядности русал потряс скованными конечностями. Отабек моргнул, а затем расслабленно выдохнул. И даже улыбнулся уголком губ. — Ты че лыбишься? — нахмурился Юра, раздраженно прижимая ушки к голове. — Развязывай говорю и верни меня откуда взял! Вместо ответа Алтын дернул веревку к себе, так что Юра вывалился из воды на землю, и наклонился вплотную к лицу русала. — Нет, — он выдохнул ответ прямо Юре в лицо, да еще и улыбнулся так самодовольно, оголяя длинные острые клыки и проводя языком по ним. Юру бросило в жар, потом в холод, а в итоге он весь покраснел, не в силах отвести взгляд от тонких губ. Он собрался с мыслями и с трудом произнес, стараясь не заикаться так сильно. — Н-надеюсь, ты прикусишь язык и сдохнешь от собственного яда! Парень напротив на это заявление только фыркнул и отстранился. — Да в тебе яда больше, чем во всей моей братии, Рыбка, — он встал, наклонился к Юре и, перехватив того через талию, закинул себе на плечо. — Могу я узнать твое имя? — Еще чего! — русал фыркнул и мотнул хвостом, чуть не ударяя Отабека по лицу. Попытка успехом не увенчалась, так что Юра тяжко вздохнул и принялся рассматривать спину своего похитителя и все, что находится пониже. Пока ему этот вид даже нравился. — Лучше скажи, куда ты меня тащить собрался. — Хочу обменять тебя на более выгодного персонажа. И, если не будешь доставлять мне проблем, все пройдет хорошо. Юра презрительно фыркнул. Уж он-то не сомневался в том, что Виктор проткнет рогами этого неудачника раньше, чем они ступят на поляну. *** Отабек был в растерянности. Нет, тут скорее подходило что-то сродни панике. Огромной, жуткой, невообразимо страшной панике. Потому что он просто не верил, что мог так глупо ошибиться. Сначала все было относительно хорошо. Наследный принц шел по следу Стрельца, полагаясь в основном на свое обоняние, которое у Скорпионов было прекрасно развито, что нельзя сказать о зрении. А потом как-то он оказался в темной чаще. С веток свисала плотная и липкая паутина, воздух был тяжелым и спертым. Пахло гнилью. Буквально спустя час блужданий нюх у Отабека был отбит окончательно. Сгущались сумерки, и он мог стать легкой добычей. Принц вытащил парные кинжалы, сжимая их в руках. Он в какой-то степени пожалел, что отказался зачаровывать оружие. Ему бы сейчас пригодилась способность такого оружия светиться при приближении врагов. Отабек едва успел увернуться от чьей-то тяжелой лапы и сделал наугад взмах кинжалом. Раздался болезненный писк и нападавший отстранился. Принц прищурился, силясь разглядеть противника в ускользающем сумеречном свете. И увиденное ему не понравилось. Это был паук, который поспешно удалялся. Судя по сравнительно небольшому размеру — чуть меньше самого Отабека — это разведчик. Принц еле слышно выругался, слыша с каким шумом приближается основная армия. Выхода было только два — сражаться или бежать в неизведанную тьму. Поудобнее перехватив кинжалы, Отабек оскалился. У него бывали противники и пострашнее. Но даже несмотря на свое мастерство и опыт, битва далась принцу нелегко. Он был готов свалиться от усталости прямо на паучьи трупы, но все же заставил себя отползти подальше, рухнув в ближайшие кусты. Похлопал ладонью по карманам куртки, облегченно вытаскивая фляжку со спасительной жидкостью. Он залпом выпил почти весь специальный отвар, который был способен восстанавливать силы у Зодиаков. Поболтал фляжку, сочувственно вздыхая — осталось не очень много. Но чтобы выбраться из этой чащи должно хватить. Отабек бродил до самого рассвета и не смог сдержать облегченного вздоха, когда вышел к чистой речке. Вдоволь напившись и очистив одежду и волосы от налипшей паутины, он с ужасом осознал, что его нюх все еще не восстановился. Это враз усложняло поиски. Принц достал из ножен и покрутил в руках кинжал, вглядываясь в инкрустированный в центр рукоятки голубой камень. У него был запасной вариант, но он потребует немало сил. Скорпионы все же не те знаки, которые могли свободно и без существенных потерь заниматься магией. Но выбора, в общем-то и не было. Отабек с силой потер пальцем камень, тот слабо засветился. Когда он только начал собирать подобных себе, родители отнеслись к этому очень настороженно. Король и королева были людьми, хоть они и гордились тем, что их сын — Зодиак. А идею создать специальный отряд из порой непредсказуемых существ они не одобрили, заставив Отабека зачаровать одежду своих бойцов, так чтобы он мог отслеживать их перемещения в любое время и в любом месте. Следить за всем этим мог только обладатель Завет-камня — минерала, который издревле хранился в королевской семье. Отабек вставил пару таких камней в рукоятки кинжалов, с которыми он не расставался. Его подчиненные Зодиаки ничего не знали, и до определенного момента надобности в этом камне не было. Жуткое зрелище до сих пор стояло перед его глазами, казалось бы, навсегда поселившись в голове. Королевской чете надо было отбыть на несколько дней, Отабек и часть его специального отряда должны были обеспечить безопасность во время поездки. Остальные же должны были остаться в замке вместе с советником, который временно исполнял обязанности правителя. Отабек долго сомневался, но все же выбрал главным второго отряда Кацуки. Молчаливый и немного замкнутый в себе Стрелец был необычайно ответственным парнем и, что немаловажно, никогда ни с кем не конфликтовал. В отличие от того же Леруа. Его Отабек на дух не переносил, как невероятно капризного и самовлюбленного Рака. Но Жан-Жак был хорошим стратегом, так что приходилось терпеть. Юный принц почуял неладно еще тогда, когда они, возвращаясь, только въехали во внутренний двор замка. Он холодно приказал Сынгылю охранять его родителей и, собрав с собой остальной отряд, рванул к дворцу. Липкий страх уже начал окутывать Отабека, когда он не увидел ни одного стражника по пути в тронный зал. Он остановился прямо перед запертыми массивными дверьми, уже тут ощущая смрадный запах. Кровь. Он не был готов к увиденному. Ноги едва ли не утопали в том обилие крови, которым был покрыт весь пол. Здесь же лежали изуродованные тела стражников. Отабек шумно втянул воздух, ощущая, как расширяются зрачки и инстинктивно удлиняются клыки. Он не успел даже вскинуть руку с кинжалом, как в сантиметре от его лица просвистела стрела и тут же один из его бойцов упал замертво. Алтын повернул голову, встречаясь с полубезумным взглядом темно-красных глаз. Юри Кацуки, с ног до головы покрытый кровью, восседал на одном из тронов. Прямо под его ногами лежало бессознательное тело Леруа, а чуть ниже, у самых ступеней — огромная гора человеческих сердец. На коленях у Стрельца лежал лук и несмотря на расслабленную позу, Кацуки был готов вновь выстрелить. Стрелец презрительно улыбнулся Отабеку, чуть склоняя голову и произнося не своим, жутким голосом: — Добро пожаловать, мой Принц. Отабек не двигался, напряженно вглядываясь в противника и выжидая момент, чтобы напасть. Юри рассмеялся и в одно мгновение натянул лук, наставляя сияющую стрелу на тело Леруа. Он ясно дал тогда понять, что если Отабек не даст ему уйти, то жертв может стать еще больше. Скорпион не сомневался ни секунды. Он ненавидел Леруа. И отбросил кинжалы на пол, приказывая стоящим за ним бойцам сделать то же самое. Кацуки скривил губы в подобие улыбки и скользнул в тень, исчезая. Отабек моргнул, возвращаясь в настоящее. Кинжал в его руке подрагивал, указывая местонахождение преступника. Да, именно преступника, потому как Отабек намеревался лишь схватить Кацуки и привести обратно в королевство, где тот будет судим. И, видят Боги, Стрелец будет умолять о смерти, когда услышит свой приговор. Принц шел по следу до самой темноты, с раздражением осознавая, что обоняние к нему до сих пор не вернулось. На зрение полагаться не приходилось — зимой темнело рано, а в темноте Отабек не видел дальше вытянутой руки. Единственным источником света для него был камень, но и тот вскоре потух, говоря этим одно — Отабек на месте. Он сделал еще несколько шагов и заметил лук, а потом и куртку Кацуки, на которую и был зачарован его камень. Конечно, зачаровывать одежду это не самый лучший ход, но на тот момент это был единственный выход, ведь Зодиаки не должны были заподозрить неладное. Отабек еще раз попробовал принюхаться, но все было тщетно. Он наклонился над спящим, отодвигая воротник куртки и впиваясь клыками в шею. Скорпион хорошо знал, какую дозу яда необходимо было впрыснуть в кровь взрослого мужчины, навроде Кацуки, чтобы тот оставался без сознания достаточное количество времени. Он отстранился, мягко лизнув ранку, чтобы остановить кровь. А затем бесцеремонно схватил обмякшее тело за ворот куртки и потащил за собой. Лук Отабек предусмотрительно отпихнул ногой в сторону. Постепенно действие отвара прекращалось и на Скорпиона навалилась усталость. Он прошел еще какое-то расстояние и, поняв, что ушел достаточно далеко, свалился без сил на землю. Перед тем как провалиться в сон, он наощупь связал руки жертвы, привязав один из концов веревки к своей руке для надежности. Проснулся с первыми лучами солнца и замер, ощущая слабый рыбный запах. Отабек распахнул глаза и повернул голову к своему пленнику, пораженно выдыхая. Он украл не того! Перед ним лежал без сознания юный русал в куртке Кацуки. Отабек сдержал рвущиеся наружу ругательства, начиная рассуждать и вспоминать. Самым простым было бросить здесь русала и вернуться на то самое место. Скорпион не сомневался, что Юри должен был быть где-то там, потому что свой лук Стрелец так просто бы никому не отдал. Он бросил взгляд на бессознательное тело и понял, что он никуда не пойдет. Совесть вопила, чтобы он позаботился об этом беспомощном котенке, грозясь сожрать своего хозяина заживо, если тот попробует уйти. Отабек провел рукой по светлым волосам, коснулся мягких ушек. Он любил кошек. И рыбок. В общем, он признал, что попался и теперь никуда не уйдет, пока не удостоверится, что с этим русалом все в порядке. Он наскоро создал небольшой водоем, куда опустил рыбью половину пленника, отмечая, что хвост не высох от долгого отсутствия влаги. Это могло значить только одно — перед ним Зодиак. И Отабек убедился в этом, когда тот очнулся. *** Юра намеревался молчать всю дорогу, но это было тяжело. Он хотел возмутиться, почему этот узкоглазый засранец лапает его за хвост, но понял, что ему это особых неудобств не доставляет. Есть вот тоже не хотелось. Поэтому Юра принялся вспоминать имя своего похитителя. Он узнал его только благодаря описанию Юри, но вот имя не запомнил. Фамилию и то запомнил только благодаря Виктору и его тяге к золоту. Этот Козерог знал самые различные названия проклятого металла и спешил делиться знаниями со своим подопечным. Если Юра правильно помнил, то алтыном золото называли степные кочевники с южной части Континента. Виктор хоть и был надоедливым, но умел рассказывать интересно, так, словно сам там был. Юра тяжело вздохнул. Он не привык так надолго разлучаться с Виктором, да и что греха таить — ему было страшно без своего рогатого папашки. Отабек остановился и Юра недовольно зашипел. — Ну чего стоишь? Или ты хочешь обменивать сушеную рыбу, а? — Тут никого нет, — Алтын неожиданно перехватил русала, так что тот оказался у принца на руках. — Это же то место, где ты был с Кацуки? Юра огляделся, с ужасом осознавая, что Отабек прав. Он слабо кивнул, ожидая, что вот сейчас из-за кустов выскочит Виктор и Юри с луком и спасут его. Но лес был предательски тих. Юра еще раз осмотрелся, уже внимательнее и стараясь унять нарастающую панику. — Боги! Он с силой оттолкнул Отабека, падая на землю и утягивая Скорпиона за собой, так как они все еще были связаны одной веревкой. — Что ты творишь? — прошипел Отабек, но Юра, не обращая на него внимания, стремился уползти куда-то в сторону. — Там! — русал указал на припорошенный свежим снегом кусок полупрозрачной малиновой ткани. Юра едва не разрыдался, когда Отабек принес ему этот кусок. Русал провел пальцем по обугленным краям, тихо всхлипывая. Ошибки быть не могло, это ткань от пиджака Виктора. Но что здесь произошло? Жив ли Виктор? Вопросы появлялись один за другим, вгоняя Юрия все дальше в пучину паники. Он не сразу осознал, что веревка, сковывающая его руки, исчезла. Русал поднял блестящие от слез глаза на Отабека и не своим голосом прошептал. — По-помоги мне. Скорпион сложил веревку в карман и вопросительно поднял бровь. Он удивился тому, как неожиданно поблекли ярко-зеленые глаза русала и как изменился его голос, стал почти детским. — Чем тебе помочь? — Помоги мне найти Виктора, — голос не дрожал, в отличие от самого Юры. — Отабек… Скорпион коснулся пальцами лица русала, выражение его лица оставалось беспристрастным. — Я не вижу смысла тебе помогать, — холодно отозвался Отабек, но тут Юра схватил его за руку. — Юри Кацуки должен быть рядом с ним. Я знаю, что ты ищешь его, — голос русала, по-прежнему детский, стал меняться в тонах, перескакивая с высокого на низкий. От этого становилось не по себе. — Если пойдешь на поиски Виктора, то с легкостью найдешь и своего Стрельца. Поэтому я прошу помочь мне. Отабек не мог ничего сказать. Он оцепенел от интонации, голоса и взгляда существа напротив него. Пусть он знал этого русала не настолько долго, но сейчас был уверен, что с ним говорит не тот нахальный котенок, которого он по ошибке украл. Русал напротив моргнул, глаза его вновь приобрели былую яркость. Он покраснел, обнаруживая, что ладонь Отабека все еще лежит на его щеке, и отбросил ее, зашипев. Это вывело принца из транса. Он кивнул растерянному Юре. — Хорошо, я помогу тебе, — и подхватил на руки все еще ничего не понимающего русала. — В-в смысле поможешь? — Юра уперся руками в грудь Скорпиона. — Ты только что просил меня помочь найти Виктора, — Отабек кивнул на кусок ткани, который русал до сих пор сжимал в руке. Юра невидящим взглядом посмотрел на ткань. В голове было подозрительно пусто. Точнее, он помнил, как заметил что-то малиновое в снегу, как упал и попытался ползти. Кажется, потом Отабек принес ему кусок ткани, а дальше… Все словно в тумане. Юра затих, прижавшись всем телом к Отабеку и положив голову ему на грудь. Он ощущал себя неожиданно опустошенным и напуганным. Он не понимал, что только что с ним произошло, почему это случилось. Русал шумно втянул воздух — не хватало еще сейчас разреветься. Он запретил себе плакать, как бы плохо не было. И сейчас с удивлением обнаружил подсыхающие дорожки от слез на своих щеках. Ну уж нет, сейчас нельзя отчаиваться! Они найдут Виктора, во что бы то ни стало. Юра поднял глаза на Отабека, который шумно принюхивался, и не удержался от шпильки. — Что, рыбку любишь, золотко? — Люблю, — спокойно ответил тот. — Но сейчас я пытаюсь понять, куда мог деться Виктор и Юри. Мой нюх еще не восстановился до конца. При упоминании Кацуки Юра вздрогнул. Точно же, если они найдут Виктора, то Стрельцу будет грозить смертельная опасность. Русал еще раз вгляделся в черты Алтына. Он не видел в нем убийцу, но видел жажду справедливости. Желание Отабека защитить и оберегать своих родных. Юра удивленно осознал, что вспомнил его имя. — А сколько тебе лет? — неожиданно спросил Юра, когда они все же сдвинулись с места. — Девятнадцать. — Врешь, ты старше выглядишь! Отабек хмыкнул. — А тебе сколько лет? — Мне… — Юра задумался. — По человеческим меркам пятнадцать. А по русалочьим сложно считать, поэтому я не знаю, — он помолчал, а потом выпалил. — Меня Юра, кстати, зовут! — Очень приятно, — принц легко улыбнулся. — А мое имя, я так понимаю, ты знаешь. — Буду звать тебя Золотко! — фыркнул русал, дергая ушками. — Чтобы я тебя по имени звал, это надо заслужить. Даже если Отабек и хотел ему возразить, он не успел. Полностью поглощенный разговором с юным русалом и лишенный своего прежнего обоняния, он не заметил скрытой под снегом ловушки. Едва только их прижала к земле тяжелая сеть, они оба потеряли сознание