Classified. В лабиринте секретных служб

— Пошевелиться можешь? — спросил Адам. Лили кивнула и, опираясь на его подставленные руки, поднялась на ноги. Хотела посмотреть на Барретта, но Адам закрыл собой обзор. — Не смотри. Пойдем, Малик уже здесь. Тебе надо в больницу. — Не надо, — слабо запротестовала Лили. — Я крепче, чем кажусь. Она медленно шагнула вперед, прихрамывая на левую ногу. Перелома не было, но ушибы ей дома залечить придется. Хорошо, что мама снабдила ее десятками всевозможных зелий. — И упрямее, чем я думал, — ответил Адам. — Я помогу. Лили и опомниться не успела, как оказалась на его руках. Смущенно положив ладони на его плечи, она осторожно подняла взгляд, чтобы посмотреть на него. Его лицо было так близко, что Лили почти могла провести носом по его щеке. Скользнула взглядом по его губам, темной короткой бородке, рассмотрела необычную аугментацию на виске, в которой сейчас прятались его защитные линзы, и наконец заглянула в его глаза. И как только она могла назвать их безжизненными? — Третий раз не в том месте и не в то время? — спросила Фарида, открывая дверцу конвертоплана перед Адамом. — Не совсем, — ответил он, опуская Лили в кресло. Лили не понимала, о чем они, да и сейчас не хотела даже об этом задумываться. Все тело было словно один большой синяк, и ей хотелось только одного — напиться зелий, лечь в мягкую кровать и уснуть. — В больницу? — спросила Фарида. — Да. — Нет. Лили с Адамом ответили одновременно. — Нет, — повторила Лили, глядя на него. — Со мной все в порядке. — Ладно, Малик, высади нас на крыше моего дома. — Как скажешь, — она пожала плечами и закрыла дверь. — Сама я себя подлечу быстрее, чем это сделают в больнице, — сказала Лили Адаму. — На месте твоего отца я бы серьезно поговорил с Шарифом, — ответил он. — С тобой разговаривать бесполезно, это я уже понял. Если бы ты осталась там, где я тебе сказал, ты бы не пострадала. — Подумаешь, упала, — проворчала Лили. — Я хотела помочь. — Послушай, — Адам наклонился вперед, облокачиваясь на колени, — это моя работа. Я создан для того, чтобы вставать на линию огня. — Создан, — хмуро повторила Лили, посмотрев на его руки. — Да. Ты ведь успела изучить весь каталог имплантов «Шариф Индастриз», правда? — Таких моделей там нет, — кивнула Лили, по-прежнему не отрывая взгляда от его черных, сцепленных в замок пальцев. — Передовые разработки Шарифа, военные образцы. Я бывший спецназовец, Лили, и то, что ты видела сегодня, — обычный мой день. Меня наводят на цель и спускают курок. — Ты человек, Дженсен, — раздался вдруг в динамике голос Фариды, — а не машина. — В наши дни трудно сказать, — ответил он. — И подслушивать нехорошо, Малик. Адам откинулся на спинку кресла, отворачиваясь к иллюминатору, а Лили задумчиво подняла на него непонимающий взгляд. При чем здесь машина? — Генерал, — снова заговорила Фарида, — ваш танк — мощное оружие. Он ломает деревья, давит сотнями людей, но есть у него один дефект — ему нужен водитель. — Поэзия? — усмехнулся Адам. — Малик. — Как-то летом была на ранчо у дяди, — ответила она, — и сломала ногу, упав с лошади. Только книги читать и могла. «Генерал, человек очень полезен, он может летать и убивать, но у него есть один дефект — он может думать». Не переставай думать, Дженсен. Лили слабо улыбнулась. Ей уже нравилась Фарида. — Адам? — тихо позвала она, и он сразу к ней повернулся. — Прости, если доставила тебе неудобства. — Не доставила. Ты действительно кое-что умеешь, но не надо испытывать судьбу. — Теперь ты отправишься в Шанхай? — Возможно. Хотя я уверен, что это ловушка. — Прибыли, леди и джентльмены! — известила Фарида. Адам открыл дверь и повернулся к Лили. — Я дойду, все нормально, — сказала она, осторожно спускаясь на площадку. Нога все еще болела, но позволить Адаму донести до квартиры на руках — значит, признаться в своей слабости, а Лили по-прежнему не планировала сдаваться. Они с Адамом неожиданно уничтожили одного из наемников — отступать было поздно. Лили погрязла во всем этом слишком глубоко. Адам довел ее до квартиры, и, открыв дверь, Лили облегченно вздохнула. Наконец-то она примет зелье. — Позвони мне, если станет хуже, — сказал Адам. — Не станет, — она улыбнулась. — Но я разбила телефон. — А разве ты не можешь проделать с ним тот же фокус, что и с чашкой? — К сожалению, нет. Я могу восстановить разбитую посуду, порванные книги, даже разрушенную стену дома, но электронику — нет. Останься на минутку, я покажу тебе настоящие волшебные зелья. Он хмыкнул, но дверь за спиной закрыл. — Интересно, я когда-нибудь свыкнусь с этой мыслью? — Обязательно, — кивнула Лили, беря в руки небольшой пластмассовый контейнер. Его размер был изменен чарами невидимого расширения, и хоть и казалось, что в нем всего с десяток флаконов, на самом деле их было куда больше. Взгляд упал на заживляющее зелье, и Лили почувствовала, как стали гореть щеки. Что, если она виновата в том, что Адам не заметил вовремя Барретта. Она взяла в руки флакон, вату и лоскут мягкой ткани для повязок. — Я могу и тебя подлечить. Было неловко и даже стыдно, но Лили смочила ткань зельем и подошла к нему. — Можно? — она вытянула вверх руку, чтобы коснуться щеки возвышающегося над ней Адама. — Будет немного щипать, но зато через полчаса от ран не останется и следа. Обработав зельем щеку, Лили опустила руку чуть ниже и мягко прижала ткань к уголку губ Адама. Было очень непривычно вот так касаться мужчины, и она уже не первый раз надеялась, что его КАСИ отключен. Ни к чему Адаму знать, как она сейчас нервничает. — Знакомый запах, — заговорил он. — Вполне возможно. Мы же используем самые обычные травы и лишь некоторая часть зелья сделана из волшебных, — Лили убрала руку, замечая, что ссадины уже начали исчезать. — Вот, уже лучше. — Спасибо. Адам ушел, на всякий случай сообщив номер своей квартиры, а Лили заставила себя принять душ, выпила зелья и забралась в кровать. Главным, конечно, было зелье для сна без сновидений, потому что Лили знала — без зелья она сегодня не уснет. <empty-line> Ближе к полудню Лили разбудил звонок в дверь. Решив, что это Адам, она помчалась к двери, на ходу палочкой приводя в порядок волосы. Но распахнув дверь, она испуганно охнула, увидев незнакомого мужчину. Он был одет в униформу местной курьерской службы доставки и с улыбкой протянул Лили маленькую коробочку, на которой она рассмотрела эмблему «Шариф Индастриз». — Вы, наверное, ошиблись, — сказала Лили. — Мисс Лили Поттер? — Да. — Значит, все правильно. Знаете, не каждый день такая компания, как «Шариф Индастриз» заказывает курьерскую доставку. — Возможно, — ответила Лили, осторожно беря в руки посылку. Если это обман, думала Лили, и коробка сейчас взорвется в ее руках, Адам ее убьет... Закрыв дверь, Лили поставила посылку на полку и сразу же создала палочкой щит. На всякий случай. Но приподняв крышку коробки, она увидела записку и новенький телефон. Расслабившись, Лили отложила палочку и развернула записку. «В память телефона уже вбиты основные номера компании, вызов Дженсена по-прежнему на единице. И мисс Поттер, постарайтесь не разбить телефон, снова подрываться в 5 утра по «срочному» вызову от Дженсена я не хочу. Ф. Притчард». Лили улыбнулась и включила телефон, чтобы первым делом связаться с Адамом. Усевшись на диван, она откинула голову на спинку и прикрыла глаза. Странное ощущение — она как будто соскучилась по голосу Адама. Поблагодарив за телефон и подтвердив, что с ней все хорошо, она попыталась выяснить, чем сегодня он занимается, но Адам, отлично понимая, зачем она это спрашивает, ловко увильнул от ответа. Лили и сама могла отыскать его, но сначала она хотела поговорить с Шарифом. Миссис Маргулис уже прислала ей электронное письмо от имени Шарифа, где говорилось, что он очень сожалеет, что Лили подверглась такой опасности, и пообещал предоставить любую необходимую медицинскую или какую другую помощь. Лили включила телевизор и принялась готовить завтрак. — ...биотехнологии — одна из самых прибыльных и крупных индустрий мира, — вещала Элиза Кассан. — Достижения генетики, робототехники, информатики и нанотехнологии дают тем, кто может себе это позволить, возможность заменить здоровые конечности значительно превосходящими их механическими аналогами. Однако возникло разделение на аугов и обычных людей. Дэвид Шариф, основоположник этой отрасли, заявляет, что его компания вот-вот осуществит прорыв, который сделает аугментации доступными всем — и богатым, и бедным. Сейчас, когда ООН собирается голосовать за закон о строгом регулировании аугментаций, «Шариф Индастриз» довольно тяжело сохранить свое влияние и независимость. Кризис начался полгода назад, когда после нападения на штаб-квартиру компании в Детройте было убито несколько членов команды разработчиков... — Несколько! — раздраженно фыркнула Лили, заваривая чай. — ...А три дня назад несколько рабочих на фабрике «Шариф Индастриз» были взяты в заложники членами группы «Чистота превыше всего», чья кампания против биомодификаций набирает обороты. Также ходят слухи, что «Шариф Индастриз» осаждают и на корпоративном фронте. Поступают предложения о поглощении от таких конкурентов, как «Изолей» и «Тай Юн Медикал»... Лили откусила кусочек тоста, задумчиво глядя на огромный экран и пытаясь понять, почему началась такая травля «Шариф Индастриз». Казалось бы, на уничтожении разработок Меган Рид можно было бы остановиться, но кто-то, видимо, хотел уничтожить и все остальное. Монотонная речь Кассан сменилась какими-то криками, и Лили вздрогнула, отвлекаясь от размышлений. — ...репортаж для «Пикус-Коммьюникейшнс» из центра Детройта, где проходит митинг «Фронта человечества», — говорил репортер, напрягая голос, чтобы перекричать рев толпы. За его спиной была видна импровизированная трибуна, перед которой собрались сотни людей. Многие держали в руках плакаты. Лили отставила чашку в сторону и всматривалась в экран, пытаясь разобрать надписи на плакатах. «Природе не нужна помощь!» «НЕТ модификациям!» «Человечность превыше всего!» «Эволюция должна быть естественной!» — Сейчас на трибуне Уильям Таггарт, — надрывался репортер, — основатель «Фронта». Это его первое появление на публике после его скандального обращения к ООН. Камера сменилась, и Лили увидела решительно настроенного Таггарта. — Некоторые заявляют, что биотехнологии есть будущее человечества. Я же верю, что будущим человечества являются люди. Усовершенствование опасно и вызывает разногласия, отвлекающие внимание от социальных решений, которые могли бы улучшить условия проживания всех людей, а не только избранных единиц. Согласно мифам, модификация каким-то образом делает человека лучше. На самом деле она наносит психологический урон. Диссоциативные расстройства психики — обычное дело среди аугментированных, сожалеющих о потерянной конечности. Они испытывают депрессии, суицидальные позывы, психозы. С каждым его словом Лили становилось все страшнее. «Ты не машина, Дженсен» — вспомнились слова Фариды. Лили, конечно, не сказала бы, что хорошо знает Адама, но все же она не могла не заметить изменений в его поведении. Полгода назад он был другим, он улыбался ей, не был таким напряженным и хмурым. И не говорил, что он создан. Она знала, что аугментации были установлены ему ради спасения жизни, и все в компании были очень рады, что Адам вернулся в строй, но что-то Лили не замечала у него такой же радости. — Мы стоим на краю пропасти! — повысил голос Таггарт. — Но как я уже говорил в обращении к мировым лидерам, выбор у нас простой. Естественная эволюция или усовершенствование? Стоило ему замолчать, как толпа взревела, а Лили задумалась — не будь у Адама модификаций, поддержал бы он сейчас Таггарта? Пусть не вслух — все же работая на Шарифа, нельзя быть сторонником «Фронта», — но в глубине души он хотел бы прекратить эту искусственную эволюцию? Каково это — очнуться после тяжелейшей борьбы со смертью и вдруг оказаться в мире, настроенном против тебя? Она и дальше бы крутила чашку с уже остывшим чаем в руках, размышляя о том, что может твориться в голове у Адама, если бы не заметила среди толпы аугментированного человека. Он уверенно шел, с легкостью рассекая толпу. Лили видела его темные металлические руки, но даже на голове у него было что-то наподобие шлема. Таггарт молчал, люди непонимающе оборачивались, кто-то осмелился швырнуть в спину аугу плакат. Он дошел почти до середины толпы, и прозвучал взрыв. Круговая взрывная волна снесла все на своем пути, но ауг стоял в центре как ни в чем не бывало. Осколки чашки еще тихо позвякивали по полу, когда Лили впилась ногтями в щеки, с ужасом глядя на экран. — Произвел взрыв в центре толпы! — закричал репортер, и одна из камер резко на него переключилась. Он был заляпан кровью. За спиной лежали тела, кто-то еще шевелился, кто-то пытался встать, но Лили видела, что у человека оторваны ноги. — Вокруг меня хаос, резня крики! Я чувствую запах крови, горящей плоти! Нужны скорая, полиция! Террорист все еще... Железный кулак прервал репортера, пробив насквозь его голову. Лили закричала. Несколько минут она просидела, не шевелясь, до боли вцепившись в волосы, слыша крики боли и ужаса, доносящиеся из телевизора. Но потом, бросив взгляд на свой контейнер с зельями, подскочила с дивана, схватила контейнер и аппарировала на ближайшую к месту трагедии улицу. Увидеть все своими глазами оказалось куда страшнее, чем по телевизору. Отвратительный тошнотворный запах ударил в нос, ноги скользили по кровавым лужам с ошметками мяса и внутренностей. От увиденного у Лили текли слезы, но она, наложив на себя магглоотталкивающие чары, продолжала метаться среди тел в поисках выживших. Стоны заглушили сирены — прибыли десятки машин спецслужб. Находя выживших, Лили заклинанием проверяла их состояние и поила едва держащихся в сознании от шока и боли людей зельями — кровевосстанавливающим, костеростом, успокоительным, останавливала кровотечения, спешно обрабатывала раны заживляющими мазями, а особенно глубокие раны — экстрактом бадьяна. На огромных уличных мониторах снова появилась Кассан. — Район опечатан. Спасатели помогают раненым и собирают погибших, количество которых растет. Среди жертв ветеран «Пикус», репортер Джей Портер. Террорист, используя модификации, хладнокровно убил его уже после взрыва. Уильям Таггарт отделался легкими ранениями. С трудом переводя дыхание, Лили огляделась. Ближайшие здания были забрызганы кровью, перевернутые машины горели, едкого дыма становилось все больше. — Похоже, что использованное устройство является модификацией несравненной сложности, способной защитить подрывника от созданного им взрыва. Ближайшие к эпицентру взрыва умерли мгновенно, потом стена шрапнели пронзила беспомощную толпу. По словам парамедиков, это самая страшная резня, которую им приходилось видеть. Лили вытерла со щек слезы, не замечая, что руки в крови. В эти минуты она была готова полностью поддержать Таггарта. — Эксперты заявляют, — продолжал звенеть на всю улицу голос Элизы, — что уровень использования технологии превышает возможности большинства преступных группировок и террористических организаций. Выяснить, кто разработал это оружие, может быть не менее важным, чем найти того, кто совершил это ужасное преступление... Ее голос утонул в грохоте винтов спасательных вертолетов — пострадавших в спешке увозили в больницы. Опустив голову, Лили увидела за одной из машин «скорой помощи» мелькнувшее черное пальто. — Адам! — выдохнула Лили и, поскользнувшись, бросилась к нему. После увиденного и пережитого ей невыносимо сильно хотелось оказаться рядом с кем-то знакомым. На ходу сбрасывая чары, она заметила, как испуганно вздрогнули несущие носилки парамедики. — Адам! — крикнула Лили, увидев его впереди и убедившись, что ей не привиделось. Он шел к тому месту, где впервые заметили напавшего ауга. «О боже», — прочитала она по его губам, когда он обернулся. — Ты ранена?! — сразу спросил он, когда Лили затормозила возле него, едва не врезавшись ему в грудь. — Нет, — она мотнула головой, часто и глубоко дыша. — Ты вся в крови. — Это... — она опустила голову, глядя на свои руки. — Это не моя. — И на лице, — он коснулся ее подбородка твердыми холодными пальцами. Непроизвольно Лили сильно вздрогнула, вспомнив, с какой легкостью такая же железная рука пробила голову репортера, и Адам отдернул руку. Пряча в рукаве палочку, Лили применила очищающее заклинание на лице и руках. — Лучше? — Намного, — кивнул Адам. — Спрашивать «Что ты тут делаешь?» бесполезно, да? — Я была дома, когда это случилось, — Лили чуть приподняла контейнер с зельями. — Человек тридцать мне удалось спасти. Адам хотел что-то ответить, но раздраженный возглас остановил его. — Адам Дженсен?! Сукин сын! Лили возмущенно обернулась, Адам же остался совершенно спокоен. — Дреджер. — Я слышал, тебе отстрелили член. — Ты ослышался. Извини, если разочаровал. Лили закусила губу, опуская голову. Эти разговоры были явно не для ее ушей. — Теперь федерал? — Так уж устроен мир, Дженсен. Кто-то поднимается, кто-то опускается. Новые трупы в твою смену. Ты потерял много людей. Лили подняла взгляд, недовольно глядя на подошедшего Дреджера. Неприятный тип с не менее неприятной татуировкой на лысой башке. — Тебя это касается? — спросил Адам. — Да, черт возьми! Я возглавляю расследование. Твой босс ведет много секретных проектов для военных, разработка оружия и тому подобное. Но сейчас ему тяжело, приходится сражаться за свою компанию. Может, он совсем отчаялся и решил воспользоваться этими модными разработками, чтобы избавиться от некоторых своих проблем? — Дреджер тыкал в сторону Адама электронной книгой. — Ты гоняешься не за теми людьми, Дреджер. Похоже, некоторые вещи никогда не меняются. Лили услышала в тоне Адама знакомые саркастичные нотки. — Кого заботит правосудие, когда в личном деле все в порядке? — продолжил он. — Не вставай у меня на пути, Дженсен! — прорычал Дреджер. — Можешь болтать, но поверь мне, у нас есть достаточно большие пушки, чтобы разнести твою напичканную модификациями задницу! — надрывался он, но Адам уже отвернулся, сказав Лили: «Пойдем», — и двинувшись дальше. — А ты еще что за соплячка? — перекинулся Дреджер на нее. — Детям здесь не место. — Ну так уйди, — огрызнулась Лили, догоняя Адама и успевая заметить его усмешку. — Вернулась бы ты домой, — заговорил он. — И так уже насмотрелась немало. — Ты знаешь, кто это был? Зачем он это сделал? Адам поднял голову, глянув на экран. На нем застыл кадр из прямого эфира — террорист смотрит прямо в камеру, но стекло шлема играет бликами, не позволяя рассмотреть лицо. Окровавленный палец прижат к объективу камеры, рисуя круг. — Не знаю, но... — Адам огляделся и, свернув в другую сторону, подвел Лили к машине. — Садись. Лили послушно забралась на сидение, дождалась, пока Адам сядет за руль. — Но что? — нетерпеливо спросила она. — Но я точно знаю, что он из спецназа. Тот символ, что он нарисовал... У всех нас была такая татуировка. Лили вздохнула, наблюдая за мелькающими за окном машины домами. — А взрыв? Что использовал этот монстр? Это действительно одна из аугментаций, как сказала Кассан? — Что ты делала на фабрике в Милуоки? — неожиданно спросил Адам. Лили нахмурилась. Только не новая порция недоверия! — Разбирала какие-то коробки. К секретной части меня не пускали, но я сумела подсмотреть документы у Джози Торп. Там что-то было про проект «Тайфун». — Взрывная система «Тайфун», — мрачно кивнул Адам. — Противопехотное оружие. При активации имплант выпускает на триста шестьдесят градусов ударную волну со шрапнелью. Радиус поражения до восьми метров. — То есть сейчас сотни людей погибли из-за разработок Шарифа? — Тот хакер на фабрике скачивал данные именно «Тайфуна». Все скачать не успел, но кто-то все равно сумел разработать новую модель по частичным схемам. — За такие короткие сроки? — удивилась Лили. — Для этого нужны огромные ресурсы. — Кто-то серьезно нацелился на «Шариф Индастриз». — Куда мы едем? — В штаб-квартиру. — Я могу надеяться на то, что ты передумал и теперь позволишь мне участвовать в твоих миссиях? — Несомненно, твое общество приятно, Лили, но я предпочитаю работать один... Мы закрыли все дыры в системе, и сейчас штаб-квартира «Шариф Индастриз» — это самое безопасное здание. Надолго ли — не знаю. Адам остановился у подземного въезда, активировал пропуск, и огромные огнеупорные ворота разъехались в стороны. В штаб-квартире было шумно, работники перебегали друг к другу в кабинет, телефон в фойе разрывался каждую секунду. Даже миссис Маргулис что-то громко доказывала телефонному собеседнику. Из кабинета же Шарифа слышался женский голос, и войдя следом за Адамом, Лили увидела голографическое изображение Чжао Юн Чжу. Высокая худая китаянка, исполнительный директор «Тай Юн Медикал». Ее уже не раз критиковали за агрессивное ведение бизнеса, и Лили, вспомнив, что «ТЮМ» многократно хотела поглотить «Шариф Индастриз», сразу мысленно записала ее в возможные подозреваемые. — ...взрыв «Фронта человечества» прямо у вас под носом, — с сильным акцентом говорила Чжао. — Ужасно неудобно, Дэвид. Еще один скандал разрушит вашу репутацию. Мелкая сошка с большими идеями — все еще мелкая сошка. Адам замер недалеко от дверей, Лили застыла за его спиной. Шариф стоял напротив Чжао, сложив руки на груди, и с вызовом смотрел на нее. Притчард сидел за его столом, сосредоточенно глядя в монитор компьютера. — «Шариф Индастриз» тут ничто не угрожает, — твердо произнес Шариф. — Ничто? А вы не забыли, что ООН вот-вот собирается ввести ограничения на биотехнологии? Этот теракт угроза всем нам. Я собираюсь провести небольшую частную встречу в Лондоне между влиятельными партиями, желающим помочь таким пионерам биотехнологий, как вы и я, достичь согласия с «Фронтом человечества». Билл Таггарт уже согласился принять участие. — Таггарт? — в голосе Шарифа мелькнуло презрение. — Неужели вы считаете, мы можем просто сесть и договориться с ним? Он фанатик, он уже сейчас пытается использовать убийство своих сторонников и набрать политическое влияние. — Тогда тем более стоит присутствовать, правда? — Чжао повела повела плечами, словно хотела еще больше продемонстрировать и так чересчур большой, по мнению Лили, вырез на платье. — Кто знает, может, познав мое гостеприимство, вы пожелаете рассмотреть и другие мои предложения, — она повернула голову в сторону Адама. Синеватый оттенок голографии придавал ее лицу болезненный оттенок. — Можете даже привести своего питомца, — она ткнула пальцем в сторону Адама. — Только убедитесь, что он выдрессирован. — Да что она себе позволяет! — прошипела Лили, когда Чжао исчезла, и вздрогнула — Притчард громко хлопнул ладонью по столу. — Наконец-то! Я взломал шифр, кодировавший поток данных, когда были украдены чертежи «Тайфуна». Пришлось попрыгать по обманным точкам по всему миру, но в конце концов все сошлось в одной точке — отель «Плейбой» в Монреале, апартаменты 1625. — Адам? — Шариф посмотрел на него. — Я понял. Лили уже приготовилась заявить, что она отправляется в Монреаль вместе с ним, но Адам ее опередил. — Я возвращаюсь и нахожу тебя ровно на этом месте. — Но... — Ни шага в сторону. Увижу тебя в Монреале, лично отвезу домой и передам в руки отцу. — Хорошо, — ответила Лили и мысленно добавила: «Не увидишь». <empty-line> Лили высчитала, сколько времени Адам с Фаридой будут лететь до Монреаля, изучила путь, по которому с помощью нескольких аппарирований она сможет добраться до места, и не желая впустую тратить свободные часы, решила попытаться достать всю имеющуюся информацию о разработках доктора Рид. Ее открытие гарантировало аугам свободу от нейропозина, но ауги ее же и убили. Лили казалось, что как минимум зависимость от дорогих инъекций, боязнь синдрома отторжения имплантов должны были сделать каждого аугментированного человека ярым сторонником такого ученого. Лили помнила, что должна заниматься совершенно другим, должна решать проблему магов, но... но если ООН примет закон об ограничении модификаций, что будет с Адамом? Проникнув под мантией-невидимкой в архив, Лили вскрыла сейф, но единственным документом, связанным с именем Меган Рид, там был лишь какой-то отчет со странным названием «AД09-0921 Пациент Икс». Прочитав его, Лили не поверила своим глазам. Один человек. Всего один какой-то человек оказался причиной такого масштабного открытия. Быстро покопавшись в остальных бумагах, она нашла еще один интересный документ — отчет клиники «Протез» о проведенных операциях Адаму. С каждой прочитанной строчкой по спине Лили пробегали мурашки — такое количество имплантов для человека просто невыносимо! — ...система маскировки, — едва слышным шепотом бормотала Лили, уткнувшись в бумаги, — система приземления «Икар», взрывная система «Тайф...» — она вздрогнула. — «Тайфун»... Перелистнув последнюю страницу, Лили вернула документы в сейф и медленно поднялась на ноги. Адам, к которому она успела привыкнуть, который нес ее на руках в конвертоплану Фариды, который купил для нее новый телефон и требовал не вмешиваться в его дела, боясь, что она может пострадать, на самом деле был... просто машиной смерти. Лили сделала копии всех документов, закрыла сейф и аппарировала в свою квартиру. Впрочем, это ничего не меняет. Однако в Монреаль Лили не отправилась. Получив данные о всех военных проектах Шарифа, она занялась изучением имплантов Адама. Лили хотела знать о всех его способностях, с каждым следующим описанием все болезненнее ощущая уместность сказанного им «Я создан...». <empty-line> Успев немного вздремнуть, Лили вернулась в штаб-квартиру, намереваясь поговорить с Шарифом. Он до сих пор очень переживал, что она пострадала в Хайленд-Парке. Ну или делал вид, что переживает. Лили потеряла к нему доверие сразу после истории с моргом. Но сейчас не это было важным для нее. Она хотела узнать имя того тайного пациента, предполагая, что человек не мог родиться с мутагенными веществами в ДНК, которые столь идеально подошли именно для усовершенствования биотехнологий. Лили хотела узнать об этом человеке все. Но поднимаясь на лифте, она увидела подлетающий конвертоплан Фариды и, желая подшутить над Адамом, решила дождаться его возле дверей кабинета Шарифа, на том самом месте, где он приказал ей стоять. Однако появившиеся вдруг техники со странного вида инструментами заставили ее занервничать. — Мисс Поттер, — окликнул ее Шариф, — очень хорошо, что вы здесь. Я как раз собирался вам звонить. — Что-то случилось? — взволнованно спросила Лили. Не могло же что-то произойти с Адамом? — Мне понадобится ваша помощь. Вы же можете заставить человека говорить правду? — тихо спросил он. — Если это необходимо, — кивнула Лили, подумав, что Адам поймал того, за кем отправился. В кабинет вошел Притчард, неся в руках ноутбук. Вскоре появился и Адам, но вместо ожидаемого скрученного хакера следом за ним вошла какая-то женщина. Черный латексный комбинезон, высокие сапоги, короткая темно-красная куртка... Лили непонимающе следила за всеми, пытаясь найти связь между искомым крутым хакером и этой женщиной, явно не похожей на человека, днями просиживающего за компьютером. Адам выглядел уставшим. Лили пыталась поймать его взгляд, но он не смотрел в ее сторону. — Спасибо за починку, мистер Шариф, — заговорила женщина, когда техники взялись за ее руку, и Лили сразу поняла, что та не американка. — Это за счет заведения или мне ждать астрономический счет? — Это зависит от того, насколько вы готовы с нами сотрудничать, «леди» Сазерленд, — холодно ответил Шариф. — Шесть месяцев назад на мою компанию напал отряд модифицированных людей, много моих ученых погибло, Адам оказался при смерти. Чтобы спасти его, пришлось установить импланты. А на днях атака на один из моих заводов была использована как прикрытие для кражи чертежей разрабатываемого нами оружия. Персональной взрывной системы, которая была использована вчера на митинге «Фронта человечества». Адам стоял у окна, задумчиво глядя на город, а Сазерленд — Лили обратила внимание на ее искусственные серебристого цвета руки — с равнодушным видом налила себе вина в бокал. Тот самый, в который несколько минут назад Лили капнула пару капель сыворотки правды. — Я отследил поток украденных данных, — вмешался Притчард, — сквозь сеть шифров и ложных точек, в результате чего след вывел на вас. — Не хочу принизить ваше умение искать, мистер... — Притчард, — процедил он, сузив глаза. — Мистер Притчард, но вас подставили. Подозреваю, что люди, которых я преследую, наняли хакера мирового класса, известного как Мельник, чтобы замести следы. Наверное, они заплатили Мельнику, чтобы ваш поиск вывел на меня, надеясь, что я убью мистера Дженсена, или что он убьет меня. К счастью, нас обоих не так просто убить. Она сделала еще один глоток вина и бросила взгляд на Адама. Лили тихо охнула, ощутив вдруг внутри сильную вспышку незнакомого чувства. Раздражение, страх, злость, даже боль — все смешалось в одной короткой вспышке. Лили впилась взглядом в Сазерленд. Эта обтянутая дрянью змея пыталась убить Адама?! Поэтому Шариф смотрит на нее с такой яростью? — Кто именно вы преследуете? — спросил Шариф. — Группу аугментированных наемников, проводящих секретные операции по всему миру. Недавно они украли у частного военного поставщика достаточно оружия, чтобы снарядить небольшую армию. — «Острая грань», — кивнул Притчард. — Сначала я считала, что они решили создать прибыльную преступную организацию, но после всей этой фигни с толпой солдат, напавших сегодня на нас, я думаю, что тут замешан еще один игрок. Шариф посмотрел на притихшего Адама. — Лидер этих солдат — ты знаешь его, Адам? — Квинси Дюрант, — ответил он, не поворачиваясь. Лили видела в окне отражение его хмурого лица. — Командир моего старого отряда спецназа. И друг. Бывший, — он обернулся, держа руки в карманах пальто. — Он был сильно ранен на задании, установил немало имплантов. Это изменило его, психически вывернуло наизнанку. Когда он вернулся в строй, я уже был командиром отряда. Думаю, он счел это предательством. Его поставили во главе нового отряда, но он окончательно съехал с катушек, развратил весь отряд. За два года они убили половину гангстеров Детройта и уже практически правили преступным миром. После мятежей в Мексикантауне произошла перестрелка между моим отрядом и его. Это дело замяли, чтобы отдел сохранил свое лицо, и я ушел из спецназа. До этой ночи я думал, что убил его. — Похоже, что нет, — заговорила Сазерленд и, закинув ногу на ногу, принялась ею игриво покачивать. — Или он вернулся с того света, чтобы отомстить. Как ты сказал — застрелил в голову? Напомни мне не полагаться на твою меткость. — Прекрати, — Лили вскочила из кресла раньше, чему успела себя остановить. Адам и так был заметно подавлен, а эта стерва только все усугубляла. Сазерленд взглянула на нее сначала удивленно, но потом отставила бокал, нарочито громко стукнув металлическими пальцами по столешнице. — А ты у нас кто? Кофе подносишь? — Я та, кто может запросто вывернуть наизнанку твою гнилую душонку, — прошипела Лили, опираясь ладонями на стол. — Лили, — окликнул ее Адам. Сазерленд перевела взгляд на него, потом снова посмотрела на Лили и довольно осклабилась. — Кажется, я начинаю понимать... А так даже интереснее. — Достаточно, — Шариф поднялся на ноги. — Отправляйся домой, Адам, тебе надо отдохнуть. Мисс Сазерленд, я распоряжусь, чтобы вам предоставили номер в отеле. — Стоит ли так заморачиваться? — усмехнулась она. — Может, мистер Дженсен продемонстрирует мне свое гостеприимство и предоставит ночлег? Не он ли принимал участие в уничтожении моего номера в монреальском отеле? Лили физически ощущала ее взгляд на себе, но упорно не поворачивалась в ее сторону. Неприятная болезненная вспышка повторилась, оставив после себя жжение груди. Сунув телефон в карман, Лили накинула ремешок сумки на плечо и вдруг встретилась взглядом с Притчардом. Он скривился и покачал головой. Лили слабо улыбнулась ему в ответ и посмотрела на Адама. Он и Сазерленд уже покидали кабинет. — Только таких «леди» нам тут и не хватало, — проворчал Притчард, захлопывая свой ноутбук. — Спасибо за помощь, мисс Поттер, — заговорил Шариф, когда Притчард ушел. — Теперь я хотя бы знаю, что эта Сазерленд не врет. — Кто она? — спросила Лили. — Охотница за испортившимися аугами, как она себя называет. — И она действительно могла убить Адама? — Нет, — со смешком ответил Шариф. — Явно завышает свои способности. — Красный код! — вдруг завопил стоящий на столе селектор голосом Притчарда. — Убиты трое наших ученых, доктор Маркович похищена! Лили быстро спустилась к Притчарду, Адам был уже у него. Сазерленд стояла рядом. — Сообщники Дюрана украли машину «скорой помощи», пока он похищал Маркович, — говорил Притчард. — Машину бросили в Ист-Сайде, но они отключили камеры наблюдения, когда меняли машины. Изучаю съемки с дорожных камер в этих окрестностях, но пока ничего нет. — Как Дюран узнал, где искать ученых? — спросил Адам. — Не из моей системы, Дженсен. Я все перепроверил, взлома не было. Но есть еще один возможный источник. Пока ты был небоеспособен после первого нападения, национальная безопасность приказала полиции Детройта начать расследование. Они сразу же взяли на себя ответственность за защиту выживших ученых. У них есть информация о принятых нами долговременных мерах защиты, включая убежища. Я взломал сеть национальной безопасности и обнаружил, что наша, по идее, конфиденциальная информация была скачана с одного из терминалов в их детройтском отделении неделю назад. До нападений Дюрана... Я сверил агентский пароль доступа к информации с их базой личных данных об агентах... — Дреджер. Лили вздрогнула от неожиданного рыка Адама. — Тот лысый идиот? — спросила она. — Да, — отозвался он, посмотрев на Лили. — Притчард, дай мне его адрес. — Пятая авеню, девятнадцать, шестьдесят третья квартира, — тут же отчеканил тот. — Пойдем скорее, — Сазерленд дернула Адама за рукав. — Пообщаемся с твоим другом. — Уже не работаешь один, — тихо произнесла Лили, когда Адам проходил мимо нее. — Зачем тебе все это? — спросил он, остановившись. — Незачем, конечно. Я же не крутая охотница за аугментированными головами. Лили и хотела бы замолчать, но не могла. Впервые она не могла сдержать свои эмоции. Непривычная, беспочвенная обида толкала ее вперед. — Хочешь с девятнадцати лет окунуться в лужи крови? Лили вскинула голову, чтобы посмотреть на него. — Я тоже была в той лаборатории, Адам, и могла погибнуть, как многие другие. — Ты бы спаслась. Ты умеешь перемещаться. — Только если у меня в руках палочка, без нее я аппарировать не могу. И выбить у меня из рук ее очень легко. Поэтому неизвестно, что со мной было бы, если бы не звонок Шарифа. И если мне надо будет искупаться крови уродов, которые убили столько людей — что полгода назад, что вчера, — то я запросто шагну в эту... лужу. — Надеюсь, тебе не придется этого делать, — сказал Адам и вышел из кабинета.