Как по волшебству

      Как Локи и ожидал, Дамблдор поспешил воспользоваться его толстым намёком, и Мальсибер был приглашён в кабинет директора под каким-то бредовым предлогом. Лофт понял, что Альбус имеет при себе неплохие козыри, потому что юноша, по непонятной даже ему самому причине выложил все грязные секреты Слизерина директору, разве что на блюде не подал. И теперь, узнав обо всём, Дамблдор решительно взялся за дисциплину в школе. Но не стал действовать открыто или делать намёки другим студентам, будто что-то знает. Альбус просто предостерёг Мальсибера от дальнейших ошибок и пообещал, что, если тот прекратит содействовать Тёмному Лорду и убедит своих друзей поступить так же, то никто никогда не узнает об этом. Мальсиберу пришлось пойти на это унизительное условие, потому что его безупречная репутация могла оказаться запачкана, а, прознай про это Реддл — он стал бы врагом, что сродни смерти.       Выдавая информацию Дамблдору, юноша, однако, ни слова не упомянул про Локи. Трикстер неплохо перестраховался, стерев у Мальсибера все нежелательные воспоминания о себе и о слежке за директором, которая, надо отметить, принесла не так много пользы, как предполагалось. Директор был скрытен или же просто привык не совмещать работу и дела государственной важности.       Однако Альбус смог вывести Локи на других крупных людей Британии. Асгардец и не подозревал, что все люди, которые наносят визит к директору — довольно важные персоны, в руках которых сосредоточены или власть, или связи, или же финансы. «Они — мишень для Тома Реддла. Должен ли я перехватить их или не пачкать руки и позволить сделать это Пожирателям, чтобы потом прибрать готовенькое?» — размышлял Локи. Второй вариант был куда соблазнительнее: незнакомому с устройством волшебного мира Лофту затруднительно маневрировать в его верхах, да и силы необходимо сберегать для других задач. Но, так как приоритетной целью было внедрение в ряды Пожирателей — близкое сотрудничество с Томом Реддлом мог дать лишь неплохой взнос в виде ценной информации. Локи же решил пойти на крайние меры и предоставить Реддлу не просто слова, а целого человека, да не просто, а живую марионетку.       Удачный случай не заставил себя ждать. Когда Розье в очередной раз завалился в гостиную, что-то недовольно ворча, и крикнул Лофту, что «белобородый с какой-то тёткой в лес умотал, чёрт старый», трикстер пожелал лично проследить за Альбусом. Женщины у директора были редкими визитёрами.  — Альбус, я не справляюсь, — жаловалась тёмноволосая женщина. Локи тенью стоял за спиной Дамблдора, вглядываясь в опечаленные глаза говорящей. — Он сильнее, чем я могла себе предположить. Отследить его действия уже не представляется возможным. Многие из моих соратников уже перешли на его сторону, а аврорат теряет своих людей. Сторонники Волан-де-Морта, как они его теперь называют… — Для нас он всё тот же Том Реддл, Юджина. Не стоит оказывать честь столь ужасному волшебнику. — Да, да, — протараторила Юджина. — Но я боюсь. Не ровен час, меня могут сместить с поста Министра! И что же: тогда к власти придёт их человек. И сообщество волшебников Британии заимеет серьёзные проблемы!       Дамблдор свёл руки в замок и нахмурился. — Министерство ещё сохранило в корнях своих остатки благоразумия. Ты нужна им и они не будут менять Министра в столь шаткое время, тем более, брать на пост непроверенного человека. Но, я понимаю твои опасения, ситуация сейчас крайне нестабильна. Том Реддл пытается захватить власть изнутри — сыграй на этом. Не дай ему пробраться глубже. — Конечно, Альбус, конечно. Я очень благодарна тебе за помощь, ведь в такое время никому нельзя доверять, а помощь старого друга всегда кстати.       Юджина и Альбус продолжили прогулку по лесу, в то время как Лофт, приняв свой привычный, видимый, вид, вернулся обратно в замок. Ему представился удачный улов — на посту Министра Магии скоро появится новый волшебник. Вот его Локи и возьмёт.

***

      Наступили рождественские каникулы, и многие студенты поспешили покинуть школу, чтобы встретить праздник дома. Локи и Тор, которые всегда оставались в Хогвартсе на каникулы, в том числе и на летние, вздохнули с облегчением.       Тору так и не удалось помириться с Мародёрами: и, хотя их вражда сошла на нет, вновь общаться они не начали. Это, безусловно, сыграло трикстеру на руку, ведь теперь Одинсон не мог действовать брату на нервы своими выходками: то ли Тору совершенно не интересно было устраивать заварушки одному, то ли он не делал этого из-за недостатка бурной юношеской фантазии.       Когда скучающий Локи вошёл в почти пустой Большой зал утром Рождества, Тор на удивление трикстера не предпринял попытку позвать его. Удивлённый внезапной переменой в поведении брата трикстер сел за пустой стол Слизерина. Ну, как сказать, пустой: кроме Лофта, опустив нос почти до тарелки, за ним сидел Снейп, чем-то безгранично опечаленный. Но Локи, которому жизненные трудности соседа по комнате были неинтересны, не обратил на него ни малейшего внимания и, опустившись на первое удобное место, принялся за трапезу.       Не сыскать во всём мире существа, которое бы ело быстрее Локи. Что бы не подали к столу — всё будет сметено в считанные секунды. По Большому залу пронеслось несколько быстрых постукиваний, и вот — трикстер уже встаёт из-за стола, оставив после себя пустую тарелку, в которой ранее было жаркое. Чаша с напитком тоже опустела.       Лофт неспешно пошёл к выходу. Стук его туфель эхом разносился по залу. — Здравствуй, Локи.       Ас удивлённо обернулся и посмотрел на прошедшую мимо девушку. «Шарлотта, кажется». — Трикстер напряг извилины, пытаясь вспомнить девушку. Она никогда раньше не пыталась заговорить с Локи, ни до матча по квиддичу, ни после. С чего вдруг такая любезность? — Впечатлён твоей напористой речью, Кёрг. — Могу сказать и то же и про манеру твоей игры, Одинсон. — Шарлотта выделила последнее слово, отчего Локи невольно поёжился. — Любишь, как и гриффиндорская шайка, позёрствовать?       Локи оторопел от такой дерзости. Да как смеет эта девчонка говорить ему такие вещи? — Не боишься остаться без языка? Ходят слухи, что слизеринцы очень обидчивы и за каждое лишнее слово кидают непростительное в спину.  — Что ж, соглашусь, хватит любезностей. Мне кое-что нужно от тебя, Одинсон. — Я благотворительностью не занимаюсь. — А если у меня будет неплохой взнос? — Шарлотта пристально смотрела на трикстера, и он был уверен, что видел в этих карих глазах огонь поднимающейся бури. — Я знаю более подходящее место, чтобы обсудить детали. Так что, если ты действительно знаешь, что предложить мне в качестве платы, я готов выслушать тебя в четыре у астрономической башни.       Шарлотта отрывисто кивнула, и уверенно подошла к столу. Усевшись, она быстро хлопнула в ладоши, и на столе возникло несколько испускающих пар блюд.       В назначенное время и в назначенном месте Локи и Шарлотта испепеляли друг друга взглядами. Школа была пуста, поэтому никто не мешал им вести открытый разговор. — Значит, ты хочешь войти в ряды Пожирателей, и за то, что я отрекомендую тебя Тёмному Лорду, ты предлагаешь мне информацию о Министерстве. Я ничего не упустил? — не скрывая насмешки, сказал Лофт.       Девушка кивнула. — И какая же это информация? — Мои родители работают в Министерстве, и я тоже вхожа туда. Мне есть, что поставить на кон, будь уверен. Но все добытые сведения я буду докладывать Волан-де-Морту лично, без посредников. Не хочу, чтобы кто-то присваивал себе мои труды.       Локи вскинул бровь. «Она не похожа на других малоумных учеников школы», — подумал он. Ещё раз оглядев Кёрг, трикстер свёл руки на груди и лениво, словно делая одолжение, проговорил: — Я согласен на твои условия, Кёрг. Но, прежде чем провести тебя к Волан-де-Морту, я должен удостовериться, что ты не состоишь в рядах Дамблдора. — Разумно. И чем же я могу доказать свою преданность? — Это решит сам Реддл. Но я же предлагаю, пока что, держаться меня, за что ты можешь получить немало привилегий здесь, в Хогвартсе, и хорошие рекомендации для вступления в ряды Пожирателей.       Шарлотта поднесла кулак к губам и задумалась. Локи усмехнулся. — Предлагаешь быть в твоей тени? Что-то я не верю, что у тебя взыграло желание взять меня под своё крыло чисто из добрых побуждений, Одинсон. Добрый товарищ из тебя такой себе. — Я и не гарантирую светлую безмятежную жизнь. Ведь ты сама решила встать на этот путь, а значит, должна понимать, что тебя ожидает. Но, если согласишься, будешь иметь и свои плюсы. Если на мой след выйдет Дамблдор и его команда, ты ничем не рискуешь. Будешь как у бога за пазухой, так, кажется, говорят. — Что-то ты слишком щедр. — Девушка уже откровенно издевалась над трикстером.       Локи пожал плечами и лукаво улыбнулся.  — Считай это рождественским предложением.