Рождённая Править

Сегодня было четырнадцатое апреля и минул ровно месяц с начала правления, который для Деметры назвать успешным нельзя: покушение от близкого человека, сотни жалоб, недовольные граждане и правительство. После недели, проведённой в палате больницы, вклиниться обратно в работу было очень тяжело, но постоянные пинки со стороны Евы были лучшим методом борьбы с ленью. Первым делом после возвращения ею лично были проведены изменения в её окружении. Первым делом был проверен на верность каждый солдат Алой Гвардии, полностью уволена и набрана заново прислуга дворца. За неделю отсутствия Деметры, Ева вместе с СБСИ провела чистку среди политиков и знатных людей. По всей стране арестованы были около сотни богатых и знатных людей, и треть из них проживала в столице. Большинство операций проходили тайно, по официальным данным к предателям было причислено всего три имени, и этих троих казнили на следующий же день после ареста. Имена остальных были просто-напросто вычеркнуты из истории Министерством Информации, словно этих людей никогда и не существовало.

ПРЕЙСТЛЕН, ДВОРЕЦ ПРАВИТЕЛЬСТВА. ДЕНЬ.

Паранойя. Именно она преследовала Деметру с того момента, как она вернулась во Дворец. Каждый мог быть предателем. Каждый! Оставалось надеяться только на саму себя, никому нельзя верить, никому нельзя доверять. Тэрис тоже с этим жил? С постоянным страхом быть обманутым? Со страхом получить нож в спину от близкого? Это ужасное чувство. Деметра шла в тронный зал, в сопровождении четырёх Стражей. Когда она вернулась сюда, она разделила Имперских Стражей, взяв себе в личные телохранители четырёх солдат, которые ныне звались Преторианцами и следовали всюду за её Величеством. Одетые в жуткую чёрную броню, они были символом новой Империи, которую строила вокруг себя Деметра, сама того не замечая. Она думала, что продолжает дело отца, но делает всё совсем иначе. Страна менялась. Канцлер Маврик Эйзенгард вместе с Евой Хэвсон стояли перед троном, что-то обсуждая. Судя по их улыбкам, они были рады встрече, и беседа была достаточно приятной. Хорошее настроение Канцлера было на руку Деметре, теперь было важно не испортить его. Её приход не остался незамеченным, и как только двери зала вновь закрылись, парочка замолкла. Деметра молча прошла к трону и села. Преторианцы встали по двое с каждой стороны от императрицы. Солдаты Алой Гвардии тоже были здесь, но теперь они стояли по периметру зала и подходить ближе права не имели. — Я рад с вами встретится, Ваше Имперское Величество, — поклонился Маврик. — Надеюсь, мой визит не доставит вам неудобств. — Ни в коем случае, господин Канцлер, — Маврик и Ева сели в кресла, напротив Деметры. — Чем мы обязаны визиту одного из глав Центрального Банка? Центральный Банк Сумеречной Империи или ЦБСИ — это фактически государство в государстве, со своей иерархией. Он имел настолько большое влияние, что не практически не входил в финансовую систему страны и мог не подчиниться Министерству Финансов. ЦБ занимал особое место рядом с правительством страны, они спонсировали десятки правительственных проектов и всегда добивались выгоды для себя. ЦБ возглавляет Директор, которого выбирают Канцлеры. Последние управляют городскими отделениями банка. Канцлер Эйзенберг был главой столичного отделения и посвятил всю жизнь банковскому делу. Об этом человеке ходили разные слухи: одни утверждали, что он вор и убийца, другие говорили об обратном. Но проверять его никто не собирался – он, как и все остальные члены высшего руководства банка, находился под защитой Короны. — У меня было много причин явится сюда, — Маврик встал. Он, как и все служащие банка был одет в нейтрально-серые одежды с плащом и нашивкой на плече с гербом ЦБ, — и я мог явится раньше, если бы не это ужасное покушение на Вашу жизнь. — Не будем вспоминать об этом, — сказала Деметра, откинувшись на спинку. — Я понимаю, это… больно вспоминать. Но это – огромный опыт, впредь вы будете осторожнее, в выборе своего окружения, — канцлер ухмыльнулся. — Никто не… — Императрица ничего не желает слышать об этом, канцлер Эйзенберг, — вмешалась Ева, оборвав того на полуслове. — Вас приняли на аудиенцию с Её Высочеством не для светских бесед, а для обсуждения экономических проблем. — Ваша правда. — Я полагаю, Центральный Банк недоволен моими действиями? — В точку, Ваше Величество! В точку! — он улыбнулся и подошёл ближе к Деметре. — Вы не просто решили, что можете проводить такие крупные дела самостоятельно, но вы даже и не уведомили нас! Руководство Банка узнаёт обо всём только лишь на следующий день. — Вы сами обособили себя от экономической системы страны. — Это произошло ещё задолго до рождения вашего отца. Но он не смел нарушать этот договор, благодаря чему между нами всегда были хорошие отношения. — Никто не говорил, что я буду во всём, как мой отец, — в голосе Деметры появлялось раздражение. — Это было выгодно для обеих сторон, мы все получали деньги. А что сейчас? — он сделал задумчивый вид. — Сейчас казна стремительно пустеет. Зарплата падает, начинается голод. — Вы прибыли сюда с каким-то предложением, которое мы должны принять на ваших условиях, верно? — Ваша проницательность поражает меня, — засмеялся Маврик. — Естественно, Банк теперь не будет помогать вам просто так. — И что же вы хотите? — Деметре откровенно надоел весь этот разговор. Маврик не понравился ей с первого взгляда. Эти резкие черты лица, хитрые глаза, нос. Этот человек поистине был прирождённым банкиром. — Банк восполнит вам потраченные средства, даст денег на проведение новых реформ. Но, — он ненадолго замолчал, обдумывая следующее предложение, — вы будите делать то, что мы скажем вам, проводить угодные нам реформы, ставить на посты наших людей, измените некоторые аспекты внешней политики. В обмен на безопасность и экономическую стабильность. В зале повисла тишина. У Деметры прямо здесь отбирали власть жадные банкиры. Скорее всего львиная доля аристократов поддержала их в этом вопросе. Злость закипала где-то внутри неё, стараясь вырваться наружу. Но отец учил её контролировать свои эмоции, нужно быть спокойной и невозмутимой. Она может и должна делать то, что пожелает. — У меня к вам встречное предложение, канцлер, — Деметра улыбнулась и встала с трона. Преторианцы расступились, пропуская её вперёд, когда она пошла навстречу к Маврику. — Как насчёт того, что Центральный Банк полностью вольётся в экономическую систему империи и в любом случае будет снабжать нас деньгами, в обмен на то… что я не буду всех вас убивать? Без лишних слов и жестов преторианцы двинулись вперёд, держа оружие наготове. Канцлер попятился назад, но отступать было некуда – Стража перекрыла вход. Маврик наступил на собственный плащ и с глухим звуком упал. Его тут же окружили, глаза наполнились отчаянием и страхом – осознанием конца. — Видеть ваше испуганное лицо – просто восхитительно, — позлорадствовала Деметра. — Интересно, ваше начальство предвидело такое? — Это преступление! У вас нет права! — сквозь зубы процедил Маврик, пока Стражники поднимали его. — Отведите господина канцлера в камеру, он нам ещё пригодится, — дождавшись, когда Маврика выведут из зала, Деметра обратилась к Еве. — Нужно действовать быстро, как только они поймут, что здесь произошло. — Я немедленно свяжусь с Министром Крайном и передам ему ваши указания. — Я хочу, чтобы было минимум жертв, кровопролитие нам ни к чему. К тому же, это вызовет волнение в народе. — Связаться также и с Министерством Информации? — Да, пусть объявят руководство Банка в содействии разыскиваемым лицам, коррупции и измене. После завершения операции всех руководителей казнить публично. Это воодушевит народ. — Да, Ваше величество. Что-то ещё? — Нет, приступайте к работе. Деметра встала и направилась к выходу из зала. Она услышала, как преторианцы двинулись вслед за ней и спиной чувствовала тяжёлый взгляд Евы. Она ли сейчас всё это говорила? Деметра не понимала, с каких пор в ней появилась такая жестокость и куда это теперь приведёт. Но она поступила правильно, ради своей страны, ради блага общества. Или своего? Императрица старалась всё больше и больше работы брать на себя, избавляя Еву от её обязанностей. Самым большим её желанием было поработать на свежем воздухе, в каком-нибудь саду, но Дворец находился в центре города, и это было невозможно. Целый день в душном кабинете изнурял. Иногда появлялось чувство, будто она сидит в своеобразной тюрьме с хорошим питанием и обслугой. От такой мысли даже становилось смешно. Это уже была вторая неделя с распорядком дня: завтрак, работа, встреча, обед, работа, ужин, сон. Хотелось и чего-то новенького. Деметра вспомнила о предложении Катерины съездить в Клазерем, один из южных городов империи, с проверкой работы министерств и осмотра отремонтированной Крепости. Последний раз, когда она видела эту громадину, ей было пять лет, и воспоминания, конечно, уже почти стёрлись. Но ехать одной особо не хотелось, к тому же, работы после поездки меньше не станет. И вот очередной день закончен. Иногда ей становилось грустно от мысли, что у людей в конце недели есть два выходных, потому что ей они пока только снятся. Отложив перо в сторону, она сняла с плеч шаль, повесив её на спинку кресла. Спина болела от почти пяти часов в сидячем положении, пальцы онемели, глаза резало от чтения десятка разных почерков. Одиннадцать часов, пора было ложится спать, но Деметра совсем этого не хотелось. Не хотелось полчаса ворочаться в кровати, пытаясь уснуть. Способ расслабиться нашёлся сразу. Ну, точнее со второй попытки. Сначала захотелось выпить бутылочку вина, вместе с Евой и Адель, но она передумала. Так можно и спиться. Второе решение было куда проще и куда лучше. Свежий, прохладный ветер развевал волосы Деметры. Он пытался унести её с собой, подальше от проблем, подальше от всего этого. Она и сама хотела унестись вместе с ним куда-нибудь далеко-далеко. Перестав наслаждаться свежим воздухом, Деметра открыла глаза. С балкона на девятом этаже Дворца открывался необычайный вид на город. Слева возвышались башни шести Министерств, справа центр СБСИ. Ей стало интересно, каким город станет в будущем? Деметра печально вздохнула, слегка улыбаясь и осознавая, что голова снова забита ненужными мыслями.

ДВА ДНЯ СПУСТЯ.

Лифт остановился. Её встретил пустой коридор, значит всё уже ждут её в Зале Совета. Пусть ждут, торопиться она всё равно не собиралась. Наверное, не будь там Софии, Деметра вообще бы отказалась идти на Совет, который сама же и созвала. Этой ночью она долго не могла уснуть и проспала всего четыре часа, поэтому страх заснуть в кресле во время Совета был очень велик. Двое Стражников открыли двери и преклонили колено перед императрицей. Когда Деметра зашла внутрь, двери за ней закрылись, а все министры встали, приветствуя её. В воздухе витало уныние. Еле натянув на лицо улыбку, Деметра поприветствовала их и села в кресло, министры последовали её примеру. Достаточно было одного взгляда на их лица, чтобы понять, что им, как и Деметре, не охота быть здесь. — Каковы последние новости? Джозеф? — прервала тишину Деметра. — Кхм, я думаю, вы уже знаете, что простой народ не просто поверил в наши обвинения руководству Банка, но и был очень доволен тем, что мы их вычислили, — он улыбнулся. — Что же знать? — Большинство испугалось. В первую очередь за свои сбережения, а потом уже из-за наших действий. — Из плохих новостей то, что СБСИ никак не может напасть на след наших особо опасных преступников, — в разговор вмешалась София. — Насколько большую опасность они всё ещё могут представлять? — Я думаю, достаточную. Учитывая то, что сейчас происходит. — У вас есть какие-нибудь мысли, Елизавета? Вы всё время молчите, — Деметра посмотрела на маленькую девушку с тёмными волосами в очках. Министр Науки, Елизавета Сэйм, была своеобразной мышкой на таких собраниях. Всегда молчала, тихо голосовала за те или иные предложения. Типичный представитель учёных, который лучше бы сидел в лаборатории, чем во главе целого Министерства. Однако Деметра вспомнила, какие пошлые слухи, ходили о ней во Дворце совсем недавно. Эти воспоминания заставили её улыбнуться. — Я... я думаю нам стоит доверить это дело не только СБСИ, но ещё и полиции. Агентов мало, но полицейских много больше, — почти прошептала она. — Это дельное предложение. Мы можем объявить их в розыск, как государственных изменников, — согласился с идеей Джозеф. — И будем выглядеть в глазах людей посмешищем! Целых две правительственные организации объявляют охоту на чрезвычайно опасных нищих! — старикашка Уилхафф даже стукнул кулаком по столу. — Эти люди могут представлять опасность для нашего государства, авторитет здесь не имеет значения. К тому же мы только что провели достаточно крупную операцию. Люди на нашей стороне, — подала голос Катерина. Деметра кинула на неё завистливый взгляд, она сама мечтала о таком голосе, способном заставить людей верить в свои слова. — Я бы так не считала, Катерина, — София посмотрела на Деметру. — Ваше Величество, мы получаем доклады о формировании нескольких группировок людей, которые недовольны нынешней ситуацией. — Чего они хотят? — Повышения зарплат и стабилизации цен. За последние несколько неделе цены на основные продукты возросли почти в два раза, люди раскупают всё почти сразу, и большую часть времени магазины пустуют. — Что?! И почему я ничего не знаю об этом? Министр Кляйн? — Деметра посмотрела на него пылающим взглядом. — Мы... Ваше Величество, планировали разобраться сами... с этим. — Вы в любом случае должны были проинформировать меня! — почти крикнула Деметра. — Простите, я… — только и успел промямлить Эдвард. — Избавьте меня от ваших извинений. Вы теряете моё доверие, министр. Надеюсь, вам не нужно знать, что будет, если вы потеряете его полностью. — Если вы закончили, я продолжу? — дождавшись одобрительного взгляда, Сфоия вновь заговорила. — Насколько нам известно, сейчас люди не имеют одного лидера, который смог бы их объединить, но у них есть общая цель. — Сколько примерно человек состоит в различных формированиях? — Уилхафф откинулся на спинку кресла, пожирая взглядом Софию. — Менее тысячи человек. Точные цифры не скажу. По нашим подсчётам, в самой крупной сейчас около сотни человек. Затронуты, естественно, в основном средние слои населения. Рабочие и так далее. — Я, конечно, не уверен насчёт этого, но думаю стоит сказать, что ходит слух, якобы полиция иногда запугивает людей. Сеет террор, — Джозеф посмотрел на Императрицу, желая увидеть её реакцию. — Проверьте эти слухи. Если это так – заставьте виновных страдать. — У нас уже очень давно не проводили частые публичные казни, мы снова возвращаемся к этому? — в голосе Катерины слышалась горечь. Деметре и самой этого не хотелось бы. — Этого требуют времена. Сейчас всем тяжело, а это поможет людям. — Поможет людям начать бояться правительства, — жестоко сказала София. — Люди и должны бояться правительства. Страх равно повиновение, — Уилхафф решил ответит за Деметру, видя, как тяжело это для неё. — Тогда чем мы лучше тех, кого называем «варварами с Севера»? — София так просто не хотела отступать. Деметра мысленно молила, чтобы доводы Министра Порядка оказались лучше её собственных. Террору было не место в её политике, но всё шло именно к этому. — Тем что мы казним только тех, кто становится врагом нашего народа, — неожиданно даже для себя, сказала Деметра, поставив точку в этом споре. — Мы всегда будем лучше всех остальных. В зале повисла тишина. Похоже, спорить с Императрицей никто не собирался. Деметра вздохнула, осмотрев присутствующих. Доверять никому из них нет смысла, каждый может в любой момент предать её «ради блага народа». Из любимицы людей в источник их бед за месяц. Казалось бы, ничего весёлого, но Деметра улыбнулась от этой мысли. — Продолжайте поиски этих людей и разберитесь с экономическими проблемами с помощью средств Банка. Порядок должен быть восстановлен, — она прервала тишину. — Логичным будет ввод ограничений на продажу товаров, тогда их будет хватать всем, а не тем кто стоит первым в очереди. — Люди боятся, что товар рано или поздно кончаться. Это заставляет их наращивать запасы, не думая о других, — заметил Джозеф. — Думаю самое время начинать оповещать людей о том, что еды и остального хватит на достаточно количество времени, дабы избежать серьёзных волнений. — Значит так и сделаем. София, я думаю, стоит так же усилить охрану улиц, особенно как раз магазинов, во избежание различных потасовок. — Это похоже на ввод чрезвычайного положения по всей стране, — София недовольно посмотрела на Деметру. — Это может сделать только хуже. — Всё же, может мы слишком сильно волнуемся и люди не начнут поднимать восстания? — Елизавета слегка улыбнулась, пытаясь всех подбодрить, но её даже никто не услышал, из-за чего она вновь уставилась на бумаги перед собой, а улыбка быстро пропала. Двери открылись, и в сопровождении двух офицеров полиции зашла Адель. Видок у неё был угрюмый, что сразу насторожило Деметру. Министры обернулись, чтобы посмотреть кто посмел прервать совещание, но, пока молчала Императрица, никто и не смел хоть что-то сказать. Адель и офицеры преклонили колено. — Ваше Величество, у нас дурные вести, — голос Адель так же не обрадовал Деметру. — Встаньте и расскажите, что произошло, — Деметра уже поняла, что Совет закончен на этом моменте, поэтому она встала с кресла и подошла ближе к Адель. — Огромное количество митингующих сейчас собралось на Министерской Площади, — они встали. — Люди возмущены действиями правительства. Часть из них настроена очень радикально, но, в основном, все они хотят, чтобы их услышали. — Полиция уже что-нибудь делает? — София встала рядом с Деметрой. — Да, они пытаются восстановить порядок, но люди всё прибывают, — заявил один из офицеров. — Наших сил явно не хватает. — Всем Министрам приказываю остаться во Дворце. Адель, готовься к вводу чрезвычайного положения в городе и приготовь всё для обороны Дворца. — Я созову сюда лучшие части полиции. Никто не пройдёт внутрь. — Адель, прикажи Гвардейцам занять позиции у главного входа, — с беспокойством в голосе попросила Деметра. Паника нахлынула на неё волной. — Гвардейцы? Вы уверены, что они нужны? — Выполняйте то, что вам приказали, Капитан, — сказал Уилхафф, встав со стула и поправив свой пиджак, — Императрица всегда уверена в своих словах. Адель молча кивнула и ушла вместе с офицерами. Пока Деметра думала, что теперь делать со всем этим, остальные бурно обсуждали, что же теперь будет. Одна часть Деметры сейчас хотела запереться у себя в комнате и переждать, пока всё успокоится, другая же хотела взять всё в свои руки и восстановить порядок. Но её сковывал страх. — Г-господа министры! — Деметре пришлось крикнуть, чтобы её услышали. — Прошу вас соблюдать спокойствие, я уверена, что всё сейчас происходящее… — Что? — спросила Катерина, после нескольких секунд тишины. — Просто соблюдайте спокойствие. Всем вам будет предоставлены апартаменты, еда и одежда, в случае если митингующие окружат дворец. Как же ей сейчас хотелось провалиться сквозь землю.

ЧАС СПУСТЯ.

Деметра сидела у себя в кабинете, попивая вино и просто смотря в одну точку. В голове никогда не было так пусто. Ни одной мысли. Как бы ей хотелось, чтобы прям сейчас она могла подумать хоть о чём-нибудь, но любая мысль проносилась столь быстро, что не оставлял ни единого шанса зацепиться за неё. Она не знала, где сейчас находятся министры. Деметра решила покинуть их сразу, как попросила просто сидеть тихо и не волноваться. Конечно, волновалась здесь только она, остальные были так или иначе к этому готовы. Сейчас ей было не понятно одно: это она настолько хреновая правительница или ей выпали такие времена? Но после очередного глотка ей стало плевать на это. Да, Министерство Информации не пропустит даже слух об этом в другой город, а любого, кто посмеет говорить, немедленно убьют. Но смысл от этого, если её саму сегодня могут убить? Эта мысль пугала. Она была здесь, как в клетке из которой нельзя сбежать. Двери открылась. Кто зашёл? Неважно. Ещё один глоток. Тёплые ощущения в груди. Мысли снова проносятся со скоростью света. Вдруг кто-то выхватил бокал из рук и поставил его на стол. Деметра подняла взгляд. София. Она стояла перед ней со злым видом… но в глазах была печаль. Это она отчётливо видела. — Ты так и планируешь здесь сидеть? — как можно строже спросила министр. — Ну, пока что у меня нет других дел, — как можно безразличнее ответила Деметра. — Дорогая, — София села рядом и обняла её, — я знаю, что тебе сейчас тяжело. Но ты не должна дать всем этим событиям сломить тебя. — Я не сломлена. Я просто не знаю, что мне делать. Банк выступил против меня, в Совете Министров меня больше боятся, чем уважают, народ митингует и движется ко дворцу. Это может быть мой последний день в качестве правителя страны, — у неё на глазах навернулись слёзы. — А может и жизни в принципе. — Митинг – это не восстание. Люди просто хотят лучшей жизни для себя. Рано ещё называть их бунтовщиками, теми кто способен тебя убить, — София улыбнулась. — Послушай, в народе тебя любят и уважают. То, что происходит, не твоя вина. На твоё правление выпало уже немало испытаний. Одни хотят отнять у тебя власть, другие разрушить страну. Ты юна и неопытна. Нельзя опускать руки прямо сейчас. — Я боюсь, — Деметра прижалась сильнее к Софии и всхлипнула. Голос начал дрожать. — Мне некому довериться, вокруг одни предатели, я боюсь хоть что-нибудь кому-то говорить. — Тсс, ты можешь довериться мне. Всегда. Слышишь? Я с тобой. Спустя ещё некоторое время, когда Деметра успокоилась, они вместе спустились в атриум, где собрались остальные министры. Здесь было три десятка вооруженных стражников, дюжина Преторианцев и шестеро Гвардейцев. Вероятно, они должны были сдержать вторжение внутрь Дворца, пока правительство будет эвакуироваться через подземные ходы. Спустившись, Деметра сразу решила поговорить с Катериной. Услышанное ею на Совете сейчас очень беспокоило, и нужно было разобраться с проблемой Эдварда. Она видела в нём угрозу для себя и народа. Утаивание сведений сильно подорвало к нему и так хлипкое доверие. На площади полиция, вооружённая дубинками, пистолетами и щитами, выстроилась в два ряда перед дворцом, защищая вход, боковые дороги были перекрыты транспортом. Оставался лишь один подход через саму площадь, на которую уже стягивался народ. Конная полиция сопровождала их и наблюдала за порядком. Уже было арестовано несколько радикалов. Вся толпа гудела. Их было слышно ещё до того, как они появились на площади. У многих в руках были разные плакаты и флаги страны. Никто не выкрикивал провокационных лозунгов, оскорблений. Впереди шли несколько человек – лидеры митинга. У одного из них было народное обращение к императрице, с просьбой услышать глас народа. Двери приоткрылись. Вышли Гвардейцы и офицер. Последний прошёл чуть дальше, держа в руках рупор. Гвардейцы же закрыли двери и встали прямо перед ними. Через этих наводящих ужас солдат уже вряд ли бы кто прошёл внутрь. — Катерина. — Ваше Величество! Мы уже заждались вас, — она расплылась в улыбке. — Рада, что вы в порядке. — Я бы так не думала, — Деметра выдавила из себя улыбку. — У меня есть ещё одно поручение. Мне нужно чтобы вы следили за Эдвардом в оба глаза. Найдите на него что-нибудь, что угодно, что позволит убрать его с поста. — Вот оно как, — она вмиг приобрела серьёзный вид. — Честно признаться, я давно уже ищу что-то на него. Но он либо очень скрытный, либо очень осторожный. Хотя, мы недавно засекли неизвестный перевод небольшой суммы денег. — Я даю вам разрешение разобраться во всём этом. Народ продолжал заполнять площадь. Огромная толпа стояла в метре от барьера из полицейских, уже готовых ринуться в бой. Напряжение нарастало. Второй ряд уже приготовил пистолеты, для разгона людей, некоторые, стоявшие чуть дальше, приготовили гранаты с газом. — Вам нужно выйти к ним. Они ждут вас, — София подошла к Деметре, которая смотрела на запертые двери Дворца и вслушивалась в шум людей. Голоса отсюда было не разобрать. — Я бы этого не делала, — Адель оказалась слишком близко и всё слышала. — В Вас могут выстрелить. А вот мёртвой вы нам уже ничем не поможете. — Что вы хотите, разогнать их? — София раздражённо посмотрела на Адель. — А почему нет? У нас нигде не сказано, что люди имеют право собираться и требовать что-то от правительства. — Разгон восстания нам точно ничем не поможет. — Адель, прикажи этим людям разойтись. Прям сейчас, — судя по взгляду, Деметра была настроена очень серьёзно. — Да, Ваше Величество, — Адель кивнула и быстрым шагом двинулась в сторону входа. — Деметра, это очень их разозлит! — София схватила Императрицу за плечи. — Они просто хотят поговорить. — Если бы они хотели поговорить, они бы попросили об аудиенции. Таких собраний я не потерплю. — Не думай, что ты всемогущая. — Не надо думать обо мне, как о ребёнке! — Деметра рывком высвободилась из рук Софии. — Я приняла решение и будет так, как я хочу, не надо меня просить! Я Императрица этой страны, а ты Министр! Хочешь мне помочь, дай совет, а не упрашивай меня о чём-то! Все разинув рты смотрели на них. Деметру злило это ещё больше, а София, была слишком шокирована, чтобы что-то ещё сказать. Через мгновение все снова переключились на свои дела, стараясь выкинуть этот инцидент из головы. Деметра не выдержала, нервы могут сдать у каждого, нужно просто не злить её ещё больше. — Пусть так. Ты — Императрица, я — Министр, — София поправила свой пиджак. — Ничего больше. — Ничего больше, — прошептала Деметра. Люди не слушались. Они всё больше напирали, пытаясь прорвать заслон. Но всё это было заранее обречено на провал. Хлопки предупредительных выстрелов. Летящие в толпу гранаты. Некоторым они попали в голову, от чего люди падали. Площадь заполнялась газом. Выстрелов больше не было. Первый ряд полицейских и щитами и дубинками двинулся вперёд, заставляя толпу отступать. Слишком медленных они подгоняли своими дубинками. Крики и вопли наполняли площадь. Где-то вдали через рупор орала Адель, прося всех как можно скорее покинуть площадь. Прозвучало ещё несколько выстрелов, но на этот раз по людям. Они бежали с площади, давя тех кто упал. Десятки трупов оставались на площади. Сегодняшний день послужит началом вооружённому восстанию, которое изменит Деметру и её взгляды на жизнь. Дарует ей новых союзников и покажет новых врагов. Через несколько лет, вспоминая этот момент, она будет жалеть, что не послушала Софию, просившую её просто поговорить с людьми. Во всём этом она будет винить себя. Правление Деметры Первой Прайскор будет долгим и очень жестоким.