Зов сирены: сборник рассказов

Юри ходил по каюте, тяжело ступая из-за боли в мышцах и кусая до крови нижнюю губу. Его руки были сжаты в кулаки, и ногти впивались в ладони. В другом конце каюты Эмиль склонился над лежащим Виктором. В надежде снять температуру, он уложил ему на лоб влажное полотенце. — Юри, подойди. Юри спешно кинулся к постели, чувствуя себя абсолютно беспомощным. Несмотря даже на принятое вчера лекарство, Виктор все равно едва приходил в себя, и при каждом прикосновении Юри ощущал, как горит его кожа. Эмиль шутил, что Юри мог бы приказать Виктору поправиться, но сирена не находил шутку веселой. Потому что сколько бы он ни старался, говоря лекарству действовать быстрее, ничего не получалось. — Посиди с ним. Я пойду схожу за аптечкой. Если можешь заставить его поесть — вперед. Когда Эмиль ушел, на каюту опустилась тяжелая тишина, нарушаемая лишь ровным дыханием Виктора. Юри сел рядом на краю постели, сжимая ладонь Виктора в своей. Все еще слишком горячая. Неприятно. Прошла минута, и серебристые ресницы Виктора затрепетали, а большой палец скользнул по костяшкам Юри. — Ох… Должно быть, я в бреду, потому что передо мной ангел… — его голос был хриплым, но губы изгибались в слабой улыбке. Юри скривился. — Нет? Тебе не понравилось? Юри схватил солонину, оставленную Эмилем, и вместо ответа поднес ее к губам Виктора. Тот рта не раскрыл, так что Юри подтолкнул мясо ближе. — …Не сейчас, Юри. Как будто Юри позволил бы ему отказаться. Оторвав кусок собственными зубами, он прожевал его и склонился, пальцами сжимая челюсть Виктора. Прижавшись к нему губами, он пропихнул еду Виктору в рот языком, решительно следуя просьбе врача. Виктор тут же поперхнулся, закашлялся, выплевывая мясо на пол. — Оххх, Юри, не-е-е-ет, отвратительно, — скривился он, высовывая язык. — Ты только хуже делаешь. Не видя ничего веселого, Юри ткнул пальцем в одеяло, укрывающее Виктора по грудь, и принялся писать. Выражение лица Виктора не поменялось — он просто не успевал разбирать ругань Юри из-за температуры. Когда сирена переписал все помедленнее, Виктор слабо усмехнулся. — Вот не сказал бы, ласточка, мне очень даже нравится ощущать тебя у себя во рту. Вспыхнув против собственной воли, Юри хотел было заговорить, но замер, потому что в каюту зашел Эмиль. Тот поглядел на выплюнутое мясо на полу, получил в ответ два застенчивых взгляда от Юри с Виктором, но ничего не сказал, просто закатил глаза и передал Юри что-то, напоминающее кору. Сирена с интересом ее осмотрел. — Это чтобы сбить температуру, — пояснил Виктор, недовольно морща нос. — Нужно… — он прервался и засмеялся, потому что Юри откусил кусочек и тут же отдернулся от горечи, переполнившей рот. — Не самый лучший способ, — заметил Эмиль, забирая у Юри кору и кроша ее пестиком в ступке. — Думаю, он пытается быть моей мамой-птичкой. — Прелестно. Юри смотрел, как Эмиль смешивает получившийся порошок с вином, как прошлой ночью Юри сам делал с собственным лекарством. — Помоги мне его поднять. Юри уложил руку Виктору на спину, помогая ему сесть, чтобы Эмиль смог поднести чашку к его губам без страха, что он задохнется. Виктор выпил и оперся на руки Юри, когда Эмиль счел дозу достаточной. — Останься с ним. Если твое лекарство действенное, то есть надежда, что скоро жар спадет, — сказал Эмиль Юри, отставляя чашку в сторону. — Если будешь с ним, то он может и не станет глупить и подниматься с постели до того, как восстановится. Кивнув, Юри уложил Виктора и улыбнулся, когда тот передвинул голову ему на колени. Юри был настолько доволен, что свернулся рядом со своим больным капитаном, давая и собственному уставшему телу отдохнуть. Температура спала не так быстро, как Юри надеялся. Ночью на лбу Виктора выступал пот, и он беспомощно выстанывал в плечо Юри жалобы о жаре, струящемся по телу.