Ten Minutes in a Closet

      Когда влюбленные миновали арку дверного проема, Тумнус обернулся и обратил к Люси взор, полный любви.        — Думаю, здесь намного теплее, — сказал он, отпустив ее руку, наблюдая за тем, как она забирается на кровать и ее ноги изящно скрываются за складками платья.       Фавн уселся на край кровати. Спустя несколько минут девушка обнаружила, что расстояние между ними ее раздражает, и придвинулась ближе, желая той же близости, какую они ощущали на лугу.       Тумнус почувствовал это, но в его голубых глазах промелькнуло сомнение:        — Ты счастлива?       Младшая нарнийская королева кивнула:        — Конечно. А как насчет тебя? Ты не сожалеешь о том, что случилось, Тумнус?       Фавн покачал головой.        — Нет, Люси. Я ни о чем не сожалею. Я думал об этом с тех пор, как ты достигла совершеннолетия.        — Ты сыграл эту песню для меня, — прошептала она. — Но не захотел этим воспользоваться.        — Я никогда не хотел совершить ничего, что причинило бы тебе боль, — мягко сказал он.        — Я знаю, — тихо произнесла девушка. — И этот танец… он был так похож на сон. Движения знакомы мне еще с тех пор, когда я была ребенком. Это довольно странно, поскольку вчерашней ночью они обрели совсем новый смысл. Почему мне казалось, что я танцевала так всю свою жизнь?        — Возможно, потому, что так и было, — подтвердил фавн. — Люси, многие танцевальные движения могут быть формой самореализации. По сути, это происходит бессознательно, без всяких скрытых смыслов. Но когда ты объединяешь эти движения одно за другим, значение может меняться. Это как язык жестов: стоящие за ними чувства проникают прямо в сердце и меняют тебя.       Люси встретилась глазами с Тумнусом:        — Что-то точно изменилось прошлой ночью, — призналась она.        — Скажи мне, что?        — Не знаю, получится ли выразить словами. Это было необычно, поскольку ты наконец-то увидел во мне женщину, а не ту маленькую девочку, которой я была когда-то. И это сделало меня счастливой.       Она говорила, опустив голову и неосознанно пожимая плечами:       — Звучит странно?       Тумнус покачал головой:        — Не так уж странно, как ты думаешь. Видишь ли, я наблюдал, как ты превращалась в красивую молодую женщину в течение многих лет. Что бы из меня был за мужчина, если бы я не обратил внимания на то, кем ты стала? В глубине души я знал, что не могу изменить того, кем являюсь. Люси, я — фавн, а ты — дочь Евы. Мы отличаемся друг от друга, но прошлой ночью мы были одним целым.        — Я знаю, — прошептала девушка, потянувшись к его руке. — Никогда не хотела думать о том, насколько мы разные, только о том, сколько у нас общего. — Она поднесла руку фавна к губам и стала покрывать ее поцелуями. — Я люблю тебя, Тумнус, этой ночью я объявила себя твоей невестой, и когда не стала бы сожалеть об этой клятве. Я хочу этого больше всего во всей Нарнии. Разве ты не желаешь того же? — Люси прикусила губу, ожидая его ответ.        — Я ничего не желаю так, как этого, — признался он осторожно. — Я любил тебя так много зим, Люси Певенси. И все же боюсь, что не смогу считать тебя своей невестой просто потому, что ты не знала истории танца. Ты не осознаешь, что все это значит.        — Меня не заботит то, что я могу услышать. Я хочу быть твоей невестой, и это было бы большой честью для меня, — в глазах Люси появились слезы. — Я хочу быть с тобой вечно, и мне все равно, что скажут другие. Я выбрала тебя, позволь мне быть твоей.       Фавн глубоко вздохнул.        — Если это так, я должен объяснить тебе суть танца. Когда ты поймешь ее, то сможешь решить, действительно ли этого хочешь.       Девушка просто кивнула.        — Когда ты танцевала для меня, я обнаружил, что ты владеешь магией, намного более могущественной и глубокой, чем я когда-либо знал, — начал Тумнус. — Магия внутри тебя, хотя думаю, ты об этом не подозреваешь. Это волшебство превосходит все, с чем я сталкивался.        — Ты имеешь в виду такую магию, которую когда-то подразумевал Аслан, рассказывая мне и Сьюзен о жертве на Каменном Столе? — растерянно спросила Люси.         — Похоже на то, если учесть, что Нарния имеет много источников магии. Один из ее аспектов связан с самопожертвованием, другой — с глубиной любви.        — Тогда покажи мне, — умоляюще произнесла Певенси.       Тумнус кивнул и поднялся, встав прямо перед ней. Мысли о танце на мгновение покинули девушку, и ей потребовалось все ее мужество, чтобы сконцентрироваться не на фавне, а на его движениях.       Как только они оказались друг перед другом, Тумнус начал говорить, и его слова обволакивали:        — Некоторые называют этот танец «брачным», но его настоящий смысл связан с силой любви. Это чувство — одно из самых всепоглощающих во всей Нарнии. Вначале ты поднимаешь руки, как будто хочешь коснуться неба, — с этими словами фавн повторил движение и продолжил объяснять: — Твои ладони тянутся к небесам.        — Зачем? — спросила Люси.        — Чтобы осознать всю удивительность момента. Небо преисполнено магии, звезды могут поделиться своей мудростью и любовью, наполняя эмоциями. Ты берешь любовь, которая исходит от них, и делишься ею с другим. Он становится твоей родственной душой. Эти движения показывают, как вы с ним сливаетесь в одно целое. Ты прижимаешь руки к груди, прямо над сердцем, и это символизирует, что ты принимаешь ту любовь, которая вошла в твою жизнь.       Для демонстрации следующего движения Тумнус приблизился к Люси, и их пальцы слегка соприкоснулись:        — Я делюсь с тобой своим сердцем, своей любовью и своей жизнью. Предлагаю все, что у меня есть, возвращаю тебе все, что получаю, — фавн переплел их пальцы. Влюбленные начали двигаться в сторону — два шага влево и два — вправо. По инерции Люси сделала еще несколько шагов, в то время как ее избранник уже прекратил движение и продолжил говорить: — Мы едины, всегда и навеки, — они подняли сплетенные руки вверх и разъединили, будто раскрывая бутон цветка. — Мы едины, телом, разумом и душой…       Руки снова встретились, танец продолжился. Когда пара начала замедляться, Тумнус осторожно обхватил руками лицо Люси:        — Спаривание или занятие любовью — это последний шаг к единству, заключение танца, в котором чувства выражаются без слов. Мой пра-прадед называл это «танцем единства», но сменялись поколения, и с течением времени он стал именоваться «брачным». Это очень значимый танец, Люси. Смысл этих движений — величайшее выражение любви, которое только существует в Нарнии.        — Это так красиво, — произнесла девушка, и по ее лицу скатилась слеза. Она вытерла ее тыльной стороной ладони. — Тумнус, когда я сказала «душой и сердцем», ты действительно понял, что я имела в виду, правда? — Люси обняла его и прижалась губами к его губам.       По окончании поцелуя фавн кивнул.        — Да, — прошептал он, крепко прижимая ее руки. — Я понял, но даже не смел надеяться. Видишь ли, любовь моя, я бы не хотел подталкивать тебя к тому, чего ты не хочешь. Я узнал о твоих желаниях, когда ты танцевала для меня прошлой ночью. Слова, сказанные в Кэр Паравале, и твои недавние действия прояснили все.        — Но ты сыграл песню для меня, а потом резко остановился. Почему?        — Я испытывал некоторые желания, которых боялся, — признался Тумнус, слегка покраснев. — Я отправил тебя танцевать, потому что хотел взять себя в руки. Ты даже не представляешь, что делала со мной. Я знал, что ты способна справиться с чем угодно, но в глубине души все еще хотел защитить тебя, даже если бы защищать пришлось от себя самого.        — Защитить меня от тебя? — недоверчиво спросила Люси.        — Да, от того что я с легкостью мог себе позволить. Видишь ли, у меня за плечами есть некоторый опыт диких танцев, — проговорил фавн, и его щеки заалели.        — Значит, прошлой ночью это случилось с тобой не в первый раз? — в голосе девушки плескалось разочарование.        — Мне всегда нравились эти танцы, но могу сказать, что я не разделял с другими их глубокий смысл. — Тумнус нежно коснулся лица возлюбленной. — Возможно, я слишком скромен, чтобы позволить эмоциям поглотить меня. Уверяю тебя, все, что произошло между нами вчера, было новым для меня и весьма ошеломляющим.       Губы Люси тронула легкая улыбка, и она подняла голову, задаваясь следующим вопросом:        — Тумнус, что будет теперь?        — Кое-что изменится между нами. Но думаю, эти изменения понравятся нам обоим.       Девушка бросилась в объятия фавна.        — Я так люблю тебя, Тумнус!        — Как и я, — подтвердил тот, улыбаясь и привлекая к себе невесту.        — Если подумать, все это случилось потому, что моя сестра и братья решили запереть меня в чулане на день рождения. — Люси уткнулась лицом в плечо фавна, его руки нежно поглаживали ее затылок. — Быть может, я перед ними в долгу.       Тумнус кивнул и внезапно переменил положение, усадив девушку на руки.       Несколько мгновений они провели в тишине, после чего Люси подняла голову, встречаясь с фавном глазами.        — Ты доволен? — тихо спросила она. Зеленые глаза лучились радостью.       Тумнус вновь обхватил руками лицо девушки, поглаживая щеки кончиками пальцев:        — Я очень счастлив и очень благодарен тебе, дорогая Люси. Для меня быть здесь с тобой — лучший подарок судьбы, — хрипло прошептал он, приникая к ее ждущим губам.       Певенси обвила руками его шею, целуя, затем открыла глаза и поймала взгляд своего избранника, полный любви.        — Я тоже, — только и произнесла она, сияя.       Фавн ответил на это еще одним поцелуем…