Classified. В лабиринте секретных служб

Утром Лили проснулась снова одна. Но уже смелее вышла в гостиную, на ходу завязывая волосы в высокий хвост. Вот только Адама дома не оказалось. Лили оглянулась на ванную — дверь была открыта, демонстрируя, что там никого нет. — Адам? — на всякий случай позвала Лили. Она подошла к столику у дивана в поисках хоть каких-то намеков, куда мог уйти Адам, но на столе были только пепельница, кружка, ноутбук и книга Лили. Решив позвонить ему, Лили развернулась, чтобы вернуться в спальню за телефоном, как компьютер на кухонном столе-острове мелодично пискнул. Лили уже знала этот звук — кто-то прислал сообщение. Быстро подойдя к компьютеру, она замерла в нерешительности. Медленно протянула руку к тачпаду, не зная, среагирует ли компьютер на ее прикосновения. В углу экрана мягко мигал небольшой конвертик, и Лили, положив палец на теплую, чуть шершавую поверхность тачпада, навела курсор на конвертик и открыла почтовую программу. Заголовок письма гласил: «Доброе утро, Адам», а слева красовалась маленькая фотография отправителя — Ариа. Минуты две Лили смотрела на маленькую фотографию, решая для себя — стоит ли ей влезать в переписку Адама. Совесть боролась с ревностью недолго, хотя Лили и не считала это чувство ревностью. Она не ревновала Адама, она верила каждому его слову, но ей становилось не по себе от одной только мысли, что кто-то еще может претендовать на него, мечтать коснуться его губ, прижаться к нему. Лили мотнула головой и перевела взгляд на текст. «Доброе утро, Адам. Извини, что беспокою, но ты за последний месяц ни разу не был в тире, а Миллер сегодня вечером требует отчет, и... Я знаю, что ты последний среди всех нас, кому нужны такие тренировки, но... ты ведь понимаешь. В общем, буду рада, если ты сможешь сегодня зайти в штаб. Ариа» Лили вздохнула, облокачиваясь на стол. В одном Ариа была права — для Адама тренировки в тире так, легкое развлечение. Тем более что он больше пользуется имплантами, чем оружием. Ему нужен не тренировочный тир, а тренировочный полигон, где он сможет максимально использовать свои возможности. Щелчок замка застал задумавшуюся Лили врасплох, и она, вздрогнув, резко обернулась, не успев закрыть письмо Арии. — Адам, — Лили взбежала по ступенькам ему навстречу, — что случилось? Где ты был? От него веяло уличной прохладой и табаком. Адам слегка улыбнулся, скользнув холодными пальцами по щеке Лили. — Решил проверить, все ли в порядке у Эдварда, — ответил он. — Заодно купил сигарет. Думал, ты будешь спать дольше, и я успею вернуться. — Не уходи так больше, ладно? — попросила Лили, наблюдая, как Адам снимает пальто и вешает его. — Ты напугал меня. — Ты в любой момент можешь позвонить. — Да, и я и собиралась так сделать. Но сначала я испугалась. А еще твой компьютер... Адам прошел на кухню и включил кофеварку. Лили не знала, посмотрел ли он в монитор. — А что с ним? — спросил Адам. — Ну... пришло сообщение, и я... В общем, я залезла в твою почту, — почти скороговоркой выпалила Лили. — Там было что-то, что тебя напугало? — спросил Адам, беря в руки чашку. — Нет, — Лили коротко глянула на компьютер. — Там про тир в штабе, но... это твоя почта. — Ты в двадцать седьмом заставляла меня взламывать каждый попадавшийся на пути компьютер, — усмехнулся Адам, — и планируешь так же взломать компьютеры в штаб-квартире Интерпола, но осознание неправильности всего этого к тебе пришло только сейчас? — Сравнил, — фыркнула Лили. — Взламывать все те компьютеры было и будет жизненно необходимо. Ты... не злишься? Адам коротко засмеялся, наливая кофе. — У меня от тебя таких секретов нет, — он поцеловал ее, проходя мимо, глянул в монитор, читая сообщение, закрыл почтовую программу и сел на диван. Лили посмотрела на появившуюся на экране Кассан, когда Адам включил телевизор, и с силой закусила губу. В отличие от нее, Адам был с ней честен. В тир Интерпола Адам с собой Лили не взял. Впрочем, она и не рвалась особо. Не хотелось лишний раз наблюдать несчастную физиономию Арии и наглую — Макриди. Согласилась посидеть пару часов дома одна. — Но только пару часов, — строго сказала Лили, наблюдая, как Адам сдерживает улыбку. — Есть, мэм, — все-таки не выдержав, со смешком произнес он, подходя к компьютеру. — Тебе надо что-нибудь? Хочу оформить доставку. Быстро проанализировав содержимое холодильника, Лили добавила в заказ необходимые продукты и, дождавшись, когда Адам оплатит, буквально повисла у него на шее. — Я буду на связи, — произнес он, обнимая ее в ответ. — Постараюсь не донимать тебя каждые десять минут, — улыбнулась Лили. — Ты справишься, — усмехнулся Адам, касаясь ладонью ее щеки. Отрываться от его губ Лили совсем не хотелось, но Адам мягко отстранился, и пришлось послушно разжать руки. — Не забудь забрать заказ, — тихо произнес он, быстро поцеловал ее в уголок губ и, накинув пальто, ушел. А Лили принялась бесцельно бродить по квартире, не зная, чем себя занять. Телевизор выключила, читать не хотелось... Без Адама вдруг навалилась какая-то апатия, и Лили, зайдя в спальню, забралась на высокую кровать и улеглась, уткнувшись носом в подушку Адама. И даже успела задремать, когда ее разбудил компьютер, подав сигнал, что заказ доставлен. Быстро поднявшись, Лили поспешила к двери, распахнула ее и замерла — из фирменного пакета из плотной бумаги с логотипом сайта торчал большой букет белоснежных лилий. Моргнув, Лили бегло глянула по сторонам, схватила пакет и захлопнула дверь. Поставив пакет на стул, она вытащила букет, прижала его к груди и уткнулась в него носом. Первые цветы от Адама... Пусть и не врученные лично. Хотелось и плакать, и смеяться одновременно. Они словно служили доказательством того, что Адам к Лили неравнодушен. Не отрываясь от цветов, Лили подняла взгляд, переводя его на диван. Ну конечно, нежные вечера, проведенные на этом маленьком диване и балансирующие на грани перехода действа к спальне, ей не доказывали этого. Лили фыркнула в букет и подняла голову. Хотелось позвонить Адаму, чтобы сказать, какой потрясающий букет он выбрал, но Лили не решилась. Пыталась мысленно построить фразу, но все выходило как-то не то банально, не то глупо. И в итоге она решила, что выразит свой восторг лично, когда Адам вернется. Так ей было проще. Обнять его, прижаться к любимой небритой щеке и шепнуть на ухо все, что творится в душе, чувствуя, как железные объятия становятся еще крепче... Но через обещанные два часа Адам не вернулся. И через три не вернулся. И через четыре... Лили не звонила ему, периодически бросая на букет уже недовольные взгляды. Она вдруг подумала, что Адам изначально знал, что уходит на весь день, и потому решил отвлечь Лили цветами, опять же зная, как она на них отреагирует. Мысль была неприятная, и потому Лили гнала ее от себя, одновременно протягивая руку за телефоном. — Да, Лили, — Адам ответил сразу же, стоило Лили только нажать на кнопку вызова. — Ты в порядке? — спросила она. — Да. — Просто прошло уже четыре часа, и я стала... — Лили замолчала, услышав знакомый неприятный голос. — Это Макриди? Ты еще в штаб-квартире? — Да, — в третий раз произнес Адам. — Мак захотел провести соревнование в тире. — И проиграл? — хмыкнула Лили. — И проиграл. К сожалению, он уже шестой месяц занимает лишь второе место по результатам тренировок в тире. — Не слышу в голосе сожаления, — улыбнулась Лили, уловив смешок Адама. — Я скоро буду, Лили, потерпи еще немного. — Хорошо, — она подошла к столу-острову, на котором стоял букет, и легонько коснулась пальцами бархатного лепестка. — Цветы потрясающие, — почти шепотом произнесла она. — Рад, что понравились, милая. Лили снова расплылась в улыбке. Так ее Адам назвал лишь однажды — на базе Райфлмен-Бэнк, когда один из ублюдских охранников выстрелил в нее. Вот и теперь в ушах все еще звенело его «милая». Но ждать в квартире становилось уже невыносимо. И Лили, взяв книгу и перекинув через плечо сумочку, спустилась во двор. На улице было прохладно, но она все равно уселась на лавочку и раскрыла книгу. Сидя здесь, на той самой лавочке, с которой хорошо просматривалась арка, Лили и углубилась в чтение, не обращая внимания на громко разговаривающих аугов. И не замечая, как время неумолимо приближается к вечеру. — Что ты здесь делаешь? — неожиданно раздалось совсем рядом, и Лили вздрогнула, вскидывая голову. — Тебя жду, — улыбнулась она, захлопывая книгу и подскакивая на ноги. Адам качнул головой и обнял Лили. — Я же просил не выходить. — Здесь безопасно, — пожала плечами Лили. — Я наблюдала за местными аугами, они не преступники, а просто загнанные в безысходность люди. — Ты до сих пор слишком наивна и доверчива, — мягко произнес Адам. — Я не могу не верить в лучшее, — ответила она. — Даже сейчас, — усмехнувшись, Лили покачала головой. — Даже когда ты обещал уйти на два часа, а в итоге оставил меня одну почти на целый день. — Я могу это компенсировать, — произнес Адам, и Лили замерла в недоумении. — Как? — напряженно спросила она. Адам улыбнулся и, прижав ее к себе за плечи, повел к лестнице. Компенсация, видимо, состояла в том, что в этот вечер Адам не брал в руки ноутбук и ни разу не отвлекся от Лили на разговоры по инфолинку. Помог ей приготовить ужин, открыл для нее бутылку красного вина. И Лили, помня, как два года назад она билась за каждую минуту внимания Адама, сейчас готова была просто мурлыкать, обнимая его. А может, это так на нее действовало вино. И руки Адама. И его губы. Которые неожиданно скользнули на ее шею. Всего лишь на миг, но Лили этого хватило, чтобы судорожно вздохнуть. Она не была готова к этому, хотя и знала, что это может произойти в любой день. Адам снова целовал ее в губы, но одна его рука медленно скользнула на бедро Лили. Она сжала его плечи сильнее, понимая, что это вторая проверка ее границ. Если она сейчас не остановит Адама, то... Лили не успела додумать эту мысль, поймав себя на том, что интуитивно запрокидывает голову, подставляя шею под поцелуи Адама, и все ее страхи заглушились этими новыми ощущениями. Горячие губы Адама, казалось, оставляли на тонкой коже отметины, короткая бородка щекотно кололась, и Лили была уже не в силах сопротивляться. Только тихо охнула, когда Адам вдруг мягко подхватил ее и посадил себе на колени. Но он не спешил. Скользнул пальцами по щеке Лили, коротко поцеловал в губы, а она не решалась открыть глаза, боясь встретиться с Адамом взглядом и сгореть от смущения. Но какими же потрясающими были его прикосновения. Лили протяжно выдохнула, когда Адам снова припал к ее шее, и ее тело пробило мелкой дрожью. Что-то внутри толкало ее ему навстречу, заставляя выгибаться, прижиматься к груди Адама сильнее. Лили запустила пальцы в его густые волосы, уже отчетливо слыша свое громко стучащее сердце. Значит, Адам тоже это слышит и не станет останавливаться. Лили не хотела, чтобы он останавливался. По коже то и дело пробегали мурашки, чувствовался все нарастающий жар, и неожиданное прикосновение к спине холодной ладони, скользнувшей под футболку Лили, заставило ее вновь вздрогнуть и издать полувсхлип-полустон, контраст ощущений был умопомрачительный. А потом Адам вдруг отстранился от ее шеи, прижал ладонь к щеке Лили, вынуждая ее опустить голову, и прижался к ее губам, целуя уже куда более настойчиво, углубляя поцелуй и крепко прижимая Лили к себе. Потом ослаблял хватку на время и снова сжимал крепче. И снова, и снова... Давая Лили шанс все прекратить. Но она не воспользовалась этим. Она вообще все больше теряла контроль над собой, забываясь с каждой минутой сильнее. С губ уже стали срываться тихие стоны, особенно когда пальцы Адама мягко пробегали по ее спине. Конечно, Лили не была очень уж искушенной в вопросе близости, но сейчас была уверена — эти искусственные пальцы самые нежные в мире. То, что все шансы на побег были упущены, Лили поняла, когда Адам, обхватив ее одной рукой поперек талии, резко поднялся с дивана. Другой рукой он держал согнутой ногу Лили, и ей ничего не оставалось, как обвивать его и второй ногой, крепко держась руками за шею. Как Адам, не отрываясь от ее губ, донес ее до спальни, Лили не заметила, поглощенная тем, как именно он ее донес. Но когда оказалась на кровати, волнение и страх охватили с новой силой. В спальне было темнее, чем в гостиной. Две прикроватные лампы освещали комнату приятным слабым желтоватым светом, пуская множество бликов по блестящим рукам Адама. Лили замерла, глядя, как он нависает над ней, огромный, черный... И положила руки ему на плечи. Ей было страшно, она не была готова к такому быстрому развитию событий, хотя и одновременно понимала, что давно ждала этого. Но два года назад, когда Адам упал на нее во время боя с Намиром, Лили смотрела на него снизу вверх и мысленно умоляла ее поцеловать. Теперь же ситуация была совершенно другая. Адам уже целовал ее, но нависая над ней, почти прижимая ее к кровати своим телом, он заставлял ее нервничать. Он еще немного согнул руки в локтях, опускаясь ниже, касаясь губами губ Лили, и ее руки сами по себе соскользнули на его грудь. На миг Лили замерла, почувствовав что-то под ладонями, не то шрамы, не то импланты. А потом скользнула руками по его ребрам и положила руки на спину, чувствуя, как перекатываются его мышцы. Одну ногу Лили медленно согнула, прижимая ее к боку Адама, другая же была придавлена его ногой. На улице, где-то совсем недалеко, что-то оглушительно грохнуло, и Лили дернулась, инстинктивно поворачивая голову в сторону окон, но жалюзи были плотно закрыты. Когда Адам успел дать команду «дому» их закрыть, она даже не заметила. Если бы он заговорил, она бы точно отреагировала на его голос. Адам же, воспользовавшись тем, что она повернула голову, провел губами по ее шее, и Лили снова закрыла глаза. Пусть взорвется хоть весь мир сразу, но она и шагу не сделает из этой спальни. А уж через свой страх как-нибудь перешагнет. Например, посмотрит в глаза Адама, так ярко светящиеся в этом полумраке. На таком близком расстоянии Лили могла рассмотреть надпись «Шариф Индастриз» на светящейся радужке. А еще могла представить, как Адам видит в ее глазах яркое отражение своих... — Тебе страшно? — неожиданно и тихо произнес Адам. Лили моргнула, на пару секунд совсем теряясь. Казалось, весь поток спутанных мыслей разом остановился, и в голове наступила звенящая тишина. Беспрерывные ласки Адама отвлекали, не давали сосредоточиться на происходящем в полной мере. Но сейчас Лили могла отчетливо ощутить, как Адам своим телом вжимает ее в кровать. Она чувствовала, как он дышит, чувствовала его твердую ногу на своем бедре. И еще кое-что твердое она тоже уже чувствовала... Конечно, ей было страшно. — Нечестно «подглядывать», используя КАСИ, — чуть улыбнулась Лили, приложив огромные усилия, чтобы собрать себя в единое целое и заговорить. — Нет необходимости использовать импланты, когда и так видно, с каким ужасом ты на меня смотришь. — Ну не с ужасом, — пробормотала Лили. Все же ей не настолько страшно, чтобы впадать в панику. — Просто... — она шевельнула пальцами на его спине, пытаясь подобрать слова. Язык не поворачивался сказать все эти «у меня никого еще не было» или «я еще ни с кем...». Она тихо вздохнула и выдала первое, что пришло на ум: — Для меня это впервые. Лили успела увидеть мелькнувшее удивление на лице Адама, но он быстро с ним справился. — Если ты еще не готова, мы можем... — Нет, — Лили вцепилась пальцами в плечи Адама. Они уже слишком долго разговаривали, она соскучилась по ощущению его губ на своей шее. Это было слишком приятно, чтобы останавливаться. И она дернулась вверх, прижимаясь к его губам, но напор Адам заметно сбавил. — Ты можешь остановить меня в любой момент, — шепнул он, снова взглянув ей в глаза. Лили молча кивнула, вновь собираться с силами для разговора не хотелось. Хотелось расслабиться и наслаждаться каждой секундой. Представляла ли Лили себе когда-нибудь близость с Адамом? Да еще в двадцать седьмом году. Правда, в ее мечтах Адам сначала сообщал ей о своих чувствах, а потом уже нес в кровать. В реальности же он медленно поднимал ее футболку, и Лили вытянула вверх руки, чтобы снять ее. Со смущением было очень сложно бороться, захотелось тут же закрыться руками, даже несмотря на то, что на Лили еще было нижнее белье. Но закрыться она не успела — губы Адама уже скользили к ее груди. Лили откинулась на подушку, протяжно выдыхая и закрывая глаза, чувствуя, как Адам приподнялся, поцеловав чувствительную кожу на животе Лили и вызвав у нее непроизвольный смешок от щекотки, и взялся за пуговицу на ее джинсах. Лили вздрогнула, инстинктивно пытаясь сжать ноги, но Адам мягко удержал ее и медленно потянул джинсы вниз, опять ввергая Лили в чудовищное смущение. Она даже не заметила, как он поднялся, снова оказываясь над ней. — Расслабься, милая, — шепнул он ей, касаясь губами уха. Лили вздрогнула от пробежавших по телу мурашек и обхватила руками спину Адама. Она и хотела расслабиться, да только если Адам знал, что и как делать, знал, что он будет чувствовать, то Лили и понятия не имела. Как-то на девичнике возлюбленная Ала рассказала ей, что их первая ночь растянулась на три, Катлин никак не могла справиться с болезненными ощущениями. И Лили, впечатлившись, не могла отделаться от волнения. Но никакая мнимая боль не заставит ее оттолкнуть Адама. Она неуверенно скользнула руками ниже по его спине и сунула ладони под его черную футболку, и уже через мгновение Адам быстро стянул ее с себя. Лили открыла глаза, нестерпимо сильно хотелось увидеть живую часть Адама, но он поцеловал ее, прижимаясь всем телом, и Лили, задохнувшись от ощущения его горячей кожи, тихо простонала ему в губы. Все больше смелея, она сильнее цеплялась в его спину, скользила ладонями по плечам, запускала пальцы в волосы и неосознанно выгибалась ему навстречу. И Адам как раз этим воспользовался, сунул руку под спину Лили, одним быстрым движением расстегивая ее бельишко. Но снимать не спешил, медленно снял тонкие кружева с плеч. Что больше всего Лили радовало, так это то, что Адам ни на секунду не отрывался от нее. Либо целовал, либо его руки нежно гладили ее тело, незаметно подбираясь к груди. И вот уже Лили чувствует, как тонкая ткань скользит по коже, а через мгновение Адам отбросил белоснежное кружево в сторону. А когда он коснулся груди губами, сердце Лили уже просто пустилось вскачь. Дыхание еще участилось, тихие стоны стали повторяться чаще, пока Лили не вздрогнула, охнув, когда рука Адама оказалась у нее между ног. И рефлекторно сжала ноги. Адам не останавливался, продолжал покрывать поцелуями ее грудь и аккуратно раздвинул пальцы, надавливая на внутреннюю сторону бедра Лили, мягко вынуждая ее расслабить ноги. И она поддалась, немного разведя колени. Палец Адама касался ее через ткань, но от этой ласки Лили едва успевала хватать ртом воздух. Руки соскользнули с плеч Адама, и она вцепилась пальцами в простыню, уже громче постанывая от переживаемых ощущений. Ладони Адама от постоянного соприкосновения с ее горячей кожей нагрелись, и уже не было такого сильного контраста, когда горячие губы вдруг сменялись холодными пальцами. Прикосновения были одинаково дурманящими, и когда Адам снова прижался всем телом к Лили, чтобы поцеловать ее, она согнула обе ноги, сжимая его бедрами. И он поднялся, проведя руками вдоль всего ее тела, сел в ногах Лили и снял с нее последний крошечный фрагмент одежды. Но Лили уже была слишком ошеломлена подаренными Адамом ощущениями, чтобы чувствовать смущение, будучи перед ним полностью обнаженной. Вернулся он спустя мгновение, и Лили чуть вздрогнула, почувствовав прикосновение к бедру его холодной твердой ноги. Это немного отрезвило, и она снова тревожно напряглась. — Расслабься, — шепотом повторил Адам, касаясь губами ее губ. Лили старалась следовать его совету, но когда Адам осторожно подался вперед, она дернулась, глухо вскрикнув. Его поцелуи были успокаивающими, он коротко, нежно касался ее губ... и повторил попытку. Лили не показалось, было действительно больно, но она зажмурилась, впилась ногтями в спину Адама и, тихо всхлипывая, стоически пыталась перетерпеть, зная, что боль быстро должна пройти. Но с каждым движением Адама становилось только хуже. Лили почувствовала, как из уголков глаз скатились слезинки. И наконец, всхлипнув от боли уже громче, она уперлась ладонями в грудь Адама. — Адам... — выдохнула Лили. — Н-нет... Он тут же замер, поднимая голову и взволнованно глядя на Лили. — Очень больно? Хмурясь от боли, она покивала и едва не расплакалась. Боль словно отрезвила, перечеркнула все пережитое до этого удовольствие, оставляя Лили наедине со своими страхами. Адам осторожно подался назад, и она облегченно выдохнула, машинально сжимая ноги, — хотелось свернуться в клубочек и спрятаться, — но лишь снова сжала бедрами холодные импланты. — Пожалуй, на сегодня хватит, — тихо сказал Адам, целуя Лили в висок. — Нет, — тут же встрепенулась она, обхватив его спину, насколько хватало рук. — Лили, у меня нет цели делать тебе больно. — Надо просто потерпеть немного, — ответила она. — Я потерплю, — добавила Лили, стараясь придать голосу как можно больше уверенности. Ей всегда нравилось то, насколько Адам крупнее ее, нравилось, что он закрывал ее собою словно стена. Но теперь Лили обнаружила в этом большой минус. Она приподняла ногу, переплетая ее с ногой Адама. — Уверена? — спросил он, поглаживая ее по щеке. Лили кивнула и притянула его ближе, чтобы он снова прижался к ней всем телом. Ну и чтобы наконец закрыть глаза и не сгореть от смущения окончательно. — Ладно, иди сюда, — неожиданно шепнул Адам, быстро поднимаясь, сунув руку под спину Лили и поднимая ее следом. А через мгновение Лили оказалась снова на коленях Адама. Положила руки ему на плечи, проведя пальцами по креплениям имплантов, и обняла за шею. В такой позе было так же больно, но сейчас Лили могла контролировать движения сама, то замирая, то испуганно приподнимаясь. Адам придерживал ее за талию, ласкал шею, грудь, и в какой-то момент Лили с облегчением поняла, что боль наконец-то отступает. Адам скользнул одной рукой к ее груди, мягко ее сжал, и Лили тихонько простонала, крепче цепляясь за его плечи. И даже попыталась ускориться, но тут же зашипела от боли. Ощущения пока были слабыми, даже порой довольно неприятными, и только руки и губы Адама спасали ситуацию. Особенно когда он провел ладонью вниз по животу Лили, прижал ее и принялся дополнительно ласкать ее большим пальцем. Лили вздрогнула, коротко простонав громче. Такого она еще не испытывала, и это было потрясающее ощущение, от которого тут же по всему телу стало растекаться тепло. И несмотря на то, что двигалась Лили сама, решая, как быстро и глубоко насаживаться, она была сейчас в полной власти Адама. Стоны сдерживать было уже невозможно, тело двигалось по инерции, а кровь стала гулко бить в ушах. А еще горячее дыхание Адама на шее Лили... Она уже не успевала хватать ртом воздух, задыхаясь в стонах, но Адам не убирал руку, не останавливался. Наоборот, крепче обхватил ее за талию. Все тело Лили напряглось, пробило дрожью, такой сладкой, что Лили, опустив голову, не заметила, как выдохнула: «Адам...» — Да, милая, — отозвался он, опалив ее ухо горячим дыханием. Лили снова задрожала, все сильнее и сильнее, пока наконец ее не накрыло так, что она вскрикнула, выгибаясь, повисая на руке Адама. Влажные ладони соскользнули с его плеч, и Лили рухнула бы спиной на кровать, если бы Адам не удержал ее и медленно не положил бы. Она все еще мелко вздрагивала, переводя дыхание, и с трудом облизнула пересохшие губы, сразу отвечая на его поцелуй. И чувствуя, как быстро на все тело накатывает легкая усталость. Но Лили очень хотелось испытать все заново, снова почувствовать Адама, и она чуть пошевелилась, сгибая ноги. — Все хорошо? — сразу отреагировал Адам, видимо, посчитав ее движение попыткой к бегству. — Более чем, — выдохнула Лили, проводя руками по его спине и замирая на пояснице. И задержала дыхание, резко вдохнув, когда опять почувствовала боль. Куда более слабую, чем в самом начале, но все равно достаточную для того, что поморщиться и закусить губу. — Больно? — спросил Адам. — Немного, — еле слышно отозвалась Лили, закрывая глаза. Только успокоившееся было сердце опять пустилось вскачь. Вдобавок теперь, когда Лили могла расслабиться и не следить за своими движениями, она услышала учащенное дыхание Адама и обхватила его сильнее. Периодически он, словно теряя контроль, ускорялся и входил в Лили глубже, отчего она болезненно вздрагивала и напрягалась, но он сразу же сбавлял ритм. А потом его холодная рука опять оказалась между их телами, и Лили выгнулась под ним с протяжным стоном, царапая ногтями его спину. Холодный металл, коснувшись разгоряченной кожи, словно ударил током, даря еще более мощную разрядку, вышибая из легких весь воздух, заставляя мир вокруг разбиться вдребезги, оставляя только невыносимо приятные импульсы в теле и приглушенный хриплый стон Адама. Лили смутно заметила, как он резко вышел из нее и как ей в живот ударила тугая струя. Дальше была темнота, сопровождаемая лишь грохотом бьющегося сердца. Ее или Адама... Или обоих сердец. И только зашевелившийся Адам заставил Лили приоткрыть глаза. Он немного отстранился, и она тут же вцепилась в него, не желая и боясь терять его тепло. Но он лишь перенес вес тела на левую руку, чуть сдвигаясь вбок от Лили, и убрал с ее лица прядку волос, а она с трудом могла сфокусировать на нем взгляд. В голове шумело, тело толком не слушалось, и сильно клонило в сон. — С ума сойти, — пробормотала Лили и услышала смешок Адама. — Уже утро? — Нет еще, — улыбнулся он, а Лили и впрямь казалось, что прошла целая вечность. — Боже, — выдохнула она, глубоко вздыхая, пытаясь унять бешеное сердцебиение. — Это было потрясающе... — и зажмурилась. — Кошмар, я сказала это вслух... — Не паникуй, — усмехнулся Адам. Лили согласно промычала, отвечая на его поцелуй. Сердце наконец стало успокаиваться, вернулась ясность ума, а с ней и вновь сотни мыслей. И главной мыслью было — Лили даже ни на миг не задумалась о предохранении. Будь на месте Адама кто-то вроде Кларка, пришлось бы ей позорно мчаться посреди ночи в Мунго за зельем. — Пойдем в душ, пока ты не уснула, — шепнул Адам. — А потом спать. — Я не могу пошевелиться, — улыбнулась Лили. — Чувствую себя растаявшим кусочком масла. — Какое интересное сравнение, — заметил Адам, приподнимаясь и просовывая руки под Лили, чтобы поднять ее. — Пойдем, кусочек масла, — он коротко рассмеялся, беря ее на руки. Лили с удовольствием обхватила его шею руками, слыша, как аугментированная нога со стуком опустилась на пол, и прижалась лбом к его щеке. В ванной было намного светлее, и Лили жалась ближе к Адаму, когда он поставил ее на пол душевой кабины. Одно дело лежать под ним обнаженной в полумраке, изнемогая от удовольствия, и другое — стоять под бьющими струями воды в ярком свете. Правда, очень быстро Лили нашла, на что отвлечься. Она наконец-то могла рассмотреть Адама. Коснулась кончиками пальцев тонкого рубца на плече, соединяющего кожу и имплант — все-таки в плане эстетики «Шариф Индастриз» лидировал. Потом провела пальцами по его груди, касаясь маленьких круглых имплантов. И, смахнув с лица мокрые волосы, осторожно взглянула на Адама. — А это?.. — «Тайфун», — ответил он, и машинально Лили тут же отдернула пальцы. Но быстро взяла себя в руки и, повинуясь какому-то порыву, коснулась одного из «тайфуновских портов» губами и прижалась к груди Адама щекой. Чувствовать тепло его тела было непривычно и от того вдвойне приятней. Не раз в своих мечтах Лили видела, как по черным блестящим рукам стекает вода, но сейчас она наблюдала за этим наяву. И думала о том, что будет дальше, как изменятся ее с Адамом отношения, и изменятся ли вообще. Ночью все казалось иначе, все казалось проще, но Лили не знала, как утром сможет взглянуть Адаму в глаза. И сильнее прижала ладони к его спине. В спальню Адам донес Лили уже замотанную в полотенце, и она устроилась на его плече, блаженно закрывая глаза. — Не самое мягкое место для сна, — тихо сказал Адам. — Зато самое лучшее, — сонно отозвалась Лили. Но утром она снова проснулась одна. — Конечно, — недовольно протянула Лили, оглядывая пустую спальню. Ей хотелось проснуться в объятиях Адама, хотелось, чтобы он ее поцеловал, хотелось, чтобы произошедшее ночью не казалось сном. Но Адама рядом не было, а Лили лежала на своей половине огромной кровати. Телевизора слышно не было, и Лили быстро поднялась, одеваясь и думая, что Адам снова ушел куда-то с утра. Но выскочив из комнаты, она буквально врезалась в него, выходившего из ванной, и замерла. — Доброе утро, — улыбнулся он, наклоняясь, обнимая и целуя Лили. И добавил шепотом на ухо: — Как ты себя чувствуешь? Лили ощутила, как вспыхнули щеки, и порывисто выдохнула. — Отлично, — чуть слышно отозвалась она, уткнувшись носом ему в плечо. — Думала, ты уже ушел. — Должен был, — кивнул Адам, отстраняясь, — но решил, что будет не очень хорошо, если ты проснешься одна в квартире. Так что завтракай и... побудь дома еще день. — Что? — Лили вскинула голову, чтобы посмотреть на него. — Почему? — Я отправляюсь в Утулек. — В гетто для аугов? — Лили нахмурилась. — Зачем? — КПА. Их символика была на пакетах, в которых оставили взрывчатку на вокзале. Миллер приказал доставить в штаб Рукера для допроса. Просто так туда не пробраться... — Для нас с тобой не существует непреодолимых преград, — перебила Лили. Лучше уж побывать в гетто, чем просидеть еще один день одной. — Ты не представляешь, что там происходит. — Вот и посмотрю. Адам, — Лили прижала ладони к его обнаженной груди, коротко глянув на импланты, — я хочу, чтобы ты запомнил, что я всегда буду рядом с тобой, куда бы ты ни отправился. Меня не пугает какое-то гетто, меня пугает, что в какой-то момент ты не ответишь на мой вызов, и я не буду знать почему. Просто дай мне пятнадцать минут, и мы отправимся туда, куда тебе нужно. Хоть в сам ад спустимся. — Мне кажется, в ад мы уже спускались, — произнес Адам. — Панхея? — тихо спросила Лили. — Панхея, — кивнул он. — Значит, нам нечего бояться в гетто, — пожала плечами Лили и улыбнулась. Она думала, что утром будет сложно поддерживать прежний разговор, и теперь стала подозревать, что все ей лишь приснилось, хотя... Хотя Адам за все дни ни разу не показывался ей с обнаженным торсом, сейчас спросил о ее самочувствии... Да и легкая чуть тянущая боль внизу живота доказывала Лили, что то был не сон. — Ладно, пятнадцать минут, — нехотя согласился Адам, и Лили, коротко, но крепко его поцеловав, юркнула в ванную. Как бы Адам ни хотел оставить ее в стороне, у него это не выйдет. * * * Лили следовала за Адамом в неуютный двор, скрытый от любопытных глаз внутри заброшенных домов. Посреди двора расположилась маленькая посадочная площадка, на которой стоял СВВП. Черный, вытянутый, обтекаемый, он напоминал акулу. Рядом копошился чернокожий пилот. Чикане. Адам по дороге вкратце рассказал о нем, в том числе и признался, что все равно с Малик никто не сравнится. — Готов к вылету, Дженсен? — вместо приветствия начал Чикане, увидев Адама. Лили от его глаз была надежно спрятана под мантией. — Солнце, бывает, садится. — Но не в десять утра, — ответил Адам, направляясь к открытому люку самолета. — Погнали. Внутри самолет тоже отличался от того, на котором летала Фарида. Более просторный, со множеством дисплеев и большим экраном на перегородке между салоном и кабиной пилота. Лили пришлось сесть на сидении по-прежнему в мантии, потому что сейчас перегородка была открыта. Чикане прошел мимо и устроился в кресле пилота. — Мигом домчим, — сказал он, заводя двигатели. — Тут не далеко. Самолет задрожал всем корпусом, послышался рев двигателей, а затем Лили ощутила довольно сильный рывок. Адам сел рядом с ней, ближе к кабине, и коротко приобнял ее. Снаружи мелькнул «клинок» Пэлисейда, и потом самолет взмыл над облаками. Адам жестом попросил Лили не шевелиться и по непонятной ей причине вдруг принялся проверять руки. Раскрыл пластины правого предплечья, обнажая искусственные нервы, сжал пластины пальцами левой руки до легкого хруста и резко чуть дернул рукой вперед — с громким щелчком из предплечья выскочил полуметровый клинок. — Интересный у тебя ритуал подготовки, — хмыкнул Чикане, повернув голову. А Лили думала совершенно о другом. Глядя на сжатые сейчас пальцы Адама, она вспоминала, как эти пальцы ночью едва не свели ее с ума. А сейчас эти самые нежные руки на свете вновь превращались в оружие. — Ты достаточно зол, чтобы убить его? Адам дернул руку на себя, пряча клинок, и пальцы с тихим жужжанием раскрылись. — Приказ не убивать, — ответил он. — Правда? — продолжил Чикане, и Адам посмотрел в его сторону. — Я думал, он сделал достаточно, чтобы пленных не брать. Лили качнулась к Адаму, прижимаясь к его плечу, и шепнула на ухо: — Он всегда такой злой? Адам, не оборачиваясь, коротко погладил ее по ноге. Лили зажмурилась и закусила губу — видимо, теперь прикосновения Адама будут вызывать настоящую бурю эмоций. Внутри словно что-то зашевелилось, требуя продолжения, но все еще слегка ощутимый дискомфорт остужал пыл. Шепнув Лили посмотреть в лобовое стекло, Адам поднялся и, подойдя к Чикане, облокотился на его кресло. — Мы далеко? — На подходе. Первое, что бросилось Лили в глаза, — проецирумые на стекло дисплеи, а потом вдалеке она увидела нечто, напоминающее свалку металла... — Площадок нормальных мало, — заговорил Чикане. — Куда сядем? — Спустись как можно ниже, — ответил Адам. — Дальше я сам. — Как скажешь, босс, — хмыкнул Чикане. Лили удивленно на него посмотрела, а потом припала к боковым иллюминаторам. Внизу проносились сотни «домов» — скорее, металлические контейнеры, нагруженные друг на друга. А впереди высился огромный «железный замок». Так Лили назвала ту странную высотку. Чудовищное место. Подошедший Адам аккуратно просунул руку под капюшон мантии Лили и активировал ее новенький маленький наушник. — Слышишь меня? — он не произнес ни звука, но в наушнике Лили четко услышала его голос и кивнула. — Когда откроется люк, приготовься аппарировать на землю. Я дам тебе сигнал. Лили снова покивала. Самолет спустился ниже и теперь уже летел прямо между рядов «домов». Лили успела заметить, как полицейские избивали поваленного на землю ауга. — Это было плохой идеей — лететь тебе сюда. Лили молча сжала руку Адама, ощущая, как самолет замедляет ход и поворачивает. Щелкнули замки люка, и тот быстро пополз вниз. — Прыгай! — скомандовал Адам, и Лили сразу отпустила его руку и шагнула в сторону, чтобы его не задело аппарацией. Несмотря на то, что день был в самом разгаре, в гетто было темно, словно ночью. Лили видела внизу аугов — кто сидел, кто шел куда-то, кто прятался от полиции; летали дроны... Сильный ветер трепал мантию, так и грозя ее сорвать, и Лили, сжимая ее одной рукой, взмахнула палочкой. Приземление оказалось удачным, и она сразу отбежала в сторону, чтобы не попасть под оглушающее действие «Икара», который вспыхнул практически сразу, как только она оказалась на безопасном расстоянии. Самолет, низко и громче загудев, рванул прочь, а Лили тут же стянула мантию. — Знаешь, все-таки это ад, — сказала она Адаму. — Ад для аугментированных. Сейчас перед глазами Лили было не так много аугов, но почти все они были с явными признаками синдрома дефицита Дэрроу. — Пойдем, — Адам чуть подтолкнул ее вперед. — Нам надо в жилую секцию этого ада. — К Рукеру так легко подобраться? — удивилась Лили, рассматривая все вокруг. Но чем больше она видела, тем больше это место ввергало ее в ужас. Металл, огромное количество проводов — в некоторых местах они просто были связаны в огромный комок, — картонные коробки, мусор, костры в бочках... — Нет конечно, — ответил Адам. — Рукер где-нибудь наверху, и под охраной. На территорию КПА так просто не попасть. Но Миллер заставил одного ауга посотрудничать с Интерполом. Некий Тибор Сокол, живет в секции три-два-семь. Он новичок в КПА и должен помочь пробраться на их территорию. Я говорил, что легко не будет. — Я не боюсь. Но... ты прав, впечатлений мне хватит надолго. Это какая-то человеческая свалка. — Ну так ауги и есть отбросы общества. — Это отвратительно, — пробормотала Лили, заметив, что за ними наблюдает какая-то чернокожая женщина. На груди и рукавах у нее были нашивки медицинского креста. — Заблудились? Или гуляете? — спросила она, встретившись с Лили взглядом. — Отличная солнечная погода, свежий воздух, — усмехнулся Адам. — Самое время для прогулок. Женщина грустно улыбнулась, внимательно рассматривая его и Лили. — А у вас нейропозина лишнего нет, случайно? Лили обернулась на стон и увидела, что слева под металлическими навесами оборудовано нечто, отдаленно напоминающее медпункт. На стенах висели пакеты с кровью, кругом валялись пустые ампулы, шприцы, упаковки из-под таблеток. А на жестких лежанках мучились от боли ауги. И Лили умоляюще посмотрела на Адама. Он вздохнул. — Доставай уже. Лили быстро сунула руку в сумочку, но весь мешочек с нейропозином не вытащила. Достала около десяти инъекционных шприцов и протянула женщине. — Спасибо, — воодушевилась та. — Вы очень добры, я не ожидала... Хотите совет? Сегодня лучше не высовываться. Город Големов и в хорошие-то дни — место темное. А уж теперь... — Почему? Что случилось? — сразу спросил Адам. — А вы не слышали? Террористы пытались взорвать станцию Ружичка. И хоть здешние жители не могли иметь к этому отношения, полиции нужно кого-то винить. — Там, откуда я родом, копы обычно за хороших, — вздохнул Адам. Лили тоскливо на него взглянула. Вряд ли когда-нибудь он смирится с тем, что полиция теперь действует по-другому. И что он для них теперь враг. — Это что за планета? — фыркнула та. — Потому что там, откуда я родом, полиция давно превращается в армию, тратит на это кучу денег и порождает недоверие в тех самых людях, которых должна защищать. — Разве не это происходит в Городе Големов? — Это везде происходит, — женщина заметно стала злиться и повысила голос, — но в Големе легавые — особая порода. Они тут контролируют все — еду, лекарства, нейропозин. И не все из них высокого мнения о нас, аугах. — Они ищут членов КПА? — спросил Адам. Лили посмотрела, как крепко женщина сжимает врученный ей нейропозин. Теперь этот препарат — их валюта. Вряд ли бы эта женщина отвечала так охотно на вопросы, не получив шприцы. — Мы все для них члены КПА. Кто-то из нас, возможно, делал что-то плохое, но не то, в чем обвиняет нас весь мир. — А вы поддерживаете КПА? — осторожно спросила Лили. — А почему нет? — та пожала плечами. — КПА начиналась с благих намерений, как ненасильственный способ противостоять несправедливости и отстаивать права. — Да, но по моему опыту результат у благих намерений часто бывает неожиданным, — хмуро произнес Адам, вызывая у Лили тоскливый вздох. С этим и она уже столкнулась. — Может и так, но сейчас Талос Рукер и КПА — единственное, что держит на плаву жителей Голема. Поверьте мне, они хорошие люди. — Аугментированный робингуд? — усмехнулся Адам. — Вы хорошо знаете Рукера? — Я встретила Талоса много лет назад в Индии. Мы тогда оба были волонтерами. — Сейчас пресса выставляет его нарциссом. Лили, делая вид, что осматривается, отвернулась и коснулась наушника. — КАСИ? — шепнула она и повернулась. — Не без недостатков, — говорила женщина. — Еще нет, — ответил Адам. — ...Но я бы не верила всему, что говорят в «Пик Ньюз». — Он заходит в эту часть комплекса? — Он... — женщина чуть прищурилась. — Знаете, вы задаете очень много вопросов. Лили хотела уже возмутиться — уж за бесплатный нейропозин можно быть и менее подозрительной. Но Адам, словно почувствовав ее недовольство, провел рукой по ее спине. — Просто мы слышали, что Рукер аугментировался не добровольно. И нам интересно, как к этому относятся те, кто вызвался сам. — Талос всегда был убежден в способности нейроаугментации лечить тела и души людей. После несчастного случая он лишь укрепился во мнении. — Получается, он до сих пор идеалист — после всего, что случилось? — Послушайте его передачи. Он верит, что со временем люди поступят правильно. Им надо лишь понять, как это — правильно. — Один такой умник уже устроил Инцидент, — проворчала Лили. — Талос не такой. Он не желает никому зла. Просто поверьте мне, — женщина пристально посмотрела на нее. — Ясно, — кивнул Адам, делая шаг в сторону и одновременно обнимая Лили за талию, утягивая за собой. — Спасибо за предупреждение, док. — Мы будем вызывать подозрение, задавая много вопросов, — заговорила Лили. — И раздавая нейропозин, — добавил Адам. — Да ты только посмотри на них, Адам, — она подняла голову, заглядывая ему в глаза. — Ауги здесь просто медленно умирают. А эти... доктора, — она оглянулась. — Видимых аугментаций у нее нет, но как она сказала? «Нас, аугов». А ты заметил у нее или другого медика хоть малейший признак СДД? Нейропозина не хватает на всех, и в первую очередь его забирают эти доктора, толку от которых здесь ну никакого. Только ресурсы забирают. — Если бы у тебя была возможность спасти всех аугов в мире, ты бы... — Обязательно это сделала, — перебила его Лили и вдруг резко остановилась. — Смотри, впереди коп. Не нравится он мне. — И дрон, — добавил Адам. — Похоже на какое-то мини КПП. — А что будет, если полиция узнает, что я не ауг? — Ничего хорошего, — качнул головой Адам. — Поняла, — фыркнула Лили, накидывая мантию. Как они и ожидали, полицейский среагировал на приближение Адама. — Необходимо произвести сканирование, — рявкнул он, жестом останавливая Адама, и дрон тут же спикировал вниз, замерев перед ним. А Лили рассматривала большой плакат, растянутый на стене позади полицейского. Уже знакомый рекламный плакат «Санто Груп» с бегущей по пшеничному полю счастливой аугментированной девушкой. А за ее спиной... гетто. Лили и раньше-то не верила всем тем сладким обещаниям устроить аугам райскую жизнь. А поверх плаката кто-то написал огромными буквами «Добро пожаловать в ад». И это больше всего отражало сущность этого «рая». — Добро пожаловать в Город Големов, железка, — услышала Лили голос копа и отвлеклась от своих размышлений, двинувшись следом за Адамом. — Адам? — позвала она, стягивая мантию. — Как ты планируешь вытащить отсюда Рукера? Увести его силой тебе вряд ли позволят. Здесь слишком много людей, мы с ними не справимся. Ну а добровольно пойти он не согласится, да? — Пока не могу ответить на эти вопросы, — ответил Адам, останавливаясь у одной из металлических обшарпанных дверей. — Как обычно, буду действовать по обстоятельствам. — Тебе это нравится, да? — слабо улыбнулась Лили. — Что нравится? — Неизвестность. Это какой-то азарт? — Возможно, — уклончиво ответил Адам и постучал. Дверь почти сразу распахнулась, и оттуда выскочила разъяренная женщина. — Что еще? — завопила она. — Что вы опять мне наврать хотите? Лили отшатнулась от неожиданности. — Извините, что помешал, — протянул Адам, явно тоже слегка удивленный. — Я ищу Сокола. Он должен меня ждать. — Какого? — Какого что? — Какого Сокола? Моего мужа Душана или его глупого брата Тибора? Да и неважно уже, полиция забрала их обоих в Теснины, чтобы выбивать информацию, которой у них нет! — она дернулась в сторону Адама, словно он был во всем виноват. — Может, я смогу помочь? — спросил он. — Что случилось? — Вам-то что? — фыркнула она, бросив недовольный взгляд на Лили. — У меня муж пропал. Тибор сказал, что сможет вытащить нас из Голема. У него встреча с... стоп. А вы кто? — Встреча со мной, — кивнул Адам. — Тогда, возможно, шанс есть, — женщина заметно смягчилась. — Шанс всегда есть, — заверил ее Адам. Лили вздохнула. Ей не нравилось, когда Адам начинал успокаивать незнакомых женщин. Да и знакомых тоже. И это еще вчера утром она убеждала себя, что о ревности и речи не идет? Лили фыркнула, чем привлекла внимание Адама. — В чем дело? Она чуть вздрогнула, не ожидая услышать его голос, и еле заметно покачала головой. — Простите, — тихо заговорила женщина. — Обычно они только членов КПА забирают. Тибор из КПА, его забирали раньше. Сейчас, после теракта, пришли за Тибором, Душан спросил в чем дело — и забрали моего Душана! А он ничего не сделал. — Вы знаете, куда их забрали? — Я уже сказала, в Теснины. Вместо глупых вопросов почему бы вам не сделать что-нибудь?! — снова взвизгнула она. — Помогите им! Пожалуйста, — она плюхнулась на стул, закрывая лицо руками. — Вот только стычек с местными полицейскими нам не хватало, — проворчала Лили, выходя в коридор. — Не вовремя, — тихо произнес Адам, оглядываясь по сторонам. — У нее не было имплантов, да? — спросила Лили, оборачиваясь на дверь. — Видимых — нет. Но... жить в Големе, не будучи аугментированной... — Может, не захотела бросать мужа? — Не всегда стоит слепо идти за кем-то. — Я поняла, — усмехнулась Лили, — но иногда это жизненно необходимо. Может, они поженились до того, как этот Душан стал аугом? Может, его оперировали из-за какого-нибудь трагического случая? Как бы то ни было, аугментации не должны становиться преградой между людьми. Ну вот если бы ты сделал мне предложение, разве хоть один имплант смог бы мне помешать согласиться? Адам только повернул голову, чтобы посмотреть на Лили, как она уж поняла, что в запале только что ляпнула. — Я... я... я просто привела пример, — быстро произнесла она, пряча взгляд. И нарочито бодро добавила: — Так где эти Теснины? Ты знаешь, куда идти? — Лили? — М? — отозвалась она, упорно глядя в противоположную от Адама сторону. — Лили? — повторил он. — Что? — она не поворачивалась. — Ты вся на нервах. — Разве? — она глубоко и часто дышала. Как тут не нервничать, когда сморозила просто чудовищную дичь? — Иди сюда, — негромко произнес Адам, кладя руку ей на плечо и утягивая в тень. Прислонив Лили спиной к неровной стене, он наклонился и прижался к ее губам в нежном, медленном и долгом поцелуе. Гладил одной рукой ее шею, осторожно запуская кончики пальцев в ее волосы. Другой рукой крепко обнимал за талию. Лили скользнула ладонями ему под пальто, обвила руками и замерла. Похоже, ей не хватало именно этого — нежных прикосновений Адама, доказывающих, что случившееся ночью для него так же важно, как и для нее. — Легче? — шепнул Адам ей в губы. — Намного, — пробормотала Лили и тихо выдохнула, чуть улыбнувшись. — Оказывается, я по тебе соскучилась. — Я ведь рядом. — Теперь да, — она кивнула и уткнулась ему лбом в грудь, а Адам обнял ее обеими руками. — В местном полицейском участке избивают нашего связного, — напомнил он. — Ага, — тихо отозвалась Лили. — Кроме нас никто не поможет. — Ага, — повторила она. — Лили... Она вскинула голову, вглядываясь в его светящиеся в темноте глаза. Она не могла больше держать все в себе — плевать, что она не хочет слышать его признание, в котором будет присутствовать «тоже»; плевать, если он не скажет даже этого. Сейчас Лили просто физически необходимо было сказать Адаму, что она его любит. Но только она приоткрыла рот, как недалеко что-то грохнуло, заставляя вздрогнуть. А потом послышались крики полицейских. — Уходим, — быстро произнес Адам, увлекая Лили в сторону лестницы. Забежав на этаж выше, они увидели еще несколько бегущих полицейских. Дернувшись в сторону, Адам распахнул дверь ближайшей жилой конуры и толкнул внутрь Лили. А потом, убедившись, что копы не заметили, вошел сам и закрыл дверь. — Что там происходит? — взволнованно спросила Лили. — Не знаю, но нам лучше не высовываться. — А если бы здесь кто-то был? Ты так вломился. — Я же сначала проверил, есть ли кто, — усмехнулся Адам и, вдруг нахмурившись, медленно обошел Лили, внимательно куда-то глядя. — Адам? — она обернулась, пытаясь понять, что его так заинтересовало, и увидела на стене множество приколотых листов бумаги. — Что это? Он вытянул руку, указывая пальцем на верхние листы. — Это схема взрывчатки, — провел рукой вправо, — это расчеты и схема пражского вокзала. Лили охнула, шире распахивая глаза. — А вон та записка внизу? Это время? — Да... время взрыва. — Боже... То есть мы только что нашли того, кто взорвал вокзал? Адам промолчал, оглянулся и задержал взгляд на компьютере. — Пришло время чтения чужих переписок, — хмыкнула Лили. Адам кивнул, смахнул со стола пустой пластиковый стаканчик и нажал на кнопку включения компьютера. — Поставь на дверь какой-нибудь из своих барьеров, — сказал Адам. — Нам тут гости не нужны. — Скорее, нам хозяева тут не нужны, — улыбнулась Лили, выхватывая палочку. — Колопортус. Я заперла дверь. — Умница, — отозвался Адам. Компьютер послушно пискнул, и он быстро загрузил почтовую программу. — Как хорошо, что люди по-прежнему пишут друг другу электронные письма, оставляя для нас так много следов, — произнесла Лили, заглядывая за плечо склонившегося над столом Адама. — Это еще что за урод? — Виктор Марченко, — ответил Адам. — А компьютер принадлежит Ивану Берку. — И схемы взрывчатки и вокзала тоже? — Видимо, да. — «...выполнишь свой обет... перед КПА и всеми нашими аугментированными братьями и сестрами...» — прочитала Лили. — Это и означает, что Берк должен был заложить бомбы? — Прямым текстом этого не сказано. — Но намеков предостаточно. — Дальше тоже интересно, — хмыкнул Адам, и Лили быстро пробежала глазами второе письмо. — Начальник оперативного отдела «Тарвос» пытается вытащить Берка из Голема. Как мило. — И его жену. — «Тарвос» и КПА... — протянула Лили. — «Тарвос», — фыркнул Адам, выключая компьютер. — Считай, «Беллтауэр». — Ну тогда ничего удивительного. Пробраться в полицейский участок напрямую было нереально, интерполовская карточка Адама в Големе ничего не значила. Но он довольно быстро нашел обходной путь. Пришлось, правда, полазить по вентиляции, но зато она незаметно привела их к камерам с решетчатыми дверьми, где полиция держала задержанных аугов. — Эй, парочка! — сразу же кто-то окликнул их. — Осторожнее. Сегодня здесь везде легавые. — Я заметил, — отозвался Адам, останавливаясь. — Ты и есть Тибор? — Да. Ты опоздал, интерполовец. Правда, мне не говорили, что прибудут целых два агента, — Тибор рассматривал Лили. — Вы... вы знаете, что я сейчас не могу помочь. Слишком опасно. — Я могу вытащить тебя отсюда, — сказал Адам. — И что потом? — взвился Тибор. — Они придут ко мне домой и снова меня заберут. — А если тебя там не будет?.. — Нет! Нет. Пожалуйста... так будет только хуже. Они... знают, кто я. Они приходили к моим родным. — Интерпол обещал вытащить в безопасное место и тебя, и твою семью, — продолжал Адам, а Лили недовольно хмурилась. Кажется, связной собирался их кинуть. — Да нет никакой безопасности! — не унимался Тибор. — Только тираны, угнетающие слабых. — Но мне все равно надо найти Рукера, — тон Адама изменился. — Хочешь ты этого или нет. — Ну... — Тибор нахмурился, глядя на Адама исподлобья. — Есть один контрабандист, Луис Галуа. Он возит товары для Талоса. Виски, нейропозин... За какую-нибудь услугу он тебя проведет в КПА. — Это уже что-то, — кивнул Адам. — Прошу вас, — Тибор шагнул вплотную к двери. — Знаю, вы не обязаны, но... если увидите моего брата, помогите ему. Адела меня убьет, если с ним что-то случится. — Я посмотрю, что можно сделать, — ответил Адам, отходя. Тибор вздохнул, проводя ладонью по лицу. — Красивая у вас коллега, — бросил он Адаму вслед. Лили коротко оглянулась, бросив на Тибора хмурый взгляд. Адам никак не отреагировал. — Ну что, будем специально искать его брата? — спросила Лили. — Да что его искать, — хмыкнул Адам, поднимаясь по лестнице. — Он на пару уровней выше. Но там патруль из четырех полицейских. Один в экзокостюме. — Я его усыплю, — тут же сказала Лили. — Раз на него оружие и твои сокрушительные удары не особо действуют, то уж магия возьмет сразу. — Хорошо, — согласился Адам, — но будь осторожна. — Я агент Интерпола, я всегда осторожна, — тихо засмеялась Лили. Накинув мантию, она бесшумно пробежала вперед, опережая Адама, и заглянула в маленькую комнатку, где сидел избитый молодой мужчина, отдаленно похожий на Тибора. Потом подождала, пока коп в экзокостюме зайдет за угол и пропадет из поля зрения остальных, и ударила в него сильным сонным заклинанием, сразу же следом запуская и Левиосу, чтобы не дать копу оглушительно грохнуться на пол. — Адам, здоровяк готов, — шепнула она и подобралась к связанному со спины. — Эй, ты Душан? Тот дернулся от неожиданности и попытался обернуться, но веревки ему это не позволили. — Не дергайся, — добавила Лили. — А то привлечешь внимание полиции. — С полицией больше проблем не будет, — сказал неожиданно появившийся Адам. — Очень жаль, — проворчал Душан. — Я только начал к ним привыкать. Лили возмущенно посмотрела на Адама и чувствительно ткнула Душана палочкой в спину. — Так давай мы сюда еще парочку приведем, — прошипела она. — Нет, — быстро выдохнул тот и поднял взгляд на Адама. — А развязать меня не хочешь? — Да легко, — бросил Адам и разорвал тонкую цепь наручников. — Так это Тибор или Адела попросили мне помочь? Или кто-то другой? — спросил Душан, разминая руки. — Не люблю смотреть, когда избивают человека, — ответил Адам, удивив этим Лили. — За что бы его ни били. — Ну ты ведь знаешь копов. Этим пидорам причины не нужны. Лили тихо фыркнула, обходя стул и становясь рядом с Адамом. — Верно, знаю. Правы они или нет, а причина есть всегда, — холодно произнес Адам, а Лили лишь покачала головой. Еще подобное высказывание про полицейских, и Адам свяжет его обратно. Или она. — После взрыва на Ружичке полиция совсем нас прессует. Подозревают КПА, а срываются на всех аугах. — А ты что об этом знаешь? — Ничего, — сразу ответил Душан. — Брат мой из КПА, а я так... чиню для них всякое барахло. Я так на жизнь зарабатываю. А если ты хочешь знать, причастна ли КПА к взрывам, так сходи туда и все спроси. Сейчас... — он поморщился и потер пальцами виски. — Человек, у которого отняли все... все что-то там... уже без чего-то... без власти? — бормотал он. — Нет, как-то по-другому. Снова без свободы? Не помню. Лили с Адамом переглянулись. — Все нормально? — спросил Адам. — Это пароль на эту неделю, — ответил Душан. — Селинджер. Или Солженицын, хрен знает. — Человек, у которого вы отобрали все, уже неподвластен вам, он снова свободен? — подсказала Лили. — Да! Точно! — закивал Душан. — Ты знаешь пароль? — Всего лишь много читаю, — пожала плечами Лили. — Ну в общем, проход к лифту КПА охраняет Любош. Скажете ему этот пароль, и он вас пропустит. — Ладно, пригодится, — произнес Адам. — Хочу хоть как-то отблагодарить, — ответил Душан. — Благодаря вам я сегодня буду спать в своей кровати. — Если быстро уберешься отсюда, — ответил Адам. — Вечно полицейские в отключке лежать не будут. — М-да, — Лили проводила взглядом убегающего Душана. — Что-то я уже не в восторге от того, что помогла сбежать этому типу. — Каждый подстраивается под местные законы, чтобы выжить, — Адам перешагнул через бессознательного полицейского. — Ну тогда и полицию нечего обвинять в беспричинных побоях, — проворчала Лили. Адам чуть улыбнулся, ожидая, когда она приблизится к нему. — И каким способом воспользуемся? Контрабандист? Или напрямую через лифт? — Лифт. Не хочу выслушивать ничьи требования ради прохода на территорию КПА. — Согласна, — кивнула Лили. — А когда?.. — она резко смолкла, когда Адам неожиданно поднял руку, давая ей знак остановиться. — Следите за мной, Ботковели? — негромко произнес он. Лили напряженно замерла. Она все же надеялась, что тот мафиозник не объявится. И задержала дыхание, когда Адам медленно перевел на нее взгляд. — Что? — одними губами произнесла она. — Я не киллер, — прорычал Адам, отводя взгляд, и еще больше помрачнел. Лили шагнула ближе и прижалась к нему. — Придется менять планы, — заговорил Адам, кладя руку на ее плечо. — Что случилось? — она встревоженно посмотрела на него. — Ботковели как-то узнал, что я в Големе, и требует вернуть долг — убрать одного торговца. — Вот и прислал бы сюда одного из своих головорезов, — проворчала Лили и вдруг тихо охнула. — А как зовут торговца? Адам кивнул. — Интересное совпадение. — Ты же не собираешься его убивать? — Я и так уже убил достаточно людей, — глухо произнес Адам. — Пойдем, рынок в другой стороне.