Дух тайги

С самого утра Егор беспокойно ерзал на койке. Он чувствовал себя уже вполне здоровым, и ему так невыносимо надоело все время лежать! Но дружное семейство, собравшееся вокруг, усердно хранило его покой и запрещало не то что покидать постель, а даже шевелиться, предупреждая каждое желание мужчины — и воду подавали, и с ложки кормили, а сыновья по очереди читали ему на ночь вслух книжки. Только что мух от него опахалом не отгоняли, и то по той причине, что зимой их просто не было! А за окном стоял трескучий, морозный декабрь, последние деньки, самый канун Нового года. Денис завел с Яшей и Семеном разговор о том, что надо бы собраться в тайгу за елочкой. Егора в поход не пригласили, надежно записав в инвалиды. Завернувшись в одеяло, чтобы никто не видел его угрюмого лица, мужик недовольно сопел, словно паровоз. Рана в боку уже не болела и беспокоила только тем, что порой дико чесалась под повязкой, которую ему ежедневно менял Денис. А чесать было нельзя, и лесник лишь украдкой ее потирал, опасаясь гневного оклика Дини или Айты. А еще зверски хотелось курить. Но про это даже и речи не шло, сигареты у него отобрали и спрятали вместе со спичками. Наконец, одним утром Егор проснулся раньше всех, когда все домочадцы еще спали. Причем, они с Денисом, из соображения приличий, на разных койках, а Айта с пацанами, не собираясь изменять заведенному у манси порядку, расположились прямо на полу, на шкурах. Стараясь не дышать, чтобы никого не разбудить, Егор тихонько выбрался из постели. Ни слабости, ни боли он не ощущал, настолько хорошо помог очередной проведенный над ним сыновьями обряд исцеления. По стеночке мужик добрался до выхода, накинул на себя тулуп, в кармане которого он, с довольной физиономией и не без злорадства, нащупал припрятанные сигареты и спички, и толкнул дверь. Вот так вам! Ах, какой же это кайф — выйти на морозный воздух и с наслаждением затянуться горьковатым дымком любимой «Примы»! Егору было наплевать, что в перспективе ему, возможно, грозит трепка от милых родственничков. Пить лесник давно бросил, а вот окончательно избавляться от привычки курить — не собирался. Так ведь недолго и в ангела превратиться, да вознестись на небо живьем. Покуривая, он осоловело моргал, пока привыкал к яркому дневному свету, режущему глаза. А потом обалдело приоткрыл рот и заморгал еще чаще. Прямо посреди двора стояла настоящая, припорошенная снегом елочка высотой в человеческий рост! Абсолютно не понимая, откуда она взялась, коль Денис еще вчера вечером говорил о походе в тайгу, лесник сбежал с крыльца и принялся ее расшатывать, с азартом пытаясь выдернуть или повалить. Но таежная красавица падать не хотела и крепко цеплялась корнями за землю. Да, вот именно, что корнями!!! Итак, за ночь у них во дворе, среди сугробов, выросла елка. Конечно, ничего особенного! Полная ерунда. А вчера ее точно не было, ведь Егор не раз за день с тоской поглядывал в оконце в ожидании скорейшего окончания вынужденного заточения в постели. — Ядрен батон! — выругался он. — Да будет ли мне, наконец, покой в этом адском месте? Однако, все было предельно понятно. Хозяин тайги не хотел, чтобы они и далее каждый год продолжали рубить деревья, и сделал им к празднику достойный и вполне уместный подарок. А как еще можно объяснить сие феноменальное явление? Вернувшись в избушку, мужик первым делом получил от уже проснувшегося Дениса выволочку за то, что выходил из дома и курил. — Погоди, — мстительно кивнул ему Егор. — Вот гости разъедутся — и ты узнаешь, кто настоящий хозяин, пусть не всей тайги, но именно в этой избушке! Я тебя, щенка бесстыжего, так выдеру, что мало не покажется! Иди лучше, взгляни, что у нас во дворе! Динька искренне обрадовался елке, но не высказал ни малейшего удивления. Казалось, что уже ни что в этой жизни не могло поразить этого парня, настолько он вжился в шкуру отпрыска лешака. Проказы своего таежного деда воспринимал как должное. Почти весь день они потом провели во дворе. Денис расчищал снег и таскал дровишки в избу, Яша с Семеном украшали елку, оба волкодава резвились, гоняя по сугробам. Егору тоже разрешили присутствовать — по-стариковски сидеть на лавочке, но ни к каким делам лесник не допускался. Вскоре развеселившиеся мальчишки закидали его снежками, а обнаглевшие собаки с рычанием начали шутливо покусывать за валенки. Мужик отмахивался, огрызался и на тех, и на других, пытаясь приструнить, но, похоже, его больше уже никто не уважал и не боялся, как раньше. Вскоре Айта позвала всех ужинать. Егор не спешил в дом, решив украдкой высмолить еще сигаретку. Скорей бы уже, в самом деле, закончились все эти праздники! Так хотелось вновь спать с Диней вместе и потрахаться по-человечески. Егор чертовски изголодался по молодому, ладному, гибкому телу, жарким ласкам и поцелуям возлюбленного. Ничего, осталось переждать одну завтрашнюю Новогоднюю ночь, и потом гости собирались отчалить. Скучая, он задумчиво пускал клубы сигаретного дыма, с тоской взирая в потемневшее вечернее небо. И тут вдруг заметил на высоте четкие очертания светящегося диска, кружившего по спирали над вековыми соснами. Не успел Егор переварить захлестнувшее первое ошеломление, как диск, прервав таинственный танец, вдруг начал стремительно снижаться и скрылся за кронами деревьев. Раздался негромкий хлопок, земля еле ощутимо содрогнулась… И вновь наступила блаженная тишина… — Ебать-колотить! — упавшим голосом выронил с губ Егор, чувствуя, как от волнения завелось в бешеном стуке его сердце. — Это же оно, как его, НЛО!!! Полный пиздец! В это время дверь избушки приоткрылась и выглянул Денис. — Егор, ты идешь? — возмущенно окликнул он. — Тебя одного ждем! И куришь опять, негодяй, нельзя же тебе… — Послушай, Денис, — лесник обернулся к нему со странной улыбкой и щелчком пальцев отбросил окурок в снег. — Скажи, ты охотился когда-нибудь на зеленых человечков? КОНЕЦ