Несломленные

Море было спокойным в эти дни, и их судно лишь слегка покачивало на слабой волне. Эйегон сидел в одной из больших кают, где собрались почти все важные лица. Прошло уже несколько дней с их отплытия из Королевской гавани тоска по жене едва ли не убивала его, но Таргариен пытался пересилить это, помня, что она была в безопасности. И тем временем Эйегон пытался обыграть сидящего напротив своего десницу в сивассе*. А карлик был умелым в ней, даже слишком. И Тирион вновь смог обойти противника, словно заметив минутную отвлечённость своего противника. Эйегон усмехнулся:  — Ты всё так же хорош. Он же рассмеялся на его слова:  — Не теряю навыков. За последние дни Эйегон сблизился с Ланнистером. Со своим остроумием и умом карлик не мог не располагать к себе, но Таргариен уже чувствовал ту основу меж ними, что могла служить созданию плодотворного сотрудничества и дружбы. К чему они и стремились. Вот только лорд Варис, сидящей у окна корабля, смотрел на их деятельность так, будто не одобрял их действия, произнося:  — Ваши, как Вы называете навыки, могли бы пригодиться и в других делах. Почему Вы занимаетесь какой-то игрой, а не чем-то более важным? Но Тирион лишь ухмылялся в ответ его словам:  — Лорд Варис, уж Вам то стоило бы знать, что разум людей должен отдыхать от исполнения этих важных дел, иначе бы их голова просто бы взорвалась от перенапряжения. А эта игра развивает, и даже, помнится, спасла мне жизнь. И также вкус побед… Хотя, видимо, с потерей своего мужского достоинства Вы потеряли и удовольствие от победы. Ответом был лишь вздох. Эйегон уже давно заметил необычность отношений этих лордов… Они вели себя друг с другом так привычно, каждый раз словно продолжая старый и долгий разговор. И он мог только наблюдать за происходящим по сторонам, с интересом замечая нюансы обоих участников. В каюту зашла Дейенерис. Что-то в её виде было не таким. Она горьким взглядом обвела комнату, слегка пошатываясь, не замечая приветствий в её сторону. Она смотрела на доску с фигурами, произнося:  — И этим вы занимаетесь? Играете… когда стоило бы начать строить планы насчёт стратегии будущего… Тирион вздохнул, глядя на Эйегона:  — Почему-то всем сегодня не нравится, что мы с вами решили отдохнуть именно подобным образом. Таргариен же обеспокоенно смотрел на свою тётку:  — С Вами всё в порядке? Та лишь усмехнулась, слегка покачиваясь:  — Конечно. Разве может быть иначе, дорогой племянник? Её голос был язвителен, это звучало так… Странно. Тут он заметил кубок, а её почти трясущихся руках. Это объясняло её поведение. Дейенерис была пьяна. Очень пьяна. Её следовало вернуть в свою каюту, чтобы она могла прийти в себя. Эйегон встал, направляясь к ней:  — Не стоит беспокоиться. Что бы мы не придумали сейчас, это может не соответствовать действительности на Севере. Джон опытный воин и уже наверняка продумывает все ходы для битвы с Иными… Но Дейенерис горько фыркнула на его последние слова:  — Джон, да? Вы ведь ему уже так доверяете. Тому, кто предал своё истинное имя, кому Вы незаслуженно отдали половину королевства. Эйегон в изумлении смотрел на неё:  — Джон такой же наследник на эту землю, как и я.  — Он человек предавший своё…  — Он король! Он избрал тот дом, которому действительно принадлежит. Вы ведь даже не знаете его, откуда такая ненависть? Она вновь усмехнулась:  — Я не знаю его… Да и откуда бы? С этими словами Дейенерис вышла из комнаты коридор, где, судя по голосу её нашла одна их дотракийских служанок, что увела её в свою комнату. Эйегон посмотрел на Тириона и Вариса. Было ожидаемо, что ей будет трудно смириться с решением Эйегона отдать Север Старкам, но всё же… Этого он не ожидал. Всё усложнялось. Слишком сильно.