Стив Роджерс и его волкопес

Глава 17 Поле зрения сузилось до белого тоннеля, так что все, что пес видел – это маленькое круглое «окошко», состоящее по большей части из лица Стива. По правде говоря, Сержанту этого вполне хватало. Ух, Стиви, ты такой красивый. У тебя две головы. Стив уворачивался. – Ну все, прекрати! Хватит лизаться! Я тебя нести пытаюсь. Стиви, мне та-а-ак хорошо! Все плывет! – Только гляньте, какая прелесть. Мальчик и его оборотень. Стив ловчее перехватил Сержанта и улыбнулся (судя по голосу, потому что Сержант перестал его видеть). – Спасибо, что придержала дверь, Нат. Очень кстати. – Не за что. Видно же, что у тебя руки заняты. Солнечный свет померк – Стив втащил его в дом. – Вряд ли он сейчас вообще лапу чувствует. Ему дали сильные обезболивающие. Уи-и-и-и! Каруселька! Кру-у-уто! – Сержант, перестань ерзать! Кажется, я умею летать! – А я-то волновалась, что он на тебя бросится, – засмеялась Наташа. – Разве что залижет до смерти. Вот мы и дома… Э, Нат, можешь у меня из кармана ключи достать? А то боюсь его уронить. Наташа, пожав плечами, толкнула дверь, и та отворилась. – Не заперто. Все уже там. – Зачем? Стив переступил порог, и квартира наполнилась приветственными возгласами. Тони встретил Стива прямо у дверей, поигрывая бокалом скотча. М-м-м, поделишься? – Кэп! Добро пожаловать! Что у твари за штуковина на шее? – Это называется защитный воротник, – отозвался Клинт. – Ты что, «Вверх» не смотрел? – Понятия не имею, о чем речь, – сообщил Тони и снова повернулся к Стиву. – Зачем она ему? – Их все время надевают на раненых собак, – проворчал Стив. – Но эта тварь – не собака. – Ветеринару я этого не сказал. И хватит называть его тварью. Сержант, лежащий на руках у Стива лапами кверху, повернул голову и посмотрел на Тони сквозь «окошко». Коротышка. Дай выпить. Нацелившись воротником в сторону бокала и с удовлетворением убедившись, что дотягивается, Сержант вытянул длинный язык и принялся лакать. Тони, ухмыляясь, бокал не убирал. – Тони! – раздался хор возмущенных голосов, и Стив быстро шагнул в сторону. Не-е-е-ет… Отличная же штука… Верни меня туда Сержант начал повизгивать, но Стив не смягчился – он просто отнес пса к лежанке и уложил, осторожно поправив лапу, целиком закованную в гипс. – Ну вот, – Стив потрепал Сержанта по боку и снял воротник. – Полагаю, он тебе не нужен, так ведь? Господи, как велик мир! Стив окинул взглядом собравшихся в студии людей. – Не то чтобы я возражал против компании, но что вы все здесь делаете? – Сторожим оборотня, – Тони сделал глоток из бокала, потом, очевидно, сообразил, кто только что оттуда лакал, и скорчил гримасу. – Он не опасен, – произнес Стив тоном, от которого сам начал казаться довольно опасным. – Мы уже сто раз все обсудили. – Прости нам нашу осторожность, Капитан, – сказал Тор. – Предания нечасто описывают перевертышей безопасными существами. Сержант перекатился на спину. Смотри, Стиви! Я могу перевернуться налево! И направо! – Если бы он хотел причинить мне вред, – заспорил Стив, – то сделал бы это давным-давно. – Мы просто не в курсе его мотивов, дружище, – примирительно сказал Сэм. – И мы за тебя беспокоимся. – Он нас спас, – напомнил Стив. – Он спас много людей. Я не верю, что он настроен враждебно. Я могу облизать себе яйца! – Мы должны считать его плохим? – спросил Вижен. – Он не давал поводов. – М-м-м, – сказал Клинт. – Просто надо больше о нем узнать! – А если он не хочет нам говорить? – спросила Ванда. – Он наверняка не просто так молчал. И предпочел быть собакой, а не человеком. Лизь, лизь, лизь. – Эй, Кэп, – Клинт вскинул руку. – Предлагаю надеть воротник обратно. – Что? – Стив моргнул и посмотрел на пса. – Сержант! Это невежливо! И мир загадочным образом снова сузился до «окошка». Что за дела? – Ага, значит, теперь можно переименовать эту штуку в Защитный от Непотребства Воротник? Глава 18 Спор продолжался. Распластавшись на мягкой лежанке, Сержант позволял звукам омывать себя. Его поле зрения представляло собой милое «окошко», окруженное белым, а хвост выбивал по полу неустанный ритм. Когда пес поворачивал голову под правильным углом, то видел Стива. Уголки рта у того были опущены. Он выглядел несчастным. Стив не должен быть несчастлив! Ведь мир так чуде-е-есен! Пес сполз с лежанки, хлопнулся на правый бок и медленно двинулся к Стиву. Это было не так уж легко. Если он не приподнимал голову, воротник цеплялся за ковер. И когда пес продолжал толкать, «окошко» исчезало, и мир темнел. Сержанту это не нравилось. Так что он вскидывал голову и подавался вперед (загипсованная лапа торчала под странным углом), потом переводил дух, широко взмахивал головой и проползал еще немного, продолжая колотить хвостом по полу. Щенок в стелс-режиме! – Какого черта он вытворяет? – Сержант? Сержант повернулся на звук своего имени, но угол был неправильный – вместо Стива в «окошке» возник молот Тора, лежащий на журнальном столике посреди гостиной. И тут Сержант мигом забыл, куда направлялся. Я же хотел сделать под ним лужу! А раз хотел – значит, надо делать! Сержант удвоил скорость – ну, вроде как – невидимые Мстители убирали ноги с его пути. И только когда цель оказалась совсем близко, пес понял недостаток своего гениального плана: молот был на столике, а он сам – на полу. Ох черт, придется вставать. Это было легче сказать, чем сделать. Сержант в упор не мог вспомнить, сколько ног ему полагается иметь, а виляющий хвост никак не помогал в тяжком деле сохранения равновесия. И все-таки Сержант кое-как подобрал под себя все лапы, которые смог обнаружить, и гордо выпрямился. Весь, кроме головы. Голова застряла под столиком. Ну что за невезу-у-уха? – Назад пяться, тупица! – крикнул Клинт. Сержант подался вперед. – Назад – это в другую сторону! – Не груби моей собаке, – сказал Стив. Чудесный Стив. Чудесный глупый Стив. – И все-таки это не собака, – пробормотал Сэм под нос. Большие руки, которые не раз скребли пса за ушами и чесали ему живот, взяли Сержанта за бока и осторожно потянули. О чудо – голова оказалась на свободе. Свобода! Изумительная великолепная свобода! Стив отпустил его, и Сержант снова сунулся вперед – на этот раз не забыв поднять голову. Цель появилась в «окошке», серая, тяжелая, вот прям на блюдечке с золотой каемочкой. И тут край воротника наткнулся на рукоять. Да что ж такое! Сержант пялился на молот, заполняющий все его ограниченное поле зрения. Каким-то образом молот выглядел реальнее реального, тяжелее тяжелого. Быть может, пес не будет делать под ним лужу. Нет, пес спрячет его. Присвоит. Возможно, немного пожует. Молот казался очень аппетитным. – Думается мне, он хочет взять Мьельнир, – сказал Тор с явной улыбкой в голосе. Из-за проклятого воротника пес не мог как следует дотянуться. Пришлось стараться изо всех сил и нащупывать кожаную петлю на рукояти языком. – Да, определенно. На Ютубе это будет бомбой. – Ты снимаешь? – О да! Обдолбанная собака против неподъемного молота. Как думаешь, он быстро поймет, что не может его сдвинуть? Сержант затянул ремень в пасть. На вкус тот был кожаным и соленым. Вкуснятина! Славная будет жевалка. Ну а пока надо утащить молот к лежанке и припрятать там, пока никто не понял, что у него на уме. Сержант как следует стиснул зубы и с силой дернул, ожидая, что молот будет тяжелым. Отнюдь. Должно быть, Тор был совершенным хиляком, потому что молот с готовностью взлетел в воздух со звуком, который почему-то походил на хоровой вопль ужаса. На трех ногах Сержант спрыгнул на пол, пытаясь обуздать молот и не ударить им себя. Однако молот продолжал выписывать круги и остановился лишь тогда, когда наполовину снес кухонную стойку, превратив ее в груду деревяшек и битого мрамора. Упс. Замерев – с торчащей в гипсе лапой и продолжающим вилять хвостом – Сержант прислушался. Мертвая тишина. Фух, никто не заметил. Тогда он снова потянул за петлю – на этот раз осторожнее – но молот будто пустил корни в раковине. – Сержант, – Тор подошел сзади, – ты доказал, что ты воистину достоин, и я глубоко сожалею, что сомневался в тебе. Однако я, пожалуй, заберу Мьельнир обратно, прежде чем он причинит еще большие разрушения. Сержант дернул головой, молот вылетел из груды обломков и… врезался во что-то позади. – Одинова борода… – выдавил Тор, прежде чем рухнуть. – Ауч, – лаконично сказала Наташа. Все остальные, похоже, потеряли дар речи. А Мьельнир вернулся обратно и мирно повис у Сержанта перед грудью. Счастливый, тот доковылял до лежанки, аккуратно обернулся вокруг своего трофея калачиком, напускал на него слюней и уснул. Глава 19 Благодаря определенным особенностям своего состояния, о которых Сержант предпочитал не думать, пулевая рана и сложный перелом зажили за неделю. И неделя эта была не из приятных. Из-за росшей под гипсом шерсти и ускоренной регенерации лапа чесалась просто зверски. К счастью, Стив старательно отвлекал пса от неприятных ощущений: гладил, держал в тепле и разговаривал. Без конца разговаривал. К концу недели Сержант не сомневался, что Стив вывалил перед ним всю свою биографию. – Надеюсь, я тебе не надоел, – вздохнул Стив, когда чертов гипс, наконец, сняли. Покраснев, он взъерошил себе волосы, от чего те стали напоминать растрепанный веник. – Я просто… ну… не хочу, чтобы ты думал, будто от нас надо что-то скрывать. Или что я от тебя что-то скрываю. Откуда ты, каким именем себя называешь, почему остался со мной. Но я же не могу ожидать, что ты будешь рассказывать о себе, если сам о себе не расскажу, верно? Сержант в ответ положил голову ему на колено. Стив улыбнулся и завел историю о том, как его вырвало на аттракционе в Кони-Айленде в те дни, когда он был тощим болезненным ребенком. Дурень. И все-таки из-за этой чудесной суперрегенерации у них возникла проблема. Дверь открылась, прерывая Стивов рассказ, и в лабораторию вошел Брюс с планшетом. Следом ввалился Тони с сумкой через плечо. – Ну же, признай, это отличная идея. – Это идея, – согласился Брюс. – Но и только. Слишком бросается в глаза. – А что в этом плохого? – О чем спор? – сдвинув с колен морду Сержанта, Стив встал. Пес остался на лабораторном столе. Наверное, делать это было необязательно, но на стол положили такие удобные одеяла, что двигаться совершенно не хотелось. Сержант вильнул хвостом в знак приветствия. Довольно нерешительно ему улыбнувшись, Брюс повернулся к Стиву. – Я посмотрел снимок. Хорошие новости состоят в том, что нога и плечо полностью восстановились. Возможна небольшая мышечная слабость, но и только. Кость выглядит как новая. Это потому, что я крут! Стив со вздохом облегчения погладил Сержанта по голове. – Всего за неделю? Действительно хорошие новости. – Угу-у-у, – протянул Тони. – Теперь к плохим новостям. Он выздоровел за неделю, а рентгеновские снимки его раздробленной кости гуляют по всему гуглу. И Фокс-Ньюс до сих пор верещат, какой ты жестокий, что сразу его не усыпил. Чего? Екарный бабай! Так, у моего мочевого пузыря новая цель. Стив скривился. – И что теперь? Держать его в гипсе, пока не пройдет нужный срок? Нетушки, оно чешется. – Не-а, не сработает, – отмахнулся Тони. – Другие телеканалы проконсультировались с ветеринарами, и все в один голос твердят, что после такого лапу остается только ампутировать. Стоп. Пусть чешется, потерплю. – Я не дам отрезать моей собаке лапу, – бесцветно произнес Стив. Тони приманьяченно ухмыльнулся. – Не надо ничего отрезать. У меня есть план! Бросив сумку на соседний стол, он побарабанил по компьютерной клавиатуре и жестом открыл голографический экран. Сержант с удивлением уставился на увеличенную копию себя, вполне величественную с виду, пусть и полупрозрачную. Левая нога двойника была из металла – протез, раскрашенный в алый и золотой. – Выглядит по-дурацки, – сказал Стив. Выглядит просто супер! Тони фыркнул. – Ладно, давай возьмем твои цвета. Он сделал знак, и протез перекрасился в красно-бело-синий. – По-моему, лучше не стало, – простонал Стив. – Почему? Что не так? Пока они спорили о превосходстве стильности над скромностью и наоборот, к Сержанту подошел Брюс. – Э, привет, – сказал он. Привет? Сержант слабо шевельнул хвостом. Даже после того, как всем стало известно, кто он такой, и Мстители решили, что он не загрызет их в собственных постелях, никто, кроме Стива, с ним особо не общался. И теперь, когда это случилось, Сержант почувствовал себя странновато. Обычно люди не заговаривают с собаками таким тоном, будто ждут ответа. – Твои снимки выглядят очень хорошо, – сообщил Брюс. – Но мне бы еще хотелось взять у тебя кровь, чтобы удостовериться, что все и правда в норме. Плюс это крайне интересует меня с научной точки зрения. Капитан Заботливая Мамаша тут же замолк на полуслове и развернулся. – Кровь? Зачем брать у него кровь? – Уж не затем, чтобы продать на eBay, – паясничал Тони. – И вообще, Сержанту решать. Стив тут же уставился на пса. – Сержант, ты не обязан этого делать, – он глянул на Брюса. – Без обид, но я сомневаюсь, что он поможет тебе контролировать Халка. Брюс вздохнул. – Я вполне осознаю, что смешивать мою кровь и кровь оборотня, просто отвратительная идея. Но я ученый. И Тони прав, это его выбор. Сержант, можно я возьму у тебя немного крови? – Сержант, ты можешь отказаться, – повторил Стив. – Но если ты согласишься, – перебил Тони, копаясь в сумке, – я дам тебе два пакета собачьих угощений. Он продемонстрировал две серебристые упаковки. – Со вкусом гремучей змеи и бегемота. Боже мой! – Не подкупай мою собаку! – Я не подкупаю, а поощряю, – Тони швырнул пакеты на стол и вытащил длинный резиновый хот-дог. – И в качестве бонуса добавлю вот эту игрушку-пищалку! ПРОДАНО! Сержант заплясал на столе, так высоко задирая лапу, что едва не загремел на пол. Тони бросил игрушку, и пес подхватил ее на лету. ПИП! ПИП! ПИП! Стив одарил Тони уничижающим взглядом. – Ненавижу тебя. Тони хлопнул его плечу. – Врешь. А теперь давай еще немного обсудим протез. – Я же сказал, мы не будем отрезать ему лапу. – Разумеется, не будем. Я же не сволочь. То есть, окей, я сволочь, но не садист. Мы просто сделаем так, чтобы люди подумали, будто лапу ампутировали и заменили протезом. Такая техника существует. Инновационная и дорогая, но существует. В конце концов, взгляни на это с другой точки зрения. Он привлечет столько общественного внимания к проблеме протезирования конечностей, что люди начнут охотнее жертвовать деньги. Сколько пользы это принесет тем, кто нуждается в протезах! А ему только и придется, что побегать в косплее. Стив колебался, наполовину убежденный одним лишь этим аргументом. Сержант не обращал на их разговор – как и на Брюса, берущего у него кровь – особого внимания. Он был увлечен пищалкой и вкусняшками. Хоть какой-то плюс от разоблачения истинной сущности – теперь можно было не притворяться, будто он не способен самостоятельно вскрыть пакеты. Голову Сержант поднял, только когда спорщики достигли своего рода компромисса. Или хотя бы сузили выбор до двух позиций. Первым вариантом был шикарный протез в стиле Железного Человека. Второй выглядел как его обычная лапа, потому что это и была его обычная лапа, только сквозь шерсть вокруг суставов проглядывали «металлические вкрапления». – Какой тебе больше нравится? – осведомился Стив, явно склоняясь ко второму варианту. ПИП! ПИП! ПИП! Стив поморщился. – Ты в курсе, что это раздражает? Теперь я знаю, чем заняться в три часа ночи, если спать не хочется! Но Сержант все же посмотрел на оба изображения и подумал. Первый протез был клевый, весь блестящий и яркий (хотя в собачьем облике цвета различались не слишком хорошо), но Сержант задумался, сколько эта крутая штука будет весить, и как будет путаться под ней шерсть и чесаться кожа. После недели в гипсе перспектива казалась истинной пыткой. Поэтому пес вытянул шею и ткнул носом в картинку номер два. Стив победно глянул на Тони. – Ну и ладно, – насупился тот. – Обойдемся скукотищей. Лузеры. Отведя взгляд от Стива, Тони моргнул. – Брюси? Сержант и Стив повернули головы. Последние полчаса Брюс изучал взятую у Сержанта кровь, но теперь оторвался от микроскопа, и лицо у него было бледное. – Что такое? – тут же переполошился Стив. – Что? Он болен? Брюс открыл рот, закрыл и лишь спустя секунду смог выговорить: – Нет. Не думаю. В образце имеются некоторые элементы, которые я не могу идентифицировать, они уникальны. Но еще я обнаружил… – тут ему пришлось замолчать и глотнуть воздуха. – У него сыворотка суперсолдата в крови. И все трое уставились на Сержанта. ПИП! ПИП! ПИП! Глава 20 Сержант вытащил голову из опустевшего пакета и понял, что все на него смотрят. Что? Если вы тоже хотели, так поздно уже. Я все съел. Люди молчали. Просто таращились. Ну что такое? Я что-то пропустил? – Выходит… – медленно произнес Тони. – Он суперсолдат и оборотень в придачу. Какой еще суперсолдат? – Очевидно. Брюс пощипал себя за переносицу. От него пахло стрессом. От них всех так пахло. Мне надо было поделиться, да? Стив почесал пса за ушами, и это было бы чудесно, если бы потом он не открыл рот. – Сержант, нам нужно, чтобы ты рассказал, как получил сыворотку. Это важно. Чего? Я все еще понятия не имею, о чем речь, сопляк. Очень, очень неприятное воспоминание зашевелилось в глубине сознания, и он взвизгнул вслух. Вот черт. Только не это. Стив тут же принялся гладить и тормошить его обеими руками. – Все в порядке, – убеждал он, – не бойся. Но нам очень надо знать. Кроме человека, который дал сыворотку мне, и экспериментов Брюса, никто хороший над ней не работал. – Его сыворотка сильно отличается от моей, – перебил Брюс. – Она скорее похожа на твою, Стив. Не такая чистая, но состав ближе всего, что мне приходилось видеть. – Возможно, какой-то прототип? – предположил Тони. – Что-нибудь типа того, что использовал Красный Череп? Должно быть, ГИДРа сохранила что-то из образцов Эрскина. Разве Эрскин не уничтожил все наработки, прежде чем переметнуться на запад? А, Стив? Стив не ответил. Он был слишком занят возней с восьмьюдесятью килограммами волчатины, которые пытались спрятаться у него под рубашкой. Я не хочу вспоминать! Не заставляйте меня! Все эти имена, эти ужасные слова, которые он так долго и усердно выталкивал из сознания и надеялся, что сумел забыть. Все эти воспоминания. Теперь они хлынули назад, и даже объятия Стива не в силах были остановить дрожь и поскуливания. – Он боится, – оставив попытки спасти рубашку, Стив прижал Сержанта к себе. – Да что ты говоришь, – Тони подошел ближе. – Дай-ка я кое-что попробую. Он наклонился и рявкнул Сержанту в ухо: – ГИДРа! Сержант взвыл и тщетно попытался влезть Стиву под кожу. – Тони! – возмутился Стив. – Эй, зато мы теперь знаем, от кого у него сыворотка. Как считаешь, они его ищут? Учитывая всю эту публичность, они точно знают, что он у нас. – Они доберутся до него только через мой труп, – прорычал Стив. – Пусть сначала пройдут через всех нас, Сосулька, – утешил Тони. – И они это сделают, – устало проговорил Брюс. – И все-таки нам нужно точно знать, что с ним случилось, кто это сделал и когда. А он не в настроении общаться. Сержант льнул к Стиву, спрятав хвост между ног, ухом прижавшись к его груди, чтобы слышать сердцебиение, вдыхая его запах. Он не мог говорить. Он не хотел говорить. Все, что он мог – мучительно переживать все заново и вспоминать.