Дух тайги

Пробуждение их было воистину сказочным. Сквозь сладкую дремоту Егор почувствовал, что Денис делает ему минет. Да так жарко, так классно! Лесник застонал от наслаждения и ухватил парня за затылок, прижимая лицом к своему паху, словно боялся, вдруг тот сбежит, не закончив начатое. И ведь круто выполнял, будто всю жизнь этим занимался! Когда мужик бурно кончил любовнику в рот, то благодарно чмокнул его в губы, пообещав вечером сделать для него тоже самое. Но сейчас было уже не до любовных утех. На улице дул неприятный ветер, суливший плохую погоду на весь день, и пора было срочно приниматься за ремонт крыши. Когда Егор поправлял на себе одежду и застегивая штаны, мужчине вдруг пришла в голову мысль, что у Дениса, наверняка, за это время кто-то был! А, иначе, где бы тот обучился столь лихому оральному сексу? И дело не только в технике исполнения, это же надо смущение преодолеть, иметь к этому привычку! Резко обернувшись, лесник схватил ничего не подозревающего и хлопотавшего возле их почти потухшей печурки юношу за волосы и притянул к себе. — Говори! — потрясывая его, хрипло потребовал он. — Где ты успел ссучиться? В армии, небось, голубка себе заимел? А еще лапшу мне на уши вешал, что влюбился именно в меня, и никто тебе другой не нужен! А я, идиот, почти поверил! За базар надо отвечать, Диня. И никогда не обещай того, что не можешь выполнить! И он, с досадой оттолкнув юношу от себя, кипя от негодования, покинул их жилище. Примерно до обеда оба работали молча. Егор, мрачный, словно грозовая туча, даже позавтракать остатками жареной птицы отказался, а гвозди в настил крыши вколачивал с такой силой, что под его молотком треснул лист шифера, после чего мужик, матерясь от всей души, схватился за сигарету. Впрочем, он был столь же вспыльчив, сколь и отходчив. Вскоре ему надоело оскорбленно молчать, и парень и мужчина начали переговариваться не только по работе, но и на отвлеченные темы. Егор постепенно стал расспрашивать Диньку про жизнь в поселке, и тут парень выложил ему еще до кучи, что, по настоянию манси, переспал с местной девушкой, Айтой! Да еще про то, что один из сыновей Егора жил теперь вместе с ним. — Не иначе, как ты меня решил свести в могилу! — в сердцах вскричал мужик, грозно сверкнув глазами. — Я только помириться хотел, а ты все про одно, блядь ты такая! А, впрочем, что я переживаю? Ебись с кем хочешь, мне и дела нет. Тьфу! Сгоняй вниз за молотком, я опять его уронил! И он вновь отгородился молчанием, переваривая всю эту информацию. Таким образом, обеда тоже не было, а с крыши они слезли, когда уже начало темнеть. Егор разогрел банку тушенки, добавив к ней фасоли, а для собачек положил в миски размораживаться по куску оленины. Ночевать им сегодня тоже предстояло в юрте, так как с ремонтом закончить не успели. Плотно набив живот и потягивая кофе, Егор, наконец, стал успокаиваться. Близилась ночь, и ему по понятным причинам захотелось помириться. — Хватит уж дуться, — тихо начал он. — Я тоже не идиот, и все понимаю. Уж разобрался, что тебя не трахал никто за это время, хоть на том спасибо. А что касается Айты… Честно говоря, я бы тебе посоветовал поступить согласно долга, по совести и чести и совершить брачный обряд с ней, если точно живот начнет расти. Знаешь… Не очень приятно, скажу я тебе, наблюдать со стороны, как твой ребенок растет в семье другого мужчины, а самому быть ему чужим. Я тоже этого сначала не осознавал, но теперь понял. Не факт еще, кстати, что девушке хороший муж достанется. Вдруг будет колотить твоего сынишку? У манси тоже всякое бывает. Подумай, в общем. И… Иди уж ко мне, что сидишь, как не родной! Мы с тобой и друзья, и любовники, и вот родственниками теперь через моего второго сынишку даже стали, раз ты оказался ему дядей! Никуда нам теперь друг от друга не деться! «Нет, я просто извращенец какой-то! Терплю, люблю и снова терплю, и еще больше люблю…» — размышлял парень про себя, когда Егор схватил его за руку и принялся отчитывать за былые грешки после армии. И вот же, ясновидец оказался его возлюбленный, просто не в бровь, а в глаз бил словами по всем фронтам. Не иначе, как себя, любимого, в молодости вспомнил? «Только посмотрите, и как только понял, что у меня с армейским дружком шуры-муры были?» — подумалось ему. А ведь такой Егор Денису, ух, как нравился! Это даже заводило по-своему. Но, как бы там ни было, первый и второй приступ ревности мужика Денису пришлось пережить в полном молчании. Он мог бы, конечно, затеять с ним спор или драку и привести тысячу доводов, что тот сейчас не прав. А потом, медленно, доходчиво, так, чтобы проняло ревнивца, объяснил бы, по словам, по слогам, а если не дойдет, то и по буквам, что тот не имел прав ревновать, потому что сам точно был не безгрешен. Ну, а если и это не поможет, то и даже на мансийском языке растолковал бы в таком же порядке. И так хотелось рассказать, что из-за него он даже условия жесткие поставил лешаку, практически наступил сам себе на горло. И бросил вызов не кому-нибудь, а самому Хозяину тайги, пусть даже и деду, но все же… А все из-за любви к нему одному. Но пусть лучше не знает, а если надо, то потом расскажет, но не сейчас. Денис молчал и украдкой посматривал на Егора, ведь парню отчасти даже нравилось, что тот его ревнует. Признаться, он и сам ревновал. Ведь он прочитал мысли Егора о каком-то молодом водителе. Правда, тот думал о том не более пары секунд. Но Денису и этого хватило. «Хм-ммм…» — озадачился парень. Ему тоже приходилось молчать, что все прошедшие пассии — просто пыль под ногтями, о которых и вспоминать не стоило. Он даже об Артеме за все время не больше пары раз подумал. Для него всегда был и есть главный человек по имени Егор, и только к нему тянулось его сердце через тернии, время и пространство. Только вот Денис никак не мог припомнить, чтобы он Егору говорил, что любил еще кого-то, кроме него. Мужик, как всегда, сам сделал выводы, в которые свято уверовал. Наорав на него, обвинил чуть ли не во всех смертных грехах, а к вечеру начал ластиться, и даже, вон, на Айте женится предлагает! Сумасшедший, да и только, а еще — любимый ревнивец навек. — Да не собираюсь я на ней женится! — заверил Денис, прижимаясь к плечу лесника. — Айта, конечно, прекрасная девушка, самая красивая в поселении. Таких, как она — в цивилизованном мире нет. И, будь я натуралом, женился бы на ней, не раздумывая. Эта девушка станет лучшей матерью моему сыну, такой о которой можно только мечтать. Я дал клятвенное обещание, что всегда буду присматривать за ней и ребенком, помогать растить и воспитывать сына, и для нее сделаю все, чтобы она не попросила! Но ложиться с ней в одну постель, как законный муж, прости, нет, лучше сразу с обрыва и в речку, чтобы надежнее было. Пойми ты, наконец, Егор, я не могу жить с человеком без любви. Если бы не этот долг — получить через рождение ребенка бессмертие, меня бы ничто не связывало с ней. И очень прошу тебя, Егор, пожалуйста, больше никогда не поднимай эту тему. Я, видишь ли, давно уже не мальчик, и сам принимаю решения, как взрослый мужчина. К слову, у меня учителя были хорошие, — он ткнул не сильно Егора локтем под бок. — От отцовства я не отрекаюсь и не отрекусь никогда, даже под пыткой. И я не позволю, чтобы моего ребенка воспитывал какой-нибудь местный имбицил. А за совет, конечно, спасибо. Завтра крышу доделаем, там немного осталось. Да и подумать нам надо, что по поводу йети решать будем? А вообще он Егора неплохо изучил. Если хочешь, чтобы отношения пошли на лад, не нужно с ним драться или ругаться, а стоило ходить весь день, надув губы, тогда тот сам за двоих все решит, и вот итог — они оба вновь в одной постели. А уж губы Диня умел дуть театрально. Прям готов был сам себе Оскара вручить. И сработало же! — Кстати… Помнится, кто-то мне обещал вечерний минет? — с этими словами, стягивая с себя штаны, Диня лукаво посмотрел на любимого. Лежать вот так в обнимку, долго рассуждать об отвлеченных проблемах было невероятно сложно, ведь в штанах член юноши жил своей жизнью, и ему было наплевать, что хозяйская голова болтает о какой-то ерунде. — Теперь посмотрим, чему ты в своей жизни научился… Ох ты ж бля-я-я…. Е… Его-ор-р!!! Ух, как же Егор любил отсасывать! До умопомрачения! Готов был умереть с членом во рту! Жаль, что не часто попадались ему в этом плане подходящие партнеры. Ведь перед многими ему приходилось строго блюсти имидж свирепого и брутального самца. Но с Диней он не собирался сдерживаться, тем более, что тот сам напомнил, поэтому мужик жадно припал к его паху и вскоре высосал из него всю сперму, до единой капли. И, судя по тому, как Денис вскрикивал и выгибался, до синяков цепляясь за его плечи, парню ласка безумно понравилась, и Егор самодовольно усмехнулся. От секса он решил сегодня воздержаться, помятуя о том, что у юноши после вчерашнего, скорее всего, не на шутку болела задница. Потом они смолотили все, что было в кастрюльке, оставив ее абсолютно чистой, и уставшие, но крайне друг другом довольные, завалились спать, по-семейному укрывшись одним одеялом. На следующий день они закончили ремонт крыши и еще немного подправили забор, пребывая уже в куда более веселом настроении. Однако, Егор кидал в сторону своего любовника настороженные взгляды, потому что собирался вновь затеять разговор, который мог бы парню не понравится. — Слушай, Динь, — наконец, решился он. — Мне надо с тобой поговорить. Только не ори и не горячись, выслушай, пожалуйста. Ведь я в два раза тебя старше, всю жизнь, считай, уже прожил. Я все переживаю за Айту. Погоди, не перебивай. Ты не смотри на меня, на то, что я у манси семь сыновей прижил и не женился. Дело в том, что все женщины, которых мне привозили, уже были замужними и рожали! Манси учитывали, мое здоровье и скрытые размеры. Все делалось, естественно, с согласия мужей этих женщин. Но, блин… Я знаю Айту! Она такая молодая и красивая! Манси предоставили тебе свою лучшую невесту, она девственница была, и ты ей вдул. Диня, не будь подонком! Дай девушке положенный статус, родившемуся ребенку — имя, и расти его в полноценной семье. Мансийки, кстати, хорошие и верные жены, знающие свое место. А если ты переживаешь насчет секса, то у манси подобные развлечения не приняты. Они не предохраняются и не плодятся беспорядочно. Муж с женой ложится только в том случае, если пара желает завести детей. И, вот, посмотри — твоя бабушка Ива сейчас ведет хозяйство. Но вскоре и ей самой сможет понадобиться уход! Тебе в доме не помешает молодая женщина. В общем, дело твоей совести, сам думай. Ведь, если ты и сейчас мучаешься чувством вины в отношении Айты, что же дальше-то, спустя годы, будет? Все. Умолкаю и больше про это никогда с тобой говорить не буду. Решить должен ты. В этот день они ударно закончили ремонт заимки. Да, таежный лешак изрядно тут погулял. Без помощи Дениса Егор, пожалуй, не справился бы! А в разговоры и обещания внука Хозяина, что, типа, дед теперь навсегда оставит его в покое, лесник не особенно поверил. Да и скучновато, пожалуй, здесь тогда стало! Наконец, вечером, они свернули юрту и переехали назад в дом. Егор чертыхнулся — воды не имелось в достатке, даже толком не помыться! Ладно, как-нибудь еще потерпят и так. Лесник дал Денису обещание, что завтра они переедут на имеющуюся здесь рыбацкую заимку, представлявшую собой несколько построек на берегу озера — небольшой жилой дом, сараюшку и баню. Постоянно жить там было нельзя, так как заимка не была ограждена от зверья забором, но денек-другой провести время и хорошенько помыться было можно. Весьма довольные собой, они занялись приготовлением ужина, запустив в избушку греться и подружившихся собачек. — Диня, может, выпить хочешь? — предложил Егор. — Мне нельзя, сам видел, какой я дурак становлюсь. Если нажрусь, то опять пойду Хозяину, деду твоему, хуй показывать. И к чертям тогда весь твой договор! И огромное спасибо тебе, что хоть ты не бросил, приехал и помог мне с ремонтом. Я бы совсем пропал без тебя. После завершения ремонта крыши и забора и прекрасного примирения выпить за ужином водочки было в самый раз. — Да налей уж, грамм пятьдесят, не больше, выпью за твое здоровье в одну рожу. А с хуем ты тогда знатно меня повеселил. Знаешь, как я часто ту новогоднюю ночь в армейке вспоминал? Оу-у, особенно в самые трудные моменты моей жизни. И начинал ржать, как умалишенный. И ведь не расскажешь никому, не поверят. Зато мне эти воспоминания значительно облегчили службу. Залпом выпив полстакана водки, налитой Егором, Денис подумал, что настал неплохой момент для вручения оставшихся подарков. Парень достал из рюкзака бархатную удлинённую коробочку и протянул ее удивлённому Егору, видать, мужчина не ожидал ничего подобного. — Вот, это тебе в знак моей любви. Купил на второй день, как прилетел домой. И никогда не думай, Егор, что я тебя забыл или не любил. Любил, люблю и буду любить. Душой я тебе не никогда изменял, и, как ты сам убедился, свою красивую попку никому не давал, для тебя ее берег. Пока Егор рассматривал часы и, как полагалось, проверял наличие встроенных в них прибамбасов, комментируя все подряд, что он думает по этому поводу, Диня извлек из кармана еще кое-что. — Ты, конечно, хорошо ориентируешься в тайге и без них, но мне будет приятно знать, что у тебя есть вещица и от меня. Я, кстати, твой подарок почти из рук не выпускаю, — и Денис достал из кармана складной охотничий нож, презентованный Егором два года назад. — Погоди, это еще не все. И парень с некоторым трепетом протянул Егору маленький полиэтиленовый пакетик, в котором лежал чек с подписью отца. — Только сразу не кричи. Я знаю, ты не тот человек, что падок до денег, и не из-за них ты тогда меня спас, но, все же, прошу, не кидай это сразу в топку. Как знать, на что можно его потом применить! Тут можно любую сумму указать, до шести нулей. И это я не про рубли, кстати, говорю. Таково было решение моего отца. И не смотри на меня так, я тут ни при чем, я всего лишь посредник. Егор, сурово сдвинув брови, принял чек и заверил, что пока его выбрасывать не будет, но и воспользоваться столь щедрой наградой тоже не планирует. Денис пожал плечами. Собственно, подобной реакции от Егора парень, примерно, и ожидал. — Ну, если не хочешь брать его себе, тогда анонимно переведи деньги на счет интерната, в котором учится Яша, — предложил Диня. — В общем, думай сам. На этом мужчины и порешили. А Денис все не мог выкинуть из головы совет лесника по поводу Айты… Выпив еще немного водки и закусив остатками ужина, парень принял одно важное для себя решение.