Эндорфин

      №1849 вышел из жилого бокса, сливаясь с потоком других рабочих в серых комбинезонах и личными номерами на нашивках. Живая река двигалась бы в полном молчании, вот только прямо на боксах стояли огромные экраны, вещающие по кругу: "Будьте бдительны. Соблюдайте правила Города. Сообщайте о чужаках. Упорно работайте. Нас ждет процветание". Каждый день это монотонное бормотание немного менялось: что-то убирали, что-то добавляли, но простота слоганов оставалась неизменной. Экраны находились именно на такой высоте, чтобы смотреть на них, едва поднимая взгляд. На них попеременно мерцали изображения геометрических фигур, наложенных друг на друга, спиралей или просто ряби различных вариаций серого. Они время от времени сменяли друг друга, оставляя после себя, если смотреть на них, неприятную скованность мыслей и сонливость. Сероватый свет равномерно падал сверху на безразличных, одинаковых людей, больше похожих на роботов или клонов, молча идущих по дороге и, время от времени, переводящих взгляд на следующий экран. У некоторых шевелились губы: "Будьте бдительны..."       Дорога до распределителя была только одна, специально для обеспечения максимальной охраны. Раньше подобного не было, но террористические атаки на множество мелких дорог одновременно несколько десятков лет назад закончилась весьма тяжелыми потерями для Города. Хотя никто этого не заметил или не запомнил. За несколько лет Город был перестроен по-новому, мотивируя это защитой гражданских. Об этом тоже любили почаще говорить с экранов: "Город любит вас. Вы любите Город".       №1849 смотрел на лица людей, (что само по себе считалось ужасным моветоном, заметь кто) но они оставались такими же каменными и одинаковыми. Он не знал насколько отличается от них, потому что никогда не смотрелся в зеркало, даже не знал, что это такое. В Городе их попросту не было. Зрение и все остальные чувства нужны были только для выполнения великого труда. Рабочие могли слышать только голос экранов, настолько он въелся в их мозг. №1849 был отчасти уверен в том, что если бы голос с экрана произнес: "Вы не нужны Городу, умрите", все молча последовали бы этому приказу.       Распределитель - огромный ангар с кучей труб и тоннелей, уходящих далеко за пределы зрения, похож на гигантского металлического паука. Все знали, что за этим зданием расположены множество огромных заводов, которые простираются до самого горизонта. Но увидеть этого не могли из-за вечных серых туч и густого серого тумана. На входе всех рабочих тщательно проверяют, чтобы не допустить проникновения на производство шпионов или террористов. Чужаки всегда хитры и коварны, особенно когда дело касается истребления и грабежа, иногда даже убийства, горожан. Рабочие послушно выстраивались в огромные колонны, пока с верхних ярусов за ними следили охранники, готовые в любой момент удалить подозрительный элемент.       Такими угрозами считались работники со сломанными контролерами или с показателями, выходящими за пределы нормы. Этих лиц сразу же принудительно направляли на лечение. Конечно же, Городу было бы проще лишить всех его жителей эмоций и воли одним разом, полностью удалив из организмов такие вредные и нежелательные вещества как адреналин, серотонин, дофамин, эндорфин и множество других. Но вот незадача, ведь все то, что подрывало общество изнутри, рушило государства и проявлялось чувствами, являлось незаменимым и необходимым для работы организма, а значит, для существования Города.       Вот охранник сверил показания своего аппарата и показания контролера работника, после чего поднял вверх кулак, запрашивая поддержку. К этому посту подошли еще два охранника и взяли под руки работника. Тот бессильно обмяк на их руках и даже не сопротивлялся, на его костюме виднелись три темные полоски. Это значило, что им лечение было пройдено уже три раза. По закону Города те, кому лечение не помогает, угрожают мирному существованию горожан, приравниваются к чужим и подлежат незамедлительному удалению.       Девятый почувствовал на себе пристальный взгляд и обернулся. На несколько рядов дальше стоял работник и смотрел не на экраны, а прямо на №1849. Этот открытый внимательный изучающий взгляд мог принадлежать только горожанину с особыми привилегиями, например, если бы он был из отдела удаления. Но Девятый не помнил этого лица среди своих коллег, поэтому опустил взгляд на нашивку с номером. ЛНК №1686, серия говорила о том, что это работник научного отдела. Едва ли у кого было больше возможностей, поэтому Девятый ответил горожанину презрительный взглядом и отвернулся.       Теперь №1849 смотрел только вперед на один из больших экранов с мигающими картинками и монотонным голосом, от которого постоянно клонило в сон, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания. Ему не нужны проблемы, потому что тот, кто создает проблемы, долго в Городе не живет.       Началось все с того, что один из работников посмотрел наверх. Среди всей толпы кто-то один оторвал взгляд от экрана и поднял голову, а затем схватился за волосы и вопя упал на колени:       - Здесь нет неба! - кричал некто. - Ты обещал, что небо всегда надо мной, но ты соврал!       Раздался выстрел и вопли прекратились. Никто, кроме охранника, уже отправляющего рапорт начальству, даже не обратил внимания на произошедшее. Изображение на экранах сменилось на надпись: "Чужак удален. Город заботиться о вас". И как раз подошла очередь №1849. Он подошел к охраннику, продолжая смотреть прямо перед собой, когда тот поднес к запястью небольшое проверяющее устройство и нажал на пуск. Мельчайшая одноразовая игла вошла в кожу рабочего, почти без боли, хотя здесь ее быстро переставали замечать, по нескольку раз в сутки год за годом проходя такие проверки. Маленькая капля крови исчезла в приборе, который замигал различными обозначениями пару секунд спустя.       - Норма эндорфина и адреналина повышена, - бесцветно объявил охранник с пустым, немигающим взглядом, без колебаний поднося руку к кнопке тревоги на своем жилете.       - Производственная необходимость, - ответил №1849. Подобная процедура происходила каждую проверку. Совет наотрез отказывался дать особые полномочия некоторым отделам, освобождая работников их отрасли производства от проверок в распределителе, ссылаясь на правило Города о "равенстве и единстве всех жителей". Поэтому №1849 снял с шеи чип с полной биоинформацией, который имелся у каждого работника, и передал его охраннику.       - ...безопасность. Отдел удаления. Доступ разрешаю, - прочитал в коммуникатор проверяющий и отдал чип, вылавливая и изучая пустыми глазами следующего в очереди.