Хорошая мать

      Лея Органа всегда свет: свет надежды, цвет Новой Республики. Она сильная, упорная, смелая. Сейчас ее цвет дрожит, расплывается бледной молью по сплетающимся легким, тонкими заломами, паутинками рвется на клочки.       Хан обнимает нежно, прижимается теплым боком к принцессе.       — Ты станешь замечательной мамой. Я ведь с тобой.       Сомнения выворачивают нутро, что-то зыбкое, больное трепещет за клеткой из девичьих ребер.       Хан цинично рад. Близнецы рождаются через поколение. У него будет много внуков, но слава маме Хатт - ребенок один. Не бессилие, но надежда, новое солнце в его галактике, новая радость.       Органа – грациозная дымка искушающего танца. Она вьется по воздуху, шагает грозно. Она красавица, принцесса Альдераана, член Повстанческого Альянса, воин с Эндора, дипломат Новой Республики. У нее миссия на Набу ради восстановления Сената, строительство орбитальной станции для альдераанцев и освобождение Кашиика. Восхищенный взгляд мужа подстегивает самолюбие, дарует эгоизм, заставляет действовать, помогать, работать. Новая роль МАТЕРИ путает мысли, внушает опасения, а там и до страха недалеко. Что-то отцовское прорывается в душе Леи. Что-то темное, едкое, превращающее принцессу в бледное подобие себя с впавшими глазами, сереющей кожей, трясущимися губами.       Хана опять нет.       Тихо, холодно, одиноко. Уроженец Кореллии оставляет привкус бластера DL-44, шипение старого комлинка, ноту дюрастали «Тысячелетнего Сокола» на смятой постели. Хорошего контрабандиста тяжело поймать, еще тяжелее привязать к себе, к дому, к семье. Лея мирится с его отсутствием, мерзнет, мечется в бессоннице, съедает себя бесконечным ожиданием. У нее охота на адмиралов рухнувшей Империи, переговоры с гранд-адмиралом Рэйей Слоун, споры с Акбаром, Мон Мотмой, Хостисом Ижем. Новому миру нужны лидеры, не сломанные принцессы с раной на сердце.       Бессилие – не вариант. Она помогает другим, не себе. Знает, на Кашиике беда и надо собирать команду. Верит, что так лучше, растворившийся в темноте космоса Хан скоро вернется. Лидер войны гонит от себя зарождающееся предчувствие неминуемой беды.       Она не Энакин, она справится.       — У нас будет сын.       Соло ловит жену, прижимает аккуратно, бережет самое дорогое. В ангарном отсеке «Владычества» темно, но Лее тепло и спокойно. Они же победили? Власть Империи на Кашиике пала. Отныне планета Среднего кольца свободна.       Хан всегда возвращается, приносит вкус дождя, восхищенную улыбку, лихость пирата.       — Как назовем маленького бандита?       — Он будет не бандитом. Бойцом.       Соло счастлив, Соло парит в мечтах, Соло далек от этого нового безумного меняющегося мира, от дрязг и войн, от бессилия, что кутает жену в белые покрывала. Ее свет силен, как и Сила в жилах семейства Скайуокер. Страх далеко, есть только радость. Лее вновь жарко, она устало опускает голову на плечо мужа, слушая биение двух сердец. У Хана веры на целый легион. Он смело делится своим заразительным оптимизмом.       — Берем Веджа Антиллеса на буксир и возвращаемся.       У нее соль на щеках, затухающий океан в душе, буйство красок разметавшихся по вселенной. Лею знобит, крутит, выжигает. Она смотрит на завернутое в пеленки существо не понимая, что должна чувствовать. Семья это защита, опора, это сила, только Скайуокеры – лишь подобие, а Хан совсем не годится в первосортные отцы.       Сын тяжелый, распластавшийся, как маленькая звезда. У него бабушкина шевелюра и зубастый рот. Этот комок света полон жил тьмы.       Слезы катятся непроизвольно.       — От счастья, - уверенно шепчет Хан.       Женщины бессердечны, безутешное горе сродни безумной радости. Сенатор Органа замыкается, прячется, с наигранной улыбкой целуя мужа.       Небосвод Ханна-Сити, на Чандриле, разрывают праздничные салюты. Волны облегчения, надежды, вкус долгожданной победы омывают город, словно океаны планету. Сегодня завершилась гражданская война. Сегодня Новая Республика подписала Галактическое Соглашение с Галактической Империей.       Сегодня родился ее сын.       — Ты счастлива Лея?