Эндорфин

      №1849 и №1848 считались одними из лучших достижений в свое время. На основе их данных были созданы новые поколения 1850-ых и 1860-ых, элитные отряды, патрулирующие Центр и охраняющие Совет. Они же, прототипы, остались в отделе удаления для защиты простых горожан от чужих. Приходили новые поколения, серии и отряды работников, но эти двое оставались неизменными. Благодаря недопустимо высокому уровню гормонов и медиаторов, они всегда показывали лучший результат зачисток при этом безукоризненно следуя правилам Города.        Это огромное физиологическое различие легло в основу чего-то похожего на дружбу. Похожего потому, что никто в Городе о подобном не имел никаких сведений. Рабочие не испытывают потребности в эмоциях, поэтому всегда дают одинаковый результат, всегда предсказуемы, всегда безразличны и никогда не разговаривают друг с другом. Разговоры нужны только для работы, жизнь нужна для завершения их великого труда.        Они быстро стали называть друг друга "Восьмой" и "Девятый", просто потому что постоянно обращаться в полной форме было слишком долго, а вести долгие беседы обо всем вокруг было для них жизненно необходимо. Эти двое заметили, что их тела отличаются друг от друга. Что уровень некоторых гормонов у них в теле разный, но все запросы касательно этого вопроса центр настойчиво игнорировал. Также они пришли к заключению, что тела всех работников строятся по двум моделям и долго пытались понять, что бы это могло значить. И, в конце концов, пришли к выводу, что, должно быть, у умников из отдела науки норма в несколько раз выше их собственной. В этой бесконечной серости Восьмой и Девятый искали друг друга, чтобы еще чуть дольше испытывать это чувство удовлетворения и счастья при общении, чтобы контролер разрывался писком, показывая повышенный уровень эндорфина и серотонина. Они не знали зачем и почему так поступают, но решили между собой - чем меньше знаешь тайн, тем лучше.        В этот день Восьмого снова не было. Он уже неделю не появлялся. В Городе подобное поведение не сулило ничего хорошего. Девятому оставалось только ломать голову, что же произошло. Он обошел всю их небольшую базу, украдкой заглянул в каждую щель, будто напарник, и ростом и весом превосходящий его самого, мог укрыться в подобном месте. Время быстро шло, отдел постепенно заполнялся остальными сотрудниками, но Восьмой так и не появился. Несмотря на то, что у всех работников отдела удаления была повышенная норма, это отклонение от остальных было настолько незначительно, что они больше походили на обыкновенных рабочих, а потому быстро умирали. И на их места приходили новые, ничем не отличающиеся, безличностные и бесчувственные. Поэтому и дружить с кем-то из них у Восьмого и Девятого как-то не получалось.        Девятый переминался с ноги на ногу, рабочий день уже почти начался, все остальные сотрудники уже на месте, так где же Восьмой? Он ждал уже неделю, поэтому не выдержал и отправил запрос в Центр. В Центре всегда работали оперативно, поэтому ответ не заставил себя ждать. У стены комнаты всплыла голограмма с символом Города - огромного причудливого здания разрезающего собой облака. Знакомый без эмоциональный голос диктора начал говорить, как только на экране появилось изображение Восьмого и его полный серийный номер:        - Вчера вечером возле склада фармацевтического предприятия было замечено появление группировки чужих. Цели их так и остались неизвестны, но оценка последствий показала, что они могли бы быть ужасными. Теракт предотвратил сотрудник отдела удаления РВС№1848. Мы благодарим его от лица Города за хорошо проделанную работу. Город заботится о вас.        Изображение исчезло. Девятый еще несколько минут молча смотрел на экран, смахнул, непонятно откуда взявшуюся, влагу с лица и открыл на коммуникаторе свое сегодняшнее задание во благо Города.