Зов сирены: сборник рассказов

Вода плеснула вокруг Виктора, кинувшегося в руки Юри и обнявшего его, не дав закончить песню. Юри всегда пел красиво — а когда пел Виктору, то зачастую о любви. О предложении провести вместе вечность или хотя бы столько, сколько им отведено. Вместе — как партнеры, как родственные души, как супруги до конца дней. Тихий сдавленный выдох, сорвавшийся с губ Юри, когда Виктор в него врезался, был так же сладок. Удивление его утонуло под водой, в которую они вместе упали, а его пальцы зарылись в волосы Виктора, вплетаясь в пряди и бархатные ленточки; тот обвил Юри за пояс, прижимая его ближе, и вместе они опустились на песчаное дно, целуя друг друга в облаке пузырей, окружающих их. Когда они отстранились друг от друга, задыхаясь, Юри расправил крылья и толкнулся в сторону поверхности. Они дышали друг другу в губы — промокшие насквозь и смеющиеся, когда капли воды скользили в поцелуи. Юри протестующе вскрикнул, когда Виктор оторвал его от земли, все еще держа за пояс, и закружил, а потом отклонил в своих руках и поцеловал. Он быстро нащупал его бок, проверяя, в порядке ли бинт и не разошелся ли шов, но нахмуренный лоб быстро разгладился, когда Виктор успокаивающе скользнул ладонями по лицу, убирая мокрые взъерошенные пряди волос. — Чем же я заслужил тебя в своей жизни? — прошептал Виктор, касаясь лба Юри своим. — Спас меня, — пробормотал Юри в ответ, сжимая в пальцах ткань рубахи Виктора. — Значит, ты принимаешь мой брачный танец? — Ласточка, я и первый принял. Пожалуй, он мне даже больше понравился. Потрясешь мне еще раз хвостом? Юри засмеялся, игриво отталкивая Виктора, а потом зачерпнул воду крыльями и обрызгал его, отчего в воздухе снова заиграла радуга. И когда капитан ответил уже собственной волной, Юри хлопнул крыльями с такой силой, что чуть не сбил Виктора с ног, и пришлось спешно его ловить. В итоге они оба снова окунулись в воды лагуны, потому что Виктор схватился за Юри и утянул его за собой. Взаимный хохот перешел в счастливые бормотания, с которыми они вернулись на берег и устроились там, целуясь на песке. Остров вокруг них утопал в звуках. Среди деревьев щебетали птицы, водопад ниспадал в лагуну. Океан где-то позади накатывал на берег и отступал назад. И среди этих звуков раздался еще один — голос, исходящий от цветочных зарослей на краю лагуны; ровный и очевидно пронизанный магией: — Зачем ты играешь с едой?