L'alba di domani

      Этим вечером она чувствовала себя королевой.       Никогда еще Аделина не испытывала таких ощущений. Три красивых парня исполняли все ее прихоти. Сначала они вчетвером сходили в кино, потом Ксавье потащил всю компанию в дорогой ресторан, а после они приехали в ночной клуб, где сейчас она танцевала с Арно, а Боб и Ксавье находились неподалеку, о чем-то переговариваясь, то и дело заинтересованно поглядывая на нее. Аделина снисходительно посмотрела на одну из девушек, которая внимательно наблюдала за ними. Наверняка, бедняжка завидовала ее популярности. — Пойдем, выпьем чего-нибудь, — перекрикивая музыку, произнес Арно ей на ухо. Аделина согласно кивнула, и направилась к барной стойке, с удовлетворением чувствуя, как его широкая ладонь легла на обнаженную спину.       Аделине вспомнилось, как Линда пыталась отговорить ее надевать это платье, называя его слишком провокационным. Но увидев, как плотоядно посмотрел на нее Ксавье, она поняла, что не ошиблась с выбором. Ведь именно он из всей компании ей понравился больше. Нет, она, разумеется, не влюбилась в него, но провести с ним время наедине была бы не против. — Аделина, а помнишь, ты говорила, что твои друзья музыканты, и у них даже есть гараж для репетиций? — спросил Ксавье, обжигая ее ухо горячим дыханием. — Да, — Аделина сделала глоток мартини и почувствовала, как алкоголь разливается по телу, а голова начинает слегка кружиться. — А что? — Просто Ксавье написал для тебя песню, — загоготал Боб, толкнув приятеля плечом. — И он очень хочет тебе ее сыграть. — Правда? — Аделину почему-то это рассмешило. Она поставила на стойку пустой бокал, и Арно жестом показал бармену повторить. — А на чем ты играешь? — Эмм… На гитаре, — Ксавье переглянулся с Бобом, но Аделина не заметила этого. — Какая ирония судьбы, — засмеялась она, хватая со стойки только что принесенный бокал и осушая его. — А давайте пойдем в гараж, и ты мне ее сыграешь? Там как раз есть отличная гитара. А еще есть неплохая ударная установка, — она вновь громко рассмеялась. — Барабанщиков среди вас нет? — Боб вроде бы умеет стучать в там-тамы, — похлопал его по плечу Арно. Так что, мы идем? — Да, — Аделина со стуком поставила опустевший бокал на стойку и, взяв из рук Арно свою куртку, направилась к выходу, не замечая хищных переглядок ее новых приятелей.       Гараж был заперт. — И как же мы войдем туда? — спросил Ксавье, к которому тесно прижималась Аделина. Она хихикнула: — Сейчас покажу фокус.       Она залезла в небольшой тайник внизу сбоку от двери, и достала оттуда запасной ключ. — Вуаля! — она жестом фокусника вытащила ключ, а затем, немного повозившись с замком, открыла дверь. — Ну! Я хочу послушать песню! — Аделина плюхнулась на диван, в то время как парни одобрительно оглядывали помещение. — А твои друзья неплохо устроились, — покивал головой Арно, присаживаясь рядом на диван. — Даже диван есть. Держу пари, они здесь не только музыкой занимаются.       И он положил руку на ее обнаженное колено. Аделина усмехнулась, скидывая его руку, но безуспешно. Он вернул ее на колено, но теперь сжал так сильно, что ей стало больно.       И тут она, наконец, поняла все.       Она осталась наедине с тремя парнями. Которые вовсе не считали ее королевой. Которые просто хотели ее.       И она сама привела их в место, где никто не сможет помешать им и остановить это безумие.       Она одна. Их трое. И так просто она от них не уйдет. Разум, который все еще был под воздействием алкоголя, соображал медленно. — Ну что, — Боб рывком поднял ее на ноги и содрал куртку с ее плеч, в то время как Арно держал ее за руки. — Признаться, еще ни одну девицу мы не обхаживали так долго. Но я уверен, оно того стоило. — Отпустите! — Аделина попыталась вырваться, но крепкие руки Арно не давали ей даже сдвинуться с места. Боб запустил руку под платье, и она почувствовала липкий ужас, охвативший ее. К горлу подступил комок. В голове билась одна мысль: «Никто не спасет!». — Ну что, парни, развлечемся? — произнес Арно, швыряя ее на диван и срывая платье.       Аделина попыталась увернуться и пнула его ногой. От неожиданности он не удержался на ногах и рухнул на ударную установку, отчего та опрокинулась на пол. Раздался жуткий грохот, и одновременно с этим громкий стук двери, ударившейся о стену. — Подонки! — громко произнес кто-то. — Убери от нее свои грязные руки!       Дальше все происходило слишком быстро, но Аделина ничего не видела. Она забилась в угол гаража, дрожа всем телом то ли от холода, то ли от страха. Все что она слышала, это шум падающих инструментов, крики и глухие удары. Она боялась открыть глаза, боялась этих страшных звуков, и потому закрыла уши руками, молясь, чтобы все это закончилось…       … — Аделина, — осторожный голос пробился в ее сознание, и звучал словно издалека. — Милая, открой глаза. Все закончилось.       Кто-то мягко отстранил ее руки от головы, и она поняла, что пугающие ее звуки стихли. — Открой глаза, Аделина, — вновь попросил голос. — Мы тебя не тронем. Все хорошо.       Этот голос был таким знакомым и успокаивающе прекрасным, что Аделина послушалась. И тут же наткнулась на беспокойный взгляд карих глаз. Должно быть она потеряла сознание от страха и шока, раз видит перед собой Кристофа. Ведь он оставил ее. Рядом появился взволнованный Оливье. — Как она? — шепотом спросил он. — Наверное, у нее шок, — ответил Кристоф, и Аделина почувствовала, как он осторожно поднял ее на руки. По телу пробежала волна дрожи, и парень вероятно почувствовал это, потому что зашептал: — Тише, милая, тише. Я никогда не причиню тебе вреда.       Постепенно разум возвращался к ней. Аделина поняла, что уже сидит на диване, прикрытая пледом. Оливье и Кристоф молча сидели рядом. — Как ты? — участливо спросил Оливье. — Они ничего не успели тебе сделать?       Аделина отрицательно помотала головой. Она боялась, что если попытается что-то сказать, то не сможет удержать рыдания, вырывающиеся наружу. Только сейчас она увидела беспорядок: перевернутые инструменты, опрокинутый столик, обрывки ее платья… — Эй-эй, — перед ней снова появилось лицо Кристофа, — все закончилось. Эти ублюдки больше тебя не тронут. — У тебя кровь, — сказала она, заметив его рассеченную губу, и рыдания все же вырвались из ее груди. Кристоф притянул ее к себе, и крепко обнял, позволяя ей уткнуться в его плечо и даря ощущение безопасности.