Консультант

      Башня Книги и Пера была самой маленькой башней в Хогвартсе. В ее единственной комнате находился стол, кресло, пара свеч и главные артефакты, придуманные ещё основателями школы — Перо приёма и Книга доступа. Только с их помощью ведётся приём в школу чародейства и волшебства.       Сидеть здесь в попытке застать момент активации артефакта Квирреллу было откровенно скучно. Однако, это место имело и несравненные преимущества: будучи закрытой от студентов, эта башня являлась местом уединения, а так как здесь кроме этих двух артефактов ничего и не было, про это место редко вспоминали, и если бы его стали искать, то сюда бы заглянули в самую последнюю очередь, если бы заглянули вообще. Также здесь спокойно можно было выходить на связь с Лордом, ведь здесь не было ни одного портрета, а домовики убирали башню раз в полгода.       К огромному сожалению волшебника, украсть этот артефакт не представлялось возможным. Квиррелл не смог не то что вынести книгу из башни, но даже сдвинуть ее с места. Чернильница с пером тоже не двигались. Единственное, что было возможно, так это перелистывать страницу за страницей.       Просиживать в башне целыми днями словно принцесса в заточении Квиринуса совершенно не прельщало, поэтому спустя пару дней он предложил Гримму попытаться самому изучить древний артефакт. Благо, опыт проникновения в школу у них уже был, но в этот раз дело должно было обстоять легче — это тебе не зачарованная полоса препятствий для главного героя, увешанная сигналками вдоль и поперек.       И теперь они вдвоем сидели в башне, каждый, занимаясь своим делом: Квиррелл проверял кипу эссе по ЗоТИ, Гримм же будто исследователь изучал плетение Чар.       Для Роберта Книга и Перо представляли огромный интерес, ведь эти вещи были тем, во что вложили магию все четыре Основателя школы. Это было даже интереснее самих реликвий древних магов — последние Гримм считал простым атрибутом каждого из магов и нигде не упоминалось их волшебное свойство: диадема Когтевран должна была делать людей умнее, но не делала, а меч Гриффиндора вообще был изделием гоблинов, а не магов, и был классическим инструментом для убийства тварей. Про медальон и чашу вообще нельзя было ничего сказать.       Надев специальные очки, Гримм достал волшебную палочку и направил на книгу.       — Просмотреть исходный код элемента.       Перед глазами мага появились цветные символы, в изучение которых он ушел с головой. Лицо волшебника стало жутко сосредоточенным, а между бровей залегла небольшая складка. Иногда он поднимал палочку, водил ее в пространстве, смещая те или иные символы то вверх, то вниз, определяя ссылки и взаимосвязи, иногда подсвечивая некоторые элементы, то и дело сверяясь с книгой.       Квиррелл периодически бросал взгляд на волшебника, ведь он сам ничего не видел, и ему казалось, что Гримм просто водит палочкой в пустоте. В конце концов он не выдержал:       — Что-нибудь удалось выяснить?       — Я в процессе.       — Вы за все это время произнесли только одну фразу и то это даже не заклинание, а простой английский.       — Не все заклинания должны звучать на латыни. Магия — древний и мистический язык, что старше даже вавилонской цивилизации. Что ей ваша латынь или санскрит! Все зависит лишь от уровня восприятия. Мне легче воспринимать Магию как программирование реальности на уровне её исходного кода. Так легче творить и понимать мир, чем просто тыкать пальцем в небо, авось получится.       Квиррелл поморщился: «программирование» — этот термин был таким маггловским.       — И что же вы увидели в коде? — саркастично спросил профессор ЗоТИ.       — Эти артефакты имеют высокий уровень защиты: для их уничтожения потребуется Адеско Фаер, использованный одновременно 4-5 сильными магами. Или несколько литров яда василиска, чтобы погрузить предметы целиком. Парой капель не обойтись — если уцелеет хоть кусочек вещи, артефакт начнет самовосстанавливаться. Хммм, нужно запомнить такие Чары. Также Книгу и перо нельзя вынести с территории замка. Перемещение внутри замка возможно, но… такое имеет право делать лишь Администратор, а это… сейчас посмотрим… Директор Хогвартса с санкции всех четырех деканов.       — А что насчет оценки магических способностей.       — Ох, тут довольно много критериев, — маг поморщился, глядя на строчки кода, — тут одним измерением MP не обошлось, ведь тогда книга бы записывала всех волшебных созданий с достаточно мощным даром. Разумность, интеллект, хотя какой интеллект у маленького ребенка? Возможно человечность… Посмотрим…       Гримм ткнул в пару имен и хмыкнул.       — Тут Чары геолокации и личных данных: кроме имени еще и возраст плюс адрес, теперь понятно на основе чего замдиректора составляет письма. После одиннадцати лет наблюдение прекращается, жаль.       Скопировать Чары не составило особого труда, основные трудности будут при их изменении и накладывании, но — Гримм посмотрел на часы — этим маги уже займутся на своей территории. Можно было уже возвращаться, но тут Роберта посетила неожиданная мысль.       — Квиррелл, а напомни-ка, на сколько дней Дамблдор умотал по делам конфедерации?

***

      Несмотря на мрачный вид, в Запретном лесу жизнь кипела. Над головой ухали совы, шелестела трава от мышей, где-то вдалеке слышалось ржание то ли единорогов, то ли фестралов. Несмотря на то, что лес являлся родным домом для стада кентавров и для колонии гигантских пауков-акромантулов, здесь на деревьях жили лукотрусы и феи-светляки… Ближе к предгорьям, что находились далеко-далеко от территории школы, можно даже было встретить великанов или в совсем уж дремучих чащобах троллей, но лес совершенно не пугал Гримма. Шум — это признак жизни, а вот мертвая тишина может посеять тревогу и даже ужас.       Несмотря на это, Квиррелл шел вперед с явной неохотой и разве что не подвывал, однако Гримм строго-настрого запретил ему шуметь.       Между прочим, Квиринус имел полное право жаловаться, ведь идея Роберта ему совершенно не нравилась.       — Ну зачем, зачем вам сдались эти акромантулы? Это же так опасно!       — Я правильно понимаю, что профессор ЗОТИ боится пауков? — в голосе мага слышалась ирония напополам с раздражением. Знай он, где конкретно находится логово арахнидов, Гримм бы ни за что не потащил за собой этого мага, которого в случае чего придется защищать. Но так как пункт назначения ему был неизвестен, приходилось довольствоваться этим проводником, — Воспринимай это как боевую тренировку. Только прошу, никакого огня, хоть это наиболее и эффективный способ борьбы с этими хищниками. Нам нужно, чтобы туши были как можно более целыми: акромантулы это не только ценный яд, но и жала, внутренности, паутина, яйца и хитиновые панцири. Да и не место этим тварям рядом со школой.       Квиррелл согласно кивал, но все равно ему приходилось пересиливать себя, чтобы сделать очередной шаг вперед. Впрочем, его можно было понять — не каждый волшебник захочет добровольно идти на встречу со смертельно опасным существом. А уж в том месте, куда они собрались, их водилась сотня, если не тысяча.       Когда между деревьями стали видны первые нити паутины, Роберт подал Квиринусу знак остановиться. Весь его вид выражал колебание.       — Останься здесь, охраняй периметр. Твоя задача: чтобы никто не зашел и не вышел с территории, за исключением меня. Вернусь через час.       Квиррелл хотел возразить, сказать, что разделяться — это плохая идея и быть одному в логове пауков в разы опасней, но не смог выдавить ни слова.       — В случае непредвиденной ситуации сломаешь этот медальон, тогда я постараюсь вернуться как можно скорее. При угрозе жизни трансгрессируй на опушку леса и жди меня там. Все ясно?       Волшебник коротко кивнул.       Гримм ободряюще похлопал мага по плечу и, махнув рукой, двинулся туда, где паутина создавала белые коридоры.       Когда Квиррелл пропал из поле зрения, маг остановился, прислушиваясь к ощущениям и медленно двинулся по кругу.       На самом деле идея поохотиться к нему пришла совершенно внезапно. Неизвестность будоражила кровь, но и бросаться в объятья восьминогих тварей без какой-либо подготовки совершенно не хотелось. Да, акромантулы были ядовиты, и у Гримма не было противоядия, поэтому подставляться под удар не хотелось, тем более он не знал, насколько токсична отрава и как быстро она действует. Роберт был один, а пауков — целое море. Использовать пламя — не вариант. Слишком заметно, и туши могут просто сгореть. Если б он хотел просто очистить лес — Адеско фаер был бы идеальным решением, но ему нужны были ингредиенты. Авада не испортит туши, но это заклинание слишком энергозатратно и не хотелось бы пачкать палочку запрещенным заклинанием. Акромантулы устойчивы к другим заклинаниям — Ступефаями их не завалишь. Секо достаточно простое в использовании, но бьет по одному врагу, а их нужно выкашивать пачками. Призвать туман из борной кислоты или хлорпирифоса? А подействует ли это на волшебных пауков и если да, не испортит ли товар? Создать ультразвуковую волну? Это лишь отпугнет, но не убьет пауков.       Гримм поежился. Дело близилось к ночи, и в лесу заметно похолодало. Это навело мага на определенные мысли. Едва слышный шепот сорвался с губ, кончики пальцев закололо тысячью игл. Нет, он не будет бросаться в бой с шашкой наперевес, он предпочитает другую тактику.       Когда Роберт обошел территорию пауков по кругу, онемение уже достигло плеча, но это того стоило, ведь магу нужно было, чтобы заклинание накрыло не только земную поверхность, но и ушло в недра, вымораживая паучьи туннели. Конечно, это может навредить корням деревьев, но природа и не такое выдерживала.       Волшебник соединил пальцы, сшивая начало и конец заклятия, подождал, пока нити переплетутся между собой, а затем резко отпустил руки. Магия, ничем более не сдерживаемая, замкнулась, всколыхнув пространство. Перед Гриммом выросли ледяные стены, накрывая логово акромантулов непроницаемым куполом. Маг довольно ухмыльнулся: Замораживающая молния, что сейчас бесновалась внутри оболочки, делала свое черное дело. Хоть подобное заклинание и пожирало огромное количество энергии, а также требовало длительной подготовки, из-за чего его невозможно было использовать в бою, являлось идеальным компонентом ловушки.       Когда прошло уже достаточное количество времени, барьер исчез сам собой, и маг смело зашел на вражескую территорию.       Зрелище, открывшееся ему, было поистине прекрасным. Вся земля была сплошь усыпана пауками: туши, крупные, размером со здоровенную овчарку, а то и лошадь, валялись без движения, а их лапы кривыми антеннами торчали по направлению к темному небу. Некоторые еще слабо шевелились, но таких были единицы, и Гримму не составило труда их добить. Улов оказался знатным, вот только маг боялся, что такое богатство не влезет в его сумку с чарами расширения, если, конечно, предварительно не трансфигурировать пауков во что-то более мелкое. Однако, это все равно займет много времени. Но у него же есть помощник.       Квиррелл, вызванный по зеркалу, примчался через минут пять и вид имел откровенно жалкий. Он трясся как осенний лист и выглядел запыхавшимся, будто не Гримм, а именно Квиринус сражался с ордами пауков.       Увидев добычу, маг затрясся еще сильнее, но все же взял себя в руки, когда Роберт поставил перед ним конкретную задачу: собрать всех пауков по левой стороне. Сам же Гримм брал на себя правую сторону. С помощью Трансфигурации и Манящих Чар дело пошло достаточно быстро, и акромантулы, преобразованные в камушки, широким потоком потекли в сумку.       Когда все пауки с поверхности были собраны, Гримм задумчиво посмотрел в сторону туннелей. Квиррелл, определив направление взгляда, занервничал и быстро заговорил.       — Мистер Гримм, я п-полагаю на сегодня достаточно. У нас и так в сумке целое со-состояние! Может не стоит?       Маг коротко угукнул, но взгляд не отвел. В чем-то профессор был прав: яд акромантула очень ценится как ингредиент для зелий. Особенно, добытый из живого или свежеубитого монстра. По понятным причинам он очень редок и ценится буквально на вес золота. Яд стоит 100 галлеонов за пинту. Но вот яйца, что скорее всего, находились в глубинах, были отнесены к классу «А» запрещенных к торговле материалов. Попытки их продажи или вывоза за пределы страны строго наказываются. И на черном рынке их оторвут с руками.       Благоразумие боролось с жадностью и…       — Жди здесь, — впихнув сумку в руки мага, мужчина согнулся и двинулся вглубь подземного коридора. Люмосом он решил не пользоваться, так как тот освещал территорию лишь на небольшом расстоянии и слепил владельца. Вместо этого демонолог решил воспользоваться Темным зрением, тем более оно должно было засечь признаки жизни в этом темном лабиринте, а значит поиск яиц будет проходить намного легче. Да и приближение короля или королевы пауков не будет неожиданным.       Путешествие было долгим, но вдруг впереди послышался странный гул и щелкание, а затем впереди забрезжил свет. Волшебник ускорил шаг и очутился в гроте. Стены были абсолютно белыми, а на ощупь они были мягкими, но очень липкими. Гримм с трудом отодрал ладонь, отчего кожа неприятно зудела, будто на нее вылили обувной клей. В образовавшуюся прореху проглядывались яйца — классическая кладка. А Темное зрение говорило, что за белыми стенами таились сотни и сотни нерожденных. Маг перевел взгляд на центр пещеры, и у него перехватило дыхание. Огромный, будто особняк, акромантул с ненавистью смотрел на волшебника, нервно щелкая клешнями, что означало — тварь либо сильно испуганна либо зла. А под ним находился еще один крупный, размером с минивэн. Вид акромантула показался Гримму смутно знакомым, а если вспомнить природу пауков, у которых самки в несколько раз крупнее самцов, можно было сделать вывод — пред ним находились Арагог и его жена.       — Человек, зачем ты пришел сюда? Убирайся! — монстр нервно махнул клешней, но не приблизился ни на шаг. Тому виной была шаровая молния, что медленно плыла под потолком, и опасно гудела. Гримм криво ухмыльнулся: его заклинание до сих пор работало. Хоть молния и не смогла их убить или оглушить, но ей удавалось хотя бы сдерживать арахнидов.       Маг проигнорировал хозяев этих мест и, заклинанием вскрыв одну из кладок, стал собирать яйца в трансфигурированный из мантии мешок. Крупные, размером со страусиное яйцо, шары, на ощупь были гладкими и даже немного склизкими. Жена Арагога злобно щелкала жвалами, но не сдвинулась с места.       Когда Гримм собрал урожай, он молча поклонился и взмахнул палочкой. Температура в пещере резко упала, и по лапам пауков побежала изморозь. Акромантулы заверещали, начали двигать конечностями, но их ноги подломились, будто сосульки. Вскоре вой утих, и перед Робертом застыли две ледяные статуи.       — Дефодио, — взмах палочки, и скульптуры разлетаются будто от удара кувалдой.       Когда ледяная крошка осела, Роберт развернулся и направился к выходу. Царство пауков было разрушено.       Выйдя из туннелей Гримм кивнул Квирреллу и махнул рукой, говоря следовать за ним. Однако стоило только им покинуть территорию акромантулов, как неприятности не заставили себя ждать.       Чувство тревоги взвыло раненым зверем, заставляя мага остановиться и выбросить руку вперед. Квиррелл охнул. В зажатом кулаке волшебника дрожала стрела.       «Прискакали…»       — М-м-мистер Г…       — Молчи! — прошипел волшебник и уставился в тьму лесу.       Вскоре из-за деревьев показался силуэт и даже не один. Едва слышный стук копыт по траве, звук натягиваемой тетивы — все это нервировало, но Роберт не делал резких движений.       — Чужаки, зачем вы забрели в наш лес? — заговорил широкоскулый, с длинными чёрными волосами кентавр. Один из немногих, что не целился в магов из лука. Впрочем, Гримм видел боковым зрением, что здесь много волшебных разумных и что они окружены.       — Приветствую истинных хозяев леса, — Гримм вежливо поклонился, — прошу прощения за то, что нарушили ваши границы. Мы лишь занимались охотой и уже закончили.       — Кого из жителей леса вы убили? — гневно спросил рыжий лучник. Ноздри его дрожали от ярости.       — Тех, кто не должен был жить здесь. Акромантулов, — луки некоторых кентавров вопросительно дрогнули, и Гримм продолжил, — Больше никто не попадется в их сети. Ни одно живое существо. Ни один жеребенок.       Среди стада послышалось роптание. Но гнедой кентавр, по всей видимости, лидер, вскинул руку и шепот тут же затих.       — Нам не нужна ваша помощь, люди! — презрительно фыркнул глава.       — Мы ее и не предлагали. Но если вы нас задержите или расскажете о нас Дамблдору, который позволяет своему леснику разводить здесь опасных тварей, что нарушают природное равновесие, я буду расстроен. Ведь как мне кажется, мои действия не противны воле мудрейших, не так ли?       Вороной в задумчивости переступил с ноги на ногу, когда к нему подлетел гнедой кентавр и что-то горячо зашептал. Гримм сумел расслышать только отдельные фразы: «Нигде не видно», «колдовство» и «не врет». Видимо некоторые все же решили проверить паучье логово.       — Что ж, ваше вмешательство простительно. И даже… Полезно. Лес стал чище и светлее. Но вам все равно не место в нашем лесу.       — Тогда позвольте откланяться, — Гримм подхватил Квиррела под локоть и, когда кентавры расступились, шагнул в образовавшийся проем.       Когда полулюди-полукони остались позади, кто-то окликнул его.       — Маг, твоя тень уходит глубоко во тьму, — Гримм резко обернулся, а глава тем временем продолжил, — но в той тьме не рождаются звезды.       Кентавр поднял взгляд к небу.       — Уран соединился с Плутоном.       Волшебник тоже задрал голову, но верхушки деревьев закрывали небосвод. «Ну хотя бы Марс не яркий.»       — Что ж, да благословят небесные сферы наш путь, — Роберт глубоко поклонился и, более не оборачиваясь, отправился на выход из Запретного леса. Эта встреча не была случайной, и ему предстояло многое обдумать.